Hadley M.D.

— Такси на Пятое Авеню, 113, — говорила телефонному собеседнику Александрия, на ходу натягивая на себя светлые узкие джинсы. — Да, на ближайшее время! На самое ближайшее, — уточнила она, уже застегивая ширинку. Завершив разговор, девушка запихала телефон в передний карман штанов и вернулась к открытому шкафу. Вытянув с полки рубашку в темно-красную клетку с рукавом на три четверти, она надела ее на себя и, застегнув, заправила в джинсы. Две верхние пуговицы Лекса предпочла оставить расстёгнутыми, оставляя на виду изящные ключицы и начало ручейка, разделяющего груди. Вытащив из-под рубашки копну длинных волнистых волос, шатенка подошла к туалетному столику, и достала из одного из его выдвижных ящичков черную резинку. Орудуя руками и расческой, Хадли заплела себе простую низкую косу, и закрепила ее этой резинкой. Как только Лекса потянулась за своими любимыми духами, телефон в кармане начал вибрировать. Прыснув на себя пару раз сладким парфюмом, она достала мобильный и ответила на звонок, в котором оператор сообщила о прибытии машины такси. — Черт, черт, — ругалась себе под нос Лекса, поглядывая на часы, висящие на стене зала, по которому она уже проходила быстрым шагом, направляясь к выходу. Одев на ноги белые низкие кеды, позволяющие щиколоткам представать взору окружающих, девушка схватила ключи с тумбы, стоявшей у входа. Открыв дверь, она вышла из квартиры. — Здравствуйте, — с арабским акцентом поздоровался взрослый мужчина, сидевший за рулем такси. — Клиника Мёрфи Плэйс, плачу двадцатку сверху, если доедем за пятнадцать минут, — сухо сообщила ему шатенка, доставая из кармана мобильный. — Да, мисс, домчу вас, как ветер! — с задором воскликнул водитель, вдавливая педаль газа в пол. Лекса глубоко вздохнула и закатила глаза, насмехаясь над эмоциональностью мужчины. Сняв телефон с блокировки, она посмотрела на время: 9.50, она явно опаздывала на работу. Лекса прикусила нижнюю губу и, положив руку на дверь машины, стала постукивать по ней длинными пальцами, смотря в окно на высокие здания, остающиеся позади. Вчера ночью, после похода с Линкольном в бар, Лекса была так увлечена мыслями о Гриффин, что перед сном забыла установить будильник, и только благодаря биологическим часам, проспала всего лишь на полчаса. Спустя примерно двенадцать минут быстрой езды с явным нарушением правил, такси остановилось у клиники Мёрфи Плэйс. Девушка протянула водителю деньги и вышла из машины. В принципе, Лексе было плевать на опоздания, в конце концов, ничего смертельно бы не случилось, ведь ближайшая операция лишь через полтора часа. Но, Лекса знала отношение Кейна к опозданиям и не хотела злить и подводить начальника. После того как Маркус пошел на очередные уступки и разрешил Хадли оперировать сегодня ребенка, где-то глубоко внутри девушка чувствовала себя обязанной ему. Быстрым шагом пройдя по коридору приемного отделения, Лекса оказалась возле лифта. Нажав кнопку, она стала ждать — Здравствуйте, доктор Хадли, — поздоровалась короткостриженная девушка, работавшая в команде Уиттла, выходя из приехавшего лифта. Ничего ей не ответив, Лекса прошла внутрь кабины, вместе с парой сотрудников клиники и одной престарелой пациенткой и нажала на кнопку третьего этажа. Экран, встроенный в стену, подсветил красным цифру два, что означало, что со второго этажа кто-то вызвал лифт. «Надеюсь, не опять эта идиотка». — вдруг подумала Александрия и в очередной раз удивилась тому, как плотно в ее голове засела интерн из педиатрии. Где-то очень глубоко в душе девушки, на самом деле, горел очень маленький огонек надежды на то, что это все-таки Кларк, но Лекса не позволяла этому огоньку разрастись даже слегка. Двери лифта открылись, пропуская внутрь какую-то незнакомую женщину, и Хадли расслабленно выдохнула. Продолжив движение, большая стальная кабина наконец остановилась на нужном этаже и, стоило дверям только начать раскрываться, как Лекса быстро проскользнула через них и направилась в сторону кабинета хирургов. Остановившись на мгновение у стеклянной двери, шатенка глубоко вздохнула, пытаясь успокоить учащенное дыхание, вызванное быстрым шагом и небольшим волнением. Она не могла показывать членам команды, да и самому Маркусу, что ее заботит собственное опоздание и их реакция на это. — Кейн, — спокойно произнесла она, открывая дверь кабинета и проходя внутрь, уверенная, что застанет начальника. От того, что предстало перед глазами, Лекса встала, как вкопанная, испытав удивление, смешанное с возмущением. Она строго свела брови к переносице. За личным столом Хадли сидела какая-то шатенка в медицинском халате и что-то печатала на ее ноутбуке. Голос Александрии привлек ее внимание и она, подняв взгляд карих глаз с клавиатуры на вошедшую Лексу, вскинула левую бровь, выражая взаимное удивление. Хадли не прерывала контакт глазами с незнакомкой, после чего поджав губы, показательно развернулась и вышла из кабинета. Она понимала, что через стеклянную дверь видно все ее действия, поэтому внимательно посмотрела на табличку, прикрученную к двери, словно вникая в смысл написанного, после чего вернулась обратно. — Нет, я не ошиблась, — наконец заявила Лекса, вновь встречаясь с темными карими глазами незнакомки. — Это кабинет хирургов. Кто ты и какого хрена ты делаешь за моим столом? — прищурив глаза, словно хищник, Хадли стала подходить ближе к девушке. — А ты, как я понимаю, Александрия Хадли, — к удивлению Лексы, на губах шатенки играла вполне доброжелательная улыбка. — Рэйвен Рейес, — девушка встала из-за стола и протянула руку для пожатия. Хадли переводила недоуменный взгляд с руки на лицо Рэйвен и обратно. — Та самая Рэйвен Рейес? Неужели! Давно мечтала встретиться с тобой, — эмоционально воскликнула Лекса, вскидывая в восторге руки. — Хотя, стой, подожди… Я понятия не имею, кто ты нахрен такая, Рэйвен Рейес, так что вернемся к моим вопросам, — тон голоса сменился на привычно холодный. Хадли терпеть не могла, когда кто-то встревал в ее личное пространство или пользовался ее вещами, поэтому она была крайне возмущена, сидевшей на ее месте и за ее ноутбуком незнакомкой. — Мда, меня предупреждали, что с тобой будет непросто, — обреченно цыкнула языком Рэйвен, убирая так и непожатую руку. — Я новый хирург в вашем отделении, пластический хирург. — Что? — недоверчиво-брезгливо спросила Лекса. — Девушка, сегодня в отделении психиатрии день открытых дверей, и вы сбежали оттуда, по пути урвав у кого-то халат, да? Давайте я вызову медсестер и они проводят вас обратно, — Лекса вкладывала колкость в каждое свое слово. — Хадли! — Кейн вошел в кабинет и, не ожидая увиденной им картины, встал в недолгом ступоре. — Смотрю, вы уже