Пираты Масляных Морей

      – Встряли, – произнес Орга спокойно, как будто не их, забравшихся на крышу поезда, обстреливают и вот-вот грозят перестрелять, как подсадных уток.       Будто почуяв свое преимущество, полицейский, что первым взял преступников на мушку, выстрелил вновь, и на этот раз, если бы поезд не дернулся, пуля угодила бы Орге точно в плечо. Толчок заставил всех троих подпрыгнуть, размахивая руками, чтобы удержать равновесие, а вот служивому повезло меньше. Его тело дернулось назад, сжимавшая перекладину лестницы рука разжалась, а вторая, с оружием, не успела подстраховать. Молодой человек сорвался и с громким криком полетел вниз. Если бы не стук колес, оставшимся на крыше было бы слышно шуршание тела о гравий и сдавленный стон от переломанного ребра.       Не успело место обстрела толком освободиться, как там появилась следующая голова. Второй полицейский уже занес было ружье, чтобы подстрелить «негодяев», но Тотомару оказался быстрее. Подскочив к краю, он размахнулся и увесистым пинком сбросил очередного служивого с поезда.       – Получи! – отпрыгивая в сторону, чтобы не слететь самому, выдохнул он.       Ситуация нисколько не радовала, ведь как долго им удастся продержать оборону на этом хилом плацдарме – не известно. В любой момент полицейские могут перегруппироваться и просто обстрелять пиратов с разных сторон, а те так и останутся прекрасными мишенями, зажатыми где-то посередине качающегося, открытого всем ветрам и пулям вагона.       – Нужно убираться отсюда, – бросил Орга, развернувшись, чтобы уйти.       Джувия тоже отвернулась и хотела было поспешить прочь отсюда, когда что-то привлекло ее взгляд. Придерживая шляпу одной рукой, вторую она приложила козырьком к глазам. Даже слабое солнце заставляло жмуриться, но вскоре среди облаков и дымных туч девушка заметила нечто – нечто, враз вселившее в ее душу уверенность и надежду.       – Смотрите! – выкрикнула она, продолжая вглядываться в небо.       Двое молодых людей вскинули головы. Там, высоко над землей, покачивая огромным шаром, будто искусственным солнцем, летела «Кристина».       – Вот те на!.. Неужели эти прохвосты не бросили нас? – протянул Тотомару. – Неужто, не сумев нас подобрать на станции, полетели следом?       – Раз так, это наш единственный шанс покинуть поезд, – кивнула Джувия. Тут острая мысль вспорола ее сознание и, растерянно оглядевшись, она выпалила: – Нужно найти остальных! Они ведь не знают, что за нами летит помощь.       – Легко сказать, девчонка, – фыркнул Орга. – Где их всех искать? Они, поди, разбрелись по поезду.       В этот момент звон бьющегося стекла заставил всех резко обернуться: из окна одного из вагонов вылетело тело, а спустя несколько секунд трое пиратов проехали мимо лежавшего на земле и тяжело дышавшего юноши в мундире.       – Кажется, я знаю, откуда начать поиски, – хмыкнул Тотомару.       Очередная пуля просвистела в воздухе, и все трое поспешили пригнуться. Тотомару выставил вперед пистолет и выстрелил, спугнув показавшуюся над крышей голову.       – Нужно найти остальных и предупредить как можно быстрее, – не оборачиваясь, бросил он. – Но если мы все втроем оставим этот вагон, полицейские пойдут за нами следом и рано или поздно зажмут нас в тиски.       Приподняв одну бровь, Орга посмотрел на него.       – И что ты предлагаешь?       Мысль повисла в воздухе, и Джувия первой рискнула озвучить ее.       – Не хочешь же ты…       Но договорить ей не дали. Перезарядив оружие, Тотомару повернулся к спутникам и, улыбаясь как можно злобнее, произнес:       – Я останусь и задержу их, пока мы не соберемся все вместе. Не дам им продвигаться по поезду.       – Это плохая идея. Мы не бросаем своих. Гажил не бросил бы.       Джувии действительно не нравилась эта идея, и она искренне надеялась, что отыщется способ получше, что ее товарищ передумает и отбросит прочь эту опасную затею. Но каково же было ее изумление, когда Орга снял с плеча трофейное ружье и бросил его Тотомару.       – Жадный ты, однако, парень. На, держи.       – И что мне с такой неудобной штукой делать? – поймав оружие, воспротивился Тотомару. – С ним особо не развернешься здесь, да и качка с ветром сбивают прицел.       – Сам придумаешь, как его применить. Пошли, девчонка.       Более не говоря ни слова, Орга развернулся и побежал к противоположному концу вагона. Поравнявшись с лестницей, он быстро перемахнул вниз. Джувия еще пару секунд медлила, а потом тоже побежала прочь, и только скрытые тенью от шляпы стиснутые губы да глубокая морщина на лбу выдавали ее настоящие эмоции.       