Я просто дьявольски невезучий химик

Когда я, наконец-таки, спустилась с крыши и вышла на улицу, ссора успела перерасти в конкурс под названием «чьи оскорбления круче». Я замешкалась, почти что восхищаясь изобретательностью обоих мужчин. Бард ругался коротко и смачно, выплевывая бранные слова с воинственно-невозмутимым видом, а Марио составлял трехэтажные конструкции, активно жестикулируя, что добавляло высказываниям экспрессии. — Все, хватит! — послушав еще немного, крикнула я, дабы привлечь к себе внимание. Спорщики неохотно замолчали и повернулись ко мне. Я чуть было не отступила инстинктивно на шаг назад: по лицу Бардроя с легкостью можно было прочитать его желание навесить люлей, а в глазах итальянца горел фанатичный огонь возмездия. — Успокойтесь, — уже нормальным голосом продолжила я, переводя настороженный взгляд с одного мужчины на другого. Бард прикрыл глаза и коротко выдохнул. Марио презрительно хмыкнул. — Ну. Что на этот раз? — для проформы спросила я. Оба спорщика начали одновременно, при этом каждый пытался рассказать свою версию первым. Я почти вежливо попросила их заткнуться. — По одному, пожалуйста. Начнем с тебя, Бард. — Ему что, помочь сложно? Я ж этот порох до вечера таскать буду! — заявил мужчина. Марио тут же вскинулся: — Нахрен тебе порох на кухне?! Там открытый огонь. Он в любой момент взорваться может! — Бард, — осторожно начала я. — Он прав, вообще-то. — Но… — бывший военный растерянно посмотрел на меня, — ты же сам говорил, что я могу пользоваться оружием. Я вздохнула, думая, как лучше донести свою мысль так, чтобы мужчина проникся. Оратор из меня всегда был не очень. — Да, говорил. Более того я тебе даже разрешил приобрести оружие по своему усмотрению — это было чистой правдой. Когда я подошла к Сиэлю с вопросом, где брать оружие, тот послал меня к некоему другу семьи, чем основательно меня шокировал. Этого друга звали Лау Тао, он был китайцем и, по совместительству, главой британского филиала торговой компании Куньлунь (я запомнила название и страшно гордилась этим фактом). А еще Лау был членом шанхайской мафии и вел в Англии темные делишки. Но, китайцу это прощалось, так как он был очень полезен для семьи Фантомхайв. Визит к этому товарищу основательно пошатнул мое душевное равновесие. Для начала меня попытались накурить опиумом. Мне еле удалось отвертеться. Впрочем, потом я пожалела о своем отказе, потому как понять, о чем говорит Лау, без значительной дозы наркотика оказалось довольно сложно. Пусть и говорил он по-английски. У меня возникла ассоциация с небезызвестной книгой «Алиса в стране чудес». Ну, знаете, тот момент, когда она разговаривала с гусеницей. Правда у меня вместо гусеницы был хитрожопый мафиози, а вместо огромных грибов — полуголые китаянки. Итогом нашего непростого разговора стал выданный мне адрес частично подпольного магазина оружия, куда я с чистой совестью отправила Барда. С трудом перестав вспоминать не самый приятный день моей жизни, я вкрадчиво поинтересовалась: — Ну, так что? Разве не так? — Бардрой стушевался, опустив взгляд на свои ботинки. Обрадовавшись такой реакции, я продолжила: — Однако. Хранить все это на кухне — не самая хорошая идея. — Но, зато я буду всегда готов к нападению, — попытался возразить мужчина. Я вздохнула. — Рядом с кухней много пустующих комнат, отведенных под кладовки. Храни оружие там, — Бард промолчал, и я решила счесть это за согласие. Решив, что спор окончен, я собралась было идти к Сиэлю с письмом, но тут мне на плечо легла рука. — Синьор Томас, давайте отойдем, — с этими словами Марио, косо посмотрев на притихшего Барда, настойчиво начал отводить меня в сторону. Вроде как устыдившийся помощник повара тут же встрепенулся, резко подался вперед и схватил меня за второе плечо. — Хрен ли он должен