Повелитель теней, или боги под прикрытием

      После того, как мы вышли от Гефеста, Рея проводила нас в Греческий район, где живут все, кому не нашлось места на Олимпе. Это божества средних и низких рангов, духи природы – нимфы, наяды, сатиры, пегасы, ветра, и даже кентавры, а так же боги, которые изначально не обитали на горе Олимп. Второстепенные боги тоже жили тут, а не на Олимпе, ибо рангом не вышли. Впрочем, венценосные боги тут тоже проживали. Например, единственный особняк Гестии находился именно там. Рея объяснила это тем, что в легендах, после того, как Гестия поклялась головой Зевса – зачем, и почему головой, я так и не понял – и дала обет целомудрия, она жила во дворце бога – громовержца, что было очень даже логично. Богиня семьи и домашнего очага живет в доме главы богов. Логично? Логично.       Что бы попасть в Греческий район, нам пришлось сделать довольно большой круг, огибая здание непосредственно самого Форума, где проводят заседания, крупные встречи, и отмечают праздники.       Форум оказался полноценным дворцом в греческом стиле, с огромными просторными помещениями, с большим количеством колон и статуй, окруженный, однако, садом в восточном стиле. Дальше, перед зданием, простиралась пустое пространство, рассчитанное, как раз на праздники. Не смотря на то, что праздник уже завтра, площадь пустовала. Меня это несказанно удивило.       С разных сторон, от тематических районов через окружающую Форум площадь, тянулись девять тонких притоков, которые вливались в нечто наподобие неглубокого рва, воды которого питали сад, и протекая по специальным траншеям, попадали внутрь сада, создавая маленькие, декоративные ручейки.       Вход в Греческий район находился, как раз немного правее, за зданием Форума.       Я думал, что и в этот раз будет арка, но я немного ошибся. Вместо обычной арки, тут были ворота. Огромные, тяжелые ворота из золотистого камня, с двумя исполинами, по бокам от них. Стражи.       То, что ворота сделаны Гефестом, сомневаться не приходилось – от верха, подпирающего небеса, до самого низа, ворота были покрыты объемной резьбой, изображающей греческое устройство мира. Когда мы подошли ближе, у меня перехватило дух. На самом верху, возвышался Олимп, невероятно детализированный, я видел мельчайшие детали множества дворцов, но сильнее всего меня поразили двенадцать фигур, сидящие на тронах, в самом верхнем дворце обители богов. Они все отличались друг от друга. Внешность. Габариты. Одежда. Оружие. Атрибуты. При взгляде на них, у меня в голове стали всплывать смутные образы. Немного в стороне, горела жаровня, у которой сидела молоденькая девушка. Гестия. Я узнал ее мгновенно.       Ниже, под горой раскинулся мир людей, менее громосткий, менее… божественный. Я видел там богатые поля, красивые, полные живности леса, сочные сады, большие города, с множеством дворцов, и людей. Много людей, и ни одного бездельника. Каждый чем - то занимался – пас овец, ухаживал за природой, строил, думы думал. Я узнал множество, неизвестных мне раннее, людей. Великие философы, мыслители, полководцы, архитекторы, скульпторы, поэты, Античного Мира…       Землю огибало огромное море – океан. И волны, и подводный мир были выполнены необычайно реалистично, я видел, как играет свет на камне, и волны словно двигались, а вместе с ними двигались и косяки рыб, и боги, плавающие под водой. На дне, в окружении кораллов и подводных сокровищ и красот, стоял огромный дворец бога морей, Посейдона. Так же, как и на Олимпе, дворец был невероятно детален, а перед самим дворцом, подхваченный мощным подводным потоком стоял сам владыка моря, а рядом – на земле, во дворце, на кораллах, разместилась вся его свита, все морские боги.       Еще ниже, в ногах разместился Аид – мир мертвых, названный так, в честь своего хозяина. Мир мертвых делили на части несколько рек, а одна из них, огибала царство Мертвых, словно определяя его границы. Реку пересекала меленькая лачужка, по другой берег сидела большая трехглавая собака, ближе к центру, почти у самого дворца устроились судьи мертвых, Мидас, и Радамант – эти имена всплыли в голове сами собой – за ними возвышался величественный дворец, но в отличие от верхнего мира, самого Аида показано не было. На полях блуждали души, а рядом с дворцом, и прекрасным садом, цвели Острова Блаженных – Элизиум – греческий рай. Не знаю почему, но при взгляде на сады подземного мира, сердце сдавливала нечеловеческая, страшная тоска…       Стоило нам подойти, как врата медленно отворились, открывая не менее впечатляющий вид.       Я словно попал в столицу древней империи! Вперед тянулась длинная дорога, а вдалеке сверкали золотые купола и мраморные дворцы. - Это Главная Аллея, - сообщила Рея.       Аллея была вымощенная светлыми и темными камнями, образуя узор, который полностью можно рассмотреть только в высоты. По сторонам, в окружении пестрых, душистых клумб стояли изящные, тонкие колоны, увитые плющем, и еще каким – то вьющимся растением, и яркими, сапфировыми цветами. Верх колон был покрыт мастерской резьбой, изображая сразу несколько вещей, от виноградной грозди и оливковой ветви, до голов животных. Самой красивой, мне показалась колона с павлином. - Как красиво, - прошептал брат.       Я был впечатлен не меньше…       Вела эта аллея, на центральную площадь, к Вечному Огню, жертвеннику, посвященному богине очага, Гестии. Сам район окружала парковая зона - густые, декоративные леса, и изумрудные поляны, где сейчас резвились беззаботные девушки, и странного вида юноши. Козлоногие юноши.       Сразу после, примерно на уровне Врат, из которых мы вышли, начинался непосредственно сам Греческий район. За колоннами стояли небольшие здания, явно не жилого типа, но и им придали благородного вила, украсив фресками, мозаикой, статуями, и тонкими колоннами. Далеко впереди, по дороге виднелись огромные дворцы, сверкающие купола, скверы, павильоны, театры, библиотеки, планетарии, госпитали, парки, просторные площади с фонтанами, колоннады, конюшни, псарни, розалии, храмы, даже аквапарк нашелся.       Пока мы шли, я и Барашек вертели головой, созерцая великолепие архитектуры, и искусства Греческого района. Каждому зданию, Гефест, словно лично уделял внимание, пытаясь сделать его индивидуальным, отличающимся от других, наделись своей, особой «изюминкой».       