Пираты Масляных Морей

      Со дня неудачного побега прошло достаточно времени, но Гажил так и не смог для себя понять одну вещь. Он действительно не жалел, что бросил Стинга и Оргу. Ему даже в голову не пришло бы обратиться к ним за помощью, но слова, что в сердцах тогда бросил Стинг, врезались Гажилу глубоко в подсознание. До сих пор он не сомневался, что этот самонадеянный, горделивый парень спал и видел, как бы засадить пулю ему, Гажилу, между глаз, – но откуда тогда взялся этот странный приступ благородства со стороны врага? Даже сквозь стену было слышно напряжение, сквозившее тогда в голосе капитана «Саблезуба», а Гажил уже немало повидал людей на своем пути, чтобы догадываться, кто из них врет, а кто по-честному злится. И, к его немалому удивлению, Стинг был честен.       Все то время, что их везли на суд в Крокус, столицу государства, заняться пиратам было нечем: пытаться снова сбежать в открытом море представлялось глупым, а значит, приходилось ждать. Зализывать раны, строить планы отмщения и ждать. Было и еще кое-что, тревожившее Гажила, но разобраться с этим могло только время. А значит, ждать приходилось вновь.       – Эй, пираты, – послышался голос снаружи. Тот самый охранник, которого Гажил нехотя спас из охваченной огнем каюты, стукнул по одной из дверей. Он прекрасно знал, что его слышат все трое, а потому говорил, не таясь и не стесняясь. – Уже через пару часов корабль причалит в порт. Вас выведут под конвоем и сразу же препроводят в тюрьму.       – Зачем ты сообщаешь нам об этом? – пробасил из своей комнаты Орга.       – И правда, – поддержал его Стинг. – Какой тебе прок извещать нас? Думаешь, мы выкинем что-нибудь эдакое, и хочешь это пресечь?       – Я допускаю такую вероятность, – осторожно откликнулся сторож, – но говорю это вам лишь потому… Потому что я считаю справедливым, если человек знает свою судьбу. А вы, хоть и преступники, но тоже люди.       После того, как Гажил предпринял свою попытку побега, пленников едва ли не заживо замуровали в своих каютах, и потому необходимость охраны практически отпала. Сторожу отныне надлежало навещать узников раз в три часа – остальное же время он занимался своими делами на судне. Вот и сейчас, выполнив свой долг или то, что считал долгом, он развернулся и оставил парней наедине друг с другом. Оставшись лишь втроем, они призадумались.       Если считанные часы до прибытия в порт практически истекли, это означало, что вскоре настанет время действовать. Действовать слаженно, командно, доверяя друг другу – словом, так, как они не делали никогда. И именно это и волновало последнее время Гажила. Впрочем, не его одного.       – Ты его слышал? – раздался из-за стены голос Стинга. – Не смей нас предать, Гажил!       – Если ты еще не понял, – рыкнули в ответ, – я тоже подставляю вам свою спину под удар.       – Что, Гажил, испугался? – мысль, что его бывший противник трусит, заметно развеселила Оргу, и он не смог отказать себе в удовольствии позубоскалить. Все-таки былое поражение оставило свой след и на его лице, и на его самолюбии. Последнее же иной раз просило быть почесанным.       – Ты меня трусом назвал? А, гора мышц? Смотри, Орга, не успеешь моргнуть, а я уже буду смеяться в ответ.       – Это я посмеюсь на твоей могиле, Гажил, если выкинешь какой-нибудь фокус, – огрызнулся Стинг. – А сейчас заканчивайте этот бессмысленный треп. Есть более насущные дела, не ждущие отлагательств. Вы план помните?       