отходить? Говори тут! — рявкнул Бард, потянув меня назад. Я же в полной мере ощутила себя одеялом. Таким, которое как бы на двоих, но слишком узкое, чтобы его хватало. — Отпустите меня, имбецилы! — не стерпев такого наглого нарушения личного пространства, возопила я. Марио разжал руку. Бард же, наоборот, дернул сильнее. В итоге мы вдвоем повалились на траву. Кажется, я ударилась головой о Бардроеву челюсть… Больно. — Ой, Томас, простите ради бога! Бард, кретин! Синьор Томас не морковь, чтобы его так дергать! — к нам подскочил итальянец, скороговоркой бормоча извинения вперемешку с ругательствами. Я поднялась с земли, отряхнулась и поправила одежду. — Это не поместье, а дом для душевнобольных, — пробормотал себе под нос Марио, смотря на то, как Бард потирает ушибленную моей головой челюсть. — Ну, что есть то есть, — я пожала плечами. Повар удивлённо на меня посмотрел. — О, Томас, а вы, я смотрю, говорите по-итальянски? — Эм… Что? — недопоняла я. Итальянский? Какой еще итальянский? — Да-да, и у вас, кстати, очень неплохое произношение, — одобрительно сообщил мне Марио. Я прислушалась к его речи. Действительно. Не английский. Странно. Неужто демоническая природа подразумевает встроенный в голову переводчик? Если да, то это просто офигеть как здорово. Надо только разобраться, как сие работает. Я на автомате понимаю, что мне говорят или могу начать разговор сама? И как будет с чтением текстов? А с их написанием? — Ну, я учил разные языки, — осторожно ответила я, прислушиваясь к собственной речи. Английский. Черт. Он в моем демоническом переводчике что ли основным установился? Тогда это уже гугл какой-то. Ладно. Попытка номер два. Насколько я могу судить по кипящей воде и очарованной продавщице, главное в активации демонических способностей — это желание и эмоции. Либо еще что-то, но я этого пока не знаю и не понимаю. Итак. Я хочу сказать фразу по-итальянски. Хочу. Я посмотрела на Марио. Итальянец. Типичный. Для полноты картины не хватает только Пизанской башни на фоне. — Пиццы бы сейчас. С пепперони и грибочками, — сорвалось с моих губ. Интересное ощущение. Я ведь точно думаю на русском. А из языков учила лишь английский и немного латыни. И, несмотря на это, я говорю на итальянском. — Я могу приготовить. И господину, и нам. На обед, — своей фразой повар прервал поток моих мыслей. Но, я все еще находилась в легкой прострации, так что просто кивнула в ответ. По лицу Марио же было понятно, что он не прочь поболтать с кем-нибудь на родном языке. Тут в разговор вмешался Бард. — Хватит говорить по не нашему! Ни черта не понимаю. — Прости Бард, — улыбнувшись, я повернулась к нему. — Про тебя мы ничего не говорили. Я тут подумал, что уже можно начинать готовить обед. Марио этим займется, а ты в это время займись своими мешками. Возражений не поступило и я потопала в дом. С этим всем я чуть было не забыла о письме. Поднимаясь по лестнице на второй этаж, я подумала о том, что мне стоит еще раз наведаться к Лау и попытаться поговорить с ним на китайском. Он, конечно, не самая приятная личность, но это будет неплохой проверкой. Или попробовать сказать что-нибудь без собеседника? А, ладно! Сначала разберусь с письмом, а уж потом — со всем остальным. Сиэля я обнаружила в одной из комнат. У мальчика был урок танцев. Преподавательница, стройная женщина средних лет, подходила к задаче серьезно и со всей строгостью заставляла мальчика ходить по комнате под музыку, имитируя вальс. Сиэля это занятие, судя по его кислому лицу, не особо вдохновляло. Я незаметно пристроилась ждать за дверью и с каким-то садистским удовольствием стала наблюдать, как маленький граф пытается следовать наставлениям женщины и двигаться более изящно. Правда, долго мне ждать не пришлось — я подоспела уже к концу урока. Дождавшись, когда