Перезапуск

— Хватит издеваться над нами, Ран, — не выдержала Алиса, в очередной раз провалившись в воду по колено. После перехода сквозь магический барьер чересчур резко изменилась окружающая путников среда. Вместо влажной земли и густого ельника теперь лишь изредка встречались высокие хвойные деревья, а их стволы уходили под воду. Только некоторые стояли на небольших кочках-островках, на которых путники делали многочисленные привалы. Алиет специально для болот заказала рыбацкие сапоги, доходящие до бёдер, но несколько раз она с мужем оказывалась по пояс в зелёной, грязной воде. Алису Ран несколько раз переносил на руках над головой, а сам почти плыл — таким мягким было илистое дно, норовившее засосать путников под воду. Огонь развести стало делом чести бывалого военного. В короб к пороху и спичкам к Тиорунгу попала вода, превратив часть содержимого в лишний груз, поэтому огонь чаще всего создавал Ран. Синие искорки загорались на кончиках его пальцев и сползали на сырые дрова. Те нехотя покрывались голубыми языками пламени, которые, как только демон переставал колдовать, обретали всем знакомый красно-оранжевый оттенок. Такой навык Рана не давал отряду замёрзнуть ночью и днём да ещё и позволял подсушивать одежду. Но наглость и чрезмерная самоуверенность демона в его абсолютной правоте провоцировала людей на конфликты. Ран заявил, что необходимо найти длинную прочную палку для каждого и идти строго по его расплывчатым следам, проверяя, тонет ли посох-палка в этом месте или нет. Даже у взрослого мужчины огромных физических сил требовал путь по колено в жидкой грязи, а работа палкой уже окончательно выбила из сил неподготовленную Алису. Она оступалась и заваливалась в бок, начинала тонуть в трясине. Три пары цепких рук вытаскивали её из коварных объятий болота, но девушка снова и снова падала. Ей казалось, что Ран специально вёл их изнурительной дорогой, ведь у границы можно было повернуть на восток, пройти ещё немного по довольно сухой (жалобы о прошлой влажности уже оказались забыты) земле, а там и сосняк, там каменная земля, никаких болот. Ветер и красота! Но зачем-то все пошли за демоном. Он, может, и знал эти места, но не Ран ли постоянно хвастался, что десяток лет отсидел в заключении в подземельях Ненаньяра? Он же был совсем маленьким, когда свободно рассекал по болотам! Разве мог он помнить всю местность? — Я дальше не пойду! — Заявила Алиса, выливая из сапог воду. — Мы скорее утонем здесь, чем доберемся до каких-то там развалин... Отряд разместился на обширном сухом островке, чтобы пообедать. Демон занимался подсушиванием дров, а Виллафрид тщетно чиркал спичками. Руки Рана дрогнули, когда он услышал обвинения в свой адрес от самого любимого им человека, и он обжёг Тиорунга. — Как же я устал от твоих косяков! — Вспылил Виллафрид. — Будь ты моим солдатом, я бы приказал тебя выпороть! Нет, это уже невозможно... Ран стиснул зубы и прижал уши. Отдаться чувствам и эмоция он не мог, потому что причинил бы вред всему отряду, но как иначе побороть душащую боль внутри? Каждый день в его сердце втыкали новые ножи, а теперь гильотиной ему отсекла голову Алиса. — Я вас всех ненавижу, проклятые люди! — Безбашенно заорал демон. — Сначала отняли то, что я получил даром, а теперь сами дали и сами же забрали надежду на счастье! Кто создал вас такими тварями?! Подпустили меня к себе, а теперь бьёте со всех сил. Хватит! Я ухожу! Ран демонстративно под всеобщее молчание развернулся и собирался уже вскочить на толстую еловую ветку, но вдруг резко опустил уши вниз и с побледневшим лицом обернулся на товарищей. — Иди уже, клоун! — Злобно рявкнул Тиорунг, но жена приложила свой палец к его губам и подскочила к Рану. Она трясла его за плечи, заглядывала в расширенные зрачки. «Ренгоку, Ренгоку!» — вскричала Алиса, не осознавая, что мгновение назад могла лишиться друга. — Вы... — шепнул Ран, отрешённо глядя в болотную даль. — Вы слышали? — Извини меня, Ран! — Алиса повисла на его шее. — Уходите, — так же тяжело продолжал Ран. — Оно уже рядом. — О ком ты говоришь, Ран? — Тиорунг взволнованно подошёл к демону и тоже крепко тряхнул его