Отпуск, пироги и немного ревности

в которой Нику делают предложение, Джуди возмущается… а потом снова возмущается. — И почему это называется отпуском?.. Ник стоял за прилавком с овощами и, душераздирающе зевая, продавал дары природы и семейства Хоппс. Вполне себе успешно продавал, хотя Джуди, как только они вышли от Гидеона, попыталась уговорить его отправиться в гостиницу и лечь спать. Лис широко улыбнулся, показав не только клыки, но и моляры, и произнёс речь на тему «Я обещал — значит, сделаю!» Крольчиха пожала плечами и спорить не стала: она достаточно знала своего напарника, чтобы не тратить времени впустую. Правда, в такие минуты у него на голове ей явственно виделись рога — потому как, при общем несходстве с парнокопытными, поведением Ник удивительно напоминал барана… В общем, Джуди настаивать не стала, а просто попросила родителей выставить на продажу поменьше продукции. Чтобы этот рыжий упёртый дурак побыстрее закончил и смог отдохнуть. Спать действительно хотелось до судорог в хвосте. Ник с удовольствием бы прикорнул прямо под прилавком, хотя места там не было: пустые ящики стояли вперемешку с полными. Лису было плевать, он согласился бы улечься прямо на ящики… в ящики… да хоть под ящики!.. Но упрямство и природная вредность не позволяли не то что улечься — даже присесть. Поэтому офицер полиции Уайлд полулежал на прилавке, вытянув нос и щёлкая зубами в опасной близости от овощей. Очередная гора петрушки и укропа дрожала как от ветра. Покупатели удивлённо стригли ушами, дёргали носами и хвостами, кое-кто и когтями скрежетал… но торговля всё равно шла неплохо: овощи у Хоппсов были отличные. И репутация тоже. — Скажите, а лимонов у вас нет? — поинтересовался нежный, с лёгкой хрипотцой голосок. Ник приоткрыл один глаз. Молоденькая волчица. Клие-е-е-ент… Лис со вздохом попытался выпрямиться. Удалось не сразу, так что пришлось на всякий случай подпереть морду лапой. — Нету… — таким тоном, как будто он отдавал последние распоряжения по своему завещанию, ответил лис. — Совсем нету? — волчица кокетливо махнула хвостом. — Кстати, меня зовут Нэнси. — Совсем, — подтвердил Ник и подпёрся второй лапой — для надёжности. — Очень приятно. Но лимонов нет. — Жа-алко… А я знаю, где есть! — Волчица Нэнси наклонилась, и Ник непроизвольно потянул носом: духи у неё были приятные — мускус, роза… жасмин… яблоки и… ну да, лимон тоже. — Рад за вас безумно, — скучным голосом сказал офицер Уайлд (примерно таким же он зачитывал права арестованным) и закрыл глаза: запах ему нравился, а кокетливая серая морда с подвитыми усами — не очень. Однако волчица сдаваться не собиралась. — Сегодня вечером я буду печь лимонный пирог, — наклонившись ещё ниже, заговорщицким тоном сообщила она — и тут же выпрямилась, потому что лис судорожно чихнул прямо ей в пасть. — Прошу прощения, — пробормотал он. — Приятного аппетита. Нэнси оглядела рыжие уши и чёрный галстук, расстеленный по прилавку, и сделала ещё одну попытку. — А вы не хотели бы попробовать? — поинтересовалась она вкрадчиво. — У меня замечательные… пироги. Ник зевнул так широко, что волчица испуганно отшатнулась: ей вдруг почудилось, что симпатичный (ещё и весь в чёрном!) лис собрался откусить ей нос. Но чужие носы Ника не интересовали. — Охотно верю, — сказал он и, совершив подвиг, выпрямился во весь рост. Кокетливая красотка была выше его на голову. К сожалению, её это не смутило. — Я приглашаю вас на пирог, — сказала волчица и недвусмысленно облизнулась. — А ещё у меня есть… — У-у-у-у!.. Нэнси осеклась на полуслове и недоумённо уставилась на самозабвенно воющего лиса — получалось у него не хуже, чем у её родни по виду. — А на завтрак вы, надо полагать, едите ростки пшеницы и соевую сыворотку? — неожиданно прервав своё выступление, спросил Ник. Волчица хлопнула ресницами. — Да… но у меня есть рыба. Вы любите рыбу? — Обожаю, — мрачно согласился Ник. — Тогда… — Волчица явно воспряла духом. Лис мученически закатил глаза. Ну вот что им от него надо? То есть понятно чего, конечно… По крайней мере, понятно, когда это очередная рыжая или бурая красотка. Но этой-то он на кой сдался? Экзотики захотелось? И ведь не первый случай… Извращенки! — У меня аллергия на рыбу и на ростки пшеницы, — скорбно