Железный век: Женщина, творившая историю

7 дней спустя… Когда ты просто стоишь и наблюдаешь, как человек, которому ты посвятила всю свою жизнь так просто уходит от тебя… это слишком тяжело. Когда Мадара бросил Дриану, невзирая на все ее мольбы, маленькая девочка, что сидела у нее внутри, вырывалась наружу, и Дриана ненавидела это чувство. Она любила своего мужа. Мадара был тем, кому она посвятила всю свою жизнь, человеком, который вытащил ее из тьмы, и приласкал. Так, за каким чертом, она могла потерять его? Дриана потрясла головой, сначала взъерошила волосы руками, а потом сильно потянула их. Она не должна быть слабой. Мадаре и их детям нужна сильная женщина, а не испуганная девочка. Но сейчас она хотела почувствовать хоть какую-то боль. Все, что угодно, чтобы встряхнуть реальность из жизни. Дриана снова была одна. Одна со своими мыслями и страхами. Но так было даже лучше, за одиннадцать лет жизни в доме Учих, Дриана уже привыкла к одиночеству, и это стало ее оружием. Она не хотела, чтобы люди знали, насколько слабой она была. Она держала язык за зубами. Люди говорят, что нельзя все держать в себе, но Дриана старалась. Она старалась одиннадцать лет, потерпит еще. Справляться с сочувствием людей, которые понятия не имели, что ты чувствуешь, еще одна глупость, в котором Дриана не нуждалась. Сделать это было проще еще и потому, что у нее не было много друзей, точнее, не было вообще. Когда-то Дриана не могла этого понять, теперь же, ей все стало ясно. Мадара женился на Дриане наперекор всем правилам и законам. Он бросил вызов всем, ради нее. Учихи видели это: он был их героем, а она украла его у них. Спустя одиннадцать лет, они по-прежнему держали её на расстоянии. Но Дриана не сильно переживала. Она любила Мадару. Он и дети были её миром. И это все, что ей было нужно. А теперь ее мир медленно разрушался. Дверь в ее спальню приоткрылась. Дриана вздрогнула. Каждый раз, когда в ее комнату кто-то входил, ужас сковывал ее так сильно, что Дриана чувствовала боль. Увидев, что это была Ниа, Дриана почувствовала облегчение. Ничего не произошло. Мадара все еще жив. - Ниа, в чем дело? – спросила она, устало. -Госпожа Дриана… Мадара-сан… он… он… - Ниа не могла подобрать нужные слова. Она все время запиналась. Желудок Дрианы автоматически сжался. -Мадара… Неужели, он… Заметив отчаяние в лице своей госпожи, Ниа замотала головой: - Ох, нет, нет, госпожа. Мадара-сан жив! Он жив! После задержки дыхания, Дриана сделала вдох. Мадара был в порядке. Он был жив! Слава Богу! - Тогда что случилось, Ниа? - Вы не поверите, госпожа… - выдохнула Ниа и, Дриана заметила в голосе напряжение. *** — Ты собираешься возвращаться? Или собираешься держать в тайне этот союз всю оставшуюся жизнь? – спросил Хаширама. — Я вернусь туда… сегодня, — ответил Мадара. Хаширама кивнул. Он не собирался спорить с Мадарой. — Думаю, она тебя простит. Она невероятная женщина. Не каждая способна собрать альянс пяти кланов, даже ради своего мужа. Просто невероятная женщина. Мадара уставился на него, когда его слова пропитывались в его тело. Хаширама был прав. Мадара позволил своим эмоциям контролировать его, а затем использовать отговорку того, что это из-за брата. Дриана заслуживала мужчину. Не плаксивого младенца, который использует, чертовы оправдания за свои ошибки. Мадара не собирался оправдывать себя за свои же ошибки. Никогда. Он заставит свою жену снова его полюбить. Мадара не будет ничего объяснять Дриане. Он просто будет мужчиной, который ей нужен. Тем, кого его женщина и его дети заслуживают. Каким способом он собирался это делать, Мадара понятия не имел, но он сделает это. — Ты прав. Так и будет. Я не потеряю ее. — Наконец ответил Мадара. Хаширама засмеялся: — Я всегда, черт возьми, прав. Это то, что я делаю. Мадара должен был заметить: Хаширама заставил его улыбнуться. Мадара действительно соскучился по дому. Настало время, когда он должен привести свою жизнь в порядок. Мадара встал. — Ты