Мой любовник

- Посиди пока здесь, - Донован осторожно опустил мальчишку на диван в гостиной и укрыл его одеялом. – Пусть Мэри проветрит комнату и сменит белье. Я тебя потом обратно отнесу. – Для удобства он подложил ему под голову вторую подушку, а через минуту принес пластиковый тазик из подсобки, на случай если Юму опять стошнит и сел рядом с ним. - Простите… - почти шепотом произнес парень, чувствуя потребность извиниться перед человеком, который битый час возился с ним, как наседка. - За что? - За костюм… И за то, что по моей вине Вы опоздали на свою работу. - Пустяки, Рюноскэ справиться сам. К тому же на работу у меня сейчас совсем сил нет. - А что с Вами? Вы больны? – полюбопытствовал мальчишка и немного приподнялся на постели, так, чтобы видеть лицо собеседника. – Вы даже рядом со мной выглядите плохо. - Ты, правда, хочешь знать? - Хочу, ведь наблюдение за Вашим здоровьем, как я помню, входит в мои обязанности. - Ладно, я скажу. Только ты держи себя в руках. Мне неприятно, когда надо мной насмехаются. - Хорошо, - ответил он в замешательстве, мысленно гадая, чего такого может скрывать этот мужчина. - Понимаешь, Юма, уже много лет у меня серьезные проблемы со сном. Я не могу спать один… - произнес Донован и сразу же посмотрел на реакцию мальчишки. Тот слушал его внимательно с каменным выражением лица. – Я очень боюсь темноты… - добавил англичанин, не отрывая от него глаз – парень по-прежнему не смеялся. – Ты хоть слышишь, что я тебе говорю?! – сорвался он, не веря, что кто-то может принять эту новость спокойно. Прошлый любовник Донована, Кайл, после подобных откровений минут двадцать ржал, как конь, плюясь слюной и хватаясь за живот. - У Вас никтофобия? - грустно подытожил его слова парень. - Ты прав, и еще онейрофобия. - Боязнь снов? - Да, меня мучают кошмары, – тяжело выдохнул мужчина. – Смешно звучит, не правда ли, особенно учитывая мой возраст? Юма хотел ответить, что в его словах нет ничего смешного, но его перебили. - Дон, я все убрала, - знакомая блондинка с опаской заглянула в гостиную, - вы можете возвращаться. И еще, я позвонила доктору, он приедет через пару часов, - сказала она и сразу же выскользнула в коридор, так быстро, что Юма едва успел разглядеть ее пестрый фартук с рюшами, надетый поверх повседневной одежды. - Спасибо, - поблагодарил ее Донован, провожая девушку ласковой улыбкой. - Ну что, пойдем. - Он встал с дивана и опять поднял мальчишку на руки. - У-у-у, - от неудачной позы рана растревожилась, и он застонал от боли. - Потерпи чуток, мне нужно тебя отнести. - Дон очень быстро и аккуратно уложил его обратно в постель, но у Юмы все равно от боли успели выступить на глазах слезы. Пытаясь не стонать, он изо всех сил стиснул зубы. - Дать обезболивающее? – желая хоть как-то облегчить его страдания, предложил мужчина. - Только таблетки тебе давать нельзя, мне придется сделать укол. - Не надо! Я подожду доктора! - наотрез отказался мальчишка и в знак протеста натянул на голову одеяло. - Как хочешь, зови, если что, - бросил напоследок англичанин и сразу же ушел. *** - И это, по-твоему, два часа?! - негодовал Донован, указывая гостю на время. Мэри звонила в клинику еще утром, а сейчас на улице уже темно. - Заткнись, сопляк! Башка и без тебя трещит! – старый доктор, не обращая внимания на вопли хозяина дома, проследовал в гостиную прямиком к бару и без разрешения плеснул себе виски в стакан. – Да, я говорил Мэри, что приеду в обед, когда у меня выдастся окно в расписании, но потом в клинику поступил срочный вызов, который нельзя было проигнорировать. Что бы ты ни думал, в первую очередь я педиатр, а уже потом бандитский врач на побегушках. И здоровье моих маленьких пациентов мне в разы важнее твоего пацана. К тому же, судя по трем предыдущим моим визитам, лечить его я все равно не вижу никакого смысла. - Что ты такое несешь? – уже плевался от злости мужчина. - А разве я не прав? Три раза я лечил мальчишку, давал тебе рекомендации по уходу, а его состояние только усугубляется. И ладно бы болезнь прогрессировала. Так нет же, вывих, разрывы, за ними ножевое ранение, потом истощение. Чертов садист, я не хочу больше латать его после твоих извращенных игр. Видел бы тебя сейчас дядя – перевернулся в могиле! – Высказался старик и одним махом опрокинул стакан. - Папа! Ну, что ты делаешь? Мы ведь еще даже не видели пациента! – возмутилась, пришедшая вместе с ним медсестра и