Оказавшись у двери в следующий вагон, Орга с Джувией вошли внутрь. По обе стороны от прохода сидели пассажиры. Испуганные выстрелами, они жались поближе к спинкам сидений, съеживались в комок и как можно дальше отводили глаза. Оставалось лишь гадать, видели ли они бегающих туда-сюда остальных пиратов или преследующих их полицейских, но одно можно сказать наверняка: все эти люди были очень напуганы происходящим.       – Чего встала? Идем, – скомандовал Орга и зашагал к дальней двери.       Джувия хотела последовать за ним, но ее взгляд вдруг упал на маленькую девочку, с полными ужаса глазами прижимавшуюся к своему дедушке. Видимо, старик решил взять с собой внучку, чтобы порадовать ее небольшим путешествием, – и вот, во что вылилось невинное желание двух простых, ни в чем не повинных людей. Они случайно оказались прямо посреди вооруженного столкновения двух сторон и в любой момент могли пострадать из-за амбиций одних и непокорства других.       С трудом выплыв из потока мыслей, Джувия услышала, как хлопнула дверь: Орга так и не стал проверять, идет ли кто позади, не сомневаясь, что Джувия последует за ним. Девушка уже собиралась догнать своего немногословного спутника, когда внезапно чувство вины перед всеми этими людьми сжало ее сердце. Она как никогда четко видела, что именно по милости их небольшой компании творится то, что заставляет детские плечики дрожать от испуга, а по-старчески подслеповатые глаза щуриться при виде пистолета. Это там, на море, среди таких же, как и они сами, среди непокорных и бунтарей, среди воров и авантюристов, среди отчаявшихся и отчаянных – именно там души раскрывались по-настоящему. Там, в открытом море, каждый четко знал, кто его противник и чего этот противник заслуживает. Здесь же противников не было: были лишь случайные невиновные и неудачное стечение обстоятельств.       Но как бы Джувия ни желала все исправить, изменить, большее, что она могла, – это как можно скорее со своими товарищами покинуть поезд. Уже собираясь так и поступить, девушка побежала к проходу в следующий вагон, когда дверь распахнулась, и туда ворвались четверо полицейских.       – Я же говорил, что остальные должны быть где-то в хвосте! – выкрикнул один из них.       «А как же Орга? Они обошли его?» – успела подумать Джувия за секунду до того, как все закрутилось.       Появление вооруженных людей тут же встряхнуло полный оцепенения вагон, и без того напуганные пассажиры заволновались не на шутку. Кто-то вскрикнул, остальные согнулись пополам, пряча головы. Когда дуло ружья указало прямо на Джувию, она тоже не выдержала. Инстинкт толкнул ее прямо под сиденья, ища укрытия за деревом и металлом. Едва ее спина стукнулась об пол, отдавшись гулом в висках, девушка с ужасом поняла, что спряталась именно в тех рядах, где сидели старик с девочкой. Уж кем-кем, а прикрываться ребенком Джувия никак не могла – но отступать было поздно, да и некуда. Полными сожаления глазами она посмотрела на ребенка. Но как бы она ни боялась увидеть преисполненный страха искренний детский взгляд, Джувия не увидела ничего: старческие руки притягивали к себе внучку, надеясь закрыть ее личико и ее жизнь от нависшей угрозы.       – Не стреляйте! – закричала Джувия. – Здесь дети! Здесь ни в чем не повинные люди! Не подвергайте их опасности!       – Тебе бы об этом раньше подумать! Когда вы со своими дружками пробрались на этот поезд! – ответил полицейский.       – Сдавайся, и тогда все закончится благополучно, – добавил его товарищ. – Выходи с поднятыми руками и без оружия, и тогда удастся избежать наихудшего.       Джувия понимала, что он прав. Понимала, что для всех этих людей единственный шанс забыть обо всем произошедшем, как о кошмарном сне, – это ее повинная. Но просто так позволить себя схватить значит подвергнуть своих товарищей и Гажила опасности. Они вдвоем с Тотомару наверняка примут решение спасти ее, и тогда вся их эскапада по вызволению обоих капитанов утратит смысл. И зачем тогда все это, если в самом конце она, Джувия, подведет друзей?       Нужно было что-то придумать. Что-то, способное решить проблему, – и как можно быстрее.       – Хорошо, Джувия сдается, – раздалось откуда-то из-за рядов сидений.       Полицейские вскинули ружья, приготовившись взять девушку на мушку. Покрепче сжав рукоять пистолета, Джувия тяжело вздохнула и вновь посмотрела на сидевшую рядом девочку. Как и в первый раз, лица малышки было не разглядеть, и Джувии ничего не оставалось, кроме как продолжить начатое.       – У Джувии условие, – вновь крикнула она. – Вы должны уйти к самой двери, Джувия сама к вам подойдет. Так пассажиры будут как можно дальше от заряженного оружия.       – Хорошо. Давай выходи.       