Вывела нас тропа к той самой площади с Вечным Огнем Гестии. Посреди огромной площади, стояла большая, с человеческий рост, бронзовая чаша, украшенная декоративной ковкой, в которой горело пламя. Площадь окружали колонны, и самые красивые из всех дворцов, что я тут видел; все дороги со всего района, похоже, сходились тут. - Потрясающе, - выдавил я. - Красиво, конечно, но не потрясающе, - ответила Рея, - потрясающе там. Ее рука указывала на невысокий холм, на противоположном конце Греческого района, на вершине которого, стояли какие – то здания, окружая высокую статую. -Что это? – спросил я - Акрополь, - с гордостью ответила Рея, - там стоят храмы всех греческих богов, и самое сокровенное сокровище греков. - Храмы богов? Боги молятся богам? – я, наверное, чего-то не понял. - Сокровище? – заинтересовался брат. Рея вела нас через Площадь вечного огня, к одному из дворцов. А мы уже не зевали по сторонам, а ждали, что же она ответит. - Ну, да, боги тоже молятся. Например, если ты хочешь пригласить девушку на свидание, то можешь пойти помолиться в храм Афродиты, или Тихе, богине удачи, и счастливого случая. А вообще, это целая система, - засмеялась титанида, - Геката тебе потом все объяснит. А наше сокровище, это утерянная Афина Парфенос. - Чего? – не поняли мы с братом. - Волшебная статуя. Вся соль в том, что сделали ее люди, но эта статуя настолько сильна, и имеет такое сильно влияние на греческий мир, и греческих богов, что способна противостоять даже давлению Хаоса. И это притом, повторюсь, что сделали ее не боги. Сейчас, она играет роль палладия, божественного оберега, и защищает весь Греческий район. - От чего? - От всего, - уклончиво ответила Рея.       Дворец Гестии, оказался одним из тех, что окружали Площадь. По сравнению с другими, он был более скромен, и вместо величия, помпезности, божественности, прерогатива отдавалась уюту.       У этого дворца было всего три этажа, но они были не такими высоки как у других. К главному входу вели круглые ступеньки, а высокий портик украшали резные цветы на капителиях - венчающих частях колон. Верхушка портика – промежуток между колонами и треугольным фронтоном – покрывалась резьбой, а на самом верху стояла статуя богини, держащей чашу с огнем. Выше начиналась открытая терраса, с видом на сад с прудом, по правую сторону, и на Площадь с бронзовой чашей.       Между секциями перил размещались статуи, и различные фигуры – каменные вазы, шары, шишки. Стены покрывали мозаики, росписи, барельефы, лепка, в каменных нишах тоже располагались изваяния – боги, духи, животные, герои, возлюбленные. Капители колон украшались каменным огнем, цветами, вьющимся побегами аканта, рогами животных; на верхнем этаже, ряд колон, окружающий помещение, плавно переходил в атлантов – статуй мужчин, держащих потолок, и как бы в ногах сливающихся с колонной.       По всему периметру крыши, на равных расстояниях стояли полуобнаженные, вооруженные и очень чувственные юноши, а промежутки между нами заполняли каменные лозы.       В окнах, и на веранде второго этаже были видны большие расписанные амфоры, кованные фигурные столы и стулья, потолки украшали греческие узоры, некоторые стены, статуи, колоны, и окна прикрывались расшитыми тканями.       Перед дворцом находилось небольшое пустое пространство, где мы сейчас и стояли, разинув рты. Сбоку от дворца стояли небольшие, но красивые пристройки, дальше, вглубь двора углублялся открытый павильон, с обилием статуй, и высокими колонами. И конечно же множеством статуй, и каменных украшений. Крышу павильона украшали изображения мифов и изваяния богов.       С трех сторон павильон окружал пруд, а дальше начинался сад. Между обилием зелени, темных стволов деревьев и ярких цветов стояли высокие беседки. Сад полностью окружал дворец.       Нам навстречу выбежала молоденькая девушка, лет пятнадцати, в тонком белом, расшитом золотом хитоне. В длинные волосы были вплетены цветы, пояс обтянули золотистым ремешком, на руках сверкают тонкие браслеты. Красавица подошла к нам, и остановилась, глубоко поклонившись. - Добро пожаловать, госпожа Рея, - красавица повернулась к нам, - молодые гости. Хозяйки нет дома. Чем я могу вам помочь? Рея обняла нас за плечи. - Готовь апартаменты, у вас новые жильцы. – Титанида ласково погладила меня по голове, - мой сын, - потрепала по голове Максима, - и его брат. * * *       Никогда, слышите, никогда не говорите женщине, что у вас проблемы с одеждой! Нет, женщина решит эту проблему быстро, оперативно. Но эти нескончаемые часы ада, под названием «шопинг с богиней», будут сниться вам в кошмарах ближайший год. Мы обошли несколько дюжин магазинов, и в каждом, все повторялось по одному сценарию - духи, и боги, составляющие персонал магазинов тащили все, что подходило мне по размеру. Добротная кучка дорогущей одежки сваливалась в аккуратную кучку, я, а потом брат, становились перед божественной матерью греческих богов, и та, прикладывала к нам разные вещички, смотря, как оно смотрится. Потом все, что мамочка сочла подходящим, приходилось мерить, и снова мерить, и еще раз мерить, комбинируя разные вещи, стили, и прочая. Заняла эта охота за стилем большую часть дня, а в конце, я добровольно – принудительно вызвался нести все покупки. Я был похож на пушистую ель, если бы у дерева вместо иголок росли пакеты с одеждой. Вернулся я во дворец Гестии, уставший эмоционально, и вымотавшийся физически.       Комнату мне выделили шикарную. По размерам она превосходила апартаменты с той гостиной раза в два, и выглядела даже более шикарно. Белый мрамор вместо пола, высокие стены расписаны греческим узором, и белыми цветами. Дверной проем оформляла гипсовая лепка, в форме диких тюльпанов. В помещении всего три стены – на месте четвертой стоят три колоны, а дальше начинается терраса с видом на сад. Всю стену справа укрывает гобелен, изображающий смеющуюся компанию молодых людей, многим из которых нет и двадцати лет, а некоторые и вовсе дети. Изображение было невероятно красивым, почти живым. Там же, у стены стояли стол, несколько стульев, да высокая ваза с необъятным цветком.       У противоположной стены стояла необъятная кровать, прикроватный столик, чаша, вспыхивающая огнем по моему желанию, мини – кресло без спинки, пуфик, и выход в огромнейшую ванную. Она была выложена голубоватым мрамором, и обильно украшена красотами моря – жемчугом, кораллами, ракушками, морскими звездами, и прочими чудесами. Сама «ванная» представляла из себя глубокое углубление в полу, и была, пожалуй самым настоящим бассейном.       