попыталась увести отца от стола с напитками. - Отстань, Минори! - доктор одной рукой оттолкнул хрупкую женщину и налил себе добавки. - Это тяжелый случай, и без допинга работать я не могу! И вообще, нет никаких гарантий, что пацан до сих пор жив. Еще вчера он был на грани жизни и смерти, а сегодня, дочка, боюсь, мы с тобой уже точно найдем его хладный труп. Изверг проклятый, до чего довел паренька! – всхлипнул старик, смахнул со щеки слезу и дрожащей рукой поднес стакан к губам. – Покойся с миром! – проговорил он, прежде чем принять на душу вторую дозу. - Папа! – опять завизжала медсестра. – Дон, прости, я не знаю, что на него нашло. - Что ты несешь, старый маразматик?! Совсем из ума выжил? – Донован забрал у пьянчуги стакан и оттащил его подальше от бара. – Парень жив и в сознании, а ты его раньше времени хоронишь! Сейчас же иди и окажи ему медицинскую помощь, иначе я не посмотрю на твой солидный возраст и силой заставлю тебя исполнить свой врачебный долг! - Ишь, гляди, как разорался! Руки убери от меня, щенок, и не смей больше повышать на меня голос! – доктор вырвался из захвата мужчины и отряхнулся. – Я прихожу сюда только из уважения к твоему покойному дяде. Пять лет назад я обещал ему, что буду присматривать за тобой, и я свое слово держу. Но тогда я и подумать не мог, что однажды мне придется участвовать в чем-то подобном. Пойдем, Минори! – он поднял с пола свои инструменты. – Окажем мальчишке помощь. Ведь, как я помню, клятву Гиппократа еще никто не отменял. Но если он опять ему что-то сделал, мы больше сюда не вернемся. - Подождите меня. – Донован поплелся за ними следом. Уже у самой двери он снова окликнул доктора: - Старик, это не я. Я тут ни причем. Я, правда, ничего ему не делал. – Наткнувшись на осуждающий взгляд эскулапа, мужчина уточнил: - Ну, почти ничего. Ты же не думаешь, что я на такое способен? - Прости, Дон, мне бы хотелось тебе верить, но, к сожалению, я лучше кого-либо знаю твои способности. В гневе ты невменяем, ты способен на многое. Сколько раз мне приходилось лечил твоих подчиненных? Бесчисленное множество раз! Да, что я с тобой церемонюсь, ты ведь даже убил своего родного отца! И после всего ты спрашиваешь меня, верю ли я тебе? Нет, не верю! Ты больной на голову сукин сын! Ты способен на все! – прокричал старик и ворвался в комнату Юмы. Мальчишка сидел на постели. На лице его застыла маска ужаса. Донован даже не сомневался, что он прекрасно слышал их с доктором разговор. - Юма, - англичанин ласково его окликнул, но его от такого внимания перекосило еще больше. - Уйди от сюда, мне нужно осмотреть пациента! – выгнал его доктор, и мужчина, не желая спорить со стариком, послушно ушел, оставив Юму на попечение визитеров. Несколько минут парень молча, не отрывая глаз, наблюдал, как невысокий пожилой доктор и его миниатюрная помощница – медсестра – раскладывали на прикроватной тумбочке свои инструменты. Женщина и мужчина, даже несмотря на большую разницу в возрасте, были очень похожи, и парень сразу же понял, что перед ним семейный подряд. - Юма, значит, - начал доктор, как только они закончили. – Рад видеть, что ты сегодня в сознании. - Сегодня? - Да, сегодня я пришел к тебе в четвертый раз. - Так это вы меня тогда лечили, - парень покраснел от стыда, вспомнив, в каком виде его привезли в клинику. - Я, но ты не волнуйся, у меня есть лицензия. Правда, педиатра, - честно признался доктор, - но тебе помочь я тоже могу. Как ты себя сейчас чувствуешь? - Не очень… – нехотя промямлил Юма. Парню совсем не хотелось откровенничать со специалистом, который пришел к нему с перегаром, но боль была такой сильной, что он решил не зацикливаться на мелочах и вежливо продолжил: – Рана очень болит, повязка вся пропиталась кровью, и… - Юма хотел сказать, что другие его повреждения тоже приносят ему страдания, но не стал. - Можно я посмотрю? - Можно, - мальчишка нехотя расстегнул пижаму. Доктор аккуратно с помощью пинцета и ножниц снял бурую повязку с раны. - Шов воспалился, – серьезно заявил он, едва взглянув на порез. – Я сейчас обработаю его антисептиком и сменю тебе повязку. - Ай! – невольно вскрикнул пациент, почувствовав сильное жжение в боку. - Терпи! - Долго еще терпеть? – переспросил мальчишка, желая точно знать, сколько продляться его мучения. - Подожди, уже почти все. Готово! – радостно заявил доктор, а потом попросил его перевернуться на левый бок. – При всем своем неряшливом внешнем