Скрепя сердце, Джувия поднялась на ноги. Вскинув над головой обе руки с зажатым в одной из них пистолетом, она медленно зашагала вперед. Она не была уверена в своем плане, но все же попытка отделаться от служивых где-нибудь снаружи, между вагонами, устраивала ее куда больше, чем сделать это прямо здесь. Она почти уже поравнялась со стражами закона; оставалось всего два ряда кресел.       – Брось оружие, – скомандовал полицейский.       Джувия знала, что так и будет, и уже приготовилась отшвырнуть в сторону свой пистолет, когда дверь позади служивых, толкнув их, резко распахнулась.       Орга даже глазом не успел моргнуть, как, открыв дверь вагона, столкнулся нос к носу с группой полицейских. Пары секунд хватило, чтобы осознать ситуацию и среагировать, но уже начавшуюся заварушку просто так не остановить. Толком задаться вопросом, куда подевалась шедшая позади Джувия, Орге не дали: кто-то оттеснил его к стене, и в одно мгновение все помещение огласилось женскими криками пассажирок. Поднявшаяся суматоха играла на руку Орге, и, не медля, он стал пробираться в сторону головы состава. Инстинкты подсказывали ему, что нужно убираться отсюда – все остальные вопросы можно будет решить и позже. Он бы, наверное, добрался до двери, если бы не пассажиры, столпившиеся у выхода и от страха так и не сумевшие совладать с препятствием.       – Стой на месте, иначе я буду стрелять! – раздался громкий крик полицейского, отчего вопли сразу же утихли.       Практически добежав до толпы, Орга вдруг споткнулся. Переступил с ноги на ногу и замер, спиной чуя опасность. Отстраненно глянул вниз: на полу, перевернутый, лежал чей-то саквояж. От увесистого пинка защелка раскрылась, и оттуда выкатился бумажный сверток, в прорехах которого виднелось красное с желтым пятнышком яблоко. От вида еды у Орги заурчало в животе, а во рту выступила слюна. Да, они давным-давно ничего не ели, и, если Гажил и Стинг с меньшими сложностями могли перенести голод, то такой великан, как Орга, заметно страдал. Осознав, что в момент, когда ему в спину смотрит дуло ружья, он думает о подобных вещах, парень не сдержал короткого смешка.       – Чего смеешься? Думаешь, это смешно?       – Нет, смешно другое, – медленно поворачиваясь к стражам закона, улыбнулся Орга. – Смешно то, что в то время, когда я безумно голоден, я вынужден бегать от таких, как вы.       – Что это значит? Что он имеет в виду? – громче, чем следовало, откликнулся молодой полицейский.       – Только то, – Орга опустил глаза к полу, – что догонялки кончились!       Резко схватив саквояж, он со всей силы швырнул его в кучку полицейских. Испуганные пальцы дернули спусковой крючок, и грянул выстрел. Раздались крики и визги. Прямо в полете сумка неуклюже перевернулась и отлетела прочь, даря драгоценные секунды для маневра Орги. А когда полицейские опомнились, довольное лицо пирата устрашающей маской зависло прямо перед их глазами.       – Ну же, удастся ли вам утолить мой голод?       Тело ломило от усталости, но вздохнуть полной грудью Гажил со Стингом смогли лишь тогда, когда последний противник не смог подняться. Одни тяжело дышали, держась то за вывихнутые плечи, то за грудь, где ныли разбитые ребра, то за живот, то за отекшее лицо. Один юноша потянулся было к валявшемуся рядом ружью, но тяжелый сапог откинул оружие прочь.       – Обойдешься, – с трудом выдохнул Гажил, упирая руки в колени.       Но как бы пираты ни устали, а отдыхать было некогда. Надо было спешить к остальным, убедиться, что те все еще живы, а в противном случае… Нет, противного случая быть не должно.       – Нужно идти, – тряхнув светлыми, слипшимися от пота и крови волосами, Стинг согнулся пополам. Обхватив обеими руками колено, он с силой дернул его в сторону.       Раздавшийся хруст и громкий крик быстро потонули в тяжелом дыхании, но, стоило Стингу поднять измазанное потом лицо, как по его горящему взгляду стало ясно, что он более чем готов продолжать бой. Подняв с земли ружье, он закинул его себе на плечо и с видом явного мученика выпрямился во весь рост.       – Жалко выглядишь... – с трудом управляя даже мимикой, попытался оскалиться Гажил. – Напоминаешь побитую собаку.       – Ты себя не видел, железка погнутая…       Оба фыркнули, еле приподнимая уголки губ и выдавливая изможденные улыбки. Оставалось лишь взять себя в руки и продолжить путь.       – Ладно, пора.       На этот раз Стинг сделал первый шаг в направлении выхода и, прихрамывая, двинулся вперед. В последний раз тяжело вздохнув, Гажил вытер окровавленные ладони о штанины и пошел следом. Сжавшиеся в углах пассажиры провожали их затравленно-изумленными взглядами, и, даже когда входная дверь тихо захлопнулась за двумя пиратами, они долго потом еще пялились им вслед.       