Скользя по лезвию ножа

Часть I Глава 8 Фактор мишени.  — Нина, что происходит? — выудив меня из-за парты и отведя в коридор, Ино вопросительно нахмурилась. Вообще, многих интересовало, почему на втором уроке я внезапно пересел за парту рядом с Учихой, прогнав его соседа, а Саске не возражал. Конечно, в действительности он был против, но замечал это только я.  — О чем ты? — невинно улыбнулся я, строя из себя саму простоту и непонимание. - Ну, явно не о котиках! — громким шепотом вспылила девушка, но сразу присмирила себя, встав спиной к двери в класс. Это позволило мне иметь отличный обзор на Учиху, который сидел за первой партой. Взглянув на меня, он в лице не изменился. Хмурый, бледный и ужасно злой, несмотря на то, что отлично это скрывал от всех. Эта его способность защищаться от мира молчаливостью и угрюмостью, очень любопытная. — Что между тобой и Саске? У него синяки на шее, а у тебя губа разбита. Вы поцапались, да? — на шее? Видимо, от ногтей остались. Облажался слегка, бывает.  — Мы не поцапались, Ино, — улыбнулся я, скользнув рукой по ее плечу, поглаживая и успокаивая. – Ну, может, только чуть-чуть, но из-за простого недопонимания. Саске расстроен. Он был свидетелем смерти своих родителей. Он немного вспылил из-за моей заносчивости, но мы уже помирились и подружились, — ей не очень верилось в мои слова, но явно не настолько, чтобы возразить. Этой «дружной» компании в целом друг на друга плевать, зато все вместе они представляют из себя одну из самых популярных групп друзей в школе. Слава разъедает их уже сейчас.  — Тебе ведь не нравился Саске, — с сомнением произнесла она, нервно поправляя локон длинных светлых волос. Как-то странно, что она так этим заинтересовалась. С каких пор даже Ино интересуется Учихой? Он источает какие-то невероятные флюиды привлекательности для всех земных самок что ли? Но я думал, что хотя бы Ино выше этого. Мое счастье, что я не умею действительно разочаровываться в людях. - Ну, допустим, мне внезапно его стало жаль, — я снова встретился взглядом с Учихой, подняв руку на уровне груди и плавно повернув ладонь вверх. Поморщившись, он резко встал из-за стола, собирая вещи. Неужели решил сбежать? Так дела у нас точно не пойдут. — Но не важно. Мы так давно нормально не общались, — схватив Ино за руки так неожиданно, что девушка даже вздрогнула, я дружелюбно ей улыбнулся, а потом удивленно взглянул на ее руки. Не переиграть бы. – Вау, у тебя такая нежная кожа! Я не замечал даже. Это какой-то бальзам, да? — Яманака покраснела, а Саске замер, смотря на меня удивленно и недоверчиво. В ответ на его взгляд я придвинулся к девушке ближе, прищурился и усмехнулся, но лишь на мгновение, позволяя это увидеть только ему.  — Я пользуюсь бальзамами, но масла лучше, — залепетала Ино на свою любимую тему. Кстати, стоит послушать, потому что маску из масел я на коже еще не пробовал, а эта девушка в уходе за собой точно знает толк. Саске же, смотря на меня с гневом и презрением, злобно кинул рюкзак обратно под стол и грузно сел на место, недовольно скрестив руки на груди и нахохлившись, словно петух. Постепенно он понимает, что бежать от меня затея не только бесполезная, но и чреватая последствиями. Что ж, выдрессировать его задача для меня выполнимая. Людей приручать проще, чем животных.  — Давай обязательно на днях посидим вместе и поболтаем, — предложил я, прерывая ее монолог о пользе трав и снова поглаживая по рукам. — Урок скоро начнется, — Ино огорченно вздохнула, тоже беря меня за руки и поглаживая пальчиками мои пальцы. Нежности какие. Гадость. - Ну, ладно. Но я не позволю тебе об этом забыть! — важно заявила она, а я рассмеялся. Игра в подружек начинает мне надоедать. В каждой школе одно и то же. В следующий раз лучше сдам экзамены и сброшу с себя эту бесполезную часть житейского груза.  — Ладно, ладно, — согласился я, улыбаясь и отпуская ее руки. — Я уделял тебе мало времени, прости. На днях обязательно это исправлю, — подмигнув и обменявшись еще парой улыбок, мы вернулись в класс, держась за ручки, словно малолетки. Ино была довольна и проста, а, главное, счастлива, словно мы действительно подруги на всю жизнь. Все люди просты, но некоторые настолько, что даже удивительно.  — Ты отвратительный лжец, — сразу похвалил меня Саске ворчливым шепотом, когда я садился за свой стол. Почему я считаю, что он меня похвалил? Потому что ругается он только тогда, когда я делаю все правильно. Хотя зачем скромничать, я всегда все делаю правильно.  — Тебе стоит поучиться у меня, — мило улыбаясь и пододвигая к нему свой стол и стул, я положил между нами учебник, раскрыв его. Саске нахмурился, искоса наблюдая за моими передвижениями и инстинктивно отклоняясь прочь. — Например, сейчас все точно думают, что ты забыл свой учебник, а я делюсь с тобой своим. При этом мы оба знаем, что твоя книга лежит в рюкзаке и разговор идет далеко не об уроках, — я подпер рукой голову, перелистывая страницы книги.  — Будто оно мне надо, — фыркнул Саске, хмуро глянув на книгу, словно это она была виновата во всех его бедах.  — Тебе оно как раз и надо, — усмехнувшись, я достал тетрадь и ручку. — Итачи отлично разбирается в эмоциях людей. У него инстинкт различать правду и ложь, а тебе надо суметь его именно обмануть, что сейчас провернуть маловероятно. Поэтому тебе стоило бы походить на курсы актерского мастерства, чтобы научиться врать так, чтобы самому сомневаться в собственной лжи, — он снова наморщил нос, взглянув на меня, но потом быстро отвернувшись. Поучиться притворяться и лгать ему точно нужно. Мне не на пользу пойдет, если его сразу словят на чем-нибудь и вытянут информацию, которой у него даже очень много. Сейчас он для меня как книга, которую интересно читать, многое ясно, но некоторые детали словно ускользают из поля зрения. Все просто, но эта простота доступна всем, у кого извилины в голове работать способны.  — Что ты знаешь о моем брате? – о, а теперь он готов идти на контакт со мной так, как полагается. Это определенно продвигает наше общение на новый уровень.  — Здесь не самое подходящее место для этого разговора, — болтать о нелегальных делах его братца я бы вообще не рискнул, не убедившись в безопасности местности. А судя по только что прибывшему человеку, обстановка накалялась и безопасность становилась чем-то невозможным. Особенно для меня.  — Что не так? — склонился ко мне Саске, непонимающе и с подозрением смотря на парня-альбиноса, который остановился у учительского стола и, мягко улыбаясь, взглянул на нас. Значить тот парень с псевдонимом «Луна» был вовсе не посредником. Раз он здесь, то, скорее всего, сам наемник. Возможно, он и есть тот, кто убил Учиха. Заебись, поворот событий.  — Ничего, — хотя мы с Луной и пересеклись взглядами, оба виду не подали. Он что-то в полголоса обсуждал с учителем, пока ученики рассаживались по местам, а я лишь мельком обратил внимание, что девчонки начали о нем шептаться. Начало урока проходило шумно.  — Вот сейчас реально хреново солгал, — подловил меня Учиха, однако лезть с расспросами не стал, что было очень умно с его стороны. Однако вряд ли он оставит без внимания что-то подозрительное связанное со мной.  — Потом, — отмахнулся я от него, положив на парту руки и, делая вид, что изучаю свои ногти, откинулся на спинку стула. Посмотрим, как его тут будут звать и что он скажет.  — Меня зовут — Цугуми Райта, — представился он после того как учительница закончила с ним делать заметки в журнале и дала пять минут на знакомство с новым коллективом. — Мне восемнадцать лет. Раньше жил в Кансае, сюда перевелся по обмену и буду очень рад познакомиться с вашей школой и городом, — очень дружелюбно и правдоподобно-растерянно улыбнулся он, проводя рукой по волосам на затылке. Он выбрал себе роль дружелюбного простого парня, несмотря на выразительную внешность. Но у него отличная способность располагать к себе людей. Пусть это и раздражает, но она определенно лучше, чем у меня. Он занял место у окна за дальним столом и начал тайком от учителя отвечать одноклассникам на шквал записок с вопросами, которыми его закидали. При этом он не забывал поглядывать в нашу сторону, не давая мне забыть, что его приход сюда далеко не ради флирта со школьницами.  — Тебя задевает его популярность? — усмехнулся Саске, отвлекая меня от наблюдения за Луной. Думаю, он имел в виду разницу с моим первым днем в школе, однако не понимаю, что меня должно задевать. Мой внешний вид и дерзкое поведение лишь очередная игра, выбранная мной же, чтобы побесить больше народа пока проходят скучные школьные будни. Другими словами, от меня все шарахались потому, что я сам это допустил и спровоцировал.  — Не понимаю, о чем ты, — однако свое наблюдение я прервал, лишь частично краем глаза иногда поглядывая в сторону Луны. Школа не та территория, где он начнет разработки со мной, но теперь мы оба мишени друг для друга, и упускать его из виду не стоит. Правда, я, конечно, это сделаю, потому что следить за ним и за Учихой, а так же своим имиджем, ролью, думать о проблемах и не забывать о своих действиях одновременно - я просто не способен, как и любой нормальный человек. Механические мозги в этом случае очень даже пригодились бы. - Ну, конечно, — насмешливо фыркнул Саске, видимо решив, что нашел какое-то мое уязвимое место. Детский сад. — Великого киллера задевает популярность новичка, — самодовольно прошептал Учиха, заставив мою бровь медленно изогнуться вверх. Откуда эта наглость в нем? Это же он совсем недавно ревел над своей несчастной судьбой, а теперь насмехается так, словно весь мир стоит перед ним на коленях. Поразительная наглость. Я даже злиться на него за это не могу, только поражаться.  — Этот новичок, — дернув Саске за руку, чтобы он склонился ко мне, а я мог быть ближе к его ушку, прошептал я. — Передал мне заказ и деньги за убийство твоих родителей, — Учиха напрягся. Потянув его еще чуть вниз, чтобы челкой он скрыл свои глаза и выражение удивления и гнева на лице, я снова мельком глянул на Луну, который озадаченно поглядывал на нас. Как и половина класса, которая интересовалась, но не понимала, почему я вдруг оказался в близкой компании Саске. — Не дергайся, — предупредил я, склоняясь к нему так, чтобы с других рядов не было видно, что я говорю. Читать по губам умение не затейливое. — Думаю, его подослал твой брат, — Саске резко взглянул на меня, дернувшись.  — Зачем ему подсылать за тобой убийцу в школу? — зашипел он, а я прищурился. Может ему каких-то витаминов для работы мозга не хватает? Можно подкармливать его так же, как и Кураму. Пару таблеток утром и пару вечером.  — Не за мной, — не согласился я, выразительно глянув на него. Секунду было ясно, что мыслительный процесс пошел, а еще через секунду у него шокировано и удивительно жутко потемнели глаза. Возникало чувство, словно у него над глазами появилась мрачная убийственная тень. Завораживающее зрелище.  — Итачи не мог послать за мной, — не веря в происходящее, побледнел Учиха. Кажется, он совершенно неправильно истолковал мои слова. Когда же это вечное недопонимание между нами закончится? Мне начинает надоедать.  — Не прикончить тебя, дубина, — закатил я глаза. Вот уж точно дитя дитем. Вроде парень-то здоровый, да и учится на сплошные высшие баллы, но в моменты, когда надо включать соображалку она у него просто отключается.  — Асура, Учиха, может, со всеми нами поделитесь, о чем таком важном говорите? Это ведь явно важнее того, чтобы уделить внимание уроку, — раздраженно воззрилась на нас учительница, а я в ответ посмотрел на нее. Саске вообще растерялся, нахмурившись и, бросив скудное «извините», отодвинулся от меня, утыкаясь взглядом в книгу. - Нет, почему же? — взъелась она сразу, стоило ему это произнести. Покорность перед учителем самая большая ошибка многих подростков. Рабы миром не владеют. — Поделитесь со всеми, уж будьте добры! — у нее ПМС что ли? Вроде на днях спокойная была. Да и в туалет часто бегала она на позапрошлой неделе, так что для месячных рановато. Возможно, конечно, что она с физруком поругалась, но, насколько мне известно, она еще не знает, что он со школьницами тайком гуляет. Или за делами с Учихой этим утром я успел что-то упустить?  — Вам не понравится, если я это скажу, — усмехнулся я, встретившись с ней взглядом. — Могу только намекнуть, что это что-то очень неприличное и не этичное, что не позволяется говорить громко и всем подряд, — она прищурилась, хмурясь и раздражаясь, но все же еще помня, что она учительница. Надеюсь, что помнит, потому что начинать демагогию с преподавателем в обстановке, когда его нельзя прикончить, дело заранее гиблое. — Могу шепнуть на ушко, — дернув бровями вверх, подытожил я свой монолог. Она сначала явно хотела что-то сказать, но внезапно отмолчалась.  — Можете оставить свои комментарии при себе. На моем уроке, чтобы вас больше не было слышно! — фактически отмахнулась она от нас, легко сдавшись и отвернувшись к доске. Ну, хоть так, пусть это и разочаровывает. Взяв мел, она умелым каллиграфическим почерком написала: «Подготовка к поездке за город». О, отдых на природе это то, от чего я бы не отказался. Хотя Саске моего энтузиазма явно не разделял, тут же презрительно поморщившись. Городской нежный мальчик. Кто ж знал, что у меня настолько плохой вкус в мужчинах. Или, что в моем вкусе именно мужчины со скверным характером. Да и вообще не мужчины, а мальчишка. Или то, что в моем вкусе окажется особь именно мужского пола. Мне, конечно. На пол все равно, но окажись это девушка я бы хоть знал, как к ней подступиться не калеча. А парень… тема уже совершенно иная. Зачем мне попался именно такой? Нет, серьезно, почему не какой-нибудь загорелый, сильный, уверенный в себе мачо? А еще лучше американец. Мне нравятся американцы, особенно многие актеры. Все эти фильмы с кучей спецэффектов, боевики или триллеры, оттуда можно нахвататься кучей идей для приемов и трюков. Но, возвращаясь к актерам, хочу сказать, что среди них привлекательных мужчин больше, чем всех узкоглазых вместе взятых. Японские мужчины, ну, ладно, пусть пока только молодые парни, больше на гермафродитов смахивают. Они либо слишком смазливые, либо слишком страшные, а те, что посередине, так вообще в своем большинстве хикки какие-нибудь. В общем, я бы предпочел влюбиться в накачанного загорелого американца, чем вот в это бледное хилое нечто рядом со мной. И мне совершенно не нравятся узкие глаза. Девушки хотя бы красятся, но в своем большинстве все равно не то. Хорошо, что я метис и разрез глаз у меня нормальный. - Что? — нахмурился Саске, когда наши глаза встретились, но я просто продолжил на него пялиться. Ну, ничего привлекательного. Поверить не могу, что меня купили его слезы.  — Ничего. Страшный ты, — горестно вздохнул я, отвернувшись, а Учиха недоуменно изогнул брови. Но ненадолго. Как истинного себялюба его задели мои слова. Ну, или не задели, а раззадорили. Он же и без того на меня зол, а я продолжаю потихоньку подливать бензин в его костер.  — На себя посмотри, — гордо огрызнулся он и снова отвернулся, подперев рукой голову. Видимо, так он выражает обиду, хотя едва ли догадывается, что мне плевать на подобные неинтересные чувства. Тем временем учительница уже вовсю втирала подросткам о прелестях отдыха в условиях дикой природы и важных воспоминаниях о школьной жизни в будущем. План выходных был прост и меня вполне устраивал. Поход в горы на три дня и две ночи, с палатками, костром, рыбалкой и всеми прочими вытекающими. Я в обычной речке не купался уже года четыре точно. Да и на природу не выбирался давно. Не считая одного задания два года назад, когда мне пришлось пять дней играть в догонялки по лесу с одним немецким воякой, которого мне заказали убрать. Но ту беготню с условием выживания и избегания ловушек, отдыхом назвать язык не поворачивается. Мне было-то тогда четырнадцать. Зимний лес и специалист по убийствам в качестве противника не самые подходящие воспитательные меры для четырнадцатилетнего мальчишки. Морально я, конечно, мальчишкой не был, но физически такой марафон дался очень тяжело. Кажется, это было моим наказанием за угнанную и разбитую машину мамы… А! Нет, не так, я ее служанку сбил, когда въехал в дом через парадную дверь и еще снес часть стены. Не сказал бы, что за такое уж важное дело меня наказали, но тогда мама была не в настроении.  — В палатках будем размещаться по два человека, поэтому решайте сейчас, кто и с кем будет, — распределение хорошее, мне на руку, но одновременно с этим все складывается немного сложно. Быстро написав на листке бумаги записку, я отправил ее Суйгецу, а сам в первую очередь выдал учительнице, что наша пара — я и Учиха. Суйгецу пусть забирает себе Луну. Если лучший друг Саске будет не в безопасности, то Учиха сделает все, что я захочу, лишь бы защитить хоть кого-то. А причина, по которой Суйгецу мне не откажет в том, что он любопытен, а я информирован. В целом, планы шли хорошие, прогнозы меня устраивают, а делишками старшего Учихи и Змея я займусь свободными вечерами. Саске теперь от меня никуда не денется, ведь у него нет иного выбора. ***  — Почему? — этот вопрос Учиха задавал мне уже не первый раз. Хмурый и депрессивный, мой мальчик ныл сегодня столько, что терминами «хладнокровный» и «сдержанный» его фанатки могут подтереть себе задницу. Саске самый настоящий разбалованный золотой мальчишка из богатой семьи. Почти ничего сам не умеет, смиряться ненавидит, высокомерие зашкаливает, притяжение чужой ненависти подползает к отметке выше среднего. Завистников у него много и далеко не потому, что он популярен. Это все характер.  — Как же ты заколебал ныть, — вздохнув, я вынул из замочной скважины ключ и вошел в квартиру. Как и полагается, меня встретил Курама, радостно виляя хвостом и издавая своеобразные звуки приветствия, которые включали в себя рычание, скулеж, урчание и какое-то непонятное попискивание. Затрудняюсь описать это сочетание точнее, учитывая, что издавать он их пытался одновременно.  — А это что за хрень? — остановился в дверях Учиха, вылупившись на Кураму, как баран на новые ворота. Лис не видел раньше?  — Эта «хрень» зовется лисой, — взял я на себя роль кэпа и, присев, поднял Кураму на руки. Когда он заметил Саске, то тут же ощетинился и зарычал, не желая видеть незнакомца на своей новой территории. — Он не любит чужаков, — пригладив ладонью распушившийся загривок, я разулся и ногой закинул обувь в шкаф. — Проходи, обувь не оставляй на полу, — Курама тихо тявкнул, ерзая и успевая ластиться ко мне и злиться на Учиху одновременно. Многогранное животное. Я бы так одновременно не смог.  — С таким дерьмовым характером и образом жизни еще и зверюгу завел. Совсем больной, — по-моему, отчитал меня Саске, бросая обувь на пол, закрывая дверь и удобнее перехватывая сумки на плече. Ну, касательно обуви я его предупредил, возиться, как с маленьким не собираюсь, пусть отчасти этим уже и занимаюсь.  — Животных я ценю, в отличие от людей. Я ведь не чудовище, чтобы просто так убить невинное создание, — к моему ответу Саске отнесся скептически. Скорчил гримасу, не скрывая укора в глазах, и отвернулся, изучая обстановку моего временного жилища. Оставить его снова слоняться у Орочимару в подмастерьях я не могу. Ко всему прочему Учиха и так пока жил в номере гостиницы из-за того, что дом опечатали на время расследования. По словам Саске, Итачи завален делами и живет то в офисе, то в больнице, то у друга. Сомневаюсь, что все обстоит именно так. Итачи просто не хочет втягивать брата в свои дела, а заодно избегает внимания от папарацци.  — Ами и Сакуру ты не пожалел, — с укором напомнил мне Саске, болезненно хмурясь. Одно только противоречие в его словах и действиях меня удивило: он произнес это без злобы и ненависти ко мне.  — Люди не звери. Биологически – да, но в своей сути люди – яд, эпидемия, которая травит планету. Убивать подобных себе не грех, просто многие люди придают этому слишком много значения и слетают с катушек из-за собственных слабостей, — вряд ли он поймет мою точку зрения. Даже учитель ее не понимает, а ведь в жестокости мне есть чему у него поучиться. Однажды он сказал, что мы рождаемся уже с определенным характером, именно поэтому я не должен считать себя больным, хотя в глазах людей являюсь именно таким. Он сказал, что я другой, более сильный, нежели другие люди и способный совершать то, чего не может никто другой. Возможно, он был прав, ведь я все еще жив.  — Люди важны. Как ты можешь относиться к ним, словно к подопытным крысам? — Саске разъедала горечь. Мне сложно понять, по какой причине ему было так горько слышать мои слова, но без сомнений, эта горечь была не из-за девушек. Его задевало что-то во мне и что именно я затрудняюсь пока осознать.  — Не больно-то они и важны тебе были, — сразу озвучил я свою мысль касательно Сакуры и Ами, отпуская Кураму на пол. Лис тут же настороженно побрел наблюдать и изучать гостя.  — Да что ты понимаешь! — внезапно взбеленился Саске, гневно прожигая и четвертуя меня своим гипнотическим взглядом. И все же не было в его глазах той искры горечи, когда потерял дорого сердцу человека. Друга — возможно, но не любовь.  — Какой же ты… — я не сдержал презрительной усмешки, смотря на него теперь по-новому. Нет, я не презираю его и вовсе не осуждаю, но он определенно человек, которому самое место в кругу людей вроде меня. Жаль только он сам пока этого не понимает. — Ты — лицемер, — Учиха ощетинился на мои слова, в точности повторяя недовольство Курамы минуту назад. Лис, кстати, даже зарычал, негативно реагируя на его отрицательную энергетику. — Ты с самого начала не любил ни одну из них, — и как я раньше не догадался? Точнее и не думал, что это великая любовь, но и не подозревал, что он и сам это знает. Более того, он не особо-то и переживает о случившемся.  — Замолчи, — потребовал он, не желая признавать свою истинную человеческую натуру. Кто бы мог подумать, сколько всего в нем еще можно раскрыть. — Не желаю ничего слышать от ублюдка вроде тебя, —, но он не отрицал моих слов, значит и сам уже понимает свои чувства и свое скотное отношение к девушкам, которые пострадали только из-за него. Конечно, руки на них положил я, но не заинтересуй меня Учиха, то и они бы мне не были нужны.  — Я хотя бы не скрываю, что ублюдок, — улыбнулся я, смотря на него с откровенной насмешкой и любопытством. Это действительно любопытно. Я злю его, делаю гадости, унижаю, играю с его чувствами, причиняю боль ради развлечения и могу убить, стоит лишь дать повод. А он меня не ненавидит. Ну, зол, конечно, потерян, враждебен, хотел бы убить, но дай ему в руки пистолет и весь запал растворится, как не бывало.  — Я ухожу, — процедил он сквозь зубы, возвращаясь в коридор. Странно, что он старается держать себя в руках перед тем, кто неплохо осведомлен о его настоящих эмоциях и рад с ними поиграть. Хотя логично, что он себя сдерживает. Я бы тоже не стал плясать под дудку своего врага. Даже не знаю теперь, что сказать точнее: то ли дурак, то ли умница.  — Не психуй, принцесса. Пиццу будешь? — достав телефон и стягивая с шеи школьный бант, я направился в спальню. Все равно он никуда уже не денется. Если только не решится побегать по улицам босиком, в чем я сомневаюсь. Как я и сказал, Саске присоединился ко мне через пару минут. Я как раз доставал принадлежности для снятия макияжа.  — Где моя обувь? — сдержанно процедил он, скрестив руки на груди. Такой весь обиженный, ершистый, как недовольная щеточка.  — Потом найдем, — взглянув на него с усмешкой, я начал процедуру умывания перед зеркалом. – Так, какую пиццу ты будешь? — все равно за окном уже темно и нормальную еду из ресторана заказывать поздно. Да и долго.  — Что я вообще должен делать у тебя дома? — какой любопытный вопрос. Даже затрудняюсь на него ответить. - Ну, теоретически, ты можешь тут жить, — вроде, для этого дела и построены дома. — Но если есть другие идеи, то вперед, — только если он устроит тут дискотеку, я его прибью.  — Да хватит уже ерничать! — он так психанул, что даже бровь начала нервно подергиваться. Зря он курс реабилитации не захотел пройти. Он ведь обычный обыватель и за психикой стоит следить после таких событий в жизни. Что-то часто его роль меняется в моих глазах. То он обычный, то необычный, я сам уже постепенно становлюсь ПМС-ником.  — Не истерии, — вздохнув, я встал со стула, на котором все это время сидел перед зеркалом, и направился к шкафу. Так и быть, раз мы теперь будем жить вместе, то стоит мне начать относиться к нему снисходительнее. Все же неуравновешенный подросток мне совсем ни к чему. — Ты и сам должен был уже догадаться, что Итачи следит за тобой. А раз следит за тобой, то и за мной тоже. Ты ведь помнишь, что ему известна моя личность? Мне нужно прикрытие от него и его шавок, вроде того, что мы видели сегодня, — я взглянул на Учиху, переодеваясь в футболку и бриджи. Он нахмурился еще сильнее, но скорее всего из-за метаморфоз моей внешности. Об этом было не сложно догадаться, стоило лишь обратить внимание на его взгляд.  — Значит, я твое прикрытие, — уточнил он, заметно стушевавшись перед моей новой для него внешностью. Скорее всего, тогда у Орочимару, он и не обратил внимания, как именно я выглядел. Его тогда волновал только собственный гнев.  — Ты — мой щит, — перефразировал я, обходя Саске и держа путь в ванную комнату. — Поэтому пока ты живешь здесь. Вещи клади, где хочешь, но помни, что Курама их растащит при первой же возможности.  — Курама? – нет, серьезно, я начинаю беспокоиться о его не прекращающейся тупости. Закатив глаза, я указал на рыжую шкоду, который как раз «тайком» крался через коридор в сторону кухни с кедом Учихи в зубах. От увиденного Саске аж покраснел и гневно кинулся за лисом. Что ж, пускай играются, а я пока в душ. Сегодня мы успели выполнить больше половины домашнего задания касательно подготовки к поездке на природу. Прикупили все нужные туристические мелочи, вроде палатки, спальных мешков, ковриков и прочего-прочего. Денег мы оба не жалели, словно это был последний день нашей жизни, но все потратить все равно не получилось. Заказали все это, разумеется, с доставкой на дом, поэтому мы успели еще выписать Саске из гостиницы и собрать его вещи. Разумеется, Саске ворчал, негодовал, но, уходя со мной из школы, опасливо поглядывал на Луну, который провожал нас безразлично холодным взглядом. Все же меня не покидает чувство, словно сегодня в школе его что-то заинтересовало куда больше, чем проблемы с Учихами и слежка за мной. Но меня вполне устраивает, что после занятий он оставил нас в покое. Хотя вместо него этим занимался детектив, которого приставили копы к Саске. Болван, конечно же, ничего не заметил, зато я повеселился, играя с ним весь день в лучших в мире друзей. Игра давалась без усилий, ведь Саске, хоть и упрямый, но легко идет по тому направлению, куда его направляют. В общем, мне не составляет труда им манипулировать. Когда я вышел из душа, во входную дверь как раз позвонили. Мельком оценив обстановку, я приметил, что Саске, стоя раком, что-то искал под шкафом в спальне. Не сложно догадаться, что и по чьей заслуге. Довольный собой, Курама побежал встречать еду вперед меня, радостно закрутившись на пороге. Однако стоило мне открыть дверь, и лис тут же спрятался за мной. Расплатившись, я перенес коробки на стол в кухне и снова поднял Кураму на руки. Сев на стул, я посадил его к себе на колени и приласкал. Мой маленький глупый звереныш всегда любил ласки и игры, но никогда не просил этого ни от кого кроме меня. Я подобрал его три года назад в зоопарке Китая. Можно сказать, что он моя награда за выживание. Тогда я опять же выполнял очередное нелегкое задание. Надо было убрать семьи парочки мажористых чиновников. Задание я, конечно, выполнил успешно, но именно по этой причине меня тоже попытались прикончить. В тринадцать лет не так уж много мест, где можно бесследно исчезнуть и мне пришлось прятаться в заброшенном зоопарке. Разумеется, живности там особо не осталось, но я наткнулся на семейство лис. Меня покусали, потом стащили еду и только на сытый желудок согласились познакомиться. К сожалению, мое укрытие нашли, лис перестреляли, но я прихватил с собой еще слепого щенка. Вот так он и стал моим питомцем.  — Зверюга такая же мерзкая, как и хозяин, — брезгливо поморщился Саске, присоединившись к нам на кухне.  — Я предупреждал не бросать обувь на полу, — не понимаю, чем ему не угодил Курама. Маленький шкодливый лис и только, а драматизма столько, словно на нем грехов немереное количество.  — Мог сказать это более понятно. Или так сложно предупредить, что в доме вредитель? – ну, все, раскапризничался ребенок. Попался ему под руку Курама, вот он на него первого и взъелся.  — Если бы ты хоть иногда пользовался мозгами по назначению, то не срывал бы сейчас свой стресс на безобидном животном, лишь потому, что сам долбоеб, — опустив Кураму на пол, я взял одну коробку пиццы и перебрался на диван. На столе перед диваном уже привычно стоял ноутбук, и мне оставалось лишь вставить флэш-карту, чтобы зайти на пару сайтов и принять документы.  — И что дальше? Будем наслаждаться вечером перед телевизором играя в приятелей? — болезненно-иронично взъелся теперь он на меня. Какая же он истеричка. На что я подписался и зачем?  — Милый маленький Саске, — вздохнул я, взглянув на него с жалостью. У парня от меня мозги вскипели, не иначе. Не хочу думать, что связался с дауном. — Возьми на кухне пиццу, присядь, где удобнее, и покушай. В холодильнике есть сок, в шкафу чай, если хочешь. Потом умойся, душ весь в твоем распоряжении. Полотенца в ванной есть, но чтобы ты не плакал, советую взять новые с верхней полки. После душа разберись с вещами в спальне. Шкаф полупустой, поэтому места хватит. Возникают вопросы — спрашивай, — размеренно, четко и не торопясь разжевал я ему очевидную цепочку действий. То, что он снова разозлился, гневно сверля меня своими черными глазищами, меня ничуть не удивило. Но я ожидал очередного нытья с капризами избалованного мальчика, а вместо этого получил молчаливо-гневное подчинение. Серьезно. Он не стал истерить, а просто ушел на кухню и вскоре вернулся с пиццей и соком. Только вот сесть захотел со мной на диван. Помешкал сначала, конечно, но, поморщив нос, двинулся ко мне. Интересное решение. Не рациональное.  — Либо на пол, либо притащи себе стул, — пресек я его попытку сесть рядом, указав на место напротив меня через стол. Вообще, я был бы не против сядь он рядом, но сейчас я хочу разобраться с некоторыми мелочами по сети, а Саске и без того знает очень многое. Саске остановился, так и не дойдя до дивана, мстительно прищурился и, молча стащив с дивана подушку, сел на пол там, где я указал. Совру, если скажу, что меня не напрягает его молчание. То его не заткнуть, а теперь и слова не произносит. Да еще и подчиняется по какому-то непонятному капризу. Что он задумал? Не просто же так спектакль тут разыгрывает. Когда в комнату вбежал Курама, запрыгнул на диван и тут же подлез ко мне под руку, делая вид, что ластится, а не ищет момент стащить кусок пиццы, Учиха прищурился снова и начал потихоньку кушать. Даже я на секунду почувствовал себя неуютно в этой тихой гнетущей атмосфере. Пусть я и знаю, что Саске мне ничего сделать не сможет, но спать спокойно явно не смогу. Мне будет лучше, если я посажу его на цепь. Кстати, хорошая идея. Чуть позже достану наручники.  — Не забудь помыться и сходить в туалет. До утра не отойдешь от меня ни на шаг, — одно дело следить за ним днем, держа на расстоянии и контролируя, но совершенно иная ситуация сейчас, когда мне надо поспать, а спать и следить за ним я не могу. Саске наигранно подавился, хотя через секунду подавился реально и закашлялся. Как он еще не помер в этом мире? — Ты жив? Не помирай, у меня на эту ситуацию алиби не подготовлено еще.  — За-заткнись, — кашель не помешал ему огрызнуться, после чего он залпом выпил весь сок. — Я не собираюсь торчать с тобой целыми днями! — стукнул он стаканом по столу, от чего стекло обоюдно задребезжало. Не люблю стеклянные столы, даже если они из уплотненного стекла. Красивые, конечно, но неправильно поставленные вещи их быстро портят.  — Чего ты хочешь меньше: всегда оставаться в тени брата или использовать меня и стать тем, кто всем управляет? — вальяжно поинтересовался я, выключая компьютер и откидываясь на спинку дивана. Сказал так, словно предложил сделку с дьяволом. Мм, а я в роли дьявола шалунишка.  — Я не понимаю, — немного отодвинулся Саске от стола, хмурясь и действительно не понимая. Чего именно не понимает, я вот только сам понять не могу.  — А что непонятного? — сцепил я руки в замок и положил их к себе на живот. Тело начало немного ломить к ночи, а все из-за пропущенной тренировки. Не могу позволить себе отвлечься на тренировку именно сегодня, даже если мне и очень жаль Кураму. - Тск, — Учиха поморщился, словно от пощечины. Ему не нравятся мои игры в вопросительные ответы, он жаждет знать все и сразу. — Я не понимаю твоих мотивов. И целей. Говоришь, что позволишь мне использовать тебя, тащишь с собой, объясняясь, что я прикрытие, но очевидно же, что без меня тебе было бы безопаснее, — Саске покачал головой и зажмурился. Явный признак мигрени и нет ничего удивительного в том, что она его настигла.  — Тебе пора спать, — встав, я поставил Кураму на стол, отдавая ему свою пиццу. Пусть хотя бы вкусняшку поест, раз на улицу не пускаю так долго. — Пошли. Сначала в душ, потом спать. На сегодня хватит приключений, — похлопав в ладоши, я поймал Саске за руку и рывком заставил его подняться на ноги. — Выпить хочешь? Некоторым помогает.  — Отъебись, — вырвался он из рук, злобно смотря на меня. Злобно и устало. Сегодня я исчерпал его полностью и лучше, если мы оба уже ляжем спать.  — Да-да, пошли, — похлопал я его по напряженной спине и направился в спальню. — У меня есть хороший виски. Сам не пью, но с собой таскаю. Черт знает, какого человека может ко мне занести, поэтому всегда наготове, — Саске потерялся где-то позади, но, скорее всего, послушался и пошел в душ. У него не осталось сил спорить со мной сегодня, и я могу его понять. Я тоже устал, но больше по привычке режима, чем из-за событий. Все самое веселое еще только впереди.