Life Time 2

Хавок балансировал на стуле, стоящем у окна, и пытался проверить, не дует ли из щели у самого потолка. С каждым днем становилось все холоднее. Иногда выпадал сухой снег, но он быстро таял к началу дня, когда становилось более менее солнечно.Но и это продолжалось недолго. Уже часам к пяти вечера быстро темнело, а температура падала. И тогда весь растаявший снег превращался в лед. Утро, вечер и ночь были самыми холодными временами суток. Особенно для жителей Централа, не привыкших к холоду. Горожане больше предпочитали теплую погоду, и их жалобы на гололедицу наверняка рассмешили жителей какого-нибудь северного города. Например, Бриггса, где на такие причуды погоды никто даже внимания не обращает. Но стоит напомнить — снег зимой в Аместрисе явление редкое для большинства городов не находящихся за чертой севера. А значит можно было ожидать суровую зиму уже потому, что сейчас был только ноябрь, время спокойное для Штаба. Все проверки и аттестации были успешно пройдены. Все вновь пошло своим чередом: болтовня военных в коридорах, спешащие с докладами сержанты, не спеша идущие к своим кабинетам полковники и майоры. Словом, ничего необычного. Жан прижал ладонь к стыку между стеклом и рамой, проверяя на сквозняк. На его шее, поверх кителя, был повязан шарф, мягкий и объемистый, упирающийся в подбородок, но мало выделяющийся, поскольку соответствовал военной форме по цвету. — Вот, так и знал…— хриплым голосом проворчал Хавок, шмыгнул носом и потянулся к карману за обрезком жгута, чтобы заделать щель. Закончив с проблемным местом, он как следует проверил остальные стыки, и, убедившись, что все в порядке, осторожно спустился на пол, отодвинув стул в сторону. Поправляя шарф, дыша через рот, он подошел к столу полковника Лоренца, на котором стояла кружка с горячим чаем, взял ее и со вздохом опустился в кресло. Пытаясь пересилить боль в горле, которая колючим комком мучила его уже который день, он сделал большой глоток и с облегчением выдохнул. Он уже примостился в кресле, устраиваясь поудобнее, засыпая, когда в дверь постучали и она отворилась. Не имея абсолютно никаких сил, Хавок нехотя открыл один глаз. Он не боялся получить нагоняй от начальства. Полковник был тут еще утром. Забрал какие-то бумаги и ушел. После подозрений, которыми генерал с ним поделился, Жан стал осторожнее вести себя с этим человеком и старался быть еще более наблюдательным, чем обычно, и не забывал невзначай в отсутствие полковника заглянуть в ящики его стола или пролистать оставленные на его столе документы. Надеяться на то, что Лоренц просчитается и даст почву для подозрений было глупо, но Жан привык надеяться на благосклонность судьбы, тем более сейчас он мало чем еще мог помочь Мустангу. Особенно сейчас с ознобом, головной болью и, наверняка, немаленькой температурой. В дверь просунулась мохнатая лапа, потом черный нос и наконец, навалившись на нее, Блеквуд широко распахнул дверь, весело помахивая хвостом. — Здравия желаю, господин Блеквуд— лейтенант вяло приложил ладонь к голове, отдавая собаке честь — Вы снова с сопровождением? Все еще таскаете за собой своего лейтенанта? — Что-то тебе совсем плохо— сказал Фьюри, наконец пройдя в дверь. На его погонах красовалась одна единственная звездочка, а за прошедшее время Блек неплохо подрос, лапы вытянулись, он перестал быть неповоротливым и косолапым, а морда приобрела серьезное, пусть еще немного детское, выражение. — Как же, выздоровеешь тут…— проворчал Хавок. Он поправил спавший на грудь конец шарфа и шмыгнул носом. — Невозможно вылечится, когда работаешь в таком состоянии…когда… Жан громко чихнул. — Будь здоров— пожелал ему Фьюри— Это ты сам виноват. Постоянно окно открывал и хвастался что не холодно. — Замолкни… На тот раз офицер закашлялся, прикрыв рот ладонью. Каин с состраданием посмотрел на сослуживца, слушая его тяжелое дыхание