куда? — спросил Хаширама. — Вернуться домой, — сказал он ему. — Что так внезапно заставило тебя на это решиться? Пять минут назад ты даже идти не мог. Мадара не хотел тратить свое время, объясняя это своему другу-идиоту. — Увидимся позже, — вместо этого сказал он. Мадара докажет Дриане, что он достоин ее любви. Он знал, что он будет делать. Никакой мольбы о прощении — это просто слова. Никаких оправданий — это просто слабость. Настало время, когда Мадара начнет доказывать все своими действиями. Хаширама довольно ухмыльнулся, когда его друг исчез из поля зрения. - Иди и возьми ее! – закричал он во весь голос. * * * Прошлой ночью Дриана сдалась и выпила еще одну таблетку снотворного, которого предложила Кохэку. Дриана не могла уснуть с тех пор, как ушел Мадара, и в отчаянии она позвала Кохэку. Мадера, ее дочь, также предлагала остаться с ней, но Дриана отправила ее в свою комнату. Дриана чувствовала, как в ее комнату приближается чакра Ниы. Он была хорошей женщиной. Она прошла с Дрианой через все. — Доброе утро, госпожа, — сказала Ниа с улыбкой, которая не затронула ее глаз. Дриана знала, что Ниа переживает за нее. — Доброе утро, — ответила Дриана. — Хорошо поспали? — спросил она, когда поднялась по ступенькам. — Да. Благодаря снотворному. Отлично поспала. А ты? Она кивнула. — Да. Думаю, что поспала достаточно неплохо. Господин Мадара прислал письмо где-то 30 минут назад. Он скоро приедет. Вы готовы к этому? Дриану не нужно было спрашивать. Но она была удивлена, почему он прислал письмо служанкам. Почему не ей лично? Неужели он так легко принял их расставание? Кишки Дрианы скрутило. Глубоко в душе она думала, что Мадара может быть расстроен о своей жене. Кажется, Дриана снова ошиблась насчет Учихи Мадары. — Настало время поговорить. Осознание, что Мадара направляется сюда, и что он держит ответ, который решит их будущие действия, давило на Дриану. Неожиданно в голове Дрианы щелкнуло, и она посмотрела через окно на ворота, чтобы увидеть, как силуэт Мадары медленно приближается. — Он здесь, — выдавила она из себя. Дриана вспомнила, как когда-то ее муж спускался вниз по дороге на всей скорости, чтобы словить ее, когда та бросалась ему в объятия. Все настолько изменилось. *** Дверь в комнату Дрианы открылась, и зашел Мадара. Даже сейчас сердце Дрианы начинало бешено биться при виде него. Глаза Мадары даже не признали Ниу. Они были прикованы к своей жене. Возбуждение Дрианы при виде своего мужа было смешано со страхом и болью. — Нам нужно будет поговорить наедине, — сказала Дриана Ние. — Да, госпожа, — ответила она, повернувшись и покинув комнату прежде, чем Мадара сделал первый шаг. Дриана смотрела, как уходила ее подруга, и пыталась прийти в себя, прежде чем обратно посмотреть на своего мужа. Когда Дриана услышала первый шаг его ноги, то заставила себя посмотреть на него. Его глаза все еще были прикованы к ней. — Привет, — сказал он. — Привет, — ответила Дриана. Ее нервы были очевидны по тому, как охрип ее голос. — Прими мои соболезнования насчет Идзуны. Мне очень жаль. Я знаю, ты любил его. Мадара только кивнул. Дриане хотелось ругаться и кричать, что он не был здесь ради нее. Что он позволил ей смотреть, как он страдает, без ее поддержки. Но она ничего не сказала. Просто тихо сидела на своей кровати. — Когда ты собирался сказать мне о союзе с кланом Сенджу? — спросила Дриана. — Я был занят, Дриана. У меня не было времени, чтобы справиться и с этим. Я надеялся, что узнав, ты придешь… -Ты не хотел разговаривать со мной, и ты меня отпустил. Я решила, что тебе будет все равно, когда я приду. Мадара работал челюстями, и Дриана знала, что он контролирует себя. Ему не понравился ее ответ. — Мне было больно. И я хотела сделать больно в ответ другим. Тогда Мадара был ужасно расстроен, и его эмоции зашкаливали. Он не помнил всего, что сказал своей жене. Но боль, которая отражалась в глазах Дрианы, резала Мадару на части. — У тебя получилось, — ответила Дриана. Она закрыла