Оказавшись снаружи, видя впереди подпрыгивающий соседний вагон и слыша, как внизу, под ногами, стучат-гремят мощные колеса, юноши ощутили себя лучше. Свежий ветер бодрил, и дышать становилось легче. Но медлить было некогда, и Стинг уже перешагнул на соседнюю площадку. Распахнул вторую дверь… и тут же захлопнул ее.       – Что там? – не понял его маневр Гажил.       – Еще «мундиры».       Стинг не хотел казаться трусом или слабаком, но даже такой, как он, склонный к хорохорству и браваде задира, не мог отрицать разницу в их силе и силе соперников. Тем более что те полицейские наверняка полны энергии и ничуть не устали, в то время как оба: и Стинг, и Гажил, – едва не валились с ног от измождения. Значит, приходилось что-то решать.       – Если пойдем туда, застрянем по полной, – нахмурился Стинг, инстинктивно придерживая дверь. Он не был уверен, заметили ли его, но рисковать не хотелось.       – Значит, у нас нет выбора, – Гажил поднял подбородок, осматривая карниз крыши. – Пойдем по верху.       Не сговариваясь, оба двинулись в разные стороны площадки, но не успели они отстучать свой первый ритм по железной крыше, как тут же замерли.       – Это то, о чем я думаю? – вперив взгляд в висевший в небе хорошо знакомый дирижабль, произнес Стинг. – Неужели они все еще собираются забрать нас?       – Если это так, то нужно найти всех как можно скорее и убираться с этого треклятого поезда.       – Мы можем дойти до хвоста поезда, но что-то мне подсказывает, – Стинг посмотрел на конечный вагон состава, – что наших уже давно там нет.       – Я спущусь.       Гажил думал о том же, и теперь, не говоря больше ни слова, устремился вперед. Преодолев вагон с полицейскими и еще парочку для надежности, он спрыгнул вниз на площадку и вошел в следующий вагон.       Оставшись в одиночестве, Стинг огляделся: вверху парила в облаках летающая машина, а впереди дергался и подпрыгивал длинный, змеиный хвост поезда. Был ли шанс, что их товарищи все еще сидят в багажном отделении, а стрелял кто-то другой? Шанс, конечно, был, хотя и ничтожно малый – насколько Стинг вообще знал своих друзей и изучил новоиспеченных попутчиков в лице «Призраков». Нет, их наверняка там уже нет. И все же стоило проверить. Даже если среди чужих сумок и саквояжей застанет лишь одиночество, он хотя бы будет знать, что искать нужно где-то еще. В середине состава, наверное.       – Эх, была – не была!       И юноша перепрыгнул на соседнюю крышу. Скривившись от боли в ноге, он тихо застонал и уже чуть аккуратнее двинулся дальше.       Распахнувшаяся дверь и вошедший Гажил как раз застали Роуга, поднимавшего с пола оружие.       – Где все? – вместо приветствия бросил Гажил.       – В багажном отделении, наверное. А где Стинг?       – Идет другим путем. Нужно отыскать оставшихся, идем.       – Погоди, – Роуг шагнул назад. – Я вернусь за Минервой, и мы вас нагоним. Встретимся в хвосте поезда.       Не нуждаясь в ответе, он устремился туда, где не так давно скрылась убегавший старпом «Саблезуба». Роуг очень надеялся, что она в порядке, и теперь желал воочию убедиться в этом. На всякий случай вскинув оружие, он дернул дверь. Но каково же было его удивление, когда, найдя Минерву в соседнем вагоне, он увидел ее по пояс высунувшейся из окна.       – Что ты делаешь? – не сумев скрыть улыбку, спросил Роуг.       – Там Стинг, – не поворачиваясь, бросила Минерва. – Я слышала его топот на крыше, а теперь увидела и его самого. Он бежит в сторону хвоста поезда. А еще за нами по пятам следуют «Синие Пегасы».       Тоже выглянув в окно, Роуг убедился, что его помощница не соврала: невысоко в небе планировала «Кристина», а сам поезд в это время уходил в поворот, открывая, точно на ладони, невидимую ранее крышу соседних вагонов. И на этой ладони диким зайцем перемещался Стинг.       «Вот что значит «другой путь»», – про себя усмехнулся Роуг, вспомнив слова Гажила.       Оторвавшись от окна, двое пиратов переглянулись.       – Нам тоже нужно назад, – Роуг коротко кивнул за спину. – Надо найти остальных, пока нас всех не разделили еще сильнее. Чем быстрее мы это сделаем, тем скорее удастся покинуть поезд. Если уходить, то всем вместе, и сделать это нужно до следующей станции.       В ответ Минерва только дернула плечами, но Роуг и так знал, что это означает согласие.       Вторую дверь Гажил распахнул с трудом, но едва он протолкался сквозь столпившихся, словно испуганные кролики, пассажиров, как его взору предстал Орга в окружении поверженных тел.       – Не прошло и года, – разминая хрустящие суставы, ухмыльнулся великан. – Я уж подумал, что вам со Стингом самим пришлось управлять паровозом.       – Где остальные? – в который раз спросил Гажил. Его уже порядком стало злить, что он натыкается на кого угодно, кроме собственного экипажа.       – Впереди… позади… – Орга неопределенно пожал плечами.       