Четыре альтмера и одна землянка

Не успел Ондолемар сделать и десяти шагов, как его перстень активировался и почти обжёг палец огненной иглой. Скорее по наитию, чем от осознания того, что нужно сейчас делать, эмиссар резко упал на колени. Стрела просвистела над головой совсем рядом и с тихим треском вонзилась в стоящее справа дерево. Молодой лорд мгновенно набросил заклинание невидимости и поднялся, оглядывая пустую аллею. Шум веток в зарослях альталимби и лёгкое колебание воздуха подсказали ему, где находился незримый стрелок. Ондолемар не двигался и напряжённо всматривался в зыбкое покачивание цветущих гроздьев кустарника. Наконец они заметно пошевелились, и приглушённый звук удаляющихся шагов возвестил, что убийца решил прекратить охоту, потеряв из виду цель. Эмиссар медленно, очень медленно приблизился к дереву и вытащил стрелу, кольцо снова отозвалось горячей пульсацией в руке. Ондолемар поджал губы и вздохнул, это могло означать только одно: наконечник стрелы был смазан ядом. Обходя витую колоннаду храмового фасада, лорд размышлял о силе ненависти Моринвин к роду Ануирион, о том, с какой поспешностью и риском она начала действовать. Находясь на виду, в обществе его отца и дяди, она, тем не менее, смогла как-то передать свой приказ. А в том, что заказчиком неудавшегося покушения была именно Моринвин, эмиссар не сомневался ни секунды. Джампер Ондолемар отыскал быстро, приглушённые голоса стали хорошо различимы, как только он завернул за угол храма. Эмиссар оглядел старые стены и положил стрелу на высокий выступ. Дождавшись, пока горячая волна, исходящая от камня, стихнет, лорд направился к челноку, ощущая, как с каждым шагом остывает его оберег. – Кажется, публика расходится с бала, – послышался голос Ниверона, – Элантар скоро будет здесь. – Тише! – поднял руку Элерин, – К нам кто-то идёт. – Наверное, Маро… – предположил Анкано, прислушиваясь к лёгким шагам за бортом корабля. – Ты угадал, – ответил ему эмиссар и шагнул на пандус, появившись, словно из воздуха, – Вас слышно уже от стены храма, – сказал он с улыбкой, – Не боитесь? – Нет, – покачал головой Ниверон, – здесь сейчас никого, кроме нас, нет. А если и появится, то только Элантар. – Как повеселился на балу, Маро? – перешёл всё же на шёпот Анкано. – С удовольствием, – улыбнулся Ондолемар, присаживаясь на диванчик, – А вы чем занимались после церемонии? – Много чем, – многозначительно кивнул эльф, – нашли наших тайных агентов, – указал он театральным жестом на дядюшек, – купили сандалии для Тони, слетали к морю на пикник и посмотрели, как ты танцевал на балу. – Как много дел… А подглядывать за друзьями нехорошо, – шутливо погрозил ему пальцем эмиссар. – Так мы совсем немножко, – подмигнул Анкано, – К тому же, танцуешь ты замечательно. – Да, танцует Маро замечательно, – почти запрыгнул в челнок Элантар, – а вы, друзья мои, слишком беспечны. – В окрестностях храма никого нет, – уверенно сказал Ниверон, – и фейерверк сейчас начнётся. – Фейерверк задерживается, – возразил ему лорд, – Символ Сирабейна до сих пор на площади. Жрецы посоветовали ещё подождать, пока Знак не исчезнет. – А если он останется? – спросила Тося, с интересом разглядывая новую форму талморца. И когда только успел переодеться? – Тогда представление начнётся в ближайшие полчаса, – пожал плечами Элантар, – В Академии всё прошло удачно? – повернулся он к Элерину. – Да. Мы всё успели. – Хорошо, – кивнул талморец, – Вы готовы, Ниверон? – Готов, – отозвался тот, поправляя сумку на плече. – Может быть, вас на джампере отвезти? – предложил Анкано, – Вы всё-таки кого-то привели за собой, милорд, – шёпотом добавил он и нахмурился, вглядываясь куда-то за спину Элантара. – Элантар, – поправил его талморец, оглядываясь назад, и тоже заметил характерное колыхание воздуха от применения заклинания невидимости. – Не стоит, – покачал он головой, – Резиденция недалеко, мы и пешком доберёмся быстро. Альтмеры сошли с пандуса, мгновенно набросили чары и сразу повернули налево, к высокой стене храма. Альданвэ, наблюдавший за лордом весь день, уже готовился проводить его до дома и отправиться ко дворцу – смотреть фейерверк. Однако, согласно инструкции, он должен был оставаться у дома ещё в течение получаса. На случай, если объект наблюдения выйдет куда-нибудь ещё. И Элантар вышел буквально через десять минут, оказалось, что в особняк он заходил только затем, чтобы переодеться. Сначала он не спеша шёл в сторону дворца, но вскоре почему-то свернул на дорожку, ведущую к