познакомились, — наконец произнес мужчина, расплывшись в улыбке и переводя взгляд с одной девушки на другую. — Маркус, какого хрена? Кто это такая? — посмотрела на начальника недоумевающим взглядом Лекса, чей голос сейчас выражал раздражение. — Доктор Рэйвен Рейес, новый член команды, пластический хирург. Спонсоры выделили денег на расширение отдела, — все еще улыбаясь, сообщил начальник, подходя ближе к девушкам. — И зачем нам пластический хирург, стесняюсь спросить? — Лекса уже не обращала внимания на шатенку, сверля взглядом Маркуса. — В Нью-Йорке увеличился процент неуверенных в себе женщин, желающих увеличить сиськи? Или мы выиграли в лотерею тонну ботокса и нам теперь некуда его девать? — Ты закончила? — прервала наконец ее грубости доктор Рейес, все еще добродушно улыбаясь, чем выводила Лексу из себя еще больше. — Вы наняли пластического хирурга, которая сама себе неудачно вкачала что-то в губы и теперь постоянно ходит с улыбкой на лице? — Лексу было не остановить. Она не хотела видеть новых членов в команде, несмотря на то, что у нее были конфликты с коллегами, они все уже привыкли друг к другу и новый врач не вписывалась, по мнению Хадли, в их команду. К тому же девушку задело и взбесило, что ее, заместителя заведующего отделением, поставили уже перед фактом, заранее не поинтересовавшись ее мнением о новом сотруднике. — А ты хороша. Есть еще шутки про пластических хирургов, или мы уже можем нормально познакомиться? — усмехнувшись, спросила Рэйвен, не сводя пристального взгляда с новоявленной коллеги. — Так, Хадли! — наконец подал голос Маркус, пребывавший в шоке от таких нападок со стороны девушки. Он, конечно, знал характер Лексы, но не думал, что ее реакция будет настолько агрессивной. — Немедленно перестань! — приказным тоном произнес начальник. — Ты просто представить себе не можешь, как нам повезло с доктором Рейес, она одна из лучших пластических хирургов штата, и это большая честь иметь ее в своей команде. — Рэйвен Рейес… — вдруг повторила себе Лекса, вспоминая, что слышала уже где-то это имя. — Это ты оперировала год назад парня с носолобной энцефалоцеле? — в голосе Хадли прозвучал искренний интерес к девушке и она перевела на нее свой взгляд. — Да, — доброжелательно усмехнулась шатенка. — Меня даже показывали по телевизору! — шутливо похвасталась Рэйвен. — За плечами доктора Рейес много потрясающих операций, — сообщил Кейн, кивая головой, словно в подтверждение своим словам. — Теперь Хадли, как я вижу, ты согласна с тем, чтобы она была в нашей команде? Лекса поджала губы, изучая взглядом нового хирурга. Она не могла не обратить внимание на то, что та очень даже привлекательна. Рейес обладала стройной, даже чуть спортивной фигурой. Ее длинные вьющиеся волосы спадали ниже лопаток, а красивые темно-карие глаза словно отображали собой ту же самую улыбку, что играла сейчас на губах девушки. — Мне становится немного не по себе, когда меня так разглядывают, — спокойным тоном сказала Рэйвен, следя за взглядом Лексы. — Насколько мне известно, в этой клинике плохо относятся к романам на рабочем месте, — очередная, но уже не добродушная, а насмехающаяся улыбка скользнула по ее губам. — Не льсти себе, — грубо ответила Хадли, наконец переводя взгляд с нового хирурга на Кейна. — Зачем я занимаю эту должность? — Не понял? — удивленно спросил Маркус, искренне недоумевая. — Почему со мной никто не посоветовался прежде чем нанимать эту телезвезду? — Лекса прищурила глаза, словно пытая своим взглядом начальника. — Гриффин хотела нанять миссис Рейес и одного детского хирурга из Аризоны, но тот в последний момент отказался подписывать договор, оставшись на прежней работе… Эбби переживала, что все может сорваться, и попросила ничего не говорить до первого рабочего дня Рэйвен, — объяснил Маркус, опустив взгляд в пол. — До первого рабочего дня? Мы работаем по контракту, даже, несмотря на то, что женщины платят бешеные деньги за силиконовую грудь, я не думаю, что миссис Рейес захотела бы терять крупную сумму из-за неустойки, отказавшись в последний момент от работы, — Лекса абсолютно не верила словам начальника и ее раздражало, что он делает из нее дурочку. — Хорошо, Хадли, я примерно представлял твою реакцию и не счел нужным советоваться с тобой в этом вопросе, — выпалил Маркус, наконец становясь строже. В конце концов, он начальник и ему решать, что делать со своим отделением. — Я не знал, что от тебя ожидать. Ты не любишь людей, а тут я бы сообщил тебе сразу о двух новых хирургах отдела?! Да ты бы сделала все, чтобы они даже не думали здесь работать, — с упреком заметил Кейн. — Вау, — подала голос Рэйвен, все это время наблюдавшая за этой недолгой беседой коллег и переводившая сейчас свой взгляд с одного из них на другую и обратно. — Меня не так легко напугать, мистер Кейн, — заверила его девушка. — Мисс Хадли, конечно, еще та язва, но мне это даже нравится. — Значит, ты мазохистка, — констатировал Кейн, с губ которого слетела усмешка. — Знаете, мне уже пора идти, — махнув рукой, завил Маркус, удивленный реакцией нового члена своей команды. Он был уверен, что уже в скором времени Рэйвен передумает насчет Александрии, потому что та, как никто другой, умеет выводить из себя людей. — Хорошего дня, девушки, — Кейн повернулся к выходу и открыв дверь, покинул кабинет. — Какого черта ты сидела за моим ноутбуком? — вновь прищурив глаза, обращенные сейчас на шатенку, спросила Лекса. — Мне нужно было посмотреть список своих операций, а доктор Блэйк сказал, что я могу сделать это с твоего ноутбука, — пожала плечами Рэйвен, садясь на один из стульев за столом для переговоров. — Меньше слушай этого идиота, он живет тем, чтобы как-нибудь мне напакостить, — грубо сообщила ей Хадли, занимая законное место за своим столом. — И больше не смей трогать мои вещи. — Слушай, — в темно-карих глазах горел огонек интереса к такой отличной от многих девушке. — Я могу угостить тебя обедом, чтобы загладить свою вину? — на губах Рэйвен расплылась игривая улыбка. — Слушай, — повторила за ней Лекса, не отрывая взгляда от монитора своего ноутбука. — Как ты верно подметила, у нас не принято флиртовать с коллегами. А раз ты теперь член нашей команды, то тебе придется соблюдать эти правила, — Хадли открыла на ноутбуке свое расписание. Да, Рейес была красивой женщиной, да и характер у нее был не такой, как у основной массы людей, окружавшей Лексу, но все это все равно не стоило того, чтобы Хадли переступала через свои принципы или рисковала работой. — Хм, — усмехнулась Рейес. — Вообще-то, я с тобой не флиртую, я жената, — девушка подняла левую руку на которой поблескивало шикарное кольцо из платины, украшенное бриллиантами. — Я просто