Подходило время ужина, но перед этим я решил скупаться, раз есть возможность. Стоило мне раздеться и подойти к круглым ступеньками, спускающимся ко дну «ванны», как та начала наполняться пенистой, и судя по всему, горячей водой. В воздухе сразу повис необычный запах. Понятно, минеральные воды…       Найдя себе все необходимое, и скинув полотенце, окунулся в воду. Стоило мне зайти по грудь, как дверь тихонько приоткрылась, и в комнату вплыли четверо нежных девушек, в тонких, полупрозрачных одеждах, фактически ничего не скрывающих. -Мы пришли вам помочь… - начала было одна из них, но осеклась, напоровшись на мой взгляд. -Я вас не звал. Уходите. -Н-но, нам нужно, эт – то наша обязан… - девушка заикалась, смущенно отводя глаза, не зная куда смотреть, остальные тоже, стояли румяные, и до смерти смущенные. - Я в состоянии помыться самостоятельно, - видя что девушки все равно не двинулись с места, я начал выходить из воды, намереваясь мягко их выпроводить, однако стоило мне подняться, оголив чуть больше груди, молодые нимфы взвизгнули, и тут де выскочили из комнаты. И зачем брались – то, если так смущаетесь? Я же по пояс, в мутноватой от обилия минералов, воде…       После этого происшествия, вечер прошел спокойно, и поужинав в приятной компании богини очага, я завалился спать. Брат устроился под боком, хоть ему и выделили не менее впечатляющие апартаменты. Мне снова снилась мама…       Мы на предельной скорости мчались по Внутреннему Городу, спеша к зданию заседания Совета Богов. Мимо проносились живописные пейзажи, боги, животные… но все краски сливались в однородную массу бликов. Разгоряченная кровь стремительно бежала по венам, из груди рвалось обжигающее дыхание, щеки горели, сердце тяжело бухало, отдаваясь в ушах, прохладный ветер остужал кожу, и растрепывал волосы. Я развивал нечеловеческую скорость, обувь, которую купили только вчера оставляла подпалины на белом камне дорог, и удивительно – брат не отставал. Мы подобно стрелам вылетели из едва открывшихся Врат Греческого района, уловчившись проскочить в тонкую щель. Высоко в небе одобрительно закричал сокол.       На последнем повороте нас сильно занесло в сторону, и мы внезапно появились в сотне метров от Форума. Я быстро сориентировался, сместив центр тяжести, наклонившись, мастерски проскользив по гладкому камню, остановился. Весьма эффектное появление, должен признать. Я выглядел как элитный агент, пока… пока в меня не влетел брат, не снижая скорости, не справившись с управлением. Удивлены были все трое - я, брат, и Рея. Я же, не ожидая такой подставы, неуклюже плюхнулся на спину, смягчив приземление брату. - Мягкой посадки, - засмеялась титанида, - вы как тут оказались? Греческий район в той стороне, - и указала в противоположную сторону. - Заблудились, - буркнул я. - Когда Алекс волнуется, у него включается географический кретинизм, - пояснил брат, слезая с меня, - так что, мы дважды свернули не туда. - Все не настолько плохо, - начал оправдываться я, а потом обвинительно глянул на Рею, - и вообще, это из-за тебя нам пришлось бежать сломя голову.       Рея появилась этим утром в моей комнате, бодренько развела хаос, в попытках разбудить двух мертвецки не выспавшихся парней, а когда мы таки разлепили глаза, заявила : «У вас двадцать минут, одевайтесь, умывайтесь, приводите себя в порядок, я жду вас у Форума. Не опаздывайте, зайки». И исчезла. Естественно, одевались мы в спешке, не умывшись, не причесавшись, и рванули на злополучный Совет. - Ты на своем первом свидании умудрился сеть не на тот автобус, и уехать за город. Еще и даты перепутал, - фыркнул, на мое Все – не – настолько – плохо, брат. А потом понял, что поднял не самую приятную мне тему, ойкнул, прижав руки ко рту, - извини. - Замяли, - махнул я рукой, - идем?       Сейчас тут было чуть более оживленно, нежели вчера, молодые боги мельтешили перед входом в храмоподобное здание. Сегодня я мог рассмотреть его лучше, и в который раз поразился архитектурной красоте. Тут точно работал не только Гефест…       Здание стояло посреди цветастого сада на высоком возвышении. Каменный фундамент охраняли золотые изваяния невероятно красивых, мужественных и мускулистых воинов. На них почти не было доспехов, и вооружены они были только одним оружием, всем видом показывая свое превосходство. Их было так много, но я не увидел ни одной повторяющейся статуи, идеальных, но не похожих друг на друга воинов. Они отличались внешностью, красотой, одеждой, оружием. Форум охраняли воины всех культур девяти великих пантеонов. Я сумел опознать египтян, греков, римлян, славян, индийцев, и… ну, у него была катана, так что, могу предположить что этот воин из Японии.       Через «реку» окружающую Форум тянулся мост, слегка выгибаясь дугой. Мост был деревянный, окрашенный в красный оттенок заходящего солнца; по перилам тянулась роспись золотыми иероглифами; в начале и конце моста, на перилах были установлены крупные сферы, на которых сидели великолепные, красные с золотом птицы - фениксы. По ту сторону моста нас встретили лилии, пионы, хризантемы, и множество других цветов, которых я не знал. Через весь сад вела тропа, прямо к входу, в здание заседания совета Богов.       В возвышении, на котором стоял Форум, были вытесаны ступеньки, ведущие к высокому портику, и достаточно большому пространству непосредственно перед входом. Массивные колоны возвышались почти до небес, их капители украшали цветы, и побеги аканта. Длинный антаблемент украшали резные цветы лотоса, и охраняющие их львы. Выше возвышался треугольный фронтон, украшенный резьбой двенадцати богов, на его вершине стояли, слегка скучковавшись, двенадцать зверей.       Колоны, более высокие, чем на портике, окружали все здание, поддерживая крышу, из середины которой выглядывали ветки высокого дерева.       Видимо, прямо посреди Форума есть зеленая зона, и в ее сердцевине растет это самое дерево.       За колонами находились высокие белые стены, украшенные различными фресками, мозаиками, резьбой, лепниной, барельефами. Они изображали различные мифы всех десяти пантеонов. На высоте примерно второго этажа появлялись большие окна, и открытые террасы.       