виде старый доктор оказался на удивление умелым. Он за считанные минуты сменил Юме повязку, после чего медсестра сделала ему пару уколов. – Прости, но я должен посмотреть, - сказал старик и раздвинул парню ягодицы. - Подождите, доктор! - Уже лучше, – не обращая внимания на недовольство парня, продолжал он свой осмотр. – Расслабься. – Палец доктора, густо смазанный какой-то мазью, проник ему в задний проход. – Расслабься, я тебе говорю! – сделав несколько поступательных движений, палец выскользнул из него. – Все! Ты молодец! Можешь одеваться! – Юма даже не успел испугаться, так быстро все произошло. – Я выпишу тебе рецепт. Некоторое время ты должен будешь принимать антибиотики широкого спектра и по мере необходимости обезболивающие. Только не на голодный желудок. Кстати, а раньше у тебя были какие-нибудь проблемы с желудком? – доктор вспомнил, что мальчишку сегодня рвало. - Нет. - Хорошо. А что ты ел сегодня на завтрак? - Яичницу и бекон. - А сколько ты не ел до этого? – помня, что три предыдущих его визита Юма был без сознания, интересовался старик, одновременно ощупывая пациенту живот. - Не знаю, а какое сегодня число? - Боже, деточка, ты даже не знаешь, какое сегодня число! – возмущению доктора не было предела. – Сегодня первое марта. - Уже? Уже весна? – неверяще переспросил Юма и сел на постели. Почему-то он был уверен, что пробыл здесь гораздо меньше времени. – Тогда я не ел почти неделю. - Сколько? Он, что тебя еще и голодом морил? – парень растерянно молчал, и доктор, приняв его молчание за положительный ответ, направился к двери. - Папа, ты куда? – вдруг всполошилась женщина. – Не волнуйся, Минори, я скоро вернусь, только выбью всю дурь из одного бесстыжего сопляка и сразу же вернусь. - Доктор! Подождите! Ой! – Юма резко поднялся и вскрикнул от боли. - Ну, что ты! Зачем вставал? – мужчина сразу же вернулся. - Мистер Моррис не морил меня голодом. Наоборот, сегодня он практически силой заставил меня поесть, после чего меня и стошнило. И все мои травмы… - на мгновенье мальчишка опять замолчал, пережидая боль. – Это тоже не его вина. Честно, если б не он, меня и в живых бы уже не было! - Ну, хватит! Все! Успокойся! Еще давление повыситься, – приговаривал доктор, укладывая его обратно в постель. – Минори, позови этого дурака обратно. Я дам ему несколько советов по уходу за больными. - Вы все? – спросил Донован, вальяжно переступая порог комнаты. – Старик, почему он плачет? Что ты такого успел ему сделать? – он бросился к постели Юмы, но тот накрылся с головой. - Я не плачу! Просто живот болит! – огрызался он из-под одеяла. - Дай ему что-нибудь! Ты что его не лечил? За что я плачу тебе такие деньги? - Подожди, лекарства еще не подействовали. К тому же ты сам виноват, что ему так плохо. Пацан не ел почти неделю, а ты – придурок – насильно его накормил, еще и беконом. - Прости, - Донован виновато посмотрел на мальчишку. – Я не знал. - Тогда лучше запиши: сегодня не давай ему ничего, кроме бульона, а завтра, если все будет хорошо, можешь дать ему рисовую кашу с овощами. Еще не забудь про лекарства. Минори напишет тебе подробную инструкцию по применению. Ну, на этом, пожалуй, и все, – старик стал в спешке собирать инструменты. – Точно придерживайся моих инструкций, и пацан твой пойдет на поправку. А мне пора! Давай сюда деньги! - Спасибо, вам. – Донован вручил каждому из гостей по увесистому конверту. - Ага, выздоравливайте скорей, - старик скрупулезно – купюра за купюрой – пересчитал свою пачку. – Отлично. Минори, давай быстрей, я хочу сегодня поиграть в пачинко. - Папа, ты же обещал маме, что не будешь больше тратить деньги, заработанные в клинике, на игровые автоматы. - Обещал! И я их не трачу, а эта подработка к клинике не имеет никакого отношения! - Но… - Хватит спорить, заканчивай все дела и спускайся, я жду тебя внизу. - Старик, - вдруг заговорил Донован, как только они спустились на первый этаж. – Откуда ты узнал про отца? Это дядя тебе выболтал? - Однажды проговорился, когда мы с ним выпивали. Сказал, что твой отец был воплощением зла, и мир без него стал намного лучше. Но ты все равно не должен был его убивать. - Так и сказал? - Ага. Твой дядя был мягким, как патока, хоть и работал всю жизнь с якудза. Ты не знал, но именно этот твой поступок тогда его и подкосил. - Я все! – Минори спустилась вниз, и старик, не скрывая радости от предвкушения скорой игры в пачинко, поспешно ушел.