сообщил Ник. Старая фишка просто обязана была сработать. Глаза Нэнси расширились. — И на лимоны тоже, — Ник добавил слезы в голос. — У меня вылезает шерсть, отпадает хвост, а на носу появляются язвы… вот с эту тыкву. Получилось неплохо — судя по тому, как назойливая девица шарахнулась от прилавка. — Хвост… отпадает? — дрожащим голосом переспросила она. — Потом отрастает, — «успокоил» её Ник. — Но не сразу. Примерно через год. А вот отваливается — сразу! «Кажется, сработало, — удовлетворённо подумал офицер Уайлд, глядя, как любительница лимонов и извращений пятится, судорожно прижимая к груди крохотную сумочку. — Эй, что это она?..» Волчица вдруг остановилась и даже опустила сумочку. — А апельсины? «…!» — Ник, у меня когда-нибудь будет инфаркт! Что с тобой! Почему ты воешь? — Как ты поняла, что это выл я? — удивился Ник и с облегчением рухнул обратно на прилавок. Всё. Можно было расслабиться. Джуди его в обиду точно не даст. Она тоже не любит конкуре… нахальных девиц не любит, в смысле. — Как будто тебя можно с кем-то спутать! Волчица Нэнси прищурила подведённые глаза и плотоядно уставилась на крольчиху, невесть откуда возникшую между ней и добычей. И тут Ника осенило. Он перегнулся через прилавок и, обняв Джуди за плечи, утвердил морду у неё на голове. Уши щекотались, правда, но несильно. Даже приятно. — Единственное, что не вызывает у меня аллергии, — сказал он прочувствованно, — это морковь! Правда, дорогая? — …Знаешь, кто это был? — Понятия не имею. И пофигу. — Дочка наших соседей! — Да? Кошмар какой… И что с того? — Как это — «что с того»? Ты представляешь, что она расскажет родителям?! — Ничего она не расскажет. А если расскажет, родители её по головке не погладят. Нечего клеиться к взрослым дядям, особенно не твоего вида. — А она не будет рассказывать про то, что клеилась! Она расскажет, как взрослый дядя чужого вида… Ник, как тебе такое в голову пришло!.. клеился к её соседке! — Я не клеился. Я спасал свою жизнь и честь. — Ну да, конечно. Твоей жизни, конечно, страшно угрожали! — Ладно. Жизни, может, и нет, а вот чести… — И чести тоже! Она молодая и глупая! Ей всего двадцать! — Джуди, остынь. — Ник аккуратно поставил последний пустой ящик в пирамиду ему подобных и отступил на шаг, любуясь результатом. — Никто никому ничего не расскажет. А если и расскажет… Я готов сожрать всю морковь, которую твоя мама приготовит сегодня на семейный ужин. — Лопнешь, — буркнула Джуди. — И я не про морковь. — А что касается всего остального… — лис задумчиво потянул себя за галстук. — Солнце сегодня так и печёт. Того и гляди — у меня приключится тепловой удар. Или солнечный. Тебе что больше нравится… дорогая? — Я уже говорила, что ты невыносим? — жалобно спросила Джуди. Ник усмехнулся. — Неоднократно. Но ты меня всё равно любишь. М? — Не знаю! — мстительно ответила зайка и, внезапно подпрыгнув, стукнула напарника по носу крепким кулачком. — За что?! — За то, что обслюнявил мне всю причёску! За шовинизм! За… — Если не прекратишь, — Ник увернулся от второго удара и сгрёб подругу в охапку, — я тебя оближу целиком. И объясняйся потом с миссис Хоппс. — Дурак! — Ага. Ну, что? Мир или мой длинный язык? Джуди вздрогнула. Не то чтобы она поверила в угрозу, но от Ника можно было ждать чего угодно. — Мир, — поспешно сказала крольчиха, упираясь лапками в грудь напарника. Лис кивнул. — Вот и правильно. Кстати, ты очень удачно прибежала. Во-первых, я проснулся, а во-вторых, мы сейчас пойдём к вашему шерифу. — Хорошая мысль, — подумав, согласилась Джуди. — Полагаешь, он что-то может знать про этих воров? — Предполагать — дело аналитиков. Я просто пойду и спрошу. Мы пойдём. — Как всегда… — Джуди вздохнула. — Послушай, Ник… — Да? — Если «мы пойдём» — не мог бы ты поставить меня на землю? Шериф гостям обрадовался. Наверное, от скуки — потому что торжественно стоящая посреди его стола стеклянная витринка с пистолетом наводила на разные мысли. Точнее, не сама витринка, и даже не пистолет, а слой пыли, скопившийся на стекле. К сожалению, выслушав неспешное повествование Ника (после короткого всплеска энтузиазма лису снова захотелось спать), шеф Табби хлопнул ладонью по столу и заржал. — Да не было ничего! — заявил он, утирая слёзы. Джуди