Перезапуск

Столица расцветала после очередной рабочей недели. В барах собирались шумные компании; на игровые площадки выбегали школьники, побросавшие дома портфели; в парках сквозь деревья звенел задорный смех и звучала музыка. Вокруг фонарей и ярких вывесок роились тучки насекомых, ласкаясь о маленькие ночные светила. Столица даже ночью жила так, будто на небе сияло солнце. Но под землей между днем и ночью нет никакой разницы, ровно как и нет рассветов и закатов. Постоянно там горят лампы. Время застыло в казематах Ненаньяра. В слепящем свете разгуливали люди в белоснежных одеждах. Они носили бумаги, иногда артефакты. Крайне редко тот или иной Белый бежал по длинному коридору, размахивая пистолетом. Это означало, что улвур снова не хотел слушать своего хозяина и жизнь его вот-вот оборвется. Зато в подземелье несколько раз в день звенят магические кандалы и слышится мертвенно-равнодушный голос. Очередного демона поведут туда. В камерах темнота, и только звуки выдавали заключенных в них. Однако не всегда человеческое ухо улавливало эти колыхания воздуха, и порой казалось, что на главном, самом глубоком этаже царит мертвая тишина. Но резкий скрип открывающегося замка напугал демонов, и в темноте началась возня. Шаги тяжелых сапог эхом разносились по коридору, и ответом им были рык и шипение. Брякнула решетка камеры, охранник приоткрыл ее, и туда забросили маленький уголек. — Думаю, он уже не восстановится, — скептический голос довел заключенных до безумной паники. Сумасшедшие крики, полные отчаяния, оглушили людей. Охранник свалился на пол, обхватив голову руками, а Белые невозмутимо продолжали рассматривать камеры. — Глупые горлодеры, — отозвался тот же голос. Белый хлопнул в ладоши, и все демоны замолчали. За каждой решеткой теперь лежали тела, изо рта которых (если таковой имелся) текла кровь. — Неплохо ты их заткнул, — второй Белый поковырял пальцем в ухе. — Только скажи, кого мы поведем на разложение? Они все теперь полудохлые. — Ты ничему не учишься. Впрочем, лучше позови врача, эту тушу спасти нужно, — скептически настроенный Белый пнул охранника, корчившегося в муках. Ученик покинул учителя, оставив его один на один с полчищем демонов, спрятанным в тесных камерах, но человек не испытывал страха. Более того, он вальяжно подошел к одной из камер, подобрал к ней ключ, открыл дверь и шагнул в темноту. В ладони Белого зажегся огонек, осветивший все тесное пространство камеры. На сене, закопавшись в него, спал демон. Он не слышал его приближения, и, наверное, не принимал участия в безумном хоре. Рот его был измазан питательном раствором, которым кормили всех обитателей подземелья, и следов крови не было. Значит, магический удар его не задел. Белый нагнулся и осмотрел ошейник. Белые спутанные волосы демона падали на шкалу, показывавшую количество энергии в существе, но маг знал, что даже при минимальных показателях из клай-норэ можно выжать несколько тысяч киловатт электричества. Удар хлыста разбудил Рана. Он открыл глаза и лениво взглянул на своего обидчика. — Я вчера был, — промямлил демон, но второй удар хлыстом упал на его лицо. Из разбитых губ потекла кровь. — Плевать, — Белый замахнулся, готовясь нанести третий удар. — Вставай и без шуточек. А то получишь. Если бы кнут Белого был сделан из кожи, Ран безмятежно перевернулся на другой бок и снова уснул, однако белая магия вместе с усилием человека приносила ему жгучую боль. Демон сложил руки за головой, приподняв волосы, и Белый посмотрел на шкалу на ошейнике. Недовольство исказило его лицо, но он рассеял в воздухе орудие пытки и посадил Рана на магический поводок. Рывком он поставил демона на ноги и протолкнул вперед себя. Ран щурился и терялся. Он, пошатываясь, ковылял на своих лапах по коридору в направлении выхода, пока не споткнулся о тело охранника. — Тьфу, опять нового искать надо, — Белый проверил пульс и еще раз пнул пока что неостывший труп. — Ладно мне, — Ран с трудом поднялся на ноги, — а зачем вы приносите боль другим существам? Ответом Белого стал магический удар, отбросивший