Impossible

— Кагеяма, - томно шепчет Хината, обвивая руками влажную шею партнера. Он краснеет, он уже весь красный. Ему жарко. Каждый вздох дается с трудом и обжигает легкие. Он задыхается и жадно хватает губами спертый, раскаленный воздух, облизывает их, сглатывает, потому что горло пересыхает слишком быстро. Он ерзает, вплетая пальцы в темные волосы, и скользит мутным взглядом по помещению. Закусывает губу и делает глубокий вдох через нос, наслаждаясь пьянящим запахом чужого тела. – Ещё, - глухо, почти беззвучно, произносит парень и жадно приникает губами к влажному виску своего любовника, вжимаясь в него всем своим телом и словно изнемогая от желания. – Я люблю тебя, Тобио… Будильник зазвенел так не вовремя, так некстати. Кагеяма проснулся резко и тут же почувствовал острую нехватку кислорода. Он сел на кровать, дыша тяжело, сбито. Горло пересохло, оно горело, а в груди, наряду с бешеным ритмом сердца, бушевал яркий пожар. Всё тело охватило желание, оно сковало, словно крепкими, мощными цепями, и не давало даже пошевелиться. Кагеяма откашлялся. Он до сих пор не пришел в себя. Перед глазами всё плыло. Ему было чертовски жарко. Всё тело было мокрым, и по нему всё еще мелко скатывались капли горячего пота. — Чёрт, - лишь выругался парень, зарываясь дрожащими пальцами во взмокшие, жесткие волосы. В голове то и дело возникали яркие, просто невероятно соблазнительные картинки с краснеющим, раскрепощенным и таким откровенным мальчиком из снов. И почему-то от такого Хинаты всё тело горело, а в животе словно всё стягивалось в один крепкий узел. Сжималось. Трепетало. И сердце колотилось так безумно, так бешено, словно в последний раз. Который это уже по счету сон? Второй? Третий? А может, уже десятый? Когда Кагеяма успел согласиться с тем, что Хината – это не просто друг или товарищ по команде, а предмет его потайных желаний, страстей и мокрых снов? А смирился ли он с этим? Осознал ли? Очевидно, что да. Потому что он давно заметил, что даже на тренировках смотрит на него с ярким вожделением. Его сознание плавится, стоит этой глупой приманке лишь слегка оголить живот, грудь или попросту упасть в какой-то непристойной позе. А непристойная ли она? Или же для Кагеямы что бы ни делал этот парень – всё выглядит дьявольски очаровательно и просто чертовски соблазнительно? Скорее всего, да. Ведь он буквально ловит каждое его движение, следит за его действиями и уже буквально пялится на него в раздевалке. — Твою мать, Хината, - озлобленно рыкнул Тобио и, крепко сжав руки в кулаки, поднялся с кровати. Он до сих пор не пришёл в сознание. Его шатало. Голова болела, ниже живота ныло и пульсировало, там было безумно тесно даже в широких пижамных штанах. Он так сильно хочет эту чёртову приманку. Неужели единственный, кто попался – это он сам? Неужели только он, бороздя широкие просторы своего жизненного океана, попался на эту миниатюрную рыбёшку и заглотил крючок по самые жабры? Это абсурдно, смешно, иронично, ведь начиналось все с вражды. Они позиционировали себя как соперники друг друга, враги. Даже играя бок о бок, они ненавидели друг друга. Должны были ненавидеть. Но теперь всё иначе. Кагеяма смирился с тем, что он запал и влип по самое не хочу. Он не мог точно сказать, любовь это или симпатия, ведь он совершенно неопытен в таких делах. В его жизни есть только волейбол, а отношения – это пустая трата времени. Так он думал. Но теперь, когда он видит Хинату, на его душе стелется мягкая теплота. Этот вечно неунывающий парень с широкой, заразительной улыбкой кажется ему таким нежным, таким притягательным. Это не тупое желание, это не подростковые гормоны, это что-то на порядок выше. Что-то, что он пока не может объяснить даже самому себе. Последний месяц каждое его утро начинается абсолютно одинаково: он просыпается взбудораженный и приходит в себя в душе, после чего быстро завтракает и, подхватывая наушники, отправляется на утреннюю пробежку до школы. Он перестал по утрам встречаться с Хинатой, чтобы