Ему тоже не нравилось примерять роль няньки и следить за взрослыми мужчинами и женщинами. Но если ответить на вопрос он мог постольку-поскольку, было кое-что, о чем сказать следовало прямо и без обиняков.       – Что б ты знал, – как бы невзначай добавил он, – «Синие Пегасы» летят следом за поездом, и они, судя по всему, могут нас подобрать прямо сейчас.       – Я знаю – мы видели их.       Не тратя больше времени даром, Гажил двинулся дальше к выходу. Орга, пару секунд поразмыслив о том, что новость не удалась, зашагал следом.       И вот отворилась третья дверь. Двое силачей отнюдь не собирались вваливаться внутрь, но нетерпение и желание покинуть чертов поезд выросло до таких масштабов, что миндальничать не получилось. Распахнув дверь, Гажил оттолкнул в сторону стоявших спиной полицейских, и только тут увидел Джувию. Воспользовавшись моментом, она рванула в сторону и ударила одного из противников.       Резкое появление пиратов внесло сумятицу в, казалось, легкую поимку одной-единственной девушки, и вспыхнувший хаос тот час же охватил хвост вагона. Завязалась очередная драка.       А в это время Стинг, отстукивая каблуками по железным крышам, глянул вверх. Там, в небе, неизменно висела «Кристина», и Стинг впервые задумался о том, а как долго их воздушные товарищи намерены ждать. Наверняка следовало торопиться, тем более что и следующая станция тоже была не за горами.       Отвлекшись на собственные мысли, Стинг позабыл о недавнем вывихе, и колено тут же дало о себе знать. Стрельнувшая боль свела мышцы, нога подкосилась. Не удержав равновесия, юноша полетел вниз. Лишь чудом сумев не слететь с крыши, он лишь наполовину свесился с нее. Истошно хватаясь за карниз и шаркая ногами в попытке отползти обратно, Стинг уже было подумал о том, что падение с поезда головой вниз не обойдется ему без последствий, когда в расположившееся рядышком окно стукнулась чья-то макушка. Забыв про собственные передряги, Стинг пригляделся: голубого цвета волосы с лихвой выдавали их обладательницу, и дела у нее, насколько мог судить сам Стинг, шли не очень. Сквозь тряску поезда и встречный ветер в лицо, юноша видел, как Джувию прижали к стеклу и с каждой секундой полицейский все усиленнее вдавливал в ее горло ствол ружья. Не пройдет и минуты – и либо девушка задохнется, либо ей сломают трахею. Дерущиеся позади Гажил с Оргой, возможно, и могли бы помочь, но сейчас им самим было чем заняться.       «Кажется, потерянные товарищи найдены, – улыбнулся Стинг. – А теперь мой выход».       Вскарабкавшись обратно, он встал в полный рост и согнулся, словно для рывка.       – А теперь будет больно, – усмехнулся Стинг себе под нос. – Потерпи, старина...       И он прыгнул. Пальцы ухватились за карниз, пока инерция тянула тело по длинной дуге. Звон бьющегося стекла прокатился по вагону, и от неожиданности все вздрогнули. Стинг мгновенно вскочил на ноги, кривясь от боли в суставе, но уже в следующую секунду поспешил «встать в строй». Распахнулась дверь, и Роуг с Минервой ворвались внутрь.       – А вот и гости пожаловали, – хмыкнул Орга.       – Я всегда появляюсь эффектно, – парировал Стинг, умело скрывая резь в колене.       – Не знаю, что ты сделал, дружище, – улыбнулся не видевший его полета Роуг, – но гордыни тебе не занимать.       – Обращайся, дружище. И тебе отсыплю!       Влетевший через соседнее окно Стинг, появление других «Саблезубов» – все это отвлекло внимание, и полицейский, до этого державший Джувию, ослабил хватку. Недолгого промедления хватило, чтобы Джувия, извернувшись, оттолкнула его ногой. Едва ее горло почувствовало свободу, из него вырвался захлебывающийся кашель. Стараясь отдышаться, она схватилась за шею и увидела, что ее соперник поднимается и спешит обратно. Но добежать он не успел: оглушительный удар прикладом по затылку – и мужчина упал без сознания. Подняв глаза на защитника, Джувия встретилась с хмурым взглядом Гажила. В руках он держал оброненный ею пистолет.       – Пора убираться отсюда, – произнес Гажил. – «Синие Пегасы» летят следом за поездом, они нас подберут.       Джувия уже хотела прохрипеть, что знает об этом, когда краем глаза увидела нечто страшное. Один из полицейских, до этого лежавший без чувств в дальнем конце вагона, теперь медленно поднимался и, держась за сиденье, уже вскидывал ружье. Его больше не пугало присутствие гражданских людей – он хотел покончить с пиратами раз и навсегда.       Вдруг поезд качнуло. Палец, до этого лежавший на спусковом крючке, дернулся, и прогремел выстрел. Пуля пробила окно, и осколки стекла со звоном посыпались на пассажиров. Старик еле успел закрыть внучку от острого «дождя». Маленькая девочка, что Джувия видела до этого, вскрикнула, с полными испуга глазами вырвалась из объятий деда и бросилась в проход. Полицейский не мог ее видеть и уже прицеливался для второго выстрела. Он был уверен, что попадет; он не знал о приближении ребенка.       