Слишком после

Джуди стояла у окна своей палаты, внимательно вглядываясь в фигуры зверей, что скрывались в центральном входе больницы. Крыльцо отлично просматривалось, но находилось слишком далеко, чтобы с точностью сказать, кто именно идет по широкой подъездной дороге. Джуди частенько мерещился Ник в своей повседневной одежде, однако… Он ни разу не пришел с тех пор, как исчез. Поначалу зайчиха решила: лис и так провел возле её кровати много часов; наверняка, он устал и вернулся домой. Но уже на следующий день Хоппс сообщили: Уайлд не появлялся и в участке, а последним, кто его видел, была она. – Ну где же ты, – прошептала зайчиха, прикоснувшись здоровой лапой к поверхности стекла. По ту сторону царила, словно насмешливо, прекрасная погода, а где-то в сердце Джуди бушевал целый ураган. Она тосковала по Нику и до помутнения рассудка переживала за него, однако… с тех пор, как лис исчез, к её палате приставили полицейских. Да, плечо заживало не быстро, но если бы не охрана, Хоппс давно бросилась бы на поиски, вопреки всему. – Привет, Джуди! - зайчиха заметно вздрогнула и обернулась. Бенджамин Когтяузер. И давно она стала такой пугливой? – Всё грустишь? – вздохнул гепард, опуская на кровать продолговатую коробку и присаживаясь рядом. – Пять дней – не такой уж большой срок, – решил успокоить он. Видимо, неудачно: Хоппс лишь еще больше сникла. – Уже пять дней, – произнесла она с такой безнадегой в голосе, что даже Когтяузеру стало не по себе. А ведь он пришел её подбодрить. – Я тут… пончики принес, – предложил гепард, неловко подвинув коробку ближе к зайчихе. Джуди осталась возле окна. – Они его ищут? – Хоппс спрашивала это каждый раз и у каждого, кто её навещал. Ответ был один. – Конечно! – развел лапами Когтяузер. – Тебе нужно идти на поправку, не стоит так сильно переживать. Все знали, что Джуди плохо спит и ест, а временами даже ругается с врачом, пытаясь добиться преждевременной выписки на работу, однако в присутствии своих коллег зайчиха всегда держалась достойно. Но сегодня настал предел. – Конечно?! – вскипела она. – Точно так же, как и с прошлым делом о пропаже животных? – Взгляд Хоппс стал столь тяжелым и прожигающим, что Когтяузер не выдержал и отвернулся. – Ты же знаешь, я просто диспетчер. – О да, я знаю! А у капитана Рога тоже нет никакой информации? И у Полосауса? Почему все твердят мне одно и то же? Ищите?! Но как? Кому отдали дело? Есть ли успехи? Как связана его пропажа с делом о неудачнике? А с тем, кто стрелял в меня? – Джуди… – Никто и ничего мне не говорит, Бен! – всхлипнула зайка, и гепард только сейчас понял, что её голос сорвался. – Я… я… я узнаю. Попробую узнать, – Бенджамин поднялся с кровати и подошел к Джуди. – Меня отстранили от дела, – уже спокойней продолжила Хоппс, торопливо утирая слезы. – Я теперь пострадавшая, а не следователь. Нужно как можно быстрее выбраться отсюда, понимаешь? – Но твои раны… – Нерабочая только левая лапа. У меня есть еще целых три, – улыбнулась Джуди сквозь вновь подступившие слезы. – Всего три, – поправил гепард, оглядываясь на дверь. Когтяузер не знал, куда деваться. Он понятия не имел, как на этот раз попытаться её успокоить, но видеть коллегу в подобном состоянии было крайне неловко. – Да, ты прав. Я должна вылечиться, – Джуди прямо на глазах удивленного Когтяузера подошла к коробке с пончиками и запихала в рот сразу два. – Мофшешь принефти мне ефё? – не успев дожевать, попросила зайка. – Да, конечно! – словно ребенок обрадовался полный гепард. – Здесь за углом есть такая замечательная кофейня! Сейчас, я мигом. Дверь за Когтяузером захлопнулась, и Джуди снова осталась одна. За стеной палаты в целях безопасности неизменно дежурил хотя бы один офицер. Быть может, он проголодался?