изнеможенного Рана на несколько метров вперед. В молчании продолжался оставшийся путь до Аппарата. В огромном зале, где потолок поднимался на десятки метров, Белого и Рана уже ждали другие маги. Они стояли вокруг пульта управления с множеством рычагов и цветных кнопок и активно обсуждали предстоящие выходные. Возле стеклянной кабины, откуда шел легкий дымок, крутились механики в белых куртках и устраняли причину этого дымка. От всех сторон кабины расходились толстые провода, скрывавшиеся в соседней комнате, которую называли "трансформаторной". — Последний на сегодня, да, Артон? — один из управляющих пультом улыбнулся, глядя на шатающегося Рана. — И домой, — скептический Артон устало кивнул. — Отлично! — Белый за пультом надел защитные очки. — Эй, инженерчики, закончили? — Нет. Но один раз Аппарат сможет разложить, — отозвался механик. — Потом закончим отладку. Мелочь осталась. — Тогда приступим, — веселье за пультом угасло, и каждый Белый занял свою позицию. — Артон, готовность двадцать секунд. Пошло время. Артон сбросил с демона поводок. Ран сделал шаг к кабине Аппарата, из которого уже начинали бить в воздух магические разряды. Гул в помещении нарастал. — Пятнадцать секунд. Артон снова создал кнут и начал бить упрямого демона. Ран пытался выбраться из западни, но болезненные удары градом сыпались на него. Он смотрел на своего надзирателя и, трясясь от страха всем телом, пятился назад, прямиком в кабину. — Десять секунд. Артон подскочил к истерзанному демону и запихнул его в Аппарат. Ран задыхался, плевал кровью, но Белый снова и снова пытался повалить его на пол. После нескольких ударов ему это удалось. — Пять секунд. Артон в последний раз ударил Рана. Пока заключенный приходил в себя, Белый сдернул с него ошейник. Функция этого артефакта заключалась не только в измерении энергетической силы демонов, но и в отключении их способности использовать свою магию. Без ошейника любой демон становился в тысячи раз опаснее. — Начинаю. Двери кабины захлопнулись, и Артон отошел от нее. Сквозь стекло ему было видно лицо Рана, измазанное в крови. Голубые глаза демона пристально смотрели на мучителя. Гнев и злоба сияли в них, желая Артону только одного — смерти. В кабине уже начинали роиться странные тени, природу которых Белым установить не удавалось. — Напряжение на максимум через три, две, одну... После этих слов яркий свет заливал огромный зал. Без защитного снаряжения человек ничего не видел — так сильно бесновалась магия Аппарата, раскладывая демона на энергию, необходимую для выработки электричества. Артон закрыл лицо руками, уже не боясь теней Рана — сейчас демону просто не до мести. Плоть, которая хранит в себе огонь Ландамаери, буквально сгорала, оголяя чистую магию мира демонов. Аппарат забирал ее себе, преобразовывал в необходимые людям формы. Провода зажужжали — пошел электрический ток. Разложение удалось, несмотря на технические неполадки с прошлым заключенным. — Закончили, — объявил тот же голос с пульта. Гул утих, в зале снова можно было находиться без защитных очков. Только управляющий объявил окончание страшной процедуры, как Артон, мастер своего дела, уже оказался возле кабины. На место слабеющего белого света приходило голубое пламя — демон продолжал отдавать свою магию. Если вовремя не надеть ошейник, он сожжет сам себя и погибнет, не сумев восстановить свои силы. — Ни разу еще Артон не терял демонов в таком состоянии, — возобновились разговоры за пультом. — А то! Лучший маг прошлого года. — Вон, тащит уже эту мерзость обратно в клетку. — Эй, а вчера часом не эту же гадину пихали в Аппарат? — Его, да... Клай-норэ воистину сильнейший демон! — Не в силе дело. Магии в нем хоть отбавляй. — Её б хватило на разнос парочки этажей Ненаньяра. Даже после наших опытов он существует в своем теле. Разложения для него как будто и не было. — Шутник! Скажи ещё, что этот демон сбежит отсюда, пока после открытия кабины Артон бежит к нему с ошейником! Хохот залил зал. Маги покинули этаж Аппарата, предоставив его починку механикам. Начинались выходные.