глаза и взяла глубокий вдох. — Ты здесь не для того, чтобы пересказывать прошлое. Что сделано — то сделано. Ты здесь ради того, чтобы поговорить о…союзе с кланом Сенджу. Нам нужно обсудить это и твои намерения, касающиеся будущего клана Учиха, и наших детей. — Ты ошибаешься. Я здесь не только ради того, чтобы поговорить о союзе с кланом Сенджу и о детях. Я здесь для того, чтобы поговорить о нас. Мы говорили о нас лишь в прошлом. В груди Дрианы выросла злость. Как она могла перейти от смущения к боли и к злости всего за пять минут? Дриана понятия не имела, но Учихе Мадаре удалось вызвать все ее эмоции. — Ты прав. Это в прошлом. У тебя был шанс, и ты его не захотел. Ты оттолкнул меня. Шанса поговорить о нас больше нет, потому что нет… — Дриана перевела свой взгляд на своего мужа — …нас. Больше нет. Мадара медленно покачал головой и затем сделал два длинных шага, чтобы встать перед Дрианой. Он наклонился, положив руки на кровати, пока его глаза не оказались с Дрианой на одном уровне всего на расстоянии в несколько дюймов. — Не делай ошибку. Здесь всегда будем "мы". Ты можешь притворяться, что между нами ничего не было. Можешь игнорировать свои чувства. Ты даже можешь развестись со мной. Но "мы" всегда будет существовать. Никто и ничто не может этого изменить. — Мадара отступился и встал в свою предыдущую позицию. Дриана взяла глубокий вдох, когда поняла, что перестала дышать. Она не была к этому готова. Она думала, что была, но ошибалась. Снова. — Я не могу с тобой сегодня это обсуждать. Я понимаю, что как твоя жена, я нужна тебе, но… Но мне нужно больше времени. — Мне не нужна жена, мне нужна моя Дриана. Женщина, которую я полюбил. Я бы хотел дать тебе больше времени, милая, но…— Глаза Мадары отвердители. — …Я хочу свою женщину обратно. Здесь все еще далеко не кончено. Мадара двинулся, и Дриана приготовила себя к тому, что он снова приблизится к ее лицу, но он этого не сделал. Он уходил. Дриана смотрела, как он выходил из ее комнаты. — Но лишь потому, что я люблю тебя, я дам тебе еще один день. Но я вернусь. Ты моя женщина, Дриана. Хочешь ты этого или нет. Дриана не ожидала такого ответа. В ее голове все проходило совсем по-другому. Холодного без эмоционального мужчину, который хотел исчезнуть, Дриана не получила. Этот мужчина был… Это был Мадара, которого она любила. Тот, которого она считала своим миром. *** Шум, исходящий из кабинета Мадары, разбудил Дриану. Дриана перевернулась на другой бок. Было шесть часов, но Мадара обычно не встает так рано осенью. Дриана отбросила одеяло, схватила свой белоснежный халат и одела ее. Если ее муж был здесь так рано, то это означало, что что-то случилось. Но Дриану никто не будил прошлой ночью. Что же случилось? Дриана сделала глубокий вдох и успокоила себя, прежде чем направиться в кабинет и столкнуться со своим мужем. Дриана вошла в кабинет Мадары и замерла. Ладно. Хорошая новость — здесь не грабители. Кабинет Мадары был в полном беспорядке. Какие-то документы он убирал в сундук, а какие-то просто сжигал. Сейчас утренний воздух был холодным, так как летнее тепло ушло. На Мадаре была надета теплая рубашка с длинными рукавами. Он повернулся с бумагами в руках и остановился, когда его глаза нашли Дриану. — Доброе утро, — сказал он с улыбкой, которая заставила разные части тела Дрианы подпрыгнуть, а затем он подошел к сундуку и засунул внутрь бумаги, которые он держал. Он отряхнул свои руки о брюки и наклонился. — Не беспокойся. Я всего лишь собираю нужные мне вещи. Скоро мы переедем, — Мадара подмигнул и пошел, чтобы взять другие стопки бумаг. Дриана просто стояла, будучи не в состоянии подобрать слов, а он в это время схватил другую кучу бумаг и, проверив содержимое, сжег их. Наконец, Дриана нашла свой голос. — Мадара, — тихо сказала Дриана, хотя ее эмоции просто зашкаливали. — Что ты делаешь? Мадара остановился и посмотрел на свою жену со своей сексуальной ухмылкой. — Что ж, милая, я думал, что это очевидно. Я