Ближе

Well i hoped that since we're here anyway Я надеялся, что раз уж мы завели этот разговор, We could end up saying Мы скажем друг другу все, Things we've always needed to say Что нужно было сказать раньше. So we could end up stringing Но все может опять оказаться обманом. Now the story's played out like this Вот такой конец у этой истории, Just like a paperback novel Совсем как в дешевом бульварном романе. Lets rewrite an ending that fits Давай вдвоем напишем более подходящий финал, Instead of a hollywood horror Вместо обычного голливудского ужаса.

Она

Я была счастлива. Сказать это слово, это меньшее, что я могу, потому что я была просто вне себя от счастья. Я его видела. Сейчас он был со мной, и я бы отдала всё за то, чтобы это длилось вечно. Я просто хранила эти мгновения в своей памяти, отчаянно запоминая. Ко мне незаметно кралось тепло, и я старалась принять его как можно сильнее, чтобы запомнить, чтобы знать, чтобы хоть немного пожить им. Мы уже были у него дома. Добрались, слава Господи, без происшествий, так как Ник со всем нам помог. Фэш сейчас был… Нормальным. Он был внимательным. Да, конечно, парень оставался рассеянным и часто переспрашивал что-либо, но, по словам врача, это было нормально с его стороны. Я просто хотела помочь ему. Мне было всё равно как, но я мечтала облегчить ему эту ношу. В мыслях я благодарила Бога за то, что с Фэшем всё в порядке. Меня согревала радость. Я не чаяла в этом души, потому что для меня сейчас всё отступило на второй план. Я и он. Вот и всё, что нужно. Мы сейчас разложились на диване в гостиной, точнее, Фэш. Я принесла ему плед, подставила подушку под голову и яро приказала, чтобы он не высовывался оттуда. Он всего лишь время от времени усмехался, глядя на меня, либо по-настоящему улыбался своей прекрасной улыбкой, но при этом ничего не отвечал, а мне нравилось. Нравилось оказывать ему поддержку, нравилось одарять его заботой, нравилось всё, лишь бы ему при этом было хорошо. Поэтому я улыбалась. Я старалась так сильно, и каждая капля этого старания давалась с легкостью, потому что я слишком сильно любила его. Любила его так, что на все остальное было плевать. А именно в этот момент я несла ему кружку с горячим чаем. Она то и дело, что немного опекала руки, неосторожно обернутые вокруг нее, но всё равно улыбка ни на минутку не слетала с лица. И это не была просто улыбка, ведь я могла поклясться, что сейчас эта улыбочка больше подходила маньяку, нежели такой маленькой девочке вроде меня. Серьезно. Я буквально чувствую, как моя кожа на лице уже начинает болеть из-за нее, но… Я счастлива. Вот и всё. Больше здесь не о чем говорить. Поставив чай на стол, расположившийся возле дивана, я присела около Фэша. Он сейчас откровенно скучал, потому что я только и сделала, что включила ему телевизор, по которому шла какая-то глупая передача, и приказала лежать здесь. Поэтому, мягко погладив его лицо, я села возле него, при этом положила свою голову на его плечо. Прямо как тогда. Как тогда, тем зимним вечером. — Почему ты курил? — спрашиваю я, не находя другой темы разговора, хотя в голове засело многое. Но вырывается почему-то именно это, и я не останавливаю себя. Пусть будет. Сначала пусть что-то ответит. — Это важно? — кидает не то чтобы зло, но ясно дает понять, что причины были. И я согласна, ничего не отрицаю. Сижу несколько минут и думаю о последующих словах. — Я не хочу, чтобы ты курил, — наконец выдавливаю, немного приуныв оттого, что эта привычка была… Ужасной. Тем более, сейчас, когда у Фэша фарингит, и курить ему вообще нельзя. — Я тоже не хочу, — мягко говорит, будто бы болтает с ребенком, и от этого мне становится и смешно, и грустно. Я целую его в шею, таким образом пытаясь расслабить. — Теперь нет, — уверяю, отрываясь от него, — Никогда впредь, ясно? Только через мой труп, — получается грозно, и он ухмыляется, опуская голову и поглядывая на меня. — Да? Звучит здорово, — его настроение от этого поднимается, и я готова сказать всему миру о своей радости. Просто рада, и это не лечится. — Да-а-а, так и есть, — обнимаю его сильнее, — Я страшна в гневе, — продолжаю шутить, кусая его плечо сквозь футболку, и слышу смех парня. Смеется? Ну-ну, посмотрим, кто будет смеяться последним. — Что-то ты не очень