преподавательница уйдет, я зашла в комнату. Вымотанный и раздраженный Сиэль устало сел в кресло и исподлобья посмотрел на меня. — У тебя что-то важное? Если нет, то принеси мне пирожных, — я закатила глаза. Хорошее приветствие. — Его Светлость не боится заработать себе диабет? — поинтересовалась я у мальчика, иронично приподняв бровь. Тот не ответил, упрямо поджав губы. — И, кстати, да. У меня кое-что важное, — с серьезным видом продолжила я. — Письмо. От королевы. Сиэль встрепенулся. — Ее Величество написала мне? — взволнованно переспросил он. Я протянула ему конверт. Сиэль принял его едва заметно дрожащими руками. Распечатал. Вчитался. Нахмурился. — Что там? — с интересом спросила я, смотря как по мере прочтения напрягается его лицо. — На, прочти сама, — он вернул мне распечатанный конверт, а сам откинулся в кресле, прикрыв глаза и напряженно о чем-то думая. В письме было написано следующее. Мой мальчик, как поживаешь? Надеюсь у тебя все хорошо и ты справляешься со своей скорбью. Было бы хорошо просто поговорить с тобой о чем-нибудь приятном за чашкой чая, но увы. Боюсь мне придется просить тебя об услуге, ибо есть кое-что, с чем в ближайшее время нужно разобраться. Знаешь, Англия — весьма развитая в промышленном и культурном плане страна. И я горжусь этим. Театры, салоны, бульвары, заводы, фабрики, научные лаборатории. Разве это не прекрасно? Я лично курирую некоторые из них. Только вот… Не все понимают возложенную на них задачу. Одна лаборатория. До меня дошли сведения, что люди, работающие там, забыли про мои указания и стали действовать в угоду собственным интересам. Более того, они не гнушаются ставить богомерзкие опыты над людьми. Мальчик мой, с болью в сердце должна сказать, что от лаборатории нужно избавиться. Полностью. Улик остаться не должно. Буду ждать хороших новостей. p.s. Точные координаты лаборатории предоставляю ниже. p.p.s. Думаю, тебе понадобится время, чтобы подготовиться. Я не буду требовать от тебя поспешности. Главное — результат. Я прочитала текст два раза. У меня было много комментариев к написанному, но все они от переизбытка эмоций вырвались в виде сдавленного нечленораздельного возгласа. Сиэль открыл глаза и серьезно на меня посмотрел. — Вот, оно. Мое первое задание. Проверка моей верности и способности действовать. — Но… — во мне все еще бушевали эмоции. — Уничтожить лабораторию. Опыты над людьми. Что за хрень? Она поручает это ребенку. Она, вообще, нормальная?! — Замолчи! — воскликнул Сиэль. — Приказы королевы не обсуждаются. И я уже говорил, что неважно, сколько мне лет. Я — Сторожевой Пес. Это — мой долг. А твой долг — помогать мне в этом. Мы уничтожим эту лабораторию, убьем людей, если потребуется. И сделаем все, чтобы исполнить приказ Ее Величества. Я стояла, во все глаза уставившись на Сиэля. Правильных слов, как назло на ум не приходило, и я молчала, в шоке открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. Ладно. Десять глубоких вдохов. Вроде полегчало. Частично вернув себе душевное равновесие, я задумалась, анализируя свою реакцию на послание Ее Величества. Королева — охреневшая психопатка. Такой была моя первая мысль. Послать ребенка уничтожать лабораторию. Бред. Но, потом, немного успокоившись, я посмотрела на это с другой стороны. Она — монарх. Семья Фантомхайв — ее верные слуги, исполняющие весьма щекотливые поручения. Устранение своих же подчиненных, превысивших полномочия — дело, которое королева вполне могла им поручить. К тому же, в этой лаборатории может быть куча секретных материалов. Все логично. За исключением одного. Исполнитель — двенадцатилетний ребенок. Я тяжело вздохнула и сочувственно посмотрела на Сиэля. Тот сидел, пытаясь держать невозмутимое выражение лица. Я почесала рукой подбородок и задумчиво произнесла: — Нам нужен план.