за плечо. — Белые? Медведь? Если это зверь, я его пристрелю. Я белке в глаз со ста метров попадаю, ха! Сквозь поскрипывание елей и свист ветра раздался крик петуха. Он был совершенно чужим в этих диких местах. Такой родной деревенский звук заставил побледнеть людей. Вдруг вода у островка забурлила, и из неё поднялась гигантская голова птицы, крики которой только что сотрясли болото. Вслед за головой петуха возникло тело льва с крыльями летучей мыши и лапами журавля, а вместо хвоста извивалась длинная змея. — Василиск! — Закричала Алиса. Жуткая тварь, чавкая клювом и дико вращая жёлтые выпученные глаза, ловко сбросила с себя вязкую болотную растительность и вскарабкалась на островок. Огромные птичьи лапы впились в землю, продавливая её, а под ногами василиска появлялась вода — вес твари, как и размер, были огромными. Весь его вид излучали голод. Виллафрид и Алиет не растерялись и слаженно разбежались в разные стороны, поставив чудище в неловкое положение. Генерал-майор нырнул под брюхо твари и рывком выкинул сумки и рюкзаки. Капитан попыталась поймать их, но тщетно. Сильный бросок генерал-майора отправил одежду, посуду, еду и оружие в мерзкое болото… Зато спасти удалось маленький мешок Рана, содержимое которого было загадкой для людей. Тиорунг, ругаясь, швырнул его в сторону. — Ран, а твой птиценогий собрат медленный! — Рассмеялся Виллафрид, хватаясь за охотничий нож, который носил на поясе военный. — Сейчас я отправлю его на свидание с творцом! Тиорунг рывком вскочил на спину василиска и со всей недюжей силой замахнулся на странного демона, как вдруг в его руку вцепилась змея. Виллафрид попытался перехватить свободной рукой гадину, но она стащила со спины невезучего всадника и сбросила в воду. — Это хвост! — Закричала Алиса. Она прикрывала собой Рана, который остолбенел и не мог пошевелиться. В этот миг василиск громко кукарекнул и галопом помчался на девушку. В страхе она отпрыгнула в сторону, а демона столкнула вниз в воду. Гигантский дьявол во плоти не смог смириться с исчезновением своей пищи и в очередной раз мощным рывком прыгнул на Алису. Девушка уже сбросила высокие сапоги, сковывавшие движения, и в панике металась от дерева к дереву. Мощным клювом василиск сносил хлипкие ели, измученные постоянной влагой, а их щепки безжалостно царапали Алису. Петушиный клюв продолжал крошить деревья, землю и камни, норовя проткнуть и проглотить девушку, но вдруг змея-хвост дёрнула мощное тело к воде. Из неё, опираясь на плечо верной супруги и стискивая в зубах короб с порохом, весь в тине на островок поднялся Виллафрид. Он самодовольно отдал спасительный порох Алиет, а сам крепко сжал револьвер, который тоже достал с самого дна. — Убью, — тихо сказал Виллафрид, и Алиса по ледяной буре в глазах Тиорунга поняла, что теперь Василиск так просто не уйдёт от правосудия. Генерал-майор твёрдой офицерской рукой поднял черное дуло своего верного револьвера. Медленно василиск поворачивался петушиной головой к новой цели, подставляя обтянутые кожей ребра своему врагу. Грянул выстрел. Чудовище пошатнулось, а на его теле появилась дыра размером с яблоко. — Прямо в сердце, — самодовольно заявил Тиорунг, перезаряжая верного друга. Из раны василиска вместо крови полилась болотная вода. Жёлтые глаза чудища покраснели, а гигантский клюв из прочного оружия превратился в бесформенное образование. Оно неприятно извивалось, пока не сформировало круглый рот, внутри которого располагалось множество мелких, но крайне острых зубов. — Пасть миноги! — закричала Алиса в панике. Трясущиеся руки девушки схватили сумку Рана, оказавшуюся у её ног. Алиса могла только предполагать, какие же там лежат магические артефакты и руны, которые демон старательно изготовил не без помощи покойного Зельевара, но нужно было использовать все возможные способы победить василиска, даже самые безрассудные. Девушка быстро достала записную книжку и случайно открыла страницы — на развороте оказалось два круга с узорами внутри. Какие-либо пояснительные записи рядом отсутствовали, но окутанный первобытным страхом разум и не разобрался бы в закорючках Рана. Алиса резко вытянула