думаю, что мы могли бы подружиться. — Жената? — собеседница наконец смогла привлечь внимание Лексы и та подняла на нее взгляд, не совсем уверенная в том, что только что услышала. — Ты не ослышалась, у меня есть жена, ее зовут Октавия, — улыбка все еще не сходила с лица Рейес. — Я зову тебя просто на дружеский ланч. Понимаешь, я привыкла к насмешкам от коллег, считающих, что пластические хирурги только и делают, что откачивают у богатых дамочек лишний жир, накачивают им силиконом грудь и колят ботекс. Но я знаю свою профессию, и знаю с какими случаями приходится сталкиваться пластическим хирургам. Мы спасаем людей. Да, может, в отличие от тебя я не спасаю жизнь в прямом смысле этого слова, но даже тот парень, о котором ты слышала… Как думаешь, легко ему жилось с огромным наростом размером со вторую голову, занимающим половину его лица? — спокойным тоном рассказывала Рэйвен, не прерывая контакта с глазами новоявленной коллеги. — Ты можешь угостить меня обедом, а сейчас отвали, я занята своим расписанием, — закатив глаза, ответила Лекса. Она понимала, что девушка права, она на самом деле прекрасно знала в чем заключается работа пластических хирургов в полном смысле этого слова. И то, как Рэйвен выстояла перед ее нападками и продолжила быть дружелюбной на самом деле удивило Хадли, поэтому она решила дать девушке шанс и не продолжать с ней конфликта. По крайней мере, пока что. — У меня в 11.40 операция, займет примерно час, после нее можем встретиться в больничном кафетерии. — О, нет, только не там. Ненавижу кафе в клиниках. У вас напротив, через дорогу от Мёрфи Плэйс есть какой-то бар, может, сходим туда? — предложила Рэйвен, вставая со стула. — У Джимми? — удивленно подняла бровь Лекса. Она вспомнила этот бар и ее даже слегка передернуло от этих неприятных воспоминаний. — Там местная молодежь накачивается дешевым пивом, не думаю, что у них вообще есть меню. — Проверим, — пожала плечами коллега, подходя к двери, ведущей на выход из кабинета. — Встретимся в баре в час дня, — подмигнула Рэйвен, после чего повернула ручку двери и покинула кабинет. «Странная она». — подумала Лекса, скользя взглядом по расписанию с операциями. Посмотрев на часы внизу экрана, она заметила, что до операции по пересадке почки оставалось меньше часа. Лекса встала из-за стола и пройдя к тумбе с кофемашиной, выбрала на ней режим приготовления американо. Хоть девушка вчера и уснула не слишком поздно, утренний крепкий кофе был уже обязательным ритуалом. Машина пропищала, сообщая о готовности напитка. Взяв наполненную кружку, девушка вернулась за свой стол. Раскинувшись на мягком офисном стуле, она вытащила из кармана мобильный, чтобы написать смс другу, с которым они вчера неплохо провели время в баре. Зайдя в раздел смс, Хадли принялась искать предыдущую переписку с Линкольном и тут ее взгляд упал на несохраненный номер и следующий под ним текст: Меня это абсолютно не интересует. До встречи, мисс Хадли. Девушка сразу поняла, кто является автором этого сообщения. Это была та самая переписка с Кларк Гриффин в тот день, когда Лекса примчалась в клинику, обозленная на выходку несносной блондинки, записавшей ее на прием к психиатру. Хадли вновь вспомнила тот день и тот разговор в третьей смотровой. Вспомнила, как Кларк коснулась ее и несла какую-то чушь про совращение. Сама, не понимая зачем, Лекса отложила телефон на стол, уже забыв о желании написать смс Линкольну, и открыла на ноутбуке фэйсбук. Вбив нужные данные, Хадли вновь стала просматривать страничку Гриффин. «Да нет, бред, она явно не флиртовала со мной. Она трахалась с Уиттлом, да и не похожа она на лесбиянку». — размышляла Лекса, пролистывая фотографии. — «Может, би… Ох, Хадли! Да какая тебе разница». — отчитывала саму себя девушка. — «Хватит уже так зацикливаться на этой идиотке!» — Лекса искренне не понимала, почему уже столько дней постоянно думает о Кларк, она не понимала, зачем в очередной раз сейчас просматривает ее страничку, ее фотографии. — «Ну, у нее неплохая фигура, классная грудь. Ей бы точно не понадобилась помощь пластического хирурга». — усмехнулась Хадли, рассматривая фотографию, на которой Гриффин стоит на каком-то пляже в коротких джинсовых шортах и обтягивающей майке с глубоким вырезом. Еще вчера, перед тем как уснуть, Лекса доказывала самой себе, что в этой девушке нет ничего необычного, что она такая же, как миллионы других, но вот сейчас она уже опять сидела и вглядывалась в ее лицо, улыбающееся с экрана монитора. — «Ну, разве что у нее красивые глаза… И интересные черты лица». — Хадли сделала глоток уже немного остывшего кофе. — «Наверняка она пользуется популярностью среди парней». — подумала Лекса. — Хадли, чем занимаешься? Выглядишь такой заинтересованной и сосредоточенной, — мысли девушки прервал голос Джаспера, который только что зашел в кабинет и сейчас пристально смотрел на нее. Лекса быстро закрыла страничку, испугавшись, что парень может заметить, что она пялится на Кларк. Хадли удивилась тому, как могла не услышать, что кто-то вошел, видимо, она действительно так сильно погрузилась в изучении черт блондинки. — Смотрю порно, — спокойным голосом ответила шатенка, поднимая абсолютно безразличный взгляд на коллегу. — Ээм, — засмущался Джаспер, слегка улыбаясь. — Даже не знаю, всерьез ты, или это очередная твоя шутка. Лекса расплылась в хитрой улыбке и слегка приподняла левую бровь, словно говоря: догадайся сам. — Ладно, — еще больше замялся парень. — Я вообще-то зашел сказать, что тебе поменяли местами операции. В трансплантологии что-то напутали и почка для пересадки будет в клинике ближе к обеду, поэтому через полчаса у тебя операция по удалению грыжи, а точное время по пересадке Гриффин сообщит чуть позже, — рассказал Джаспер, подходя к кофемашине и наливая себе бодрящий напиток. — И почему я узнаю это от тебя? Что-то в последнее время, мне кажется, все игнорируют мое присутствие. Ты, кстати, уже познакомился с доктором Рейес? — равнодушным тоном спросила Лекса, делая глоток кофе. — Я просто встретил Эбигейл в коридоре и она, узнав, что я направляюсь сюда, попросила передать тебе эту информацию, — пожал плечами брюнет. — Да, Рэйвен классная! С ней мы прочно укрепим звание лучшего хирургического отделения в штате, — воодушевленно ответил Джордан, утвердительно кивая. Лекса закатила глаза, не понимая общей радости коллег из-за нового хирурга. Она встала из-за стола, взяв с него мобильный, и запихала его в карман джинс. — Операционную-то хотя бы не поменяли? — спросила Хадли, уже подходя к выходу их комнаты и снимая с вешалки свой халат. — Нет, так же первая. Слушай, может это, конечно, не мое дело, но… Ты теперь оперируешь детей? Может, поделишься, почему