собираю нужные мне документы. Ненужные - я просто сжигаю. Зачем они мне? Снова. У Дрианы не было слов. — Кстати, сегодня собрание клана. Не хочешь пойти вместе со мной? -«Собрание клана? Что?» - пронеслось в голове у Дрианы. Она просто покачала головой. В этом не было смысла. Может Дриана до сих пор спала? И если да, то почему они говорили о собрании клана. Посторонним туда вход воспрещен. — Мадара? — Мм? — сказал он, проходя мимо Дрианы со свитком в руках. — Почему ты это делаешь? — Вот. Наконец-то Дриане удалось задать вопрос, который имел смысл. А не те громыхания, которые были тут и там. Мадара остановился в паре футах от Дрианы. На этот раз его взгляд не был игривым. Он был серьезен. — Потому что я так хочу, Дриана. Вот почему, — ответил он, затем развернулся, начал уходить, но снова остановился. Дриана наблюдала, как он обратно повернулся к ней с улыбкой на губах. — Ты была права. Мне давно нужно было закончить с этой враждой. Прости, что не послушался. Возможно, все было бы по-другому. Дриана просто кивнула, а Мадара принялся за работу. Будто Дриана здесь не стояла. Она ожидала, что Мадара сегодня появится снова, потребует ответы, и они все выяснят. По-видимому, этого не случится. Вместо этого он работает. Дриана могла стоять там и смотреть на своего мужа, но он, казалось, не желал разговаривать о чем-нибудь другом. Прежде чем Дриана смогла решить, что она должна делать: или пойти обратно в комнату, или стоять здесь, или ущипнуть себя и проснуться — Мадара подошел и открыл дверь. — Отойди, милая, мне нужно немного поработать. Дриана сделала, как ей было сказано. За ее спиной хлопнула дверь и Дриана подпрыгнула, прежде чем развернуться. Дриана обернулась через плечо, и столкнулась с деревянной дверью. Она подумала, как все сложится дальше. Как Мадара будет ее мужем и не жить при этом рядом? Он вернется к Хашираме на следующей неделе, чтобы обсудить о создании новой деревни, о создании их мечты. Он вовсю будет занят строительством новой деревни, их с Хаширамой деревни. Дриана сомневалась, появится ли он здесь вообще. Между ними появилось столько преград. И эта одна из многих. Дриана никогда не будет с ним в деревне, которую он создаст с Хаширамой. Она будет здесь. Дриана не была уверена, что хочет, чтобы у нее был вечно отсутствующий муж. Тот, кто сбежал при первом удачном случае. Конечно, это не была вина Мадары. Он потерял брата, ему больно, и Дриана должна поддерживать своего мужа. Но от осознания того, что Идзуне был настолько ему дорог, что он оттолкнул Дриану так легко, не давало ее сердцу покоя. Дриана хотела чувствовать себя любимой. Сможет ли Мадара дать ей это? В комнату вошел Рейден, но Дриана его не слышала. Мальчик смотрел на свою мать с задумчивым выражением лица. — Отец все-таки решил объявить перемирие. — Ты знал об этом? — Я видел, как они пожимали друг другу руку, мама. Сначала я решил, что отец в опасности, и поспешил к нему, но потом… - Рейден нахмурился, - Почему вы не счастливы, мама? Вы же так долго этого хотели... Разве что-то не так? Дриана покачала головой: —Нет, я счастлива, любимый. Я рада, что эта война наконец-то закончилась, — Дриана сказала это негромко, хотя и не думала, что ее сын ей поверил. — Я пока еще этого не вижу, — ответил Рейден. Мальчик ласково сжал руку матери, а затем улыбнулся. -Все будет хорошо, мам, - сказал он с улыбкой, - Я обещаю. *** Мадара еще не закончил с делами, как в кабинет вошел его сын и, остановился около него. Мадара перестал читать содержимое в свитке и взглянул на своего единственного сына. — Завтрак готов, отец. Ты должен пойти поесть, — сказал он. Мадара хотел пойти позавтракать. Он умирал от голода. Но хотела ли Дриана видеть его там? — Сомневаюсь, что она приготовила его для меня, сынок, — ответил Мадара. Рейден плюнул в окно, и Мадара подумал, что как бы сильно не изменился его сын после смерти брата, прежние привычки все-таки остались. Это дерьмо просто ужасно, но Мадара был