нахмурилась. — Ну, чего ты, детка? Не было. Запамятовал наш Грей, что всё продал, — а потом поднял шум. Он ведь у нас нервный… забыла, что ли? — Да всё я помню, но… Кажется, Джуди собиралась возмутиться, и Нику пришлось вмешаться. — В каком смысле — нервный? — спросил лис, аккуратно отодвигая от стола (и хрупкой витринки) нервно постукивающую лапкой зайку. — Он опасен? Барсук хрюкнул. — Ты что, парень? Гидеон опасен? Да скорее я опасен, чем он. Нервный, говорю же. Хотя по нему и не скажешь, а? — Табби снова заржал, как будто удачно пошутил. — А если он ничего не забывал? — вмешалась Джуди. Крольчиха была твёрдо уверена, что ТАК забыться просто невозможно. — Мистер Табби, там ведь был свадебный торт! Уж его-то точно нельзя продать случайно! — Был, — согласился шериф. — Торт был, это да. Но, может, Грей приукрашивает слегка… Не удался торт — он его выкинул… и забыл! — Большое спасибо, мы пойдём, — сказал Ник, ухватил Джуди за талию и, не слушая возмущённых воплей, вытащил её из шерифского кабинета. Вслед донёсся очередной взрыв почти лошадиного ржания. — Подожди-ка минутку. Лис посадил зайку на лавку в приёмной и нырнул обратно в кабинет. Ржание как отрезало. Джуди рванула было за ним, но Ник вернулся так быстро, как будто ошибся дверью. — Всё. Пошли. — Зачем ты возвращался? — спросила Джуди, когда они оказались на улице. Лис сладко прищурился на солнце, стоящее в зените. — Обедать пора… — Ник! — Кое-что уточнил, — загадочно сказал Ник и зевнул. — Слушай, я пойду посплю, а? Фиг с ним, с обедом. Спать хочется до бельчат в глазах. Сейчас рухну — и до утра. Ничего? — Конечно! — Только не вздумай снова идти к Табби, — Ник погрозил пальцем, заметив косой взгляд, брошенный на дверь полицейского участка. — Не знает он ничего. Джуди сникла. — Наверное, ты прав… Но надо же что-то делать. О, Ник, а у тебя ведь была какая-то идея? Только не ври, что не было, я тебя знаю! Что ты придумал? — Завтра, всё завтра. Сейчас я не способен ни на какие идеи, честное слово… — …почти не способен, — уточнил он шепотом, когда Джуди, помахав на прощание, скрылась за углом. Слух у кроликов хуже, чем у лис, но мало ли. Спать Нику действительно хотелось так, что хоть просись к шерифу в камеру — там, по крайней мере, никто не найдёт, а если и найдут, то не сразу. Но до заслуженного отдыха оставалось одно дело. Через час Николас Уйалд уже был в гостинице. Попросив у мистера Шеппарда табличку «Не беспокоить», он заперся изнутри, завёл будильник и мгновенно отрубился — даже не успев раздеться. Снов ему не снилось — во-первых, Нику в принципе редко снились сны, а во-вторых, если бы что и было, он бы точно не запомнил. Будильник зазвонил в десять вечера. Лис вскочил, на пару секунд замер, оценивая своё состояние, и удовлетворённо кивнул. Сборы заняли четверть часа — тем более что переодеваться он не стал, только расчесал доступную шерсть и, подумав, с тяжёлым вздохом стянул галстук… Когда раздался стук в окно, Джуди, читавшая при свете маленькой лампы, почему-то совсем не удивилась. Не удивилась она и когда за стеклом возникла хитро улыбающаяся рыжая морда с чёрной повязкой на лбу. — Ты что тут делаешь? — шепотом спросила зайка, открывая створку. — Спятил? — Неа. Я здоров и полон сил. — Дури ты полон, — вздохнула Джуди, открывая вторую створку. — Что случилось? Ты же собирался спать? — Я и спал. — Ник мечтательно закатил глаза. — Долго и крепко. А теперь я выспался и готов к подвигам. Вылезай. Нам пора. — Куда это нам пора? — настороженно уточнила Джуди. Лис закатил глаза. — В тёмный лес. Я окончательно решил тебя загрызть и сожрать!.. В лавку твоего дорогого друга Гидеона Грея, разумеется, куда же ещё. — В лавку… Зачем?! — А затем, что эксперимент должен быть чистым. — Ник протянул лапы, и Джуди успела только пискнуть, когда её выдернули из окна как морковку из грядки. — Сегодня мы снова будем караулить. Ты же хотела поймать воров? — Да, но… — Вот и поймаешь. Ник аккуратно прикрыл окно снаружи и повернулся к напарнице. — У меня была идея, так? И мы её сейчас реализуем… Только не говори, что ты боишься, Морковка! — Я не боюсь, — проворчала Джуди, чувствуя себя так, как будто её обвели вокруг пальца — или собирались это сделать. Но отступать было некуда.