Глава 25
3 мая 2017 г., 11:10
С раннего утра Анастэйшу охватывало радостное предвкушение от предстоящего урока с Фили. Поэтому девушка стремилась поскорее разделаться со своими делами. Она решила сильно не заморачиваться и собрать на завтрак обычный иван-чай, коего вокруг лагеря было не счесть. Его было настолько много, что хоббитянка срезала не по одному ростку, а сразу охапкой. Так Тук срезала и срезала растения, обнажая тем самым голую землю. Вдруг ее взгляд наткнулся на что-то краснеющее впереди. Чтобы получше разглядеть свою находку, Анастэйша немного приподнялась. Это оказались ягоды малины.
«Ох, и вкусные они, должно быть! — сглотнула слюну хоббитянка. — Но их маловато и на всех точно не хватит. Вдруг гномы из-за них перессорятся? Но не оставлять же из-за этого малину!»
В конце концов, немного посомневавшись, травница аккуратно собрала плоды и ссыпала их в кармашек кофты.
«Кажется, я знаю, кому их надо отдать,» — подумала про себя девушка, подходя к кухне.
Лагерь, надо сказать, уже потихоньку просыпался, и первые гномы уже подтягивались к «столовой».
— Доброе утро, Нори! — подсела к одному из гномов Тук.
Но тот ее проигнорировал, все еще обижаясь на случай за завтраком.
— Нори, — хоббитянка неловко поправила свой подол и отвела взгляд. — Я хотела перед Вами извиниться. Не знаю, что на меня тогда нашло…
Анастэйша мельком взглянула на воина, но тот продолжал сидеть молча и будто не замечал присутствия девушки.
— Я пойму, если Вы не захотите со мной разговаривать после такого, и не буду на этом настаивать, — травница виновато опустила голову. — Я просто хочу извиниться за свое поведение. Мне очень жаль, что так вышло. И… это Вам.
Девушка вытащила из кармана собранные ягоды и, положив рядом с гномом, поднялась.
— Подкупить меня хочешь? — Нори, казалось, слегка оттаял.
— Вовсе нет, — покачала головой Тук. — Просто искупить свою вину.
— Садись обратно, — голос гнома был все еще прохладным, но что-то в нем вселяло в Анастэйшу надежду на то, что мужчина на нее уже не в обиде. — Как твоя голова? Говорят, тебя хорошенько приложили.
— Стараниями Оина я в порядке, — несмело улыбнулась девушка. — Спасибо.
— За что? — не понял Нори.
— За то, что интересуетесь моим здоровьем, не смотря на все… — пожала плечом хоббитянка.
Гном пробурчал в ответ что-то недовольное.
— Мне пора идти, надо отнести чай Бомбуру, — Тук снова поднялась. — Еще раз извините.
— Анастэйша, — окликнул ее Нори. — Подожди меня после завтрака, я отведу тебя к Дори. Он очнулся и очень хотел с тобой поговорить.
— Спасибо, — улыбка сама собой расцвела на лице девушки, стоило ей понять, что гном ее простил.
Дори шел на поправку довольно быстро. Его раны понемногу затягивались, разум больше не затуманивался.
— Дори! — радостно воскликнула травница, увидев раненного. — Я так рада, что Вы пришли в себя!
— Здравствуй, девочка, — гном тепло улыбнулся и сразу перешел к делу. — Ну, рассказывай, как тут дела?
— Во время битвы пострадало большое количество гномов и хоббитов, но сейчас большинство из них уже пошло на поправку. Думаю, через пару дней можно будет начинать маленькие переходы к границе Хоббитонии, — отчиталась Тук. — Я также возместила Вам все настойки, украденные для Дерека. Еще собрала позаимствованные травы и отвары.
— Неплохо, — кивнул травник. — Очень неплохо. Я знал, что из тебя выйдет толк.
Анастэйша слегка покраснела от такой похвалы. Но внутри себя она радостно подпрыгивала и ликовала: «Ура! Ура! Он мной доволен!»
— Но, — продолжил тем временем Дори. — Ты могла бы больше времени проводить в лечебнице и помогать Оину. Это было бы для тебя полезно.
Улыбка Тук слегка померкла: «Нет, все-таки недоволен…»
— Ладно, брат, мы не будем тебя больше отвлекать, — Нори слегка приобнял хоббитянку, уводя ее от своего родича. — Тебе стоит отдохнуть.
— Выздоравливайте! — пожелала Дори девушка и послушно пошла за другим гномом.
— Зайдешь к нему еще завтра? — спросил Нори, когда они с травницей вышли из лазарета. — Он будет рад тебя видеть.
— Обязательно, — кивнула Анастэйша. — Обязательно зайду.
Попрощавшись с гномом, хоббитянка побежала к месту, где они с Фили договорились встретиться перед тренировкой. Но гнома там не было. Зато, привалившись к большому дереву, стоял, ухмыляясь, Двалин.