ты изменила свое решение? — обеспокоенно спросил Джаспер, смотря на девушку и поднося ко рту кружку с кофе. — Ты прав, это не твое дело. Хорошего дня, Джордан, — холодно ответила Лекса, после чего повернула ручку двери и покинула кабинет. Лекса не хотела грубить этому парню, но и делиться своими чувствами и эмоциями ни с кем не собиралась. Честно говоря, она сама не особо понимала, что сейчас с ней происходит, и как так вышло, что спустя шесть лет она наконец решила побороть свои страхи. Несмотря на то что с виду Хадли выглядела уверенной и решительной, глубоко внутри она очень переживала из-за предстоящей операции. Когда Джаспер сказал, что она уже через полчаса, у Лексы к горлу словно подступил комок волнения. «Так, возьми себя в руки, ты справишься». — успокаивала себя Хадли, заходя в лифт и нажимая нужную кнопку. — «Это обычная грыжа, какая разница, сколько лет пациенту. Оставь свои переживания в прошлом, все пройдет хорошо». — двери открылись и Лекса пошла по первому этажу в сторону операционной. Зайдя в предоперационную, Хадли оперлась ладонями о столешницу с раковинами и посмотрела в висящее на стене зеркало. «Ты справишься». — повторяла, словно заклинание, Лекса, делая глубокий вдох. Прикрыв на мгновение глаза, собирая всю себя в кулак, она оттолкнулась от столешницы. Повесив на специальный крючок свой халат, девушка переоделась в костюм хирурга и провела дезинфекцию рук. Последний раз взглянув на свое отражение, она кивнула самой себе, будто подтверждая, что готова к операции, после чего прошла в операционную. — Доктор Хадли, — кивнул ей, уже находящийся на месте анестезиолог, изучавший в этот момент медкарту пациента. — Здравствуйте, доктор, — последовав его примеру, поздоровался мальчик, лежащий на хирургическом столе, которого только предстояло подготовить к операции. Лекса забрала у анестезиолога карту и прочитала имя пациента. — Здравствуй, Кристофер, ты готов? — поинтересовалась хирург, изучая дело ребенка. — Мне страшно, — голос мальчика дрогнул. — Не бойся, это несложная операция, ты ничего не почувствуешь, — заверила его Лекса, как вдруг услышала звук открывающейся двери в операционную. Повернувшись, она увидела зашедшую блондинку, переодетую в хирургический костюм. Девушки удивленно уставились друг на друга, абсолютно не ожидая этой встречи. — Какого хрена ты тут делаешь? — старалась сохранять спокойствие Лекса, сверля голубые глаза Кларк Гриффин, которая продолжала в ступоре стоять у входа. — Хотела бы я спросить вас о том же, — наконец ответила Кларк, быстро моргая, пытаясь прервать этот зрительный контакт с шатенкой. — Я ассистирую доктору Блэйку на операции по удалению грыжи у ребенка, — Гриффин посмотрела на мальчика, находящегося за спиной Лексы, и убедилась, что не ошиблась операционными. — Прекрасно, просто прекрасно, — глубоко вздохнула Хадли, закатывая глаза. — Я забрала у Блэйка операцию, а ты можешь быть свободна. Я вызову кого-нибудь из ординаторов, — твердо сказала девушка, поджимая губы и отворачиваясь от Кларк, давая тем самым понять, что спорить бесполезно. — Ты даже не будущий хирург, какого черта ты тут вообще забыла... — Ну уж нет, — возмущенно ответила ей Гриффин, не желая так легко отказываться от операции. Она набралась смелости и проследовала к столу, где лежал пациент. — Я тебе, по-моему, четко сказала, что ты мне тут не требуешься, — злобно прищурив глаза, Лекса стреляла молниями в блондинку, стоявшую в полуметре от нее. — Или хочешь поставить под угрозу жизнь еще одного ребенка? — Доктор Хадли, мы уже должны начинать, боюсь у нас нет времени искать кого-то другого. Сейчас многие на операциях... Скоро к нам присоединятся медсестры, но они вряд ли справятся, ассистируя вам... — тихим голосом прервал их анестезиолог, опасаясь реакции своенравного хирурга. — Она плохой врач? — вдруг раздался испуганный голос мальчика, имеющего ввиду Гриффин, которую так не хотела допускать до операции Хадли. — Мне очень страшно, можно мне другого доктора? — Кристофер, я хороший врач, — попыталась успокоить его Кларк, злясь на шатенку, выставившую ее в таком свете. — Я педиатр, как раз работаю с детьми. Просто мы с доктором Хадли не можем подружиться, но не волнуйся, все будет хорошо. — К черту, — буркнула Лекса, начиная переживать за испуганного ребенка. — Стой и просто смотри. Не смей ничего делать, я уверена, что ты мне вообще тут никак не пригодишься, — Лекса прикусила нижнюю губу, немного сожалея о сказанных ранее словах, точнее о том, что сказала их при мальчике. Лежавший все это время на животе ребенок, повернулся на спину, чуть приподнявшись на локтях и посмотрел на девушек, переводя взгляд с одной на другую. — Я не хочу операцию, мне будет больно, — голос мальчика начал дрожать, а его голубые глаза стали поблескивать, он вот-вот мог разрыдаться. — Я хочу к маме! — Тебе не будет больно, — заверил ребенка анестезиолог. — Ты будешь просто лежать какое-то время, я поставлю тебе в спину укол, и ты ничего не почувствуешь. Мы будем разговаривать с тобой, Кристофер, чтобы тебе не было страшно. — Я буду в сознании? — глаза ребенка в ужасе расширились, его лицо побелело, а губы нервно затряслись. — Так, мы будем проводить операцию, или будем тратить время на уговоры? Парень, тебе уже 12 лет, будь смелее! — вспылила Лекса. Ей и так было сложно настроиться на операцию, а тут еще и истерика ребенка, которая выбивала ее из колеи еще больше, мешая сосредоточиться. — Александрия! — возмущенно упрекнула ее Кларк, хватая ртом воздух, пытаясь подобрать слова. — Ему и так страшно, неужели нельзя быть помягче! — Гриффин была шокирована таким поведением шатенки. — В принципе, мы можем поставить общий наркоз, — предложил анестезиолог, пожимая плечами. — И тогда ты, Кристофер, вообще не будешь ничего видеть или слышать. Ты просто поспишь, пока доктор Хадли будет проводить операцию. — Да! — мальчик вытер уже бегущие по щекам слезы и быстро закивал головой. — Хочу общий наркоз! — Можете начинать, — закатила глаза Хадли, уже сто раз пожалевшая, что взялась за эту операцию. — Я сейчас вернусь, — она развернулась от стола с пациентом и быстрым шагом направилась в предоперационную. Закрыв за собой дверь, девушка прижалась спиной к стене, пытаясь контролировать бурлящие в ней эмоции. «Нахрена. Нахрена я взяла этого пациента». — злилась на саму себя Лекса. — «Это просто пиздец какой-то, мало того, что ассистирует эта идиотка, так еще и пацан ведет себя, словно ему пять лет… Маменькин сынок». — Хадли глубоко вздохнула. В этот момент дверь, находящаяся рядом с ней, открылась и внутрь вошла Кларк. — Александрия, вы в порядке? — Кларк не ожидала увидеть девушку в таком виде. Ей