с хрустом и хрипом. — Тебе бы к врачу— посоветовал он, когда Хавок немного перевел дыхание и, чтобы окончательно успокоить разошедшиеся легкие, сделал большой глоток горячего чая— Ты с этим не шути. Выглядишь неважно. Даже я это вижу. Смотреть на тебя страшно. — Думаешь, мне это нравится? — спросил Жан, все еще хриплым, после кашля голосом, потом коротко кашлянул, чтобы прочистить горло, и продолжил— Но я не могу никуда уйти. Работать больше некому. Я ждал тебя, когда ты меня заменишь. Все вообще очень грустно стало. Он немного сполз в кресле и закрыл глаза. — Бреды нет, капитан вообще ушла со службы, а ты то тут, то там. А я вот, сам видишь, здесь. Хорошо хоть генерал разрешил мне сержантов время от времени дергать. Нет, я и до этого мог, но теперь мне не нужно у кого-то разрешение на постоянное использование рабочей силы спрашивать. Из кабинета совсем выходить не хочется…да и не можется. Он снова шумно шмыгнул носом. — Лучше расскажи, как съездил? Я тебя давно не видел. Ты как вернулся, и со своим повышением не показывался. Даже поздравить тебя не получилось, лейтенант. Теперь мы с вами на одной ступени. Я даже испугался. Прошел слушок, что тебя хотят переправить в восточный Штаб, дескать, им там нужны молодые и рукастые служащие, а с твоей способностью техника, тебя любой гарнизон с руками оторвет. — А? — не понял Фьюри— Ты о чем? Блеквуд настойчиво потащил застывшего у двери молодого лейтенанта. Он сел в кресло напротив страдающего Жана. Щенок поднялся на задние лапы, а передние положил хозяину на колени, слабо помахивая хвостом. Парень, все еще не выпустив поводок из рук, растерянно потрепал собаку по голове, не сводя с Хавока настороженного, удивленного взгляда. — Я это от старшины из соседнего отдела слышал. Пару дней назад, когда еще не так отвратительно себя чувствовал— сказал Жан, отхлебнув чая—Ты не переживай так. Генерал сразу дал всем понять, что никуда тебя из Централа не отпустит. Как говорится « Такая корова нужна самому» Хе-хе… Кхе-кхе— снова закашлялся он, пытаясь засмеяться. — Фух.ты меня напугал…— с облегчением выдохнул Каин— Я не хочу никуда переходить. — Только попробуй! Жан покопался рукой рядом с собой, нашел чистую салфетку, скомкал ее и запустил в Фьюри, но на лету ее поймал Блеквуд, прижал лапами к полу и начал рвать на части. — Тебя никто и не отпустит. Так, что там? Ты ездил в…? — Домено. Там…ну… Я уже все рассказал генералу. Это касается генерала Джозефа. Мне нужно было поговорить с его родственниками…— неуверенно начал рассказ Каин. — И что? — Его даже на родине не особо жалуют. Я надеялся услышать хоть что-то хорошее о нем от людей, которые ему не чужие. — Пф…— фыркнул в кружку Жан, очевидно разочарованный, и предвкушавший услышать что-то интересное— Генералу так интересно узнать личную жизнь подозреваемого? Как это поможет делу? — Наверное, он знает, что делает— сказал Фьюри— У него и так много проблем, вряд ли он стал бы обращать внимание на мелочи. — Кстати о мелочах… Когда ты видел его в последний раз? — Генерала? Хавок кивнул. — Э-э-э…— Каин задумался—Давно уже не видел. Я вернулся с задания, доложил ему о том, что узнал, а потом вся эта беготня с повышением, несколько недель пришлось поработать в другом отделении, в дальнем корпусе, чинил радио на полигоне, потом телефон из комиссариата, вот только сегодня немного освободился, и сразу к тебе. Видимо, не зря спешил. — Странно…— задумался лейтенант, делая глоток—Обычно он заглядывает к нам хотя бы раз в неделю. — Не случилось ли чего? — предположил Каин, наматывая поводок на руку. Блеквуд, улучшив момент, уже не обращая внимание на разорванную в клочья салфетку, медленно подобрался к ничего не подозревающему Жану, сел у его ног и, склонив голову на бок, изучал носом кожаные сапоги лейтенанта. — Или же опять что-то интересное. Настолько, что у него нет времени чтобы…— он