руки вперёд, направив руны прямо на василиска. Вокруг взбесившейся гадины из воздуха возникла клетка. Её прутья казались сделанными из синего газа, блестевшим бледным голубым пламенем, которое напомнило Алисе о пропаже Рана. В панике, спасая собственную жизнь, она совсем забыла о верном друге. Когда клетка приняла свои материальные очертания, сработала вторая руна. Рисунок сошёл с жёлтой бумаги и разросся до огромных размеров. Верхние его очертания возвышались над хилыми елями, а середина мерцала родным синим пламенем. С безудержной мощью вырвалась энергия из ожившего узора, и, попав в скрючившегося василиска, она засветилась ярким белым светом. Тиорунги и Алиса невольно прикрыли глаза ладонью, а потом и неприятная боль пронзила тела. «Если свет так жжёт кожу, то какой же ад сейчас в клетке», — думала Алиса, сжимая в руках волшебную книгу. Но спасения не было. Когда пламя исчезло, перед лицом девушки появилась обожжённая, кровоточащая болотной водой морда василиска-миноги. Алиса закричала и рванула в непонятном направлении, но усталость и ужас сказались на незакалённом организме. Она споткнулась о свою ногу и рухнула в воду. — Алиса! — Алиет бросилась к девушке, но василиск преградил путь. Отважная женщина не дала твари напугать себя и, вытащив карандаш, всадила маленькую деревяшку в огромную пасть. Василиска явно удивило поведение жертвы и он отпрянул, дав шанс Тиорунг подойти к краю острова. — Алиса! Алиса! — В исступлении звала Алиет, бегая глазами по ровной глади воды. Когда возле островка появились пузырьки воздуха, она пронзительно закричала. Виллафрид впервые видел свою жену в таком состоянии. Она никогда не падала духом. Даже когда капитан получила тяжёлое ранение, генерал-майор сидел на коленях возле её кровати и рыдал, а она смеялась, шепча из последних сил, что и эта беда отступит. Алиет оказалсь права — все несчастья обошли их семью стороной. А теперь она в полной беспомощности смотрела на воду, поглотившую ребёнка. Ран, может, и заслужил смерть в этих болотах, но в чём виновата юная Дагнаер? Нет, этот мир не прощает доброты… — Да стреляй же, ублюдок! — Виллафрид пытался выстрелить из револьвера, но порох промок насквозь, поэтому любимый напарник стал бесполезным куском стали. Алиет вытерла грязным рукавом слёзы и, стиснув кулаки, бросилась на спину василиска. Петушиная голова журавлиными лапами била возле её мужа, который наотмашь махал тяжёлым револьвером. Но Тиорунг без слов понял идею капитана и, уверенно кивнув, бросил ей свой нож. Ловкая женщина, несмотря на брыкания василиска, поймала оружие и начала бить им по тощей львиной спине монстра. Он замахал крыльями, но те оказались бесполезными против назойливого человека, поэтому кожистые уродливые складки и тонкие кости вросли в тело, превратившись в тугие мышцы. Чудовище протяжно выло, а его противный голос рябью разбегался по мертвенно-спокойной воде. Змеиный хвост больше не собирался терпеть наглости человека и обвился вокруг руки Алиет. Она попыталась освободиться, но хвост оказался умнее и наглее головы. Змея заломила руку капитана так, что та, потеряв от боли сознание, рухнула на землю. Страшная птичья лапа уже поднялась над телом женщины, как вдруг Виллафрид тигриным прыжком выхватил свою любимую и перекатился с ней на свободное пространство на разваливающемся островке. — Какая же глупая смерть! — Закричал Тиорунг. — Сам умер, ещё и нас на тот свет тащишь! Ренгоку Хоуран, отродье несчастное, будь ты проклят! Сгори в своём же синем пламени! Над Виллафридом и Алиет склонилась ужасная голова петуха с зубастой пастью рыбы-червя. Василиск не чувствовал страха жертвы, потому и медлил, желая спровоцировать мужчину. Но не в правилах генерал-майора паниковать. Даже перед смертью он будет храбро смотреть в глаза убийце, чтобы запомнить их, чтобы потом мстить ему с того света. Чудище задрало голову и резко опустило её. Виллафрид ожидал увидеть совсем близко противные зубы, ощутить смрад болотного тела, но вместо всевозможных видов смерти он увидел перед собой огромные чёрные крылья. Они с шумом отбросили василиска в подальше от измученных людей. В