— Сюрприз, — хохотнул он, разводя руками.
— А где Фили? — спросила Тук.
— У Торина, — отозвался гном.
— Значит, тренировки сегодня не будет? — расстроилась девушка.
— Ну, почему же?Я буду тебя учить. — мужчина предвкушающие потер руки. — И не делай, пожалуйста, такое недовольное лицо. Тебе, считай, повезло. Я один из лучших бойцов в этом отряде.
— И с чего же мне такая честь? — травница нервно сглотнула. — Почему Торин назначил именно Вас?
— Никто меня не назначал, я сам вызвался, — фыркнул воин и добавил, усмехаясь: — Хочу помучить тебя собственноручно.
Анастэйша с легким испугом взглянула на татуированного гнома и растеряно отступила на шаг.
— Тебя ведь предупреждали, что тренировки — дело травмоопасное? — продолжал тем временем Двалин с хищной улыбкой. — Нет? Ну, ничего, скоро сама поймешь.
— Я Вам не нравлюсь, — пробормотала Тук довольно тихо, но вояка все равно услышал.
— Напротив, — покачал головой он. — Мне интересно, на что ты способна; что из тебя можно выжать.
«Боюсь, единственное, что он сможет из меня выжать, это кровь и внутренности… — со страхом подумала девушка. — Он мне точно все кости переломает.»
— Но, если ты боишься, — гном посмотрел на травницу с ухмылкой. — Я скажу Фили, что ты передумала.
— Нет, — Анастэйша покачала головой. — Не боюсь.
— Тогда начнем тренировку, — с садисткой улыбкой протянул воин. — И отныне обращайся ко мне мистер Двалин.
— Как скажете, мистер Двалин, — покорно отозвалась хоббитянка.
— Только не с такой интонацией, — фыркнул вояка и окинул девушку выразительным плотоядным взглядом. — Иначе тренировка — это буде последнее, о чем я буду думать.
Тук слегка покраснела и, мысленно дав себе подзатыльник, зарубила себе на носу, что «мистер Двалин» надо произносить максимально грубо и отрывисто, чтобы, не дай Аулэ, не спровоцировать гнома ни на что, выходящее за рамки тренировки.
— А теперь иди сюда и подними руки, — воин показал взглядом на место рядом с собой. — Выше руки подними. Держи их параллельно земле. Вот так и стой.
— Долго стоять? — удивилась Анастэйша, спустя тридцать секунд.
— Столько, сколько сможешь, — был ответ. — Или ты думала, я сразу дам тебе меч? Так ты, дорогуша, его и в руках не удержишь. Нет, сначала ты будешь качать руки.
Девушка про себя фыркнула. Что сложного в том, чтобы держать руки вытянутыми? Она, с высока взглянув на Двалина, спокойно простояла пару минут. На третьей минуте хоббитянка почувствовала напряжение в руках. На четвертой минуте мышцы начали болеть. На пятой минуте девушка чуть ли не взвыла, чувствуя невероятную усталость и тяжесть.
— Все, больше не могу, — пробормотала она.
— Мало, держи еще, — был ответ.
Тук продержалась еще пару секунд.
— Не могу… Совсем не могу, — жалобно сообщила она.
— Держи, — равнодушно бросил воин.
У Анастэйши готовы были слезы на глаза навернуться, так болели у нее руки. Но она продолжила стоять с вытянутыми руками, закусив губу, чтобы не разреветься.
— Я доволен, что, несмотря на твою усталость, ты продолжаешь выполнять мои приказы и не смеешь ослушаться, — сказал наконец гном. — Можешь отдохнуть — считай это моим подарком.
И хоббитянка рухнула на траву, раскинув руки. Ох, и как же они болели! Травнице казалось, что она просто не в силах пошевелить и пальцем.
— Ты слабая, — Двалин смотрел на девушка сверху вниз. — Тебе придется очень потрудиться, чтобы чего-то достичь.
— Я готова, — отозвалась Тук.
— Это тебе сегодня так кажется, — хохотнул гном. — Посмотрим, что ты скажешь завтра. А теперь подъем.
И началось новое мучение. Теперь хоббитянка должна была стоять на носочках. Сначала, как и в первый раз, задание показалось девушке легким, но потом… В конце дня у Анастэйши болело абсолютно все. Она с трудом могла передвигаться.
— Вы, верно, убить меня хотите, мистер Двалин, — тяжело дыша сказала травница на прощание гному, чуть ли не ползком добираясь до лагеря.
— То ли еще будет, — усмехнулся воин. — То ли еще будет…
Добравшись до шатра Фили, девушка, не переодеваясь, рухнула на шкуру и забылась сладким сном. Как пришел старший племянник Торина и, усмехнувшись, прилег рядом, она уже не слышала.