притворно простонал плаксивым голосом— Навестить бедного, больного, на все идущего ради службы, Хавока. Каин уже собирался что-то сказать, когда в кабинет без стука вошел упомянутый ранее Рой. Он остановился, осмотрел собравшихся, быстрым шагом подошел к Жану и пристально посмотрел на него сверху вниз. Сам Хавок так и застыл от неожиданности, с кружкой в руках. — Ты еще здесь? — спросил он. От такого возмутительного обращения Жан даже покраснел, а кружка в руках дрогнула. — Что значит «ты еще здесь»? — крикнул он—А где мне быть?! — Я просил сержантов сказать тебе, что ты можешь быть свободен, когда Фьюри сменит тебя— он кивнул на лейтенанта— Так чего же ты ждешь? Перезаражаешь мне здесь всех. — Я только пришел…— начал оправдываться Фьюри. — Ты припозднился, лейтенант— Рой обратился к Каину— И без собаки— он покосился на Блеквуда. —Прошу прощения, генерал— извинился парень и подтянул Щенка поближе к себе, словно боясь, что Мустанг и его может отсчитать— Я с утра по поручению майора Спенсера работал в канцелярии. У них нехватка работников и он сказал мне, что с вами все обговорено, поэтому я без задней мысли исполнил его указание. А после этого я ненадолго зашел в кинологический корпус, записал Блеквуда на курсы дрессировки, хочу вырастить из него достойного пса, как вы и советовали, поэтому, я не мог не взять его с собой. Мустанг с секунду обдумал происходящее, но не стал углубляться в разборки и махнув рукой, прошел мимо военных. — Черт с ним, не так важно. Генерал посмотрел на пустой стол полковника и хмыкнул. — Опять его нет. — С утра был— сказал Жан, все еще недовольным, хриплым голосом— Забрал бумаги и ушел. И я уже все проверил— Жан опередил вопрос генерала— Пусто, к сожалению, как и всегда. Никаких зацепок он после себя не оставляет. Все еще копаете землю, генерал? — Под них очень трудно что-то накопать— ответил Рой— Тем не менее, мы с Грумманом нашли кое-что. — Что?! — хором спросили Жан и Каин. Хавок даже в кресле приподнялся. — Накладная на пересылку взрывчатки. — И что странного? Жан снова расслабился и даже отвернулся, вспоминая о чае. — Мы то и дело ее куда-нибудь отправляем. Например, к границе с Креттой. Наверное, у вас уже совсем кончаются идеи, раз вы на накладные обращаете внимание. — В том то и дело, Жан… Рой обошел стол и сел в пустое кресло полковника Лоренца, бросив перед собой на стол бумаги, которые принес, чтобы освободить руки. Он положил локти на стол и сплел пальцы между собой, почти так, как это делал Грумман, когда задумывался. — В документах обязательно указываются отправители и адрес доставки. На экземпляре, найденным мной, ни того, ни другого не было. — Не было? — удивился Каин— Как это не было? Не печатают без этих данных накладные. Его же не… — Оторвали— кивнул Рой— Подозрительно, не так ли? У бумаги, которая уже не представляет ценности, отсутствуют такие важные данные. Не потому ли, что в стопке макулатуры на сжигание, могут и проверить содержание документов? — он с досадой сжал зубы— Очень умно. Даже здесь подстраховались. — Это да— согласился Каин— Работники канцелярии постоянно проверяют бумаги. Им очень сильно влетит, если они сожгут что-то важное. — А я вот все равно не верю, что какая-то бумажка может быть доказательством— недоверчиво сказал Жан и шмыгнул носом, но его голос, хоть и с хрипотой, прозвучал твердо—Это ведь уже, считай, мусор. Ну, порвалась бумажка, что тут подозрительного? С кем не бывает. Криворукие сержанты — вот всему и объяснение. Генерал, вам бы отдохнуть. Кто знает, с такими подозрениями вы и в нас скоро врагов видеть будете. — Молчать! — рявкнул Рой. Жан вжал голову в шарф, от чего еще больше утоп в нем. Он не ожидал такой реакции на свою шутку. — Ладно, ладно. Зачем кричать-то…— пробубнил он. — Я знал, что не только вы, но и фюрер мне не поверит на слово— он полез во внутренний карман— Поэтому, я