***

В кабинете Буйволсона всегда царила тишина. Он никогда её не замечал, отсутствие посторонних звуков было частью этой комнаты, а значит, и рабочего процесса начальника центрального отделения. За годы работы он привык к ней настолько, что любая суматоха, привносимая сюда другими сотрудниками, раздражала буйвола, делая его куда более циничным и требовательным. – Это и есть фоторобот? – капитан держал в руках листок со свежей распечаткой. На ней – мордочка песчаного кота. Настолько обыкновенная, что каждый третий представитель этого вида, так или иначе, сошел бы под неё. – Он самый, – подтвердил Рог. – Грег, я знаю тебя не первый год, но впервые вижу… столь заурядную работу. – Заурядную? – возмутился носорог. – Я половину города проскакал за этим пронырой! И знаешь, что я видел? Его спину! – Этот… проныра едва не убил полицейского! – вспылил Буйволсон, но остыл, стоило ему столкнуться с усталым взглядом носорога. В последние дни тому явно пришлось не сладко: покушение на Хоппс, изнуряющая безрезультатная погоня, подозрительное поведение Уайлда. – Прости, ты прав. Но вряд ли фоторобот нам чем-то поможет. Есть еще какие-то зацепки? Что там с Уайлдом? – Хочет подать в отставку. Ума не приложу, что на него нашло. – Черт! – буйвол ударил по столу, а затем откинулся на спинку кресла. – Ладно, мы не можем его больше держать. Подозреваемым по делу он не проходит из-за показаний Хоппс. К тому же, эта их… ну ты понимаешь… – Межвидовая связь, – подсказал Рог. – Да, она, – Буйволсон и не собирался озвучивать эту фразу. – Возможно, так даже лучше. – Ясно, – угрюмо отозвался Рог. – Значит, мы отпускаем Уайлда. – Да, получается так.

***

Район Сахара по праву считался самым неблагоприятным. И дело было вовсе не в климатических условиях, ведь в действительности они вполне подходили для многих животных, обитавших в Зверополисе. Другие же виды тянулись сюда в погоне за низкими ценами на недвижимость, даже не подозревая, что им придется столкнуться с чем-то куда более неприятным сухого горячего воздуха и вездесущего песка. Однако… Даже на самую опасную угрозу всегда найдется угроза пострашнее. – Здравствуй, котик. И кто такого милого тебя здесь оставил? – широкоплечий верблюд возвышался над маленьким пушистым животным. Тот, к кому он обращался, жался к обшарпанной кирпичной стене тупика в узком переулке, стараясь найти путь к отступлению. Казалось, он боится. – Выворачивай карманы, и поживее, – приближаясь, нападавший вытащил нож. – Несколько шагов назад, придурок, – зашипел «милый» комок шерсти. – А то что? – рассмеялся грабитель. Послышался щелчок затвора, и верблюд увидел дуло пистолета, наставленного на него снизу вверх. – Игрушка, – хмыкнул он, делая неуверенный шаг назад. – Доказать обратное, отброс? – фыркнул котик без тени страха. Когда верблюд скрылся за первым же поворотом, сверху раздался голос: – Снова пугаешь местных бандитов? – на стене сидел тигр в длинном светлом пончо. Половину его лица скрывал платок, однако песчаный кот прекрасно понимал, с кем имеет дело. – В этот раз они сами нарвались, – кот спрятал пистолет обратно за пояс своих широких шорт и поправил длинную рубашку. Ощущать, что за спиной нет винтовки, было слегка непривычно. – Лучше не трать мое время. Видишь ли, оно дорого. – Ну да, Льюис, услуги киллера все дорожают и дорожают, – рассмеялся тигр, спрыгивая и приземляясь рядом. – В общем, у меня есть новости. Хочу, чтобы ты передал это Ему, – он протянул сложенный пополам лист бумаги. Наблюдая, как кот бесцеремонно разворачивает его и начинает читать, тигр добавил: – Так и знал, что за просто так ничего не сделаешь. – Ты даже не потрудился засунуть его в конверт, – пожал плечами киллер, пробегая взглядом по строчкам: «Уайлд не раскололся, полиция его отпускает. Будут вести наблюдение…» – И все-таки не понимаю, как тебе с лап спустили ранения Хоппс, – задумчиво протянул тигр. – А вот это уже не твоё дело, – огрызнулся кот, сворачивая и убирая конверт в карман. Жизнь приучила его никого и ничего не бояться. Тем более, всяких там тигров. – Всё обошлось даже лучше, чем предполагалось. – А Он тоже так считает? Льюису очень не понравился с подозрением прищуренный желтый взгляд. Кое-какой страх у котика все-таки был, но знать об этом никому не полагалось. – Король считает, что я лучший, – с вызовом ответил Льюис. – А Уайлд считает, что ты пытался убить Хоппс. – Тигр присел на корточки, чтобы ближе взглянуть на кота. – И никто из нас тебя не защитит. Да, как он и предполагал, в круглых светло-зеленых глазах мелькнуло сомнение. Но лишь мгновенно, чтобы потом исчезнуть, преобразившись в открытое презрение и привычную надменность. Кот рассмеялся: – Думаешь, мне нужна чья-то защита? – Он уже представил, как расправляется с Ником Уайлдом в ближайшей подворотне. Да хотя бы в этой, где они беседуют сейчас с Полосаусом. – Забавно слышать это от того, кто раскрыл свою личность полицейскому. – Бывшему полицейскому, – спокойно поправил Тед, выпрямляясь. – Мы пришли к компромиссу, поэтому Уайлд на свободе, а я на службе. Но ты, Лу, играешь с огнем. Только не пойму… откуда в тебе столько ненависти к зайчихе? Киллер в ответ лишь молча усмехнулся и бесшумно покинул переулок. Забавно, этот тигр, оказывается, так плохо знает своего брата.