показалось, что та переживает и немного подавлена. Гриффин сразу вспомнила про сплетни о докторе Хадли и ее отказе оперировать детей. «Что происходит? Она боится, что не справится?» — внутри Кларк переплелись сразу несколько чувств. С одной стороны, она боялась, что из-за каких-то внутренних проблем и сомнений Александрии операция может пойти не по плану и закончиться не очень хорошо, боялась, что хирург навредит пациенту, да и для Кларк это будет пятном в деле, если все закончится плохо. Но, с другой стороны, она почему-то переживала за шатенку. Ей было не по себе видеть ее в таком состоянии, и если бы Хадли не была такой грубой стервой, то Кларк бы чисто по-человечески обняла ее и приободрила, но в данном случае, она понимала, что это только ухудшит ситуацию. — Вернись в операционную, — холодным тоном приказала Лекса, сверля взглядом девушку, не дававшую ей покоя во всех смыслах. Мало того что Кларк почему-то не выходит у нее из головы вот уже пять дней с момента их первой встречи, так еще она будто преследует ее, постоянно пересекаясь с ней. — Я спросила, в порядке ли вы? — Кларк прищурила свои голубые глаза, выдерживая зрительный контакт с шатенкой. Гриффин раздражало, что та не может даже на секунду перестать быть такой Снежной Королевой. — У меня всегда все в порядке и, вообще, это не твое дело, — расслабив наконец черты лица, ответила Лекса спокойным безразличным тоном. — Мне плевать на вас, я переживаю за пациента и за себя. Не хочу быть причастной к плохому исходу операции из-за ваших каких-то заскоков, — грубо ответила ей Кларк, окончательно передумав показывать хоть толику беспокойства за состояние девушки. — Пф, — Хадли закатила глаза и отстранившись от стены, прошла через дверь обратно в операционную, слыша, как Кларк следует за ней. На операционном столе уже в бессознательном состоянии лежал Кристофер, а анестезиолог, сидящий в углу комнаты, разгадывал какой-то кроссворд, потирая ручкой переносицу. — Пациент готов, доктор Хадли, — сообщил мужчина, отвлекая взгляд от кроссворда. — Персонал задерживается на операции у Джордана, там, говорят, что-то серьёзное, требуется много сил... Но, если вам кто-то срочно нужен, я могу вызвать, — доложил он. — Пусть приходят сразу, как освободятся, — так Лексе было даже проще. Чем меньше людей будет присутствовать в операционной, тем ей спокойнее. Но, она все равно понимала, что в середине операции понадобится помощь медсестёр, что только ее рук не хватит, а доверять пациента Гриффин, она не планировала. Лекса взяла со столика для инструментов хирургический маркер, которым обозначила на спине ребенка четыре двухмиллиметровые линии по которым должны будут воспроизводиться надрезы. После этого она отложила маркер на место. — Я могла бы подавать вам, — ляпнула Кларк, смотря на то, как хирург берет скальпель. — Послушай, Гриффин, ты не в дешевом медицинском сериале. Я не буду пафосно говорить тебе «скальпель» и прочую ерунду, я уже доступно объяснила, что твоя помощь мне не нужна, — блондинка откровенно раздражала Хадли. Она пыталась сосредоточиться и меньше всего ей хотелось сейчас отвлекаться на интерна, чьи голубые глаза пристально смотрели на нее через узкое расстояние между хирургической шапочкой и респиратором. Кларк нервно выдохнула, уже смирившись, что ей тут действительно нечего будет делать, так как самодовольная хирург явно не подпустит ее даже к инструментам, что уж говорить о пациенте. Кларк оставалось только молча стоять и наблюдать за работой Александрии, это все равно лучше, чем если бы она сейчас торчала в скорой. Не сводя внимательного взгляда с хирурга, Кларк заметила, что Хадли зависла со скальпелем над спиной мальчика, будто не решаясь сделать первый надрез. Александрия стояла и смотрела на обработанный йодом участок кожи и пыталась совладать с подступившим к ней волнением. «Черт, Хадли, да что с тобой». — злилась на саму себя девушка, держа острый медицинский прибор буквально в нескольких миллиметрах от спины пациента. Кларк боялась что-то сказать, но она видела сомнение и некий страх в красивых глазах хирурга. Поддавшись непонятному ей порыву, она подошла к Александрии и аккуратно опустила свою руку на руку девушки, в которой та держала скальпель. Этот жест выглядел так, будто Кларк хотела управлять рукой шатенки, придавая ей уверенности для первого надреза. — Какого хрена ты делаешь? — воскликнула Лекса, резко скидывая с себя руку Гриффин. Виски начали пульсировать от нарастающего гнева, она не понимала, что творит интерн и как она, вообще, смеет прикасаться к ней, тем более в такой момент. Уставившись злобным взглядом на блондинку, Лекса увидела в голубых глазах страх и растерянность. — Простите, — нервно сглотнула Кларк, сама испугавшись своих действия. — Я... Я не хотела, я хотела просто помочь вам, — мямлила Гриффин, пятясь назад от хирурга, которая сейчас была готова наброситься на нее. — Я думала, вы боитесь, я… Я просто хотела вас поддержать. — Пошла нахер с моей операции, — процедила Хадли сквозь зубы, ее ноздри раздувались от гнева, а голос был тверже и холоднее, чем обычно, если это вообще возможно. — Простите, Александрия, — все еще взглядом напуганного котенка смотрела на девушку Кларк, которая уже стояла вжавшись в стену операционной. — Да что с вами? — не выдержал анестезиолог, шокированный всем тем, что сейчас происходило у него на глазах. — Если вы сейчас не начнете операцию, Кристофер может проснуться прямо во время нее! — мужчина забыл о своем страхе перед Лексой и был возмущен непрофессиональным поведением коллег. — Вы пока будете мне ассистировать, — заявила Лекса, переводя на анестезиолога свой строгий взгляд. — И срочно вызывайте сюда персонал! Джордан не единственный, у кого операция! А эта идиотка сейчас же свалит из моей операционной, — испепеляющий взгляд снова упал на испуганную блондинку. Кларк начало слегка трясти, то ли от осознания того, что она натворила, то ли из-за страха о последствиях. Если все эти дни они с Хадли вели негласную холодную войну, то Гриффин даже боялась представить, что будет теперь, после ее такого необдуманного и неуместного поступка. — Я сказала, убирайся! — повысила голос Лекса, указывая рукой на дверь. Она могла поклясться, что, если Гриффин сейчас же не покинет помещение, она просто разорвет ее на мелкие кусочки. Кларк нервно закивала, к ее глазам стали подступать слезы. Она резко оттолкнулась от стены и выбежала из операционной. — Вообще-то я анестезиолог, — попытался возразить мужчина, но встретившись с разъяренным взглядом девушки, решил все-таки не накалять обстановку еще больше. — Но могу один раз и побыть ассистентом, — пожав плечами, согласился он. Лекса вновь