рад, что его сын не изменился до конца, что где-то глубоко внутри, он все такой, же прежний раздолбай, как обычно. После смерти брата, Рейдену нужно было свыкнуться с тем, что он стал единственным наследником клана. Для мальчика, который никогда не претендовал на это право, принять такую ответственность было тяжело. Рейдену казалось, будто становясь наследником клана, он отнимал что-то, что должно было принадлежать его старшему брату. Это было трудно. И Мадара понимал своего сына, поэтому и не давил на него сильно. Но мальчик менялся на глазах. И с этим ничего нельзя было поделать. Все дети взрослеют, а дети, которые живут, глядя в лицо смерти, взрослеют даже быстрее, чем дети, живущие в роскоши. Рейден был ребенком дольше положенного, а смерть брата заставила его вырасти, хотел он того или нет. — Мама волнуется за тебя, отец, хоть и не говорит этого. Ты заставляешь ее страдать. Мадера говорит, что после нашего ухода, она практически не выходила из комнаты. Я беспокоюсь за маму. Надежда зародилась в сердце Мадары, и он не мог не улыбнуться. — Тогда, я думаю, мне лучше пойти поесть, — ответил Мадара. Рейден улыбнулся: — Да, думаю, так будет лучше. * * * Мадара скучал по кулинарным способностям своей женщины. Дриана могла притворяться, что это все было не для него, но Мадара, то лучше знал. Его сын только что это для него прояснил. Улыбаясь, Мадара открыл дверь и вошел внутрь. Дети уже сидели за столом и завтракали. Рейден поднял на отца взгляд, а затем вновь вернулся к своей трапезе. — Мамочка, а Рей выучил новую технику своего клана! Он говорит, что его бьякуган лучше моего шарингана. Мы можем в эти дни поехать в территорию клана Хьюга? Я хочу надрать ему задницу! – Мадана тихо хихикнула. Дриана обеспокоенно взглянула на своего мужа и начала нервно перебирать перед собой руками. — Уф, да… думаю да. Мы поговорим об этом позже, любимая, и не выражайся так – это некрасиво, — сказала она, перемещая взгляд с Рейдена на Мадару и назад на сына. — Угощайся. Тарелка на столе, — сказала она, не смотря на Мадару. Мадара сел напротив Рейдена и наблюдал, как его жена налила чай в чашку, а затем поставила ее около него. — Я, уф, вы ешьте. А я думаю, я пойду… — Ты поела? — спросил Мадара, сорвав попытку Дрианы сбежать. Дриана покачала головой. Мадара кивнул на место подле него. — Садись, Дриана. Дриана стояла там и смотрела на то место, куда указал Мадара, будучи неуверенной, сможет ли она убежать, или он поймает ее. — Если ты не сядешь и не поешь, я выйду отсюда и начну работать. Я умираю от голода, но если мое присутствие здесь сдерживает тебя от того, чтобы сесть и поесть, то я не останусь здесь, сидеть. Тебе нужно поесть. Дриана подняла глаза, чтобы встретиться с Мадарой взглядом, и Мадаре понадобилось все его самообладание, чтобы удержаться и не заключить ее в свои объятия и не начать ее целовать, чтобы прогнать это удивление и недоумение с ее лица. Неужели его жена не понимала, что он по-прежнему безумно ее любит? — Хорошо, — сказала она, присаживаясь и не отрывая от мужа взгляд. — Хорошо. Потому что пахнет это просто восхитительно, — сказал Мадара Дриане, прежде чем протянуть руку с палочками, взять риса и положить его Дриане на тарелку, после чего уже обслужить себя. Тоже самое Мадара сделал и с суси. — Хочешь что-нибудь еще? — спросил Мадара. Дриана сидела и смотрела на своего мужа, будто была неуверена, как вести себя с ним. — Нет, я могу сделать это сама. Спасибо, — ответила она и отвела от него взгляд. — Так что на счет Рея? Это твой друг, милая? — спросил Мадара, глядя на свою девочку, так похожую на него. Мадана обрадовалась неожиданному интересу отца: -Да! То есть, нет! Он мне не друг, он - соперник. В своем письме он написал, что научился пользоваться своим бьякуганом, и что его бьякуган гораздо круче моего шарингана! Папа, я должна туда пойти, и доказать ему, что он не прав! Шаринган круче! Ведь так, пап? Мадара улыбнулся: - Знаешь, милая, вообще это