взял ее с собой. — Так-так… Жан, желая реабилитироваться, встал и подошел к столу, чтобы лучше видеть. Каин тоже, привязав поводок к ручке кресла, встал рядом с Хавоком. Рой вытащил из кармана сложенную вдвое бумагу, развернул ее, положил на стол и пододвинул ближе к лейтенантам. Все буквы на нем были размыты, словно кто-то стирал их пальцами, стараясь сделать текст непригодным для чтения. Но чернила хорошо въелись в бумагу и хоть слегка и расплывались, человеку с нормальным зрением прочитать не составило бы никакого труда. — Проверьте сами— прервал тишину Мустанг — Направляющего лица нет. Жан взял бумагу в руки, предварительно встряхнув, чтобы расправить. Шапки на накладной не было. Точнее, она была когда-то, но вверх бумаги сейчас был аккуратно, подозрительно аккуратно, срезан. — Мдаааа…— протянул Фьюри, рассматривая лист— Тут уж точно не криворукие сержанты виноваты. — А теперь, смотрите ниже— попросил Рой, следя за реакцией подчиненных. Хавок провел пальцами по неровно оторванному краю, на который указал генерал. Здесь бумага обрывалась грубо, как будто тот, кто рвал ее, очень спешил или нервничал. — Бумага вся истерлась— констатировал Жан— Я бы сделал это поаккуратнее. — Наверняка, адрес отправки оторвали в последний момент— предположил Рой— Грумман тоже согласен с моими предположениями. А судя по такому разному воздействию на бумагу, накладную исправляли два разных человека, и последним был тот, кто отнес документ на уничтожение, а значит, он и порвал его. — Думаете, это опять Лоренц засветился? — прямо спросил Жан, положив бумагу на стол—У вас есть еще какие-нибудь доказательства? — Именно он и занес документацию— сказа Мустанг, откидываясь на спинку стула— я спросил сержанта. Полковник сам принес кипу бумаг и попросил уничтожить их в первую очередь и не тратить времени на проверку. — Но как же вы вышли на нее? — спросил Каин. Он вернулся к креслу, отвязал Блеквуда и сел, продолжая выжидательное смотреть на Роя. — Случайно. Просто шел мимо и думал о том, почему нам до сих пор не удается ничего найти. Должно быть, мы не успеваем, подумал я. И понял, что самые убедительные доказательства — это официальные бумаги. В канцелярию я зашел просто проверить, и мне повезло. — М…Значит это было еще утром— сказал Жан. Он тоже отошел от стола и плюхнулся в кресло, поискав рядом с собой чистые салфетки. — Канцелярия работает до двух по выходным. — Да, так и есть— Рой сложил бумагу и убрал ее обратно в карман— Я сразу же отправился к фюреру и мы долго обсуждали это…кхм…— он несколько помрачнел— И не только это. — Что-то случилось? — Жан отвлекся от кружки с чаем, вопросительно подняв бровь— Что-то даже страшнее чем Ишвара? — Тоже мне шутник… Рой порылся в бумагах, которые принес с собой и уставился на причину своего недовольства. — Двадцатого ноября меня ждет собрание алхимиков. Я первый раз буду проводить его. И как организатор и как наблюдатель. — Собрание алхимиков?! В этом году?! — восхитился Каин— Ух ты! Десятки лучших алхимиков соберутся со всей страны, чтобы рассказать о своих исследованиях и обсудить итоги своих работ. А самые лучшие еще и денежную премию получат, на дальнейшую работу. Вы должно быть рады, генерал? Такое событие и вы во главе! — Ага, счастлив…— с сарказмом сказал Рой, закрыл глаза и потер пальцами бровь, как будто у него болела голова— У меня и так полно дел, а теперь еще и это. — Не стыдно так, о коллегах? — спросил Жан— Вы ведь тоже алхимик. —Да, но я не ученый. Я не сочиняю формулы, не ищу им применение. Я применяю алхимию, а не изучаю, как ей пользоваться. Мне подобное собрание не принесет никакого удовольствие. Да еще и отчет по нему писать… — А братья Элрики приедут? — спросил Каин. Он уже был захвачен новостью, и забыл про накладную. — Эдвард ведь говорил, что собирается принять участие в собрании? — Да не просто принять участие— вмешался