убедительна, но в этом есть своя изюминка, — заверяет Фэш, и я ещё раз расплываюсь в улыбке. Ну, он невозможен… И я бы его съела. Да. Наверно. — Можно тебя съесть? — спрашиваю, изгибаясь и приподнимаясь на кровать, тем самым теперь возвышаясь над ним. — Это вопрос или просьба? — усмехается парень. — И ты тут даже не старайся, по сравнению со мной слишком маленькая. — Я маленькая? — наигранно воспламеняюсь я. — Что за наглость, — журю парня, — И это не просьба, а приказ, так что смирись теперь со своим участием в моей экзекуции… Всегда была мечта — съесть самоуверенного парня… Теперь, видимо, пришел твой черед, — говорю, зарываясь рукой в его волосы. — А я всегда знал, что с тобой что-то не так, — смеясь, произносит Фэш, и я тоже не могу удержаться от смешка. — Со мной не так? Это с тобой, — внезапно на меня что-то налетает, и это счастье сразу же угасает, оставляя после себя только грусть. — Мне иногда кажется, что ты просто сумасшедший… знаешь, некоторые поступки действительно меня пугают, — уже как-то слова вырывается шёпотом, и я мягко перехожу на всхлипы. Что со мной? Не знаю… Но сейчас я просто не могу выражать чувства нормально, для меня этот темп слишком быстр, и я порой не успеваю за поездом чувств, находящимся в моем сердце. — И мне страшно за тебя… — продолжаю, — Я же тебя так сильно люблю, и это разрывает меня, — я целую его лоб, просто потому, что чувствую, как слёзы уже начинают стекать по щекам, и мне нужно хоть как-то это скрыть. — И я тебя иногда не понимаю… Ты мне просто не позволяешь это сделать… Так позволь, прошу, — шёпот выходит приглушенным, но я стараюсь говорить уверенно. — Господи, ты что, плачешь? — Фэш дотрагивается до руки и тем самым заставляет опуститься с колен, и теперь уже он видит мое лицо. — Не плачь, прошу, — бормочет он, указательным пальцем прикасаясь к моей щеке, а затем и вовсе целует её, смывая слёзы. — Всё будет хорошо. Я в это не верю. Да, я хочу верить, но за этим таится ещё кое-что. Кое-что такое, что мне не нравится… И я хочу об этом сказать, но этот момент так хорош, что не рушить его не стоит. Его руки подбирают меня под себя, и я ложусь на одеяло, там, где должны быть его колени, а он гладит мои волосы, расстеленные по поверхности покрывала. — Не волнуйся, — говорит, — Всё будет хорошо. И я уже не плачу. Слёзы утекли, подобно воде. Я уже вновь стараюсь улыбнуться, и у меня получается. Он сейчас со мной. И я никому, никому его не отдам. Даже не просите. А затем из меня вырывается смех, как только я смотрю пред собой. — Кажется, чай уже остыл, — произношу, продолжая смеяться. — Я пойду разогрею, — сразу же поднимаюсь с кровати, и Фэш, кажется, хочет остановить меня, и я покорно жду замечаний, но затем на его лице воцаряется улыбка, и он кивает. Хозяйничая на кухне, я всё ещё радуюсь, видя перед собой его улыбку. Я могу навести в пример только несколько раз, когда он улыбался, поэтому каждый этот момент для меня подобен вечности, которую я ни на что не променяю. Понимая, что чай уже достаточно разогрет, я возвращаюсь обратно в гостиную и отдаю кружку Фэшу, в приказном тоне говоря, чтобы он пил. Парень совершенно не сопротивляется и берет чашку из моих рук, а за несколько минут допивает её вовсе. Я радостно отношу её на кухню, потом вновь возвращаюсь в гостиную. Фэш не может уснуть, хотя сейчас довольно поздно, но он также не может спать, как и я. — Тебя что-то волнует? — спрашиваю я, пытаясь отыскать ответ на вопрос, который уже давно засел в голове. — Нет, не переживай, всё хорошо. Ложь. Ложь. Сладкая, сладкая ложь, стоящая на его устах. Я почувствовала её сразу, как только она вышла из его рта. И улыбнулась. Было трудно улыбнуться, но я улыбалась. Знаю, что он что-то не договаривает, но я улыбалась. Чтобы он думал, что всё хорошо. Чтобы я думала, что всё хорошо. И я знала, что пока он здесь, то всё будет в порядке… Скоро на меня начала накатывать усталость. Чувствовала, как мои глаза слипаются, и я время от времени зевала, давая понять, что скоро усну. Спать не хотелось. Да, я мечтала растянуть этот день, и побыть хоть ещё немного с ним, но против собственного организма не попрешь. Остатки моего разума ещё слышали отрывки, сказанной Фэшем фразы, но это было больше похоже на фантазию моего уже угасавшего разума.