Матросы споро выбрасывали на причал швартовы, служащие порта подхватывали их и обвязывали кнехты. Корабль медленно, но верно вставал на стоянку, а это значило, что совсем скоро, стоит лишь спустить трап, пленников выведут наружу. Но смельчаки уже все продумали. Они не сомневались, что их закуют в наручники, ведь только в таком состоянии военные рискнут вести их по городу. Наверняка там будут вооруженные солдаты; возможно, полицейские. Но у пиратов был план, и в случае успеха им выпадал шанс спастись.       Под дулами ружей их сопроводили к трапу. Дергаться сейчас были рискованно, поэтому оставалось ждать.       – Руки за спину, – скомандовал офицер.       Ничего не оставалось, кроме как подчиниться, хотя молодые люди и надеялись, что руки им свяжут хотя бы спереди. Спустя пару минут Стинг ощутил холодный металл у себя на запястьях; подергал руками – не поддается. Бросив взгляд на Оргу, он рассмотрел точно такие же «браслеты» на мощных руках силача. Теперь оставалась очередь Гажила, но, когда Стинг увидел, что делают с его сообщником, он ощутил холодок где-то между лопаток. Наученные общением с Железным пиратом, матросы «Фиора» сматывали заведенные за спину руки Гажила толстой кожаной веревкой. Железные наручники – они уже поняли – он с легкостью перекусил бы, кожаный же жгут еще попробуй разорви. Бесполезно. Понимал это и Гажил, чувствуя, как тугие узлы стягивают ток крови и ладони от этого бледнеют, а вены вздуваются. Обожженная и не выздоровевшая рука щипала еще сильнее, и приходилось терпеть.       Кожаные кандалы – это было то, что трое пленников не предугадали, и именно эта простая деталь посылала весь их план к чертям. Уверенные, что Гажил легко расправится со своими железными наручниками, а затем точно так же освободит остальных, они волновались лишь о том, выполнит ли Гажил свое обещание. Рискнет ли ради временных сообщников жизнью, вспомнит ли о своей чести? Теперь же о чести приходилось вспомнить всем. Теперь все трое они зависели друг от друга, ведь отныне ни один из них не обладал свободой действий. Каждый мог сделать свой вклад в общее дело, и только так это дело имело шанс выгореть. Но смогут ли они поверить друг другу? Доверить свою жизнь? В случае же провала – одного, а то и всех, ждет смерть.       Все эти мысли пронеслись в головах еще до того, как их подтолкнули к трапу. Будь у пленников время хотя бы на пару фраз – они бы, возможно, смогли договориться. Но времени не было: их вели на смерть, и принимать решение приходилось вслепую.       – А они хорошо подготовились к нашему прибытию, – щурясь от яркого света, протянул Орга, стоило заключенным выйти наружу.       И верно: вокруг трапа, двумя живыми стенами, стояли полицейские и экипаж «Фиора». Все они держали оружие наизготовку, готовые в любой момент отправить узников на тот свет. Они внимательно следили за процессией, которую возглавлял сам капитан корабля – невысокий старик лет пятидесяти. За ним следовали промежуточные звенья должностной цепочки, после – сами пленники. Замыкали шествие рядовые матросы, которые то и дело тыкали своими ружьями в пиратские спины.       – Ну и каков план теперь? А, всезнающий «Саблезуб»? – Гажил адресовал свой оскал шедшему чуть впереди Стингу.       – А почему ты спрашиваешь у меня? – огрызнулся тот в ответ. – Это ведь ты запорол все дело в самом его начале!       – Я запорол? Если ты не заметил, то на моих руках не железные наручники! Но, если хочешь, можешь попробовать сам их перекусить.       – Да ладно вам, – усмехнулся с высоты своего роста Орга. – Разговорами многого не навоюешь. Вот так будет лучше.       С этими словами он толкнул шедшего сбоку конвоира. От мощного толчка тот не удержал равновесия и с криком полетел на камни причала. Это резкое и незапланированное действие встряхнуло обоих капитанов: все или ничего, сейчас или никогда!       – Получи! – Стинг пнул своего охранника и метнулся в сторону Гажила.       