пробежаться наперегонки до зала, потому что видеть причину своих ночных фантазий сразу после них выше его сил. Ему пришлось увиливать, придумывая причину, но всё же удалось избавиться хотя бы от подобного напряжения. Пока он бежит, он хотя бы сможет немного прийти в себя до того, как вновь его увидит. В школе было чертовски скучно. Хината почему-то сегодня не пришёл. И без него Кагеяма чувствовал себя совсем неуютно. Ему не хватало этого светлого парня, который всем безвозмездно дарит хорошее настроение лишь улыбкой, не хватало его заливистого смеха, его добрых глаз, его… «Блин», - Тобио улегся на свои руки, сложенные на парте, и бросил скучающий взгляд сквозь оконное стекло, наблюдая за тем, как на улице резвится футбольная команда. Он не слушал, что говорил учитель, не обращал внимание на то, что он пишет на доске, потому что ему было это неинтересно. Его голова была забита совсем другими мыслями. Он хотел, чтобы Хината принадлежал только ему, но не знал, как рассказать о своих чувствах. Боялся, что его не поймут. Он бы хотел получить совет, но не знал, к кому обратиться. Вернее… Он догадывался, кто из его знакомых самый опытный в теме отношений, вот только последний визит к нему за советом был не самым удачным. Кагеяма достаточно долгое время обдумывал потенциальных советчиков в этом вопросе, и всё время его что-то, но не устраивало. В итоге остался только Ойкава. Парень протяжно застонал и невольно уткнулся лбом в холодную поверхность парты. Воспоминания об этом человеке всегда были немного болезненны, ведь капитан Сейджо, кажется, совсем не любит своего «кохая». Однако другого выбора не было. Кагеяма неохотно вытянул из кармана телефон и спешно нашёл нужный номер. «Получатель: Ойкава Тоору Ойкава-сан, мне нужно с Вами очень серьезно поговорить. Не могли бы мы встретиться сегодня после трех часов?» Через пару секунд после того, как он уверенно нажал кнопку «отправить», его телефон тихо завибрировал – пришло оповещение о доставке. Кагеяма вновь улегся на парту и сдержанно зевнул. Как же скучно… Смс от Ойкавы пришло лишь спустя два часа, и его содержание было ожидаемо банально. «Отправитель: Ойкава Тоору НИ ЗА ЧТО.» — Чёрт, - выругался Кагеяма, крепко сжимая в руках телефон. И почему этот эгоистичный Ойкава относится к нему так скверно? «Получатель: Ойкава Тоору Извините, но это правда очень важно. Я сделаю всё что угодно. Пожалуйста» Телефон вновь завибрировал, оповещая о доставке. Тобио глянул краем глаза на время и устало выдохнул, собираясь убрать трубку до лучших времен, однако она тут же лихорадочно завибрировала. «Отправитель: Ойкава Тоору НИ Отправитель: Ойкава Тоору ЗА Отправитель: Ойкава Тоору ЧТО Отправитель: Ойкава Тоору Я не хочу тебя видеть, Тобио-чан» — Чёрт, - вновь выругался он, кидая монетку в автомат с напитками и попутно набирая сообщение. «Получатель: Ойкава Тоору Я буду ждать Вас возле школьных ворот» Кагеяма вытянул какой-то молочный напиток и, перекинув сумку через плечо, направился к выходу. «Получатель: Сугавара Коуши Суга-сан, мне сегодня нехорошо, я пропущу тренировку» Пока Кагеяма бежал до выхода, его телефон буквально разрывался от уведомлений, но ему уже было всё равно. *** — Какой же ты упрямый, Тобио-чан, - слащаво пропел Ойкава. — Можете заказывать что хотите – я заплачу, - спокойно отозвался Тобио, перебирая страницы меню, - в качестве благодарности. — Ты внезапно стал очень богатым? — Не сказал бы. — Вот и сиди смирно и выкладывай, - раздражённо фыркнул Тоору, закатывая глаза и складывая руки на груди. – Я слушаю тебя не потому, что хочу, а потому что ты не оставил мне выбора. — Извините. — Выкладывай и не беси меня, Тобио. Кагеяма вздохнул и встряхнул головой. Вся его уверенность куда-то мгновенно улетучилась. Правильно ли он поступил, принудив этого парня выслушивать его проблемы? Правильно ли доверять ему столь личное?.. — Ойкава-сан, в общем, я влюбился, - словно заученное, ровно парировал парень и посмотрел стойким, холодным взглядом