Перед входом собирались боги, мы же, под их приветствия, - приветствовали, конечно же Рею, - прошли мимо колон портика, и перед нами отворились высокие кованые ворота.       Холл, открывшийся за ними, превосходил возможности моего воображения.       Пол выложен золотой мозаикой, к потолку стремятся высокие колоны – атланты, далекий потолок полностью покрыт резьбой, и инкрустирован золотом, серебром, и драгоценными камнями, которые сверками, словно звезды.       У каждой колоны стоит жаровня, в которой искрит белое пламя, по периметру комнаты выставлены фарфоровые вазы всевозможных цветов и раскрасок, в которых росли и декоративные деревья, и пышные, вьющиеся цветы. Один только холл был больше, и роскошнее любого тронного зала.       Ближе к концу помещения, понималась невысокая площадка, огражденная мраморными перилами, и ведущими к ней четырьмя ступеньками. Площадка ни чем не отличалась от остального холла, за исключением, разве что, большой статуи черепахи, сделанной из нефрита, стоящей прямо посередине площадки. За черепахой обнаружились высокие арочные ворота. - Потрясающе, - прошептал я. Рея только усмехнулась, и провела нас через холл, мимо черепахи, и мы прошли через врата, которые вывели нас в огромную озелененную комнату.       Посреди круглой комнаты без потолка, росло огромное дерево, мощными корнями уходя в черную землю, и сильным стволом, и ветвями тянувшееся к небу. Исполин занимал почти все место в помещении. Я никогда не видел таких огромных деревьев, и вряд ли найдется в мире дерево, способное посоперничать с ним. Самая тонкая ветвь была толще моего туловища, черствая кора выглядела как самая настоящая броня, ствол в диаметре достигал двадцати метров, раскинистая крона рвалась в небо, полностью перекрывая солнечный свет, и закрывая собой небо… - Вау, - выдавил я.       Огибая древо, через комнату вели две тропинки, вдоль которых стояли несколько кованых лавочек. С одной стороны тропинок, посередине комнаты росло древо, с другой, прижимаясь к стенам, расположились ухоженные клумбы; тропинка, огибая дерево – тис – углублялась в клумбы, и вела вглубь внутреннего сада.       Рея провела нас и через эту комнату. Мы вышли в помещение не менее роскошное, чем все остальные, поднялись на второй этаж, прошли через еще два зала, и наконец оказались у высоких дверей, покрытых декоративной лепниной, изображающей двенадцать силуэтов, стоящих по кругу. Перед дверьми уже стояли несколько богов. - Мы пришли, - известила нас титанида,- Афина ждет нас внутри, наш вопрос рассмотрят первым, - и улыбнувшись брату, потрепала его по голове, - все будет хорошо.       Я вдруг осознал, что это за место, и зачем мы вообще сюда пришли. Сердце забухало в груди, по спине пробежался холодок, ладони вспотели, неприятно закололи кончики пальцев, желудок сжался, и к горлу покатил ком. - Ну – ну, спокойно, - Рея похлопала меня по плечу, и я почувствовал вливающуюся в меня энергию, и как чувство спокойствия разливается внутри, - какие – то вы растрепанные. Давайте – ка приведем вас в порядок.       Ничего не происходило. Только Рея смотрела на нас с довольным видом, и словно гадая, дойдет ли до нас, или нет?..       Я глянул вниз, и тихо охнул. Почти уничтоженные кроссовки сверкали новизной, носки оказались одинаковыми, в спадающие джинсы вправлен ремень, футболка не мятая вовсе. Волосы оказались причесаны, а нос уловил тонкий аромат мужских духов. То же преобразование произошло и с братом. - Ну вот, - улыбнулась титанида, - теперь и в пир и в мир, и в добрые люди. Каменные двери вдруг пришли в движение, и вскоре мы все входили в зал, где будут решать дальнейшую судьбу брата. Макс взял меня за руку, я подбадривающее сжал его ладошку.       Зал Заседания Совета Богов был, однако, довольно скромным. Ну, по – сравнением, с остальными помещениями.       Зал оказался длинной, прямоугольной открытой комнатой – боковых стен не было вовсе, два ряда массивных колон подпирали потолок. Пол покрывала золотая с белым плитка, перед колоннами поднимались мраморные лестницы, ведущие на два балкона, тянувшихся по обе стороны зала, и как бы, наблюдательным постом возвышаясь над всем остальным залом. В противоположном конце комнаты, на постаменте стояла статуя змеи с открытой пастью. Огромное изваяние возвышалось до потолка, и было таким же пугающим, как и величественным. Сделана она была из изумрудно – бирюзового камня, и инкрустирована драгоценными камнями. Большая ее часть свернулась внизу, но оставшемуся телу хватало длины, что бы почти касаться потолка. В глазах сверкали желтые драгоценные камни – кошачий глаз – каждый размером примерно с мою голову. Даже чешуя была выполнена необычайно реалистично. Пасть у огромной твари была открыта, и в ней опасно сверкали клыки из слоновой кости. Там же парил небольшой шар, слабо светящийся, и излучающий такую мощь, что у меня задрожали коленки. Перед змеей стоял стол, по форме напоминающий подкову, только более округленный. Внутренняя часть «подковы» покрывала резьба листьев аканта, папоротника, цветов лотоса и еще чего – то. За столом сидели двенадцать человек. Стулья, хоть и одинаковые и довольно простые, напоминали троны, с их высокими спинками и позолоченными подлокотниками.       Я судорожно сглотнул, и сделал шаг вперед. Стоило Рее пересечь черту Зала, как она изменилась, словно у меня пелена с глаз спала, и я увидел ее истинное обличие. Ее повседневная одежда – джинсы, блузка, - сменились на длинное платье, в греческом стиле, опускающемся до самого пола. Золотой пояс перехватывал белую ткань платья на талии, с плеч, прихваченные золотыми застежками, опускались свободные рукава. На шее сверкало ожерелье, на руках - золотые браслеты покрытые резьбой. Волосы потемнели, и отрасли, и сейчас, собранные старинную прическу греческих цариц – частично заплетенные в косы, и собранные на голове, придерживая корону, и несколько самых густых локонов, спускающихся на шею*, - блестели на свету, вместе с вплетенными в них золотыми нитями, и простой треугольной диадемой. Единственным украшением маленькой короны были косые линии, расходящиеся из ее центра.       Рея ступала вперед, словно не замечая ни своего обращения, ни языков пламени, тянущихся от нее, словно она прошла через огненную преграду. Точно так же, в языках пламени возникли два льва, по обе стороны от титаниды. Их мех отливал золотом и солнечным светом, а в гриве словно переплелись золотистые и медные оттенки. Животные, мягко ступая, последовали по обе стороны от хозяйки.       