приблизилась к пациенту и, глубоко вздохнув, наконец сделала первый небольшой надрез по отмеченной линии. По прошествии примерно сорока минут, операция была успешно завершена. Лекса наложила последний шов и отложила инструменты в специальную чашку, стоящую на столике. Развернувшись от стола с юным пациентом, она направилась в предоперационную. Весь этот час, что Александрия потратила на удаление грыжи межпозвоночного диска, она старалась не думать о раздражающей её блондинке и ее очередном неуместном и идиотском поступке. Сделав тот первый надрез, Хадли будто переступила через свою черту страха и беспокойства и всю оставшуюся операцию уже уверенно занималась своей работой. Она обращала все свое внимание исключительно на пациента и словно заблокировала у себя в голове вход для мыслей о Гриффин. Сейчас, когда девушка переоделась в халат и покинула предоперационную, направляясь в сторону кабинета хирургов, эти мысли о блондинке будто прорвали блок и вихрем ворвались в голову Лексы. «Конченая идиотка!» — разорялась Хадли, заходя в лифт и выбирая нужный этаж на табло с кнопками. — «Господи, как можно быть такой идиоткой! Что она там промямлила? Думала, что я боюсь? Да как она вообще посмела». — да, Лексе было страшно начать операцию, но поступок Кларк был абсолютно не уместен и не укладывался в голове шатенки. Более того, Хадли бесило то, что Кларк увидела ее в таком уязвленном состоянии. — «Ну, все, с меня хватит. Если эта тупая девка хоть еще раз попадется мне на глаза, я уничтожу ее!» — да, до этого Лекса уже обещала это самой себе, но все, что было ранее и рядом не стояло с бесцеремонным и непрофессиональным поведением Кларк на сегодняшней операции. Сосуд терпения Хадли наполнялся с каждым днем, когда, так или иначе, она сталкивалась с несносной блондинкой, но то, что произошло час назад, стало последней каплей. Двери лифта раскрылись на третьем этаже и Хадли вышла из него, продолжая свой путь к кабинету. — «Еще и разревелась прямо в операционной! Да чем она, вообще, думала, поступая в медшколу?! Кто ей вообще диплом выдал, она же конченая кретинка!» — Лекса вспомнила фотографии с фейсбука, где Кларк держала диплом с отличием на своем выпускном. — «Наверняка Эбигейл ее пропихнула! А, может, и заплатила кому, чтобы ее безнадежную дочь выпустили с отличием!» — Лекса широкими шагами передвигалась по коридору, перед ее глазами вдруг встали те испуганные голубые глаза Гриффин. Она вспомнила, какой беззащитной выглядела блондинка, вжатая в стену операционной и пытавшаяся совладать с подступающими к ней слезами. — А у вас тут миленько, — весело произнесла Рэйвен, прерывая ее мысли, когда Лекса наконец вошла в кабинет. Хадли проигнорировала новоявленную коллегу и прошла за свой стол. Она не хотела сейчас с кем-либо разговаривать и была расстроена тем, что в кабинете кто-то есть. — Эй, мисс злюка, ты в порядке? Если ты освободилась, можем сейчас пойти на обед, — предложила девушка, смотря на свои наручные часы, показывающие, что уже 12.40. — Я передумала насчет обеда, — грубо ответила Лекса, садясь на свой офисный стул и, достав из кармана мобильный, начала искать в контактах нужный номер. — В смысле? — возмутилась Рэйвен, с лица которой сошла доброжелательная улыбка, сменив ее на недоумение. — Мисс Гриффин, — сказала в телефон Лекса, подняв вверх указательный палец, прося этим жестом Рэйвен помолчать. — Что там с пересадкой? — Лекса чувствовала на себе удивленный взгляд Рейес, но не стала встречаться с ним, смотря на черный экран своего ноутбука, находящегося в спящем режиме. — В смысле? А пациент до завтра доживет без почки? Ну, что за идиоты, — возмущалась Хадли в трубку. — Хорошо, я вас поняла. — Лекса сбросила вызов и убрала телефон обратно в карман. — И что все это значит? — наконец спросила ее Рэйвен. — Так-то мы с тобой договаривались о обеде, я думала ты человек слова. — Что за детский сад, Рейес? — сморщила лицо Лекса, не понимая, почему девушка предает такое значение этому обеду. — У меня нет желания сейчас с кем-то общаться. — Мы можем молча покушать, — настаивала Рэйвен, прищурив взгляд, заинтересовавшись настроением коллеги. — Ай, черт с тобой, — Лекса встала со стула, закатывая глаза, и пошла в сторону выхода. Она действительно была голодна. — Ну, ты идешь? — обернулась она к девушке, которая по-прежнему сидела за столом переговоров. — Странная ты, Хадли, — констатировала Рэйвен, удивляясь ее поведению, наконец вставая из-за стола. Коллеги покинули кабинет команды хирургов и спустившись на первый этаж, вышли из больницы. — У тебя еще есть сегодня операции? — спросила Рейес, когда они уже переходили дорогу от Мёрфи Плэйс к бару у Джимми. — Нет, — сухо ответила Лекса, открывая дверь и проходя в это небольшое заведение. Операция по пересадке была перенесена на завтра, потому что отдел трансплантологии что-то напутал и даже к обеду не смог доставить почку в клинику. — У меня тоже нет, первые операции начнутся послезавтра. А сегодня ознакомительный день, — сообщила девушка, хотя понимала, что Хадли это вряд ли интересно. Сейчас, в дневное время бар был абсолютно пуст, только скучающий долговязый парень стоял за барной стойкой, облокотившись на нее локтями и шарясь в своем мобильном. Лекса была удивлена, что такое грязное, наполненное пьяной молодежью место, каким она видела бар несколько дней назад, сейчас выглядело довольно-таки неплохо. Светло-коричневые жалюзи были открыты, позволяя солнцу освещать помещение, деревянные полы отражали на себе еще невысохшие разводы от недавнего мытья. — Здравствуйте. У вас есть бизнес-ланчи? — спросила Рэйвен парня, который от неожиданности слегка подпрыгнул. Он явно был удивлен, что кто-то зашел к нему в дневное время и даже не услышал, как открывалась входная дверь. — Ээм, здравствуйте! — промямлил парень, переводя взгляд с одной девушки на другую. — Да! Конечно! — радостно воскликнул он, доставая из-под бара уже изрядно потрёпанную страницу с меню, помещенную в мятую мультифору. — Коул слоу, куриный рулет и зеленый чай, — сделала свой заказ Рейес, пробегая взглядом по меню из 18 позиций. — Теплый салат, ростбиф, американо, — сухо перечислила Лекса, после чего развернулась от бара и найдя самый дальний от входа стол, села за него, растянувшись на жестком деревянном стуле. — Ты когда-нибудь улыбаешься? — спросила ее Рэйвен, садясь напротив и складывая на столе руки в замок. — Ты делаешь это за нас обеих, — закатив глаза, ответила Лекса, переводя пустой взгляд на стену. В ее голове все еще метались мысли о Гриффин и о ее прикосновении. — Как прошла операция? — Рэйвен поняла, что сложно будет добиться от девушки дружелюбия, по крайней мере, на данный