изумлении генерал-майор обернулся и увидел огромное тёмное бесформенное образование, сердцем которого был Ран. Чёрные тени вокруг него волновались, то открывая, то закрывая его лицо. Тела не было видно, однако в жуткой массе тьмы угадывались очертания рук и ног демона. — Глупая ящерица! — Ран рассмеялся, но тут же подавился и сплюнул воду. — Ты превратил в камень тело, но мой разум чист! Аркогарали, вперёд! Огромные тени, как внешний скелет, двигали суставы Рана, и он свободно и ловко передвигался. Хвостом из воды за демоном стелились тени, волоча в себе Алису. Девушка не подавала признаков жизни, как и Алиет, но Тиорунг склонился над ними, ожидая чуда. Только оно могло спасти их маленький отряд. Василиск явно не понимал, почему на островке снова столько людей, но вскоре сообразил, что другой демон пытался отобрать у него три человеческих тушки. Так же безобразно, как и в прошлый раз, петушиная голова сменила пасть миноги на орлиный клюв. Ран собрал шлейф аркогаралей вокруг себя. Они послушно образовали гигантские когтистые лапы вместо рук; ноги демона стали длиннее, спину и грудь теперь защищал затвердевший слой теней, а вокруг головы собрался чёрный шлем с длинным клювом ворона. После объединения тела с аркогаралями, Ран не уступал в размерах своему разозлившемуся сопернику. Как два титана, сцепились в драке два демона. Они били друг друга крепкими клювами, вцепившись лапами в тела друг друга. Теневые когти кромсали болотистую плоть, аркогарали же оказались совершенно неуязвимы к шипам и плевкам василиска. Когда чудище замахивалось на конечности Рана, тени попускали удары сквозь себя, но в ответственный момент они становились крепче металла и великолепно защищали беспомощное тело с широкой душой. Ран, сверкая голубыми глазами, повалил на землю василиска. Жуткое создание забилось в агонии, беспорядочно пыталось изменить своё тело так, чтобы улизнуть от куда более сильного демона, чем он сам. Но Ран не отпускал негодяя. Он обрушивал удар за ударом на крепкую голову василиска, впивался когтями в его бешеные глаза, ломал бесформенные конечности. Но все удары оставляли василиска живым. Он шипел и извивался даже тогда, когда Ран прошиб череп и добрался до пульсирующего мозга. Он ни чем не отличался от птичьего, разве что светился красным пламенем — признак демонической силы внутри чудовищной оболочки. Такое магическое ядро нельзя было уничтожить физически, а колдовать Ран не мог — аркогарали поедали его силы, уже начинали грызть плоть. Если бы демон воспользовался синим пламенем, тени сожрали бы его. К счастью, Ран знал, как нужно закончить мучения василиска. Он поднял теневую лапу. Внутри неё по невидимым сосудам перемещалось сравнительно маленькое оружие, которое всю битву находилось внутри огромного тела из аркогаралей. Из лапы, как зубочистка, появился клеймор Алисы. Ран сжал его и из последних сил всадил в магическое ядро василиска… …Тени расползлись, утонули в наступившей тьме, оставив тело Рана в покое. Он лежал на животе в неестественной позе, не шевелясь. Виллафрид трясущейся рукой сжал револьвер и подбежал к демону. Генерал-майор ткнул ему дулом в затылок, но Ран никак не отреагировал. Тогда он перевернул на спину тело и со всей силы ударил его в живот. Ран тут же очнулся и вцепился ослабшими пальцами в грязный, рваный воротник Тиорунга. — Совсем крыша поехала?! — Вскрикнул демон, но тут же закашлялся. По его щеке текла болотная вода, смешанная с кровью. Но Виллафрид не слышал бурчание Рана. Он лишь заглянул в уставшие, померкшие глаза. Впервые он видел демона с округлившимися зрачками. Сознание явно ненадолго вернулось к Рану, поэтому Тиорунг крепко обнял его, как сына. — Мальчик мой, Ренгоку, — шептал Виллафрид, прижимая к себе белую растрёпанную голову, — как же я тебя ненавижу. Что бы мы все делали без тебя? Сначала чуть не утопил всех, а потом… спас. Проклятый демон… Услышав откровения, Ран тихо усмехнулся. — И я никуда без вас, генерал. Спасибо, — слетел шёпот с губ Рана, и демон снова провалился в нездоровый сон. Виллафрид Тиорунг остался один с тремя израненными телами среди бескрайних и опасных болот.