зависит от обладателя глаз, - ответил Мадара, - Шаринган и Бьякуган – оба древнейшие виды Трех Великих глаз. И они оба очень сильны. Но они оба как оружия, и оба зависят от своего обладателя. Каким бы сильным не был шаринган, если его обладатель не достаточно силен, то он может проиграть более сильному Хьюге со слабым бьякуганом. Понимаешь? Мадана кивнула: -Да, папа, понимаю. Это значит, что каким бы сильным не был бьякуган Рея, если я буду опытнее в бою, то смогу его побить? Мадара медленно пережевал кусочек суси, и кивнул: -Да. Все верно. - Он сглотнул. — Так, как на счет моего утреннего предложения, милая? – обратился он уже к Дриане, - Составишь мне компанию на собрании клана? Никто из них не проронил ни слова. Дриана положила палочки, на стол. — Что? – неуверенно выдохнула она. — Я хочу, чтобы ты была рядом со мной во время собрания, Дриана. Ты гораздо лучше, чем все советники вместе взятых. Я доверяю тебе. Дриана, наконец, прочистила горло, когда Мадара снова поднял взгляд на нее. — Но… это запрещено. На совете клана - нет места женщинам. Мадара просто кивнул. — Ты думаешь, ты не достойна, находится там? – Мадара хмыкнул, - Если не хочешь, я не буду настаивать. Это просто предложение. Если не хочешь, то просто скажи. -«Он с ума сошел? Я не вижу в этом никакого смысла», - подумала Дриана, но вслух произнесла другое: — Я, э-э, да, конечно. То есть, это было бы здорово. Спасибо. Мадара протянул руку и скользнул пальцем под ее подбородком и наклонил голову так, чтобы Дриана могла видеть его лицо, когда Мадара сказал следующее. — Все будет хорошо. Ничего не бойся. Просто будь рядом со мной, это все, что мне нужно. Дриана сглотнула достаточно громко, чтобы Мадара услышал ее. — Ладно, — ответила она. Мадара опустил руку и вернулся к еде. Его слова повергли всех в такой шок, что Дриана не знала, что сказать, и дети уже не могли есть. Так что Мадара молчал, пока не был удовлетворен тем, сколько съела его жена. Тогда он встал: — Спасибо за завтрак. Это было лучшее, что я ел в течение длительного времени, — сказал Мадара, перед тем как направиться наружу. * * * Кохэку принесла с собой одеяло, которое Дриана оставила сложенным в спальне. Они постелили его в саду, потому что снаружи было слишком холодно. — Ты еще не думала о Дне Рождении, дитя? Скоро тебе исполнится двадцать девять. Дриана не слишком много думала о своем Дне рождении. В прошлом году она провела его со всей семьей. Дети сделали для нее украшения. В этом году ее семья не будет полной. Рью умер, а Мадара скоро уедет. Сердце Дрианы было на самом деле не в духе. — Я не знаю, Кохэку-сама. Если честно, то я даже не думала об этом. -Ты всегда любила Дни Рождения, дитя. Стыдно перестать любить его сейчас. Кохэку была права. Но в этом году… Дриана просто не была уверена, что сможет. — Я не перестану любить его. Оно просто может занять год перерыва. Кохэку послала своей госпоже удивленную усмешку. — Ты не можешь взять перерыв у Дня Рождения, дитя. Он наступит с тобой или без тебя. Тебе все равно исполнится двадцать девять. Кохэку хотела видеть Дриану счастливой, и она поняла это. Но Дриана просто не была действительно готова быть счастливой пока. — Посмотрите на меня, Кохэку-сама, — сказала Дриана, и грустно улыбнулась. – Я не… я не могу. Они, молча, сидели несколько минут. Мысли Дрианы были о Мадаре. Она подумала, надолго ли он исчезнет из ее жизни, чтобы исполнить свою мечту. — Как думаешь, дитя, они нас видят? — Кохэку спросила, и Дриана огляделась в поисках кого-то, кого, быть может, она имела в виду. — Я имею в виду, те, кто покинули нас. Ты думаешь, они все еще могут нас видеть? Это делает их счастливыми, видеть нас? Еще проживающих жизнь. Кохэку обычно не возвращалась к реальности глубоко. Дриана была удивлена, что она думала об этом или даже спросила ее. Дриана думала об этом много раз в прошлом. Ей нравилось думать, что ее брат, сестры, родители и сыновья наблюдали за ней, когда она росла в