на своего некогда наставника, который неожиданно опешил и замер на пару секунд. — Что?! – завопил он, вскакивая с места, но почти сразу пришёл в себя и поубавил пыл и громкость. Он, как ни в чем не бывало, уселся на свой стул и наклонился ближе к собеседнику. – Ну… и кто этот счастливчик? Выражение его лица было сейчас настолько довольным, что Кагеяма невольно поморщился. Неужели его душевные метания и страдания – это так весело? — Ну… Она тоже играет в волейбол. Первогодка. Для неё, как и для меня, есть только волейбол. И она очень милая. И… - он слегка покраснел, опуская взгляд в пол, и его тон на секунду стал каким-то чересчур тихим, - сексуальная. Ойкава пристально наблюдал за сменой эмоций на лице Тобио, и его улыбка с каждой секундой становилась только шире. Его плечи вдруг затряслись, и он разошёлся в беззвучном смехе после последней фразы. Он получал такое удовольствие от этой односторонне смущающей беседы, что теперь совершенно не жалел, что тут оказался. — Сексуальная? – издевательски протянул он. – Ты и такие слова знаешь? Официант принёс два напитка и поставил их на стол, после чего тут же удалился, склонившись в приветливом жесте. – Ойкава-сан, я же серьёзно, - процедил Кагеяма, наблюдая за своим собеседником из-под так вовремя спустившейся на глаза чёлки. В противовес довольному Ойкаве, он с каждой секундой всё больше и больше жалел о том, что решился на этот безрассудный поступок. — Это твоя плата, Тобио, - прищурившись, заметил капитан Сейджо. – Ты же не думал, что я стану помогать тебе просто так? — Разумеется, нет, вы же ненавидите меня, верно? — Ну, - он прикрыл глаза и устало выдохнул. – Недолюбливаю. — Ясно, - Кагеяма встряхнул головой, забирая чёлку назад, и откинулся на спинку стула. – Может, зря я всё затеял. — Что ты хочешь от меня услышать, Тобио-чан? – Ойкава сделал мелкий глоток сока и пристально уставился на собеседника. – Полагаю, ты хочешь, чтобы я пожалел тебя и сказал, что всё хорошо? Прекращай валять дурака, Кагеяма, я не стану тебя хвалить и лукавить. Ты либо рассказываешь мне, что хотел, либо не задерживай меня больше. — Да, простите. Над ними нависло напряжение, которое, кажется, можно было ощутить физически, даже потрогать. Кагеяма хмуро буравил взглядом стол и нервно хрустел пальцами под пристальным наблюдением своего так называемого «семпая», который уже порядком подустал сидеть в этом заведении и слушать гулкий гогот собравшихся в нём людей. — Тобио-чан? – мягко нарушил он тишину, движением головы в сторону часов намекая, что время на исходе. — Ойкава-сан, - выдохнул Кагеяма и прикрыл глаза, словно настраиваясь. – Я хочу, чтобы вы поняли, что мне, действительно, больше не к кому пойти. Я совершенно не знаю, как мне поступить в данной ситуации. Я, правда, запутался. Всё, что у меня в голове – всё новое, чуждое мне. Со мной раньше никогда такого не было. А я даже не могу определить статус своего отношения к этому человеку. Потому что мы абсолютно противоположны. Я мало проявляю эмоции, она – маленький сгусток эмоций. Я улыбаюсь редко, улыбаюсь мерзко, моей улыбкой можно только пугать детей, её же улыбка – самое прекрасное, что я когда-либо видел. Когда я вижу её, я готов умереть прямо на месте от тех чувств, которые меня переполняют. Она безумно тёплая, приветливая, притягательная… — А ещё она рыжая, слишком много говорит, очень талантливая, и она – Хината Шоё, твой товарищ по команде, да? – язвительно протянул Ойкава, и кончики его губ стремительно поползли вверх. Он внимательно наблюдал за тем, как каменное выражение лица Тобио вновь кривится в неестественной для него эмоции. – И именно поэтому ты и боишься открыться, потому что она – это он. Боишься быть непринятым, быть отвергнутым. Осужденным. Ты не не можешь, ты именно боишься, Тобио. А чего? Разве наш деспотичный король имеет право бояться? — Пожалуйста, прекратите меня так называть. — Тобио, я устал, - Тоору зевнул и зарылся тонкими пальцами в свои волосы. – Я скажу тебе одно: волейбол. С этим человеком нельзя по-другому, понимаешь? Он ещё ребенок, зацикленный на своей мечте. И единственное, что поможет тебе до него достучаться – это волейбол. Выражай свои чувства через него. Это твой единственный шанс. Ойкава поднялся со стула и аккуратно его задвинул. Он двигался так легко и изящно, словно не весил и килограмма. Он положил на стол деньги за оба заказа и бесшумно направился к двери, намереваясь ускользнуть незамеченным, пока его неопытный кохай обдумывает сказанные раньше слова и пытается прийти в себя. — Ойкава-сан, спасибо! – словно одумавшись, Кагеяма вдруг соскочил с места и склонился в благодарном поклоне. — Пока, Тобио, - незаинтересованно пропел Ойкава и отрешенно улыбнулся. – Глупый ребёнок, - шёпотом добавил он и скрылся за стеклянной дверью. Кагеяма шёл домой поздно вечером. На улице уже было прохладно и пусто. И это было как раз то, что нужно. Он вовремя свернул и ускользнул в городской парк, в котором уже не было ни души, и, сев на ближайшую лавку, достал телефон. На загоревшемся экране сразу высветились уведомления. — Двадцать три сообщения от Ойкавы-сана, - удивлённо проговорил Кагеяма, открывая диалог и читая однотипные сообщения, которые были доставлены несколько часов назад. Он и правда не хотел видеться с Кагеямой так сильно? «Получатель: Ойкава Тоору Ойкава-сан, спасибо за сегодня. Но у меня остался один вопрос» Тобио отправил сообщение и закрыл телефон, запрокидывая голову и лениво моргая, словно стараясь сморгнуть навалившуюся внезапно усталость. Он тяжело вздохнул и потер переносицу, всматриваясь в чистое небо, на котором медленно стали появляться тусклые звёзды. В городе стояло абсолютное безветрие, и воздух почему-то казался сейчас таким чистым, что дышать им, действительно, хотелось. Он сделал глубокий вдох и тут же выдохнул, а потом прикрыл глаза, и перед ними невольно возник образ Хинаты. Сейчас этот парнишка был так далеко, его так не хватало и так хотелось, чтобы он был рядом. А ведь Кагеяма даже не знает, что с ним и где он был весь этот чёртов день. Он вымученно застонал и закусил губу. Почему всё так сложно? Почему всё так? Голова уже начинала болеть от этих постоянных тяжёлых мыслей, которые клубились в ней, и это с каждым днём становилось всё более невыносимо. Ему необходимо открыться, рассказать о своих чувствах, иначе это чревато последствиями. Тобио и так думает, что буквально сходит с ума. Эти тёплые чувства, которые постоянно желают вырваться наружу, стоит только увидеть Хинату, ужасно давят. Он хочет обнять этого проблемного парня, прижать к себе, поцеловать. Всё это настолько тесно граничит с необузданным, почти животным желанием обладать, что голова трещит от существующих противоречий. Всё так сложно… Из раздумий Кагеяму вывел звук вибрации. Он встряхнул головой и набрал полные лёгкие воздуха, чтобы только тут же его выдохнуть. «Отправитель: Ойкава Тоору Тобио, ты чертовски наглый и надоедливый ребёнок» «Получатель: Ойкава Тоору Надеюсь, Вы не сильно злитесь. Ойкава-сан, как Вы узнали, что это Хината?» Уведомление пришло, как обычно, спустя жалкие пару секунд, и Кагеяма, зная, как неохотно его собеседник ему отвечает, решил уже убрать телефон в сумку до дома, однако на этот раз Ойкава не заставил себя ждать. «Отправитель: Ойкава Тоору Идиот, я ведь прекрасен во всём. Не забывай об этом и ложись спать, пока детское время не закончилось» «Получатель: Ойкава Тоору Вы старше меня всего на два года, Ойкава-сан» «Отправитель: Ойкава Тоору Идиот, Тобио, я старше тебя на целых два года!» «Получатель: Ойкава Тоору …» «Отправитель: Ойкава Тоору И я поменяю свой номер, чтобы мне не писали всякие глупые короли! П О К А, Тобио.» «Получатель: Ойкава Тоору Спокойной ночи, Ойкава-сан» Кагеяма убрал телефон и поднялся с места. На улице заметно похолодало за прошедшие сорок минут. Он спрятал лицо в воротник формы и убрал руки в карманы, а затем непривычно медленно направился домой. Может быть, сегодня он сможет нормально поспать?