Даже аура у нее изменилась - больше она не казалась мягкой и доброй, любящей мамой, в ней появилась несгибаемая сила царицы, великой Матери Богов, могущественной и не приклоняющейся не перед кем. Но этот образ распался, как разбитое стекло, когда она обернулась, и незаметно подмигнула, озорно улыбнувшись. - Все будет хорошо.       Эти простые слова, неожиданно согрели меня, и добавили уверенности в светлом будущем.       Мы с братом поспешили за титанидой. Остановились мы только перед столом, за которым сидели члены Совета. Стол тоже оказался не самым обычным. Перед каждым представителем от пантеонов, в столешницу был встроена сенсорная панель, а рядом прозрачный небольшой экран. На полу, внутри «подковы» располагалась небольшая выпуклость – как я узнал позже, это проектор для объемных изображений. Таблички перед каждым богом указывали к какому пантеону он относиться, и как его зовут. Я все еще помнил систему – девять глав богов, двое из додекады, и один из семи полноценных богов.       Ближе все ко мне – с левой стороны – сидел Марс. Он развалился в своем кресле, кислым взглядом окинул нас, всем видом показывал пренебрежение. У меня аж скулы свело, от накатившей ярости. Ох, чую одним местом, скоро я познакомлю его с моим друзьями, Честью – я сжал левый кулак – и Добропорядочностью – я сжал правый кулак.       Рядом сидел парень, полностью отличающийся от отвратительного Марса. Парень был красив как ангел, и напоминал молодого бога, спустившегося на землю. Он был высок, и строен, с красивой фигурой. Два белоснежных крыла мешали ему сидеть на этом кресле, и Амур чуть поерзал, устраиваясь удобнее, слегка вытянув крылья, позволив перышкам затрепетать. Шелковистый звук почти поверг меня в сладкую истому, заставив задрожать коленки, а в животе запорхали бабочки. Красивые, миндалевидные фиалковые глаза добро смотрели на нас, бог тепло приветственно улыбнулся, самой прекрасной улыбкой в мире, заставив качнуться светлые волосы. Он был необычайно красив, как яркое солнце, на затянутом небе, как серебристая луна в черную ночь, как сверкающие бриллианты в земных глубинах. Он был…как любовь. Красивый, очаровательный, манящий, с доброй улыбкой, и нежным взглядом, но с внутренней, скрытой угрозой. Не удивительно, что его опасались.       Бог, сидящий рядом с Амуром был на совершенно другом уровне. Табличка гласила, что его зовут Род, бог – создатель славянского мира. От одного взгляда на него у меня кружилась голова и все плыло перед глазами, тело тяжелело и странно покалывало от его силы. Я с трудом фокусировал взгляд, но даже тогда я видел… словно два разных образа. С одной стороны на троне сидел красивый парень славянской внешности, светловолосый, румяный, с голубыми глазами и подкачанный. А с другой… от его другой стороны у меня дрожала голова, словно нейроны не могли выдержать всей мощи, испускаемой богом. Он был словно весь мир, вселенная, все что существует – все есть Род, бог создатель, единый бог. Он есть солнце, он есть небо, день, ночь, кривда и правда, любовь, он есть Жизнь. Образы с невероятной быстротой всплывали у меня в голове, так, что я не успевал на них сфокусироваться.       С трудом переведя дыхание, я посмотрел на следующее божество. Один, владыка Асов, Отец всех богов. Один не источал той всепоглощающей мощи, но уже то, что он и Амур, способны как ни в чем не бывало сидеть рядом с Родом, говорило об их силе, в то время, как мне хватило одного взгляда, и мои мозги едва не превратились в смузи. Один оказался высоким и крупным парнем, с суровым лицом, и воинской осанкой. На его поясе висел боевой топор, несколько кожаных ремней перетягивали белую футболку, подчеркивая его мускулистость, и массивность. На его шее висел маленький мешочек, а с плечь свисал небрежно накинутый серый плащ, отточенный мехом. Один глаз Одина был закрыт повязкой, а второй, стальной, внимательно следил за происходящим, поблескивая внутренней мощью. У него были крупные черты лица, а его мимика создавала впечатление строгого, выдержанного человека, способного повелевать богами в таком суровом мире, как жестокий и холодный Север. Он, в общем – то, был красив, но какой – то необузданной, северной, опасной красотой. На плече бога устроился ворон, а в ногах лежит волк, и оба зверя не сводят с нас взгляда. И тянет от них пронзительным холодом. Жутковатые типы.       Рядом с Одином сидит Афина, все такая же красивая и собранная. Серебряные глаза полны уверенности, а сама она сидит довольно расслабленно. Светлые волосы мягко опускаются на плечи, создавая ореол вокруг ее лица. Заметив мой взгляд, она уверенно улыбнулась, кивнула в качестве приветствия.       По правую руку от богини мудрости сидит смутно знакомый парень. Ра, Повелитель Египта. Вау, а он удивительно похож на свою статую. Только голова у него не птичья…       Бог солнца мало чем отличался от моего представления о древних египтянах. Довольно высокий, подтянутый, с загорелой кожей и хорошо развитой мускулатурой. На голове у него египетский головной убор - платок, в горизонтальную полоску, держащийся на обруче, напоминающий раскрытый капюшон кобры*(немес). Его яркие, как мини-солнца глаза подведены, как у древних египтян, и казалось, распространяли жар, и силу настоящего солнца. Ра был красив, красив довольно экзотичной красотой – кожа оттенка темного золота, глаза сверкают, словно светила, нос ровный, на щеке маленькая ямочка, а чувствительные губы плотно сжаты. На плечах у него лежал золотой воротник, закрывающий почти половину мускулистой груди, покрытый несколькими рядами драгоценных камней, с изображением крылатого солнца, в окружении египетских иероглифов. Его кожа будто горела, и слабо светилась, словно бог сдерживал солнце внутри себя, но его жар все равно пробивался наружу, подавляя, ввергая в трепет. В руках Ра держал символы власти фараонов – плеть и крюк.       Справа от египетского бога солнца расположился Мардук, верховное божество Месопотамии, бог града Вавилона. Он совсем не похож на свою статую, вначале Внутреннего Города. Кожа смуглая, черные, курчавые волосы коротко подстрижены. Лицо красивое, царское, спокойное. Черные глаза, подобны ночному небу, глубокие, затягивающие. Он не испускал мощи, как другие боги, он скорее испускал таинственную ауру, не выставляя своей силы напоказ.       