территории клана. Она надеялась, что они видели, что она нашла счастье снова. Но теперь, Дриана не была уверена, что хотела, чтобы они видели ее. Она ничего точно не сделала для них, чтобы гордиться — Прямо сейчас, Кохэку-сама, я очень надеюсь, что они не могут. Я не думаю, что они довольны моим выбором. Кохэку протянула руку и похлопала Дриану по колену. — Я думаю, что ты неправа, дитя. Я думаю, что они бы гордились, каким сильным человеком ты стала. Я думаю, что они бы гордились тем, что хотя ты вытерпела больше горя и потерь, чем один человек заслуживает, ты все еще находишь причины улыбаться. Я также думаю, что ты будешь самой великой женщиной, которую когда-либо знал мир. И они будут очень этим гордиться. Дриана улыбнулась. Она действительно надеялась, что Кохэку была права. *** Мадара пытался спасти себя от того, чтобы все испортить. А теперь его жена от него пряталась. Учиха терпеть не мог, что она от него скрывалась. Мадара решил, что позволит ей сегодня прятаться. Дать ей день, чтобы все обдумать. Но завтра он не позволит ей проскользнуть мимо него. Мадара ненавидел то, что Дриана чувствовала, будто должна была прятаться от него. Он почти забыл, какой пугливой могла быть его милая женушка. Он еще раз обернулся, прежде чем направиться к своему кабинету. Спальня была пуста, а Дриана находилась в саду. Но если Мадара направиться в сторону сада, то она снова сбежит. Мадара тяжко вздохнул, и подумал, будет ли она сегодня хорошо спать. ***

Тем же вечером… После того, как Мадара закончил с делами и переоделся в чистую одежду, он направился в их с Дрианой спальню. Дриана напевала, пока расчесывала свои длинные серебристые волосы. Мадара не мог сдержать улыбки. Она пела эту песню, когда они только познакомились. Так много маленьких деталей, по которым Мадара так соскучился. —Прошло одиннадцать лет, а ты до сих пор помнишь слова этой песни? — спросил Мадара. Дриана перестала напевать и посмотрела на своего мужа. Улыбка на ее лице была игривой. Эта ночь должна быть медленной. Потому что прямо сейчас Мадара хотел, чтобы все было очень и очень быстро. — Я рада, что ты помнишь эту песню, — сказала она. Мадара подошел и лег на кровать. — Её трудно забыть, — сказал он. Дриана закатила глаза. — Неважно. Я просто рада, что ты помнишь… Находиться со своим мужем в одной комнате, когда он был очаровательным и пытался, заставить Дриану улыбнуться было приятно… и тяжело. Дриана не попросила его остаться. Она должна была отпустить его, чтобы он исполнил свою мечту. Она должна была быть большой девочкой и справиться с этим. Но Дриана так устала этим вечером. Она не спала всю предыдущую ночь, и хотя Кохэку сказала, что снотворное, которое она дала ей, было безопасными, Дриана не доверяла им. Так что она уступила и попросила Мадару остаться. Дриана знала, что чувствовала бы себя в безопасности с ним. Даже после того, как он обидел ее так сильно, и она его. Мадара по-прежнему был Мадарой. Он был отцом ее детей, и он отдал все, чтобы вернуться домой. Они ходили вокруг того, что было между ними. Дриана дала себе слово, что в какой-то момент она наберется сил заставить себя поговорить с Мадарой о его уходе. Боль всегда мучила Дриану, когда она думала об этом. Дриана взяла одеяло и завернулась в него, покрывая себя. — Ты отказываешься разговаривать со мной или ты так устала за сегодняшний день? — Не было никакого юмора в голосе Мадары, так что Дриана случайно глянула на него. Он не развлекался. Хорошо. — Я устала. Я сегодня весь день была на ногах, — ответила Дриана, заставив себя улыбнуться, прежде чем отвернуться от него. Мадара сел в дюймах от Дрианы, и она задержала дыхание. — Дай мне свои ноги, — Сказал он, потянувшись за одеялом, покрывающим Дриану с ног до шеи. Прежде чем она успела что-либо возразить, Мадара потянул одну ее ногу к себе на колени и начал стаскивать ее носок. — Что ты делаешь? — спросила Дриана, хотя уже знала. — Именно то, на что это похоже, — ответил