в разговор Хавок, перед этим шумно высморкавшись— Спорю, скоро он станет самым успешным ученым. Алхимик он и правда, отличный. Если он направит все свои знания в науку…ой, простите, генерал… Жан виновато почесал затылок, увидев недовольное лицо начальника. Рой отвел взгляд. В свете недавних событий он напрочь забыл о собрании, а теперь, когда эта новость маячила перед глазами, ему бы хотелось найти себе замену. Но, увы, это было невозможно. Сдаться сейчас, на глазах у фюрера? Неприемлемо для будущего правителя страны. Ради этого он готов был выдержать даже встречу с Элриком. «Будь он неладен!» Он представил себе дерзко улыбающегося парня, который собирает вокруг себя толпу заинтересованных собеседников, слушающих, затаив дыхания, его доклад. А после наверняка самодовольно поднимет голову, наслаждаясь овациями. Мустанг сжал зубы, но ничего поделать с этим не мог. Как ни крути, Эдвард был хорош в своем деле. — Да, он там будет— наконец ответил генерал, прогнав из головы надоедливый образ— Но один, без брата. Рой перелистал список участников, остановившись на букве «Э». — У меня указан только старший брат. Хотя, в старых списках претендентов, Альфонс числился. — Но если он не явится на собрание, потеряет место— ужаснулся Фьюри— В совете очень строгие правила. — А ты, я смотрю, много знаешь— подозрительно спросил Жан — Да так, читал на досуге— небрежно отмахнулся Каин. — Не потеряет— возразил Мустанг—Как никак, я сам контролирую все правила и младшему Элрику я готов пойти на уступки. В отличии от Стального, он приветливый и спокойный. С такими приятно работать. К тому же, он сам предупредил меня о своем отсутствии. — Он ведь все еще в Ксинге? — спросил Каин— О нем давно ничего не слышно. — И еще долго не услышим. Рой пробежал глазами по списку. Всего обещало приехать около тридцати человек. Почти все — местные жители, почти все из Централа или из близлежащий городов. Но были представители и отдалённых городов, таких как Мохморт и Тагу. Рой раньше и не знал, что там есть алхимики. Впрочем, раньше он не подозревал, что они есть и в Резинбурге. Потом он обратил внимание на темы докладов. Все они звучали заумно, некоторые занимали по три, четыре строки. О содержании некоторых из них Мустанг вообще не имел никакого представления. Однако, он не был совсем несведущий в научном плане. Ему приходилось наблюдать за исследованиями отца Ризы, и при прочтении тем, некоторые термины всплывали в его памяти. Но не более того. Он действительно не хотел в этом разбираться. — Эдвард теперь не может пользоваться алхимией, ему будет непривычно впервые пробовать себя в другом деле— задумался Каин. — Для него это пустяки— не согласился Жан— Только представь, как он прославится просто из-за того, что был и государственным алхимиком и теперь еще ученым. — Жан… — Молчу-молчу, генерал. — А можно будет и нам посмотреть? — спросил Фьюри— Всегда мечтал попасть на собрание. — Да ты и слова там не поймешь— фыркнул Жан. — Да, но мне просто интересно. — Прости. Это закрытое собрание. Только алхимики. Даже из высших чинов может присутствовать только государственные алхимики. Я уже сделал поблажку для Альфонса, поменяв правила, второй раз так наглеть нельзя. — А что за поблажка? — не понял Хавок. — Он не может быстро сориентироваться когда срочно требуется приехать в Аместрис. Проблема с железной дорогой не решена до конца. Да и о собрании было сообщено позже обычного. Аместрис никогда не ориентировался на то, что алхимики будут добираться до Централа больше двух дней. В будущем я подумаю и о других изменениях правил. Но на сегодня и этого хватит. Я не всесилен. Чтобы что-то предпринять, мне нужна власть фюрера. — Вы все еще метите на трон? — улыбнулся Хавок— Я уж подумал что все эти происшествия поубавят вам пыл. — Поубавят? Рой усмехнулся. — Нет, пожалуй, я стал желать этого еще больше.