Рядом с ним сидела Юнона, Царица Римских богов. Ее прическа напоминала прическу Реи, на голове - та же царская корона, что была ней вчера. Шею обвивают золотые ожерелья, на руках серебряные браслеты. Белое платье покрывает пурпурная мантия, закрепленная на плече застежкой в виде орла. Красивое лицо ничего не выражает, только в глазах плещется любопытство.       Возле Юноны сидит воинственного вида парень, «Нуада, предводитель богов племени Данну, «Туатху дэ Данаан»», гласила табличка. Бог оказался крупным парнем, воинственного вида, с пепельного цвета волосами, затянутыми в тугой хвост. Лицо грубое, словно вытесанное из камня, но по-своему привлекательное, с глубокими выразительными глазами, высокими скулами, носом с горбинкой, и квадратным подбородком. Держался он гордо, отчужденно, по – царски. Его массивную фигуру плотно обтянула кожаная куртка, с шипами на плечах, на пальцах обеих рук, одеты длинные серебряные пальцц с когтями. Глаза внимательно, оценивающе смотрят, и это единственное проявление эмоций на каменном лице. От него шел приятных аромат хвои, и леса, а воздух, словно в горах был холодных и приятно разряженный. Он не испускал божественной мощи, он скорее, демонстрировал свое единство с природой, и все инстинкты сразу верещали об опасности.       Девушка, сидящая возле него с легкостью выигрывала приз «Самая прекрасная богиня». Своей красотой, она превосходила Афину и даже Рею, несмотря на такие разницы культур. Великая Аматерасу – о – миками, богиня солнца, императрица пяти миллионов японских богов. Она была подобна солнцу в темную ночь, яркая, прекрасная, затмевающая тьму, и освещая дорогу добродетелям. Легкий, почти незаметный макияж подчеркивал большие миндалевидные глаза, гладкую кожу, и красивые губы. Богиня прикрывалась синим веером с драконом, не давая полностью рассмотреть ее лицо, и казалось, улыбалась одними губами, веселой улыбкой озорной девчонки, принужденной высоким титулом вести себя сдержано. Кротко, но величественно, как подобает Великой Императрице страны Заходящего Солнца. Черные волосы собраны на голове в сложную прическу, - стянуты со лба, образовывая нечто наподобие узла ближе к макушке, и крылья идущие от макушки, опускаясь все ниже, к шее, – и украшены потрясающими украшениями. Надо лбом в волосы вплетены несколько украшений, в форме скопления нескольких маленьких цветов, от которых свивали несколько «гирлянд» украшенных цветочными лепестками. В узел было вставлено несколько шпилек, торчащих с одной стороны белыми лотосами, и острым концом с другой. Лотосы окружали украшение в форме пышной желтой хризантемы. В «крылья» прически вставили несколько шпилек, с которых свисали как виноградные гроздья синие цветы, а выше похожее украшение, только уже с золотыми цветочками. Позже я узнал, что такие украшения называются кандзаси*. На ней было красивое бело- красное кимоно, с длинными рукавами, и пышным подолом. Одеяние, расписанное пышными красными пионами и фениксами выгодно подчеркивали тонкую талию, и стройную фигуру. Когда я не смотрел на нее прямо, богиня словно излучала свет, мягким ореолом освещающим ее, и затемняющим все остальное.       Справа с ней сидел Брахма, индийский Бог - Создатель. Своей энергией он напоминал Рода, но в отличие от славянского бога, его образ был более собран. Кожа бога была красноватого оттенка, и излучала слабое свечение, колеблющее воздух. Его мускулистую грудь покрывали золотые украшения, золотые браслеты и цепочки были и на его руках – физически их было всего две, но я видел еще две фантомные руки – и босых ногах. Единственным элементом его одежды, если не считать золотых украшений, были красные широкие штаны. Его голову покрывала индийская корона, в руках он держал четки. Лицо спокойное, умиротворенное, словно он постиг дзен. Поток энергии, исходящий от него был спокойный, словно бог контролировал его.       Последним был Мамон, бог богатств. Он был красив, но его красота… она, как бы сказать…       Она была жадной.       Как драгоценное сокровище, которым хочется обладать, яркая, как горы золота, и такая же желанная. Губительная красота. Он выглядел как супермодель – высокие скулы, выразительные глаза, густые ресницы, полные губы. Волосы пострижены довольно коротко, но сексуально растрепанны. Он очаровательно улыбался, показывая белые, ровные зубы. На нем строгий синий костюм, и белая контрастная рубашка, с одной расстегнутой пуговицей больше, чем нужно. На пальце поблескивал золотой перстень.       Когда мы подошли к столу, все боги поднялись со своих мест, и глубоко поклонились. -Приветствуем Царицу титанов, Великую Матерь богов. Рея ограничилась менее глубоким поклоном. Ее львы повторили движение титаниды, склонив морды к полу. -Приветствую честный и справедливый Совет.       Совет вновь расселся на своих местах, несколько секунд боги шептали между собой, посматривая на брата. Макс стойко выдерживал их взгляды, только сильнее сжал мою руку.       Перешептывание затихло, Афина заговорила. -Позвольте начать. Госпожа Рея, прошу.       Рея даже не шелохнулась, только уверенно улыбалась, смотря на Афину. Ее царская аура вернулась, и казалось, заполонила все вокруг. - Я заявляю о своем исключительном праве одной из Семи Богов, - она, должно быть имела в виду семерку полноценных богов; Рея говорила спокойно и уверенно, словно в зале не было ни одного бога, способного ей перечить. Я вдруг понял, что хоть, Рея и полноценное божество, и божественное с человеческим в ней слились воедино, все это время я общался больше с ее человеческой сущностью. Сейчас же себя явила Титанида, - и Великой Матери богов на этого человека, и заявляю, что он находиться под моей защитой и покровительством. Я принимаю его в Греческий Пантеон.       