Джувия никогда не была так быстра. Никогда с такой страстью она не вырывала оружие из рук Гажила, никогда не направляла его на людей с такой жадностью.       Грохот... Страж правопорядка вскрикнул и выронил ружье. Схватился за руку, видя, как плечо синего мундира окрашивается темным.       Грохот выстрела испугал ребенка, и девочка присела на корточки рядом с одним из сидений. Сжавшись в беспомощный комочек, она то и дело глядела сначала в один конец прохода на раненого полицейского, потом в другой конец – на Джувию.       – Надо с этим кончать, – голос Роуга прозвучал очень неожиданно и как-то инородно, всколыхнул смятенное сознание Джувии. Обернувшись, она увидела напряженное лицо Гажила и то, как остальные засобирались к выходу.       Джувия отвернулась и посмотрела на того полицейского. Он все еще сжимал раненое плечо и тоже посмотрел на Джувию. Они оба промолчали, но в его взоре Джувия ясно прочла сожаление. Он ни за что не хотел подстрелить ребенка – он не знал, что девочка выбежит прямо под его пулю. Теперь же, превозмогая боль, он был даже рад, что ему не дали спустить крючок. Странная благодарность, но не менее искренняя.       Говорить им было не о чем, и Джувия опустила глаза. Поняв, что больше задерживаться не стоит, девушка зашагала следом за товарищами. Орга с Минервой и Стингом уже покинули вагон, и теперь оставалось последовать их примеру.       – От твоего унылого взгляда даже железо ржавеет, – привлек ее внимание Гажил.       Сложив руки на груди, он неодобрительно смотрел на Джувию, и та не могла с ним спорить. Наверное, она и правда выглядела сейчас не очень.       Шагая к выходу и поравнявшись с Гажилом, Джувия вдруг оглянулась. И тут произошло нечто… Она посмотрела на девочку, которую теперь прижимал к себе испуганный старик: ребенок, обхватив шею деда маленькими ручонками, смотрел куда-то в пол, но в тот момент, когда Джувия остановилась, поднял глаза. Джувия увидела ясный взор детских глаз; они были ярко-голубые. Девочка выглядела несчастной и очень испуганной, как вдруг она улыбнулась. Совсем слабо и несмело, но даже этой полупрозрачной улыбки было достаточно для Джувии. Она не монстр, не убийца, не опасная проблема, которая должна быть уничтожена: она, Джувия, и ее друзья – всего лишь люди, по несчастливой случайности попавшие в беду. И эта улыбка – как благодарность за спасение – значила для Джувии больше, чем все проповеди и покаяния на свете. Чувствуя, что даже дышится легче, штурман «Призрака» наконец покинула вагон.       – Наверх! – услышала она, едва оказавшись снаружи, среди стучащих колес, ветра и пыли.       – Нужно забрать Тотомару, – когда все взобрались на крышу, крикнула Джувия. – Он остался в хвосте состава – хотел сдержать идущих оттуда полицейских.       Уговаривать не пришлось, и вся компания устремилась вперед, в конец поезда. Нашли они Тотомару быстро: прыгая по крохотной площадке, как заяц, и укрываясь от выстрелов, он старался не пропустить неприятеля дальше. Он даже нашел применение оставленному Оргой ружью, и вот уже долгое время оно исправно запирало выход из вагона. Так бы и удался план храбреца, если бы не нашлись те, кто решил рискнуть и пересечь вагон по верху. Вот и оставалось Тотомару крутиться тут и там, смотреть вокруг и даже вверх, стараясь не попасть под пули и не дать полицейским пройти дальше.       В какой-то момент он стал карабкаться по лестнице на крышу – оттуда открывался лучший обзор и свобода действий. Если он вновь окажется наверху, то теперь он будет в выигрышной позиции и, в случае появления новых полицейских, сможет реагировать быстрее. А чем быстрее реакция – тем целее тело.       Тотомару почти взобрался на крышу, когда поезд подпрыгнул на рельсах. Рука сорвалась и застряла в лестнице; перекладина ударилась в подмышку, а сам юноша враз повис, удерживаемый лишь зажатой рукой. Чувствуя, как плечо взорвалось острой болью, Тотомару вскрикнул. Но крик тут же застрял у него в горле, стоило ему увидеть, как пробравшийся по соседней крыше полицейский наставил на него ружье. Снизу раздались еще крики – значит, его огнестрельный «засов» изжил себя. Деваться было некуда – рука болела и онемела, а Тотомару только и мог что болтаться у стены поезда и играть роль беззащитной мишени. Вверху летели «Синие Пегасы», но едва ли они могли ему помочь. А даже если и могли, мал шанс, что они успеют.       Звук выстрела заложил уши. Тотомару вздрогнул и зажмурился, стараясь ощутить свое тело: где, где вспыхнет огонь новой боли? Но боли не было – только плечо жалостливо ныло. Оглянувшись на полицейского, Тотомару, к своему удивлению, увидел, что тот куда-то исчез, а спустя пару секунд на лицо легла чужая тень.       – Ги-хи. Ты что болтаешься тут, точно куль с песком? – Гажил оскалил белые резцы. Из его ружья все еще выходил слабый серый дымок.       – Лучше помоги выбраться, – фыркнул в ответ Тотомару. – Я тут чуть не преставился, пока ждал вас, подлецов. Где вас нелегкая носила столько времени?       – Господин Ичия, они все в сборе, – Хибики убрал от лица бинокли. – Мы можем снижаться, чтобы подобрать их.       – Хорошо, что они догадались о наших намерениях, – кивнул стоявший рядом Ичия. – Если бы дотянули до следующей станции, наверняка попали бы в руки ждущих их там полицейских. Уверен, их там ждут уже давно и второй раз уж точно не дадут сбежать.       – Тогда приказываете снижаться? – спросил Ив.       – Снижаемся, парни.       И «Кристина» стала уменьшать высоту.       А в это время оказавшиеся на крыше пираты уже собирались было пересесть с поезда на дирижабль, когда поняли, что неприятности не кончились. Запертые ранее, а ныне обретшие свободу полицейские напирали плотным движением. Пока одни пулями прикрывали перемещения других, их товарищи взбирались на крышу. Очередной бой завязался быстрее, чем завязывается в умелых руках фалинь. Кто-то мерился кулаками, пока другие посыпали друг друга свинцом.       – Да когда же настанет конец?.. – разжимая каменный захват противника, прошипел Роуг. Юноша уже порядком побледнел и теперь во всю старался, чтобы не приобрести синеватую окраску.       – Смотрите! Они опускают лестницу! – Тотомару поднял голову к небу, глядя, как с борта «Кристины» юркой змеей опускается веревочная лестница. Она виляла и извивалась в потоках ветра, но лебедка исправно крутилась, а длина лестницы все росла.       – Отходим! – крикнул Орга. – Кто-то прикроет, пока другие взбираются!       – Минерва, ты первая! – окликнул девушку Стинг. – На лестницу, живо!       – Не командуй мной, – огрызнулась Минерва, но встречный ветер заглушил ее слова.       Едва ее ноги оторвались от вагонной крыши, как настал черед следующего.       – Тотомару, за ней.       Тотомару не понравилась идея оставлять друзей одним из первых, но спорить с капитаном не захотел. К тому же его рука все еще плохо слушалась, а становиться обузой и подвергнуть всех опасности хотелось еще меньше.       Человек на крыше оставалось все меньше. Пока одни поднимались по лестнице, экипаж «Кристины» во всю стремился подсобить им, и огненная поддержка трех-четырех стволов оказывала нужный эффект. Всюду гремели выстрелы, стучали о рельсы колеса, свистел ветер.       – Уходите, – выдохнул Роуг, когда их осталось четверо. Ему совсем чуть-чуть удалось ослабить хватку противника, но полицейский был силен – куда сильнее самого Роуга. – Вот же незадача… Уходите, скорее!       – Держись, Роуг! – Стинг бросился на помощь другу, но чиркнувшие у ног две пули заставили его отскочить назад.       – Джувия, к лестнице немедленно, – скомандовал Гажил, тоже стараясь одолеть неприятеля.       Но у Джувии были другие планы. Зачехлив пистолет, она бросилась на помощь Роугу. Если уж уходить – так всем вместе.       Она почти подбежала к двум борющимся мужчинам, когда Роуг сумел вывернуться из тисков. Перехватив вражеское ружье, он вцепился в него. Пара сильных рывков в попытке поделить оружие...       – На лестницу! – но крик Гажила перемежался со звуком очередного выстрела.       Джувия не поняла, что произошло. Бок заболел, как будто ее со всей силы ударили тяжелым прутом. Она поднесла руки к ушибленному месту – и увидела на ладонях кровь.       – Не может быть… – не веря своим глазам, выдохнул Гажил.       Джувия даже не осознала случившегося – только силы враз оставили ее, и беспомощное тело стало быстро проседать вниз. Рухни она на железную крышу, Джувия и то не почувствовала бы. Но удара не произошло: сильные руки успели перехватить ее. Прижав Джувию к груди, Гажил выхватил ее пистолет и со звериным остервенением нажал на крючок. Его бывший соперник вскрикнул и, взмахнув руками, рухнул с крыши. Еще несколько пуль нашли свои цели – двое служивых перестали представлять опасность.       – Я не хотел… – прошептал Роуг.       Он все еще сжимал то злополучное ружье, и теперь металл жег ему ладони. Он не раз уже убивал, но стрелять в своих ему еще не доводилось, и пусть Джувия не состояла в его команде – обстоятельства уже давно сплотили их достаточно, чтобы окрестить ее «товарищем».       От злости на себя самого Роуг с силой выкрутил ружье в сторону, и этого маневра хватило, чтобы вырвать оружие из чужих рук. Его противник разжал пальцы, а резкий удар в живот заставил того упасть на колени.       – Уходим, – глухо откликнулся Стинг и поспешил к лестнице.       – Иди, я прикрою, – Роуг кивнул Гажилу, чтобы тот шел вперед. Никто больше не проронил ни слова.       Веревочная лестница болталась в потоках ветра, извивалась, не желая даваться чужим рукам, но единственная свободная рука Гажила крепко держала жесткую бечеву. Второй он прижимал к себе бездвижное тело Джувии. Очередной порыв ветра сбил с ее головы шляпу, и Роуг неосознанно поймал ее.       Все семеро покинули крышу бегущего поезда. Кто-то уже взобрался на борт дирижабля, остальные еще болтались на лестнице, пока тугая лебедка медленно прокручивалась, все сокращая и сокращая длину. Экипаж «Кристины» продолжал отстреливаться от оставшихся в живых полицейских, но сменившийся курс быстро увел прочь воздушное судно. Высота возросла, и вскоре рядом с затуманенным солнцем в небе заиграло второе – наполненное теплым паром, обтянутое тканью и тянущее за собой избежавших смерти людей. Но все ли избежали?       Роуг висел в самом низу лестницы, ощущая, как сильный ветер раскачивает из стороны в сторону все его тело. Сильные напоры гудели в ушах, мешали дышать, морозили руки. Где-то вверху точно так же покачивался Гажил, но Роуг не сомневался, что единственная опорная рука капитана «Призрака» не поддастся ни усталости, ни холодному воздуху. И Джувию тот не выпустит.       А еще Роуг не сомневался, что даже сквозь свист ветра слышит тихое рычание. ***       Гулкие шаги отстукивали четкий марш по коридорам королевского дворца. Мужчина не спеша шел вперед, ни на долю секунды не сбившись с выбранного ритма. Военная выправка и тяжелый взгляд выдавали в нем человека волевого, сильного, делового и опасного.       Вскоре длинный коридор закончился; парочка военных отворили двойные двери, пропуская гостя внутрь. Мужчина шагнул вперед, с каждым шагом приближаясь к длинному письменному столу. За высоким, обитым кожей креслом сидел маленький старик. Завидев гостя, он оторвался от кипы бумаг и отложил в сторону перьевую ручку.       – Добро пожаловать, Иван.       – День добрый, Ваше Величество, – коротко поклонился мужчина. – Слышал, Вы меня вызывали.       – Ты уж извини меня, что пришлось дергать тебя по такой ерунде, но я уверен, что лучше тебя никто не справится.       – Раз Вы решили, что без меня не обойтись, значит, дело непростое.       Король нахмурил брови: он совсем не хотел признавать, что какая-то кучка пиратов – это то самое непросто дело, которое приходится возложить на плечи Ивана Дреера, одного из доверенных коммодоров флота.       – Что ж, я жду подробностей, – стукнул каблуками Иван. Простое дело, не простое, важное, грошовое – он все выполнит на сто процентов. Он привык так делать.       – Возникла одна проблема с пиратами, – начал король. – Эти проходимцы слишком уж распоясались. Если раньше они вели себя тише, то сегодня некоторые из них устроили немало шума. Напали на королевский корабль, захватили поезд с пассажирами, убили много наших полицейских. В отчете сказано, что воздушные пираты так же участвовали в этом.       – Шайка зарвавшихся недоносков, – ноздри Ивана надулись, под скулами заиграли желваки.       – Именно. И я, как король, не могу оставить такую выходку без должного внимания. Нельзя позволить и остальным думать, что таким, как они, все будет сходить с рук. Эти пираты, знаешь ли, неплохо устроились. Им содействуют начальники портов и воздушных стоянок, владельцы приморских пабов, смотрители маяков, некоторые клерки, купцы и душеприказчики. Эта зараза далеко простерла свои загребущие руки, но пора положить этому конец. Я не говорю о быстрых результатах, но начать следует именно с сегодняшнего инцидента.       – Стало быть, – Иван бросил взгляд на бумаги, не сомневаясь, что там уже лежит распоряжение о его задании, – мне поручено казнить этих пиратов.       – В отчетах ты найдешь все нужные сведения. Бери своих людей, а в качестве корабля возьмешь «Фиор». Это надежное судно, и его капитан сломал сегодня ногу во время столкновения с теми пиратами. Уже предвкушаю физиономии этих проходимцев при виде возмездия в лице знакомого им «Фиора».       Двери приемного зала захлопнулись, и Иван Дреер вышел наружу. В коридоре уже стояли несколько людей, поджидавших своего начальника.       – У нас интересное задание, капитан? – хищно улыбаясь, спросил один из них.       – Если тебе по душе марать руки о пиратскую кровь, то тебе понравится.       – Значит, пираты…       – Капитан, – стройная, фигуристая девушка склонила голову, попутно поглаживая свои длинные красные волосы, – а девушки среди этих пиратов есть? Мне с ними куда приятнее иметь дело, чем с грубыми мужчинами.       – Вот и узнаешь, Флер, – откликнулся Иван, проходя мимо. – Уже скоро сама все узнаешь.