Началась суматоха; полицейские тут же приникли к прицелам, но люди стали мелькать слишком быстро, а подстрелить ненароком морских военных им не хотелось. Такая неразбериха на узком трапе сыграла на руку пиратам, и, пока Орга даже со скованными за спиной руками раскидывал вооруженных моряков, Стинг в мгновение ока оказался рядом с Гажилом.       – Перекуси их! – крикнул он, поворачиваясь спиной и приподнимая запястья с наручниками. – Живее, иначе все пропало!       Гажил хотел было рявкнуть, что у него нет гарантий, что Стинг, едва получив свободу, не бросит его тут, в то время как он, Гажил, так и не сумеет освободиться. Но торговаться сейчас значило неминуемо проиграть, погибнуть. Приходилось выбирать быстро. Верить ли полностью, до самого конца, ставя жизнь на кон, или же…       Не говоря ни слова, Гажил упал на колени, вгрызаясь в твердый металл. Язык тут же коснулся железного холода, зубы сжали звенья цепочки. Кандалы – не абордажные цепи; хватило одного резкого укуса, чтобы наручники с приятным звоном разошлись двумя браслетами. Не тратя время на благодарности, Стинг рванул вперед, по пути вытолкнув вверх длинное, наставленное на них ружье, и устремился прямо к капитану «Фиора». Выхватив у зазевавшегося матроса пистолет, он подскочил к капитану, схватил его за ворот кителя и развернул к себе спиной, пятясь таким образом, чтобы его собственная спина не оказалась под обстрелом.       – Всем опустить оружие, иначе ваш капитан не переживет этот день! – вжав пистолет точно в шею старику, проорал Стинг. Брать грех на душу и убивать старого моряка он никак не собирался и вовсю надеялся, что обойдется без этого, но в создавшейся ситуации у них просто не было выбора. Этот старик был их единственным шансом. Оставалось лишь надеяться, что подчиненные дорого ценят жизнь своего командира.       Маневр с плененным капитаном «Фиора» возымел эффект, и полицейские застыли в нерешительности. Этой заминки хватило, чтобы все их внимание сконцентрировалось на Стинге. Пользуясь тем, что на них почти не смотрят, Орга заслонил собой Гажила и, повернув голову, произнес:       – Мои наручники. Сними их.       – Спятил? Думаешь, я освобожу вас, а сам останусь связанным? Сначала ты развяжи мои путы, а потом я расправлюсь с твоими, – из-за этой мерзкой двоякости ситуации Гажил начинал звереть, а собственная беспомощность приводила его в бешенство.       Услышавший их короткий диалог один из конвоиров среагировал и осмелился вновь напасть на пиратов. Вскинув пистолет, он наставил его на Оргу и уже было нажал на курок, когда сам Орга заметил это действие. Махнув мощной ногой, он выбил оружие, но грохот выстрела успел-таки огласить округу. Полицейские тут же встрепенулись, вновь приникая к прицелу ружей, и Стингу пришлось опять кричать, отвлекая на себя и своего пленника внимание.       – Не вовремя ты решил торговаться, Железный Гажил, – произнес Орга, попутно оглядывая обступивших их военных. – С заведенными за спину руками я не смогу развязать твою веревку. Но, если ты освободишь меня, я помогу тебе. И решай быстрее, пока еще есть время.       Как бы ни было отвратительно признавать, но Орга говорил правду, и Гажил понимал это. Понимал, но инстинкт самосохранения упорно барабанил в виски: у него, Гажила, нет причин доверять своим временным союзникам, которые еще несколько недель назад жаждали его крови. Теперь же, если он освободит их, а сам останется связанным, ничто не помешает им просто бросить его, а тогда уж его песенка будет спета наверняка. Но если он не примет это сложное решение, они все трое либо полягут здесь, либо будут рядышком болтаться в виселичных петлях. И Гажил решил.       – Черт возьми! – выплюнул он, во второй раз опускаясь на колени и разрывая зубами железные кандалы. Едва дело было сделано, он буркнул: – Твоя очередь.       – Вот спасибо, – растирая красные запястья, улыбнулся Орга.       Не говоря более ни слова, боцман «Саблезуба» расправился с первым узлом, а оставшуюся часть жгута стянул просто так.       – А дальше что? – Гажил сжал-разжал кулаки и, наконец-то расправив затекшие плечи, огляделся.       Обстановка не сулила ничего хорошего: полицейские вместе с военными, вскинув ружья, жадно следили за действиями пиратов, провожая каждое их движение черными точками дул. Они только и ждали момента, когда смогут нашпиговать тела разбойников убойными дозами свинца. Они ждали, ждали… Напряжение накалялось.       – А теперь отойдите прочь, если вы не хотите, чтобы я прямо здесь застрелил вашего капитана, – вдавливая револьвер прямо в седую бороду старика, воскликнул Стинг. – Ну же! Я не шучу.       Он начал по круговой обходить вооруженных людей, стараясь не обнажить спину и пробираясь к спуску. Бросил взгляд на Оргу с Гажилом, и те тоже двинулись за ним следом.       – С дороги. Просто отойдите в сторону, – говорил он, делая шаг за шагом. – Все закончится благополучно, если никто из вас не сделает глупос…       В этот момент он ощутил, как его нога ступила на край трапа. Без опоры она провалилась в пустоту, а вместе с ней и сам Стинг полетел вниз. От страха падения его пальцы рефлекторно сжались, и капитан «Фиора», как был крепко прижат, так в объятьях Стинга и рухнул на пристань. Это падение вновь заставило полицейских замереть от неожиданности. Снизу, с земли, уже раздался сдавленный стон, но очнулись они тогда, когда расслышали низкий голос Орги.       – Вниз, – скомандовал великан, затем резко выхватил пистолет у одного из матросов и соскочил с трапа. Гажил последовал за ним, надеясь, что под деревянными досками корабельного мостика хотя бы в первый момент удастся спрятаться.       – Стинг, ты в порядке? – отстреливаясь от полицейских, Орга обернулся к подбежавшему к ним товарищу.       – Поверить не могу, что я так опростоволосился! – выдохнул юноша. – Упасть с трапа – это же еще постараться надо!.. Ладно хоть старик жив – и то хорошо.       – Тебе бы не за жизнь старика волноваться, а за наши, – Гажил только что успел пригнуться от просвистевшей над головой пули.       – Дельное замечание, – откликнулся Орга, целясь в самого ретивого из обступавших их полицейских. – Оружия у нас нет, так что не пройдет и минуты, как нас отсюда выкурят.       В подтверждение его слов очередные несколько пуль чиркнули в паре десятков сантиметров от его сапога, заставив Оргу даже слегка подпрыгнуть. Положение становилось безвыходным, враги обступали со всех сторон. И нападавшим, и защищавшимся было очевидно, что какой-то деревянный трап не укроет троих человек от целого отряда служивых и экипажа военных. Рано или поздно – а скорее, рано – их повяжут, если не убьют раньше.       – Мы покойники, – покачал головой Орга.       Стинг отчаянно огляделся. Быть может, если удастся добежать до угла вон той постройки, то тогда… А в следующую секунду от нестерпимого грохота заложило уши, и земля дернулась под ногами.       – Это точно «Фиор», – с явным возбуждением сжимая в ладонях бинокли, откликнулся Тотомару.       – Будем надеяться, что и парни где-то там, – кивнул стоявший у руля Ичия.       – Не хочется омрачать вашу радость, – Ив подошел к краю борта и всмотрелся в миниатюрный ландшафт внизу, в длинную, испещренную протоками пристань, в стоявшие на приколе пузатые суда, в маленьких, точно жуки, людей, – но добраться до ребят будет не просто. Более того… думаю, нам это вообще не удастся.       – Что значит «не удастся»? – Минерва сверкнула на паренька понзительным взглядом, и остальные тоже поспешили обернуться к Иву.       – Ну… поймите правильно… – юноша в извиняющемся жесте развел руками. – Не хочу показаться паникером, но вы ведь помните, как нам пришлось избавиться от балласта. Так вот, с тех пор дирижабль стал заметно легче, и для того, чтобы опустить его на необходимую высоту, потребуется довольно много времени.       Видя, что немногие поняли суть его слов, Ив пояснил:       – Чем дольше мы будем снижаться, тем лучшей мишенью мы послужим для неприятеля. Не забывайте, что наш шар можно продырявить обычной пулей. Порвем шар – и мы пропали.       – Значит, подойти поближе не удастся, – протянул Роуг, тоже подходя к борту и заглядывая вниз.       Вдруг он увидел, как стоявший на пристани большой корабль выставил трап. Прошло совсем немного времени, и оттуда стали выходить люди. Целая процессия, как рассмотрел Роуг. А потом он различил знакомые фигуры. Хватило одной его фразы, чтобы весь экипаж «Кристины» – и временный, и постоянный – облепил борт. Желая высмотреть друзей, они свешивались все ниже. Каждому хотелось убедиться воочию, что они проделали весь этот путь не напрасно.       Когда Джувия увидела Гажила, на сердце у нее полегчало. Он жив и относительно здоров, а это значило, что они, «Призраки», будут бороться за своего капитана. Капитана и друга. Вот только придумать бы теперь, как именно это сделать. Без четкого плана и стратегии много не навоюешь – к сожалению, они не располагали ни первым, ни вторым.       – И что, никак не подобраться к судну? – спросил Роуг, изучая ситуацию внизу.       – Вплотную мы не подлетим к нему – нас тут же накроют выстрелами, – покачал головой Ив.       – Проклятье!.. – выругалась Минерва и в сердцах пнула небольшую лебедку, примостившуюся возле калитки гондолы. Рычаг прокрутился на пол-оборота, стравил кусок веревки и замер.       Девушка продолжала злиться и хотела было еще раз выместить гнев на подъемном устройстве, когда Роуг обогнул ее и присел на колени перед механизмом.       – Эта лебедка работает? – вдруг спросил он, оборачиваясь. Его правый глаз скрывала челка, а левый оставался невидим, но и так было ясно, что юноша что-то задумал.       – Конечно, работает, – тряхнула волосами Дженни. – У нас на борту все исправно работает.       – А какова длина троса?       – Метров двести-двести пятьдесят, – откликнулся Хибики. – А что?       – Кажется, я понял, – перебил его Рен. – Ты ведь задумал…       – Если бы можно было как-то отвлечь этих полицейских, расчистить дорогу, чтобы дирижабль опустился на высоту двести метров, – Роуг согласно кивнул, делясь с товарищами своей идеей, – то мы бы с помощью этой лебедки оказались на земле за считанные минуты. И тогда вам не пришлось бы сажать дирижабль, изображая подсадных уток.       – И как ты предлагаешь расчищать дорогу? – скептически вскинув бровь, бросила Минерва.       – Тут бы не помешала огневая мощь «Призрака», – Тотомару раздосадовано махнул кулаком.       Он был прав: будь у них мощная огненная поддержка, «Кристина» без помех пробилась бы к земле, к плененным товарищам. Но воздушные дирижабли ничем подобным обычно не снабжают. Воздушные пираты обставляют свои дела иными способами, и подход их в корне отличается от морского.       – Вообще-то… – голос Ичии заставил всех обернуться. Капитан «Синих Пегасов» задумчиво почесал рыжую щетину, вспоминая кое-что важное. – Мы, строго говоря, не опробовали еще эту штуку, но раз такое дело…       – Наставник, Вы ведь говорите о том, о чем я думаю? – улыбнулся Ив. – Неужели мы посмотрим на нее в деле?       – На кого? – удивилась Джувия. – У вас есть на борту оружие?       – Эта малышка – больше, чем оружие, – Ичия передал штурвал Хибики, а сам двинулся к носу гондолы. Поравнявшись с чем-то, накрытым брезентовой тканью, он приподнял подол. Полюбовавшись таинственным предметом, он наконец отдернул ткань.       Длинный медный корпус, закрепленный на двух деревянных подставках, шестерный механизм для регулировки прицела, толстый ствол, закрытая жаровня, рычаги – аппарат больше всего представлял из себя диковинную подзорную трубу.       – Парни, перед вами прототип того, что в Аракиташии вот-вот поставят на вооружение армии, и доставшийся нам… кхм… почти задаром. Паровая пушка!       Пыль, щебень, каменная крошка – окутанный серым облаком, раскуроченный взрывом причал теперь больше напоминал отданную под снос рухлядь. Выложенная камнями мостовая в паре мест была вспахана так, будто кто-то очень сильно хотел выкорчевать из-под ее настила нечто ценное. Как бы то ни было, а в ушах после таких «раскопок» гудело судовой рындой, а перед глазами все плыло. Впрочем, если бы не трап, спрятавшимся за ним молодым людям пришлось бы ощутить на себе всю ту мощь, что накрыла теперь полицейских с военными.       Гажил усиленно тряхнул головой, стараясь сфокусировать взгляд. На зубах противно скрипел песок, пыль облепила язык и небо; хотелось сплюнуть и прополоскать рот водой, но, переборов раздражение, парень огляделся. Вокруг царил хаос: кто-то из полицейских только-только поднимался на ноги, другие же не спешили вставать, прижимая руки к голове. Гажил их хорошо понимал – удар трех ядер о землю тоже встряхнул его мозг в черепной коробке, – вот только, в отличие от служивых, ему разлеживаться было никак нельзя.       – Что, черт возьми, это было? – услышал он сбоку голос Стинга.       Капитан «Саблезуба» с трудом поднялся с земли и бросил взгляд на Оргу, убеждаясь, что тот тоже жив и невредим.       – Вот это тряхнуло… – пробасил великан, мотая головой из стороны в сторону. – У меня даже аппетит отбило.       В этот момент их накрыла большая тень, и все трое, как по команде, посмотрели наверх.       – Это еще что за дела? – сомневаясь в верности своего зрения, ахнул Стинг.       – Да это же… – но закончить Орга не успел.       – Ги-хи!.. Да чтобы я подавился железом, если это не Ичия, – растянул губы в довольном оскале Гажил. – Но откуда эти пижоны здесь? Зачем напали на военных?       Но ответ пришел сам собой, стоило лишь увидеть, как по длинной веревке, тянущейся прямиком с борта дирижабля, спускаются четверо человек.       – Да это же Роуг, – сменив удивление на радость, воскликнул Стинг. – И Минерва с ним. Неужто за нами прилетели?       – И эти туда же, – фыркнул Гажил, буравя взглядом две фигуры своих подчиненных.       В этот момент раздался выстрел пистолета, заставив троих пиратов обернуться. Один из полицейских, что уже успел подняться на ноги, рухнул обратно и схватился за голень. Его штанина быстро окрасилась бордовым. А Минерва одной рукой убрала револьвер обратно в кобуру портупеи и продолжила спуск.       – Передышка уже закончилась, – Орга кивнул на приходивших в себя полицейских. – Скоро эти ребята окончательно очухаются, так что нам нужно убираться отсюда.       И, словно в подтверждение его слов, раздался голос Тотомару.       – Чего расселись? Потом посидите, а сейчас нужно драпать!       Остальные тоже подбежали к своим товарищам и особо красноречивыми жестами, взглядами и фразами дали понять, что пора в путь. Едва все семеро покинули временное укрытие в виде сломанного трапа, как они тут же побежали прочь. Ведомые Роугом и Тотомару, они спешили куда-то вперед, уворачиваясь от вернувших боеготовность противников, укрываясь за ближайшими зданиями, отстреливаясь от преследователей.       – Не ждал тебя так скоро, дружище, – широко улыбнулся Стинг, обернувшись к бегущему рядом Роугу. – Как вы оказались на корабле «Синих Пегасов»?       – Эти ребята согласились нас подбросить, а теперь они готовы подхватить нас снова.       – Подхватить? Куда мы направляемся?       – К железнодорожной станции, – ответил Роуг. Заметив, что дышащие в спину товарищи тоже слушают его, он крикнул громче: – Нам нужно на станцию, сесть на отправляющийся поезд. Ичия не смог посадить дирижабль прямо на пристань, поэтому пришлось спасать вас таким способом. Они обещали подобрать нас там, где будет безопасней, и мы условились встретиться на соседней железнодорожной станции.       – Значит, нам нужен поезд, что вот-вот отправится, – откликнулся сзади Орга. – А такой точно есть? Что если все они еще долго будут стоять на станции?       – Будем надеяться, нам повезет, – горько усмехнулся Роуг.       Длинные, бесконечные, мелькающие улицы давно слились в тошнотворный клубок, и молодые люди уже порядком устали отбивать сапоги. Шаги стали все чаще тонуть в земле, как будто ставшей зыбкой. Появилась одышка, мышцы заныли. Но все эти неудобства никак не смогли удержать нрав такого человека, как Гажил, а уж ему было что сказать. Если в начале он сдержался лишь потому, что все внимание сконцентрировалось на преследователях, то теперь как будто бы можно было выдохнуть.       – Ну и что ты здесь делаешь? – сквозь сбившееся дыхание рыкнул он бежавшей чуть позади Джувии.       – Разве не ясно? Джувия прибыла, чтобы спасти тебя.       – Вот именно. Решила сунуться прямиком в лапы королевским псам? Жить надоело или свобода прискучила?       – Ни то, ни другое. Джувия собиралась вызволить тебя. И она это сделала, – уже задыхаясь от быстрого бега, выдохнула Джувия.       – Знаешь что? Твоя самоуверенность выводит меня из себя, – Гажил хотел было высказать еще, но в этот момент раздался паровозный гудок.       – Станция близко, – скомандовал Роуг. – Поспешим.       Переставляя и так заплетающиеся ноги, беглецы устремились на звук, а через пару кварталов между домами показалась железнодорожная станция. Над ее крышей дымился белый пар, а в обе стоны от здания тянулись длинные нити железных путей. На некоторых из них сейчас покоились мощные гусеничные составы поездов, и оставалось лишь молиться, чтоб хотя бы один из них готовился к отправлению.       Вскоре раздался еще один гудок.       – Кажется, нам стоит поторопиться, – пробасил Орга. И без пояснений всем было ясно, что, если они упустят этот шанс, то не известно, представится ли следующий.       Ускорившись из последних сил, они вбежали в двери станции и, едва не расталкивая посетителей, понеслись к платформам. Клубы белого пара – вот то, что они увидели в первый момент. А во второй – медленно набиравший скорость состав.       – Быстрее! Он уходит! – крикнул Стинг, и все семеро устремились следом за поездом.       Паровоз блаженно и самозабвенно тянул за собой вагоны, уезжая со станции. Ему не было дела до опоздавших, до недовольных или отчаявшихся. Он вез туда, куда его направлял машинист, а машинист никак не стал бы тормозить весь состав ради горстки людей – вот и приходилось этим людям что есть мочи бежать вперед и обгонять бег колес.       Первым на площадку последнего вагона запрыгнул Роуг; следом заскочили Гажил с Минервой. Джувия изо всех своих сил стучала каблуками, отбивая стопы и барабаня ритм шагов где-то в висках. Она уже почти поравнялась с площадкой, когда поняла, что совсем рядом оказался Орга. От присутствия этого великана так близко сразу же всплыли в памяти воспоминания, как он сжимал ее шею, в любой момент готовый переломить ее, точно спичку. Стало страшно, и мурашки побежали по спине. Отвернувшись, Джувия громче застучала каблуками, но Орга успел заметить выражение ее лица.       – Запрыгивай, не бойся. Не стану я тебя трогать, – хмыкнул он.       Спрятав затравленный взгляд под полями треуголки, Джувия колебалась недолго. Поезд набирал скорость, и остаться «за бортом» ей совсем не хотелось. Протянув руки, она схватилась за поручни и вскочила на площадку. Следом за ней запрыгнул Тотомару. Оставалась очередь Орги и Стинга, когда вдруг со стороны входа на станцию раздались топот и звуки выстрелов. Обернувшись, пираты увидели целый отряд полицейских. Те бежали изо всех сил, но понимали, что догнать состав уже не получится. Отпустить пленников, однако, они не могли себе позволить и потому снова и снова жали на спусковой крючок оружий, надеясь если не убить наглецов, то хотя бы ранить. И, судя по тому, как пули то и дели звенели о железо поезда, у служивых это почти получалось.       – Они же не отстанут от нас, – выдохнул Стинг и вскинул свой полупустой пистолет.       Одна пуля угодила преследователю в плечо, вторая промазала.       – Черт…       Резко остановившись, Стинг прицелился и выстрелил куда-то вверх. Звон бьющегося стекла резанул по уху, но полицейским пришлось не слаще, когда прямо им на голову посыпался дождь из осколков от больших круглых часов. Прикрываясь руками, они перестали бежать, а Стингу только это и было нужно. Улыбнувшись, он развернулся и побежал было догонять поезд. Но в следующую секунду увидел, что за все то время, что он потерял, состав ушел очень далеко.       – Быстрее, Стинг! – услышал он крик Орги. Великан так и не взобрался на площадку, а бежал с ней рядом, ожидая возвращения товарища.       – Залезай, Орга! Не жди меня!       Мышцы уже вовсю изнывали от чересчур долгого бега, а перед глазами плыло, и Стингу начало казаться, что и впрямь не успеет – хорошо хоть Орга выполнил приказ. Впереди горело белое пятно света – там железная дорога выходила наружу, обретая полную свободу. Вот уже вовсю виднелся край платформы, и, если не сесть на поезд до того, как она кончится…       Выбросив неприятные мысли из светловолосой, взъерошенной головы, Стинг из последних сил прибавил ходу. Оставались последние десятки метров, когда он понял, что устал окончательно.       – Ну же, поднажми! – протягивая руку, пробасил Орга.       Подошвы сапог еще громче застучали о камень; расстояние сокращалось. Конец платформы приближался. Приблизился. Вот он. В лицо ударил яркий солнечный свет, на мгновение ослепив Стинга. Из последних сил юноша прыгнул. Подушечки пальцев сумели лишь лизнуть по холодному железному поручню, а в следующий момент запястье сжала мертвая хватка Орги. Ноги споткнулись, тело начало падать. Мгновение – и еще одна, чужая ладонь перехватила вторую руку.       – Передвигаешься, как черепаха, – расслышал Стинг фырканье Гажила.       Точно тряпичную куклу, его быстро втянули на площадку. Поезд меж тем набирал обороты, выдыхая клубы белого пара, и то и дело призывно гудел, будто оповещая мир о своем приближении. Тяжелая машина радовалась свободе, а беглецы радовались тому, что их план удался. Они радовались, не зная, что в это самое время один из полицейских – командир преследовавшего их отряда – быстрым шагом направился к начальнику вокзала. Ему бы только добраться до телеграфа, связаться с соседней станцией, на которую поезд вот-вот причалит, и тогда преступники будут схвачены. Их повяжут, как младенцев, и на этом бравая пиратская песенка будет спета. «Йо-хо-хо и бутылка рому!» – так пели их далекие предшественники. А как насчет испить собственной крови?