Указав на брата, титанида замолчала, гордо подняв голову, и с вызовом смотря на членов Совета. А те, в свою очередь, не ожидая такого напора, не знали как реагировать. Даже Марс сидел на своем троне ошарашенный, с раскрытым от удивления ртом, словно не ждал такой подставы. - Что за бред, - начал он, - согласно законом, даже ты… - Позвольте мне, - перебила его Афина. Удостоверившись, что Совет ее внимательно слушает, она заговорила, - закон, о котором говорит Марс, утверждает, что люди, не удостоившиеся божественной благодати, и не принявшие бессмертие, не могут жить вместе с богами. Однако, госпожа Рея не нарушала наших законов. Перво – наперво, Максим – брат греческого бога, пусть еще и не пробудившегося, что приравнивается к божественной благодати. Но если этот аргумент можно оспорить, то следующий критике не подлежит, - Афина сделала маленькую паузу, а потом указала на нас, - братья, по происхождению – гераклиды.       Это известие казалось железным аргументом, и пусть я его не понимал, боги вдруг несколько оживились. Афина довольно улыбалась, Марс побагровел от злости, Юнона смотрела не скрывая удивления. Азиатская богиня солнца прикрывала веером улыбку, но выглядела она, словно вопрос уже решен. Жутковатого вида кельт, одетый в кожу, откровенно заскучал. Зато Амур выглядел заинтересованным. - Гераклиды -потомки Геракла и Деяниры. Его кровь, а вместе с ней и божественный ихор* владыки Зевса передавался из поколения в поколение. Кровная связь с Гераклом прослеживается через мать братьев, а ее свойства проявляются только в представителях мужского пола. Алекс, ты ведь всегда был более сильным, быстрым, ловким и лучше владел своим телом, чем другие, не так ли? Я кивнул, подтверждая ее слова. Я действительно был намного мощнее многих взрослых, хоть и не был качком. - Пусть мальчик и человек, но он кровно связан с владыкой Зевсом, так что его присутствие в Городе не нарушает ни одно из наших законов, - Афина говорила спокойно и уверенно, Совет же, слушал ее не находя опровержения ее словам, да и не ища их. Только Марс особо возникал из- за брата, остальные реагировали довольно спокойно. - Надо полагать, вопрос закрыт – подал голос скандинавский бог. Голос Одина был низким и сильным, словно раскаты эха грома на вершинах гор. - И все-таки, я против, - заговорил Марс. Он бросил презрительный взгляд в нашу сторону, небрежно развалившись на своем троне, всем видом демонстрируя пренебрежение, демонстрируя свою позицию так, что было ясно, что единственная причина его действий – отвращение от мысли, что человек будет жить вместе с богами, - ты уверена, что это хорошая идея? Нет, мы – то, люди цивилизованные, но и варваров среди нас хватает, - при этих словах, он покосился на Одина, но так, словно боялся, что тот заметит, и тогда будет больно, - и не все такие человеколюбцы. Вдруг, какой- нибудь злой божок разорвет мальчику в подворотне? Ты об этом не подумала, Лупоглазая? - Совоокая, - резко ответила Афина.       Меня уже колотило так, что я едва сдерживался. Гнев бурлил внутри черной массой, глаза заволокла красная пелена. Марс говорил язвительным тоном, так, словно речь шла не о жизни восьмилетнего мальчика, а о просроченных булочках в кофейне за поворотом.       Я не замечал своих изменений, зато их заметили все остальные, кроме этого ублюдка. Потянуло могильным холодом, воздух накалился почти до искр, а вокруг меня витала мощная, сотрясающая зал энергия. С оглушительным треском пол у моих ног раскололся, множество трещин подобно паутине разбежались в разные стороны, как от удара. Шар, во рту у змеи раскалился и ярко засветился, тонко звеня, реагируя на угрозу. -Я знаком со смертью ближе, чем ты можешь себе представить, - я говорил негромко и спокойно, и от моего голоса, ужас бежал по венам, покрывая холодным потом, выбивая воздух из груди, заставляя трястись от страха, - и если с моим братом что-нибудь случится, я лично перегрызу тебе глотку! Марс, однако, не был впечатлен моими словами.       Прежде, чем говорить, думай над своими словами, второсортный божок, или окажешься на моем копье. Я с удовольствием выпущу тебе кишки! Мне уже было все равно. Больше он не казался таким сильным, практически непобедимым. Он был жалок, возомнил о себе не весть чего, и в своих глазах возвысился до небес, когда на самом деле ползал по земле.       Я не боялся Марса, я знал, что я сильнее. Я руководил миллионами, меня боялись и мертвые и живые, даже боги теряли свою спесь в моем присутствии. Я голыми руками уничтожал тварей, намного сильнее этого ребенка, еще когда этому богу только начинали покланяться.       Я смотрел на Марса, тяжелым сильным взглядом, а в голове вспыхивали не лицеприятные картинки. Ужасы, которыми я мог обеспечить этого наглого человечишку, возомнившего себя выше всех. Под моим гипнотическим взглядом бог войны вдруг начал бледнеть, лоб покрылся испариной, пот выступил на всем лице, стекая по шее. Он неуютно поерзал, его пальцы начали дрожать, дыхание сбилось, стало хриплым, прерывистым. Я смотрел на него широко раскрытыми глазами, и этот взгляд насылал на него первобытный, беспричинный страх.       А вокруг меня клубилась энергия. Она тянулась, липла ко мне, словно длинный плащ, и тянулась дальше по полу, покрывал почти весь зал. Особо сильная энергия ночной темнотой клубилась у моей головы тонкой полосой, стремясь обратиться в мой сильнейший атрибут. Тьма была чернее самых темных глубин, где обитали жуткие чудовища, темнее чем липкий, нездоровый сон. Она была подобна ночным кошмарам, самым ужасным страхам, фобиям, сводящим с ума. Тьма пульсировала, обретая форму венка. Марса била откровенная дрожь, я с такого расстояния слышал, как стучат его зубы, видел взгляд, полный отчаянья, чувствовал как его трясет. -Хватит! - воскликнула Юнона, резко вскакивая, ударяя ладонями о стол. На губах у римского бога войны уже выступила пена, но я не собирался останавливаться. Он еще не познал настоящего страха перед другим богом. -Ну все, достаточно, - вдруг произнес мягкий голос, и чья-то ладонь мягко накрыла мои глаза, выпуская легкий поток силы, который подобно ветру рассеял черную энергию.       В глазах прояснилось, гнев остался, но он не был таким всепоглощающим, и то чувство силы, от которого покалывало кончики пальцев исчезло. Рея убрала ладонь, а я быстро заморгал, фокусируя взгляд. Я помнил все произошедшее, и если честно, не жалел об этом. Марс был все еще бледным, его трясло, но ужас в глазах сменила ярость. Он тяжело привстал, в его руках появилось длинное копье с красивым, серебристым наконечником.       