он. — Зачем? Мадара начал массировать ноги Дрианы в нужном месте. Он знал, что она любила, когда ее ноги потирают, и он точно знал, где натереть их и как. Он делал это сотни раз до этого. Тело Дрианы мгновенно расслабилась под его прикосновениями. И Дриана не могла это контролировать. — Потому что ты была весь день на ногах. Потому что я люблю касаться тебя. Этого достаточно? Дриана не поднимала взгляд от своих ног в его руке, чтобы взглянуть Мадаре в лицо. Его глаза смотрели на нее. Наблюдали за ней. Дриана знала это. Она могла чувствовать его. Но она не собиралась смотреть на него. Это было уже слишком. — Дай мне обе ноги, — сказал он, доставая другую ногу и потянув до тех пор, пока обе ее ноги не были у Мадары на коленях. — Ты расстроена из-за переезда? Ты же вроде всегда хотела, чтобы я объявил перемирие. Так что не так сейчас? Дриана сглотнула. Она начала толкать одеяло вниз, чтобы покрыть свои босые ноги, но Мадара остановил ее. Он взял его и бережно накрыл ее. —Ответь мне. Ты не рада? Мадара дошел рукой до голени Дрианы, которая была теперь под одеялом, и начал массировать ее ногу, удерживая взгляд на ней. Наконец, Дриана сдалась и встретила взгляд Мадары. — Нет. Я рада. Я действительно мечтала об этом, но думала, что это… невыполнимое желание. Сейчас, когда все это происходит, я действительно рада за тебя. Мадара ухмыльнулся. — Но…? — Но ты отдаляешься от меня, Мадара. — Да, я думаю, есть такое. В этом не было ничего хорошего. — Мадара, — сказала Дриана суровым голосом. — Дриана, — ответил он, ухмыляясь сейчас. На Мадару действительно было очень трудно злиться, когда он был таким очаровательным и заставлял ее ноги чувствовать небесно. —Почему ты это делаешь? — спросила Дриана. — Я думаю, я уже ответил на этот вопрос, милая, — Мадара растягивал слова. Дриана издала разочарованный вздох и попыталась убедить убрать свои ноги с его колен и заснуть. Но ее тело слишком наслаждалось помощью Мадары. Чертово тело было предателем. — И это и есть вся проблема? – спросил Мадара. -Глупо, да? – усмехнулась Дриана. -Если ты так волнуешься об этом, то почему бы тебе не поехать вместе со мной? Дриана посмотрела на него мгновение, и его рука двинулась вниз к ее ногам. Он был искренним. -Это шутка? – спросила она, - Учти, я могу принять это всерьез. Мадара покачал головой и нахмурился: - Дриана, неужели, ты думала, что я оставлю тебя и детей? Вы – моя семья. Самое важное, что у меня есть в этой жизни. Дриана, не веря в происходящее, покачала головой: -Что я там, по-твоему, буду делать? Мадара пожал плечами: -Все, что ты захочешь… Это был сон. Всего лишь сон. Всего лишь прекрасный сон. Поэтому Дриана сдалась. -Это было бы здорово, - сказала она вслух, - Я бы построила приюты, для детей-сирот. И еще столовые, чтобы кормить обезоленных и бедных… а еще…. Руки Мадары продолжали массировать ее стопы, а глаза Дрианы становились тяжелее с каждой секундой. Дриана заснула. Она спала, по крайней мере, тридцать минут, но Мадара все еще продолжал гладить ее ноги. Он не был готов прекратить прикасаться к ней еще. Дриана также издавала эти сексуальные приятные звуки во сне. Мадара любил эти звуки. Вечер был успешным. В груди Мадары стало легче. Она позволила ему остаться. Она хотела, чтобы он остался. Не смотря на то, что она уже давно не маленькая Дриана, которую знал Мадара, это все еще была она. Его жена нуждалась в нем, и это самое удивительное чувство в мире. Мадара потянулся за ее отброшенными носками и надел их обратно ей на ноги. Мадара сдвинулся настолько медленно, чтобы не будить ее, и поцеловал лоб Дрианы, ее нежную щеку, а затем губы. Заставив себя остановиться, он отступил назад и вышел из комнаты, тихонько закрыв дверь позади него. Перед тем, как он полностью закрыл дверь, он услышал, как она пробормотала " спасибо " и Мадара знал, что она не вспомнит это утром. Потому что, она спала. Дриана будет спать хорошо этой ночью. Мадара просто не был уверен, что он будет.