момент. — Как и все остальные обычные операции, — как ни в чем не бывало, пожала плечами Лекса, не желая раскрывать подробности. — Почему тогда ты такая злая? Что-то пошло не так? — продолжала выпытывать Рэйвен, не сводя взгляда с Хадли и стараясь привлечь к себе ее внимание. — Послушай, ты пообещала, что мы будет есть в тишине, — наконец их взгляды встретились. Лексе уже начинала надоедать навязчивая коллега и она жалела, что вообще согласилась на этот обед. — Я просто считаю, что лучше поделиться с кем-то своими эмоциями, чем держать их в себе, — спокойно ответила Рейес, расстроенная реакцией девушки, которая ни в какую не шла на контакт. — Мы с тобой практически незнакомы, а кто может быть лучшим слушателем, чем незнакомый, не предвзятый человек? — Мне не нужны слушатели, Рейес. Ни знакомые, ни незнакомые, — с раздражением сообщила Лекса, вновь отводя взгляд от коллеги и смотря на деревянную поверхность столика. Рэйвен поняла, что ничего не добьется от девушки и обреченно откинулась на спинке стула, смотря уже сквозь Лексу и погружаясь в какие-то своим мысли. — Ваш заказ, дамы, — с широкой улыбкой на лице бармен стал выставлять еду с подноса. Следующие минут пятнадцать коллеги сидели молча, каждая уткнувшись в свой обед. Рейес решила больше не пытаться поговорить с Лексой, слегка обиженная на ее замкнутость, а Хадли была рада, что от нее наконец отстали и полностью погрузилась в очередные мысли о Кларк. «Почему эта пигалица считает, что может трогать людей?! То в смотровой, то на операции». — возмущалась про себя девушка, отрезая кусочек ростбифа и кладя его в рот. В тот момент, когда рука Кларк легла на ее собственную, Лексу словно пронзило электричеством. Хадли не понимала, было это от неожиданности и резко охватившего ее гнева, или из-за того, что ее касалась именно Кларк. Несмотря на тонкий латекс медицинских перчаток, она словно почувствовала то тепло, что исходило от руки Гриффин. — Ну уж нет! — воскликнула Лекса, уставившись куда-то за спину Рэйвен. — Да она, блядь, издевается надо мной?! — Ты о чем? — не поняла коллега, оборачиваясь за взглядом Хадли. Буквально в полуметре от входа в бар стояла симпатичная блондинка, пристально смотрящая в их сторону каким-то испуганным и удивленным взглядом. — Какого хрена ты тут делаешь? — Лекса подскочила со стула, роняя из рук вилку с ножом, и быстрыми большими шагами направилась в сторону, только что вошедшей в бар девушки. — Ты что, блядь, следишь за мной? — она больно ткнула пальцем в грудь Кларк, метая молнии своими зелеными глазами в ее голубые. Хадли, сдерживавшая себя все эти дни, в конце концов взорвалась. Она больше не могла сохранять хладнокровие и спокойствие, не могла держать в себе весь тот гнев, что вызывала в ней Гриффин. Те мысли о Кларк, что не покидали ее все эти дни, все эмоции, которые вызывала она в ней, все это сейчас вырвалось наружу. Лекса в этот момент даже не хотела думать о том, что ее поведение выглядит странным, ведь ничего страшного не произошло, просто по какой-то непонятной случайности Кларк вошла сейчас в этот бар. Но, жуя обед и прокручивая очередные мысли о девушке, Лекса еле справлялась с кипящей в ней злостью и поэтому сейчас, вновь увидев причину всех своих бед, она сорвалась. Кларк, чьи глаза расширились до пугающих размеров, когда она наблюдала за надвигающейся на нее девушкой, стояла и хватала ртом воздух, испытывая одновременно страх, злость и возмущение из-за таких грубых нападок шатенки. — Я просто пришла пообедать, — наконец произнесла Кларк, быстро моргая глазами, ее голос немного дрожал. — Иди обедай в клинику! — Лекса вела себя словно маленький ребенок, у которого забрали игрушку. — Хватит постоянно попадаться на мои глаза! Кларк молчала, пристально смотря на разъяренную девушку. Она скользила взглядом по ее лицу, от пугающе темно-зеленых сейчас глаз, которые ранее казались Гриффин светлее и чище, до пухлых поджатых губ. Бармен и Рэйвен, наблюдавшие за всей этой картиной с полуоткрытыми ртами, не решались влезать в конфликт двух девушек. — Я больше не буду убегать, — голос Гриффин звучал, на удивление, уверенно. Она не сводила взгляда с шатенки, ее черты лица расслабились, словно говоря о том, что Кларк уже плевать на все, что произойдет дальше. Ей надоело сражаться с Хадли, ей надоело ссориться и выслушивать в свой адрес оскорбления и грубости. Ей надоело, что девушка, вызывающая в ней странный интерес и злость одновременно, постоянно доводит ее до ужасного морального состояния. — Что? — не поняла ее Лекса, чьи ноздри до сих пор раздувались от гнева. Она горделиво задрала подбородок, что позволяло ей в прямом смысле смотреть сверху вниз на Кларк, даже не беря в учет небольшую разницу в их росте. — Я больше не буду убегать, — Кларк сделала шаг навстречу Хадли, оказываясь совсем на близком расстоянии от нее, как в тот раз, когда они ругались в смотровой комнате. — Мне надоело, Александрия, мне надоело вечно выслушивать твои нападки, — Кларк было уже нечего терять в отношении хирурга и она даже перешла на «ты». — Ты доводишь меня с первого дня нашего знакомства, хотя я извинилась за ту ситуацию с пациенткой. Я не знаю, в чем твоя проблема, но ты больше не добьешься от меня никаких эмоций. Ты энергетический вампир, ты высасываешь людей, — голос Кларк был спокойным и уверенным. — Я больше не буду играть с тобой в эту войну, с меня хватит. — Побежишь к мамочке? Или молча соберешь манатки и наконец свалишь из клиники? — злость Лексы сменилась на насмешку и сладостное чувство победы над сломленной девушкой. Но где-то глубоко в душе помимо этих чувств, у Хадли зарождалась тревога. Тревога за то, что такая спокойная сейчас Кларк, действительно переведется из Мёрфи Плэйс в другую клинику и они больше никогда не увидятся. Эту тревогу Лекса пыталась подавить внутри себя, но с каждым новым уверенным словом Гриффин, тревога, наоборот, возрастала. — Не дождешься, — грустно усмехнулась Кларк, чьи плечи поникли, а обычно горящие голубые глаза будто потухли, становясь скорее серыми. Лекса раньше не замечала, что оттенок глаз блондинки может так меняться. — Я попросила Линкольна больше никогда не ставить меня работать с тобой. В конце концов, я будущий педиатр и мне не нужен опыт в хирургии. И я постараюсь всеми возможными способами избегать тебя, — честно рассказывала о своих планах Кларк. — Я пришла в клинику, чтобы учиться и работать, а не чтобы распылять себя на ссоры с обозленной на весь мир стервой, — Лекса хотела возмутиться сказанным в ее адрес словам, но топящий пристальный взгляд Гриффин словно перекрыл громкость ее голоса, не давая издать ни звука. — Найди себе другую девочку для битья, мисс заместитель