Бог войны смачно выругался, да так, что я сам промыл бы ему рот с мылом. А затем двинулся к нам. - Марс! - предостерегающе сказала Юнона, но он еще даже не услышал. - На твоем месте, я бы этого не делал, - подал голос Амур, - Его Величество тебе не по зубам. Марс дернулся, словно его самого пырнули в спину, а когда вышел из ступора, его копье исчезло. Он подошел ко мне, с ненавистью глядя мне в глаза. -Не думай, что я это так оставлю. Ты еще будешь вымаливать у меня прошение, валяясь в ногах, - зашипел он. -Мечтай, - зарычал я в ответ. -Ха, они тебя уделали, - довольно заметил кельтский бог. Аматерасу прикрылась веером, и захихикала. Марс вылетел из Зала Совета, за ним громко захлопнулись двери. - Это было круто, парень, - похвалил меня Нуада, подняв вверх большой палец. За столом витала немного напряженная атмосфера, - ты силен. Как тебя зовут? - Мы не знаем, имени его бога. Ни я, ни госпожа Рея не смогли определить, кто он. - Он мой сын, это все чем мы располагаем, в данный момент. На мгновение, зал погрузился в тишину, а потом поднялся галдеж. Лишь Аматерасу, Брахма, Род и Амур отреагировали сдержано. - Один из Трех Владык греческого мира?! И вы не знаете кто? - У нас есть предположения, но они ничем не подтверждены, - покачала головой Афина. -Мур, - вдруг сказала Рея. Я сразу вспомнил вчерашнее утро, когда титанида застала меня после принятия утренних процедур. Кровь тут же прилипла к щекам, хотя, как оказалась она звала бога любви. - Мм? – Амур повернулся к ней. -Ты назвал Алекса Его Величество. Ты его знаешь? - Конечно, - ответил тот, чуть расправив крылья, удобнее умостился на своем месте, - мы с ним давние товарищи. Почти друзья. Рея смотрит на Амура, боги смотрят на Амура. Амур смотрит на Рею. -Ну? -Не, - замахал бог руками, - он с меня шкуру спустит, если я проболтаюсь. -Ты уже это сделал, - заметил я. -Кто знает, - Амур мне загадочно подмигнул. Видимо, давить на Амура было бесполезно, так как Совет вдруг перестал его опрашивать. Вместо этого… - Один, - заговорила восточная красавица, - твои кости ничего не говорят? Голос у нее оказался звонким и мелодичный. -Руны, - поправил ее скандинавский бог, - мы гадаем на рунах. Он полез в мешочек, висевший у него на груди, и удивительно, вся его ладонь поместилась там. Наверняка на мешочке тоже заклинание расширения пространства. Один извлек оттуда руку, с зажатыми в ней фигурками. Он положил их на стол перед собой. Фигурками оказались ухоженные деревяшки из белого дерева, и нанесенными на них синими символами.       Один задумчиво погладил подбородок. -Размыто, - констатировал он, указывая на руны, - Феху, Йера: он связан с богатством, и циклом времен года. Следующие руны – Альгиз, сильнейшая руна защиты, и Перт – тайна. Он сам не дает себя опознать. А это, - Беркана, и Хагалаз. Дети, семья и разрушение. Полагаю, если с ребенком что-то случится, нам всем будет жарко. Думаю, более глубокий смысл расклада искать бесполезно. -Богатство?- вдруг подал голос Мамон, который до этого молчал, - интересно. В Греции было не так уж много богов, непосредственно связанных с богатством. Я прав, Всезнайка? Афина кивнула, подтверждая его слова. -Но это все равно слишком размыто. Культ богатства сводился к плодородной земле и большому количеству скота. В Греции каждый третий бог покровительствовал животине, и делал почву плодовитой. От владыки Зевса, до местных божеств. Цикличность времен года тоже не самый редкий атрибут… - Три вещи нельзя скрыть: Солнце, Луну… - Брахма не открывал рта, его голос словно раздавался у меня в голове. -Правду, - закончила вместе с ним Афина. -Не стоит торопить события, если бог не хочет, что бы его узнали, его не узнают. Когда придет время, он сам явит себя. Размеренное течение событий не обогнать. -Спасибо, за Ваше наставление. Порой, я забываю, что мудрость проявляется в терпении, а не в жажде знаний. -Прости что перебиваю, Афина, но вопрос с мальчиком не единственный на сегодня. Нас еще ждут другие боги. Я бы хотел рассмотреть все важные вопросы перед Самайном, - учтивым тоном заговорил Мардук, - лично у меня возражений нет, пусть остается в Городе. Остальные согласны?       Мне показалось, что этот бог пользуется авторитетом даже среди таких высокопоставленных лиц. Мне понравилось, как вежливо он говорил, его тон, и дружелюбный взгляд, с поблескивающими искорками. Он сразу завоевал мое уважение. Единогласно Совет разрешил брату остаться в Городе, и мы – в частности я – счастливые оттуда ушли. Однако, в дверях Зала, нас догнал голос Амура. - Думаю, с остальным вы и без меня разберетесь, - парень так очаровательно улыбнулся, что никто и слова против не сказал. Аматерасу даже веером обмахиваться чаще стала. -Иди уже, обольститель – Афина махнула рукой, улыбаясь, - только бед не натвори. -Ты меня, должно быть, с кем-то путаешь, - засмеялся бог, догоняя нас.       После Марса двери захлопнулись, теперь же они были открыты нараспашку. В коридоре ожидали своей очереди около десятка богов, и все они с трепетом поклонились Рее, величественно выплывшей из Зала Совета. Ее львы, однако, исчезли. Мы спускались по лестнице, когда брат заговорил, впервые, с момента, как мы зашли в Форум. -Рея, почему Марс назвал Афину лупоглазой? Казалось, только что решалась его судьба, но все что его волнует – это как Марс обозвал богиню мудрости? Никогда не подозревал о такой выдержке у родного брата. Меня, вот, все еще трясет. -Священным животным Афины является сова, поэтому ее иногда называли Совоокой. А эта подлюга римская, просто перекрутил один из красивейших эпитетов в оскорбление, - Рея выдала ряд нецензурных выражений на древнегреческом, и весь ее марафет, испарился, сменившись обычными джинсами да рубашкой. -Это не первая его выходка, - заговорил Амур, - думаю, на следующих выборах его вышвырнут из Совета. -Выборах? – спросил брат. -Выборы непостоянных членов Совета из двенадцати сильнейших богов. Проводятся раз в сезон, - ответила Рея, потрепав брата по голове, - идем, я куплю тебе мороженое. У твоего брата намечается рандеву. -Что?! -Я не в том смысле, - махнула рукой Царица Титанов, - а ты, - ее палец переместился на бога любви, - своди его к Гекате, и на Марсово поле. И не забудьте нарядиться перед Самайном. Все понятно? -Да, миледи, - Амур галантно поклонился, и взяв ее руку, едва касаясь губами поцеловал кончики пальцев, игриво глянув из под опущенных ресниц, озорно улыбнувшись. -Чу́дно, - титанида помахала нам ручкой, а потом исчезла, прихватив с собой Макса, - не опаздывайте, мальчики. Что за черт…