заведующего хирургией. Хочешь считать, что ты победила? Ты ведь считала это какой-то войной, не так ли? — продолжала Гриффин, нервно сглотнув. — Хорошо. Ты победила, Александрия. Я сдаюсь, — на этой фразе Кларк развернулась от девушки и пошла в сторону выхода из бара. Бармен, Рэйвен и Лекса смотрели вслед уходящей блондинке, и если первые двое вообще не понимали, что это сейчас все было, то Хадли абсолютно не могла разобраться в тех чувствах, что испытывала в этот момент. Та злость, с которой она накинулась на Кларк полностью испарилась. Та радость от вида подавленной девушки, сменилась на горечь разочарования. Хадли боялась признаться самой себе, что это разочарование связано с потухшими красивыми голубыми глазами, со спокойным обреченным хрипловатым голосом, с тем, что Кларк Гриффин призналась в своем проигрыше в этой войне. Лекса думала, что будет рада довести блондинку, которая раздражала ее все эти дни, но сейчас, вот в этот самый момент, когда Кларк сама признала ее победу и сдалась, Хадли чувствовала лишь пустоту и непонятную ей самой грусть. — И, знаешь, — Кларк, уже положившая ладонь на дверную ручку, обернулась, вновь заглянув шатенке в глаза. Она прикусила нижнюю губу, пытаясь как можно правильнее подобрать слова. — Я переживала за тебя. Люди иногда такое делают, знаешь… Там, в предоперационной, я видела тебя настоящую. Так же, как и видела тебя в отражении твоих собственных глаз в тот вечер, в этом самом баре. Смотрю, ты с новой подружкой, — усмехнулась Кларк, полностью разворачиваясь от двери и обращая наконец внимание на Рэйвен, которая сейчас была без медицинского халата и выглядела как обычный человек. — Поэтому не буду портить твою репутацию… Ты можешь отрицать сколько угодно, но я видела пусть небольшую, но частичку тебя настоящей. И сегодня, во время операции, я не хотела как-то усомниться в твоем профессионализме или обидеть тебя. Я не знаю, как поддалась этому порыву, но я просто хотела поддержать тебя, Лекса, — Кларк впервые назвала девушку по сокращенному имени. Она опустила глаза в пол, словно о чем-то задумавшись, после чего поджала губы, слегка кивая головой, будто осознавая что-то и, вновь развернувшись, толкнула дверь и вышла на улицу. В баре повисла напряжённая тишина. Бармен не хотел лезть не в свое дело, радуясь, что конфликт не закончился дракой, хотя именно об этом он подумал, когда девушка накинулась на блондинку чуть ли не с кулаками. Рэйвен боялась сказать хоть слово, не зная, какой реакции ожидать от коллеги, она просто продолжала сидеть за столом, делая вид, что ничего не произошло и попивала свой зеленый чай. Лекса стояла в небольшом ступоре, пытаясь осознать все то, что сейчас произошло и, стараясь переварить все те слова, что произнесла Гриффин. Внутри словно что-то защемило, она испытывала какое-то странное для самой себя чувство. Жалость? Да, скорее всего, это была именно жалость. Но не в том смысле, когда жалеют убогих или дают сострадание, как подачку. Лекса жалела, что, возможно, была чересчур груба с девушкой, она жалела, что всегда веселая и яркая Кларк, сейчас словно потухла и была подавлена. Как бы Хадли ни хотелось скрыть это, но как можно скрыть что-то от самой себя? Она впервые видела Гриффин такой и теперь Лексе не казалось правильным то, как агрессивно она вела себя, по отношению к этой хрупкой блондинке. — Может, ты хочешь поговорить? — все же решилась напомнить о себе Рэйвен. Лекса отрицательно помотала головой, после чего достала из кармана джинсов смятую двадцатку и, положив ее на барную стойку, пошла на выход из заведения. Оказавшись на улице, Хадли набрала полные легкие горячего летнего воздуха и на секунду прикрыла глаза, пытаясь собраться с силами. «Все вышло совсем не правильно». — призналась самой себе Лекса. Да, Кларк вывела ее из себя в первую же их встречу. Да, она была неуклюжей, да, она доставила ей немало неприятностей, да, Лекса со всеми вела себя грубо и пренебрежительно. Но в случае с Гриффин, Хадли понимала, что перегнула палку. — «Хорошо, что она все-таки не решилась уйти из клиники». — думала Лекса, направляясь в сторону Мёрфи Плэйс. — «Черт, да что со мной. Она обычная маленькая девчонка, почему я не могла просто послать ее нахрен после первой же встречи и в дальнейшем просто не обращать на нее внимания, как я делаю это со всеми остальными? К чему я продолжала эту войну?» — Хадли прошла через огромные стеклянные двери в больницу и проследовала к лифту. Доехав до второго этажа, и покинув лифт, она подошла к деревянной двери и постучала в нее. — Входите, — послышался женский голос. — Доктор Гриффин, — начала Лекса, заходя в кабинет главврача. — Я что-то не очень хорошо себя чувствую. У меня все равно нет на сегодня больше операций, раз пересадку отменили. Могу я пойти домой? — Ты же понимаешь, что есть экстренные пациенты? — приподняла бровь Эбигейл. — Ты врач общей практики, как я могу тебя отпустить? — Я чем-то отравилась и не думаю, что если меня вырвет на пациента во время операции, это будет в плюс больнице, — сухо ответила Хадли, опуская глаза в пол. Главврач внимательно смотрела на подчиненную и раздумывала над ее словами. — Хорошо, убедила, но должна будешь отработать в клинике свое отсутствие. Думаю трех часов на неделе хватит, — наконец прервала молчание Эбигейл. Она явно не верила в отравление Лексы. — Не связано ли твое самочувствие с прошедшей операцией? — Что вы имеете в виду? — Хадли подняла заинтересованный взгляд на главврача, не совсем понимая, о чем она говорит. На какое-то мгновение девушке стало не по себе от мысли, что Эбигейл знает о конфликте с ее дочерью, произошедшем в операционной. — О твоей операции на ребенке, — сообщила и так очевидный факт Эбигейл. — Слышала, ты отлично справилась, — на лице женщины появилась небольшая добродушная улыбка. Лекса с облегчением вздохнула: она не знает о их ссоре. — Да, отлично, — кратко кивнула Хадли. — Но это никак не связано с этой операцией. Я действительно отравилась вчера в кафе, видимо, салат был не совсем свежим, — врала девушка. — Хорошо, можешь быть свободна, но чтобы завтра была в клинике. Надеюсь, твое отравление не такое серьезное, что ты будешь брать больничный, — все еще не верила ей Эбигейл, сверля подозревающим взглядом. — Спасибо, — Александрия развернулась и покинула кабинет главврача. Спустя пять минут, радуясь тому, что не встретилась по дороге с Кларк, Лекса уже выходила из Мёрфи Плэйс. Пройдя на стоянку больницы, где вчера, перед поездкой с Линкольном в бар, она оставила свою машину, Лекса сняла ее с сигнализации и сев на водительское сидение, завела двигатель. В голове Хадли не переставая, крутились слова Кларк: Ты победила. Я сдаюсь.