храму. Особое и мало кому известное заклинание позволяло Альданвэ хотя бы смутно, но видеть любого «невидимку». Эльф знал о магических способностях талморца и соблюдал предельную осторожность, следуя за ним на достаточно безопасном для себя расстоянии. У храма талморец внезапно исчез. От неожиданности Альданвэ даже продвинулся немного вперёд, но никакой магии он не ощутил, просто перестал видеть лорда. Прошло совсем немного времени, и Элантар вновь появился, но не один, с ним был Архитектор. Оба сразу набросили заклинание невидимости и двинулись к храму. Агент взволнованно облизнул сухие губы, пытаясь понять, зачем было сбрасывать более сильное заклинание и применять то, что слабее? Может быть, энергии на удержание неощутимой магии тратится слишком много? Талморцы тем временем вошли в тень храмовой стены и направились к северным кварталам города. Эльф нахмурился, напряжённо вглядываясь в глубину сада, он явно слышал чьи-то приглушённые голоса, а затем из темноты прилетел странный, немного жужжащий звук. Тёплая и упругая волна накрыла его и устремилась высоко в небо. Озадаченный Альданвэ поднял голову, провожая какую-то незримую и очень большую сущность(?), но вскоре спохватился, объект его наблюдения едва не скрылся из виду. Почти пробежав небольшое расстояние до стены храма, он также растворился в его тени и последовал за двумя зыбкими сероватыми фигурами талморцев. За небольшим палисадником пролегала узкая дорога в северные кварталы Алинора. Там не было роскошных особняков знати, только добротные дома торговцев, художников, ювелиров, артистов и других альтмеров «средней руки». Миновав музыкальную школу, талморцы спустились к прохладному ручью и зашли под густые кроны цветущих альталимби. Эта аллея вела прямо к Резиденции Ордена. Дверь Архива находилась в западном крыле здания. Внутрь эльфы прошли свободно, часовые у входа лишь почтительно расступились, приветствуя лорда и освобождая путь. Элантар поздоровался с лейтенантом у входа и повёл Ниверона на второй этаж. – Благословение Сирабейна с нами! – произнёс он, заходя в кабинет. – Доброй ночи, милорд, – поднялся из-за стола дежурный офицер. – Мне нужно посетить Первый отдел, капитан Лоренавин. Секция семь. – Одну минуту, – кивнул эльф и, положив перед высоким посетителем раскрытый журнал, заглянул в смежную комнату. – Лейтенант, проводите лорда Аннарион в Первый отдел. Ранг Элантара в Талморе позволял ему не объяснять причин своего визита в Резиденцию, он мог приходить в любой день, в любое время суток и брать с собой любого офицера, независимо от его звания. Ему было достаточно лишь сделать надлежащую запись в журнале, указав дату и время своего визита, а также отдел и секцию Архива, куда он собирался пройти. Бланк пропуска Лоренавин заполнил сам, поскольку знал Ниверона в лицо, и протянул лорду бумагу на подпись. – Ведите, лейтенант, – сказал Элантар, передавая журнал капитану смены. – Прошу за мной, милорд, – слегка поклонился молодой офицер. В коридорах Архива было тихо и немного сумрачно, золотистый свет настенных светильников скорее указывал путь, чем освещал его, шум толпы и музыка праздника почти не проникали сюда, а мягкие ковры заглушали звуки шагов. Лейтенант открыл невысокую дверь и повёл посетителей по правому пролёту лестницы, Первый отдел располагался этажом ниже. У входа их встретил незнакомый Элантару офицер, представив ему гостей и передав приказ капитана смены, их провожатый удалился, и дальше альтмеров вёл уже новый караульный. Перед дубовой дверью с номерной руной лорд остановился, ожидая, пока молодой альтмер откроет замки. – У нас много работы, лейтенант. Проследите, чтобы нам не мешали. – Будет исполнено, милорд, – почтительно кивнул тот и распахнул дверь перед высоким посетителем. Сам же устроился у небольшого столика в коридоре, и, как только закрылась дверь, стал осматривать книжные полки. Для дежурных здесь всегда оставляли свежую воду, немного сладостей и довольно много книг. На полках стояли, в основном, труды по истории Талмора, но обязательно присутствовал и Устав Ордена, и ещё один журнал, где дежурный офицер отмечал цель своего присутствия на посту, время дежурства и, конечно, отмечал: кто ещё и с какой целью заходил в засекреченную секцию Архива. Ниверон помог Элантару отыскать подходящие книги и сел неподалёку от входа, готовый предупредить лорда, если кто-то будет к ним входить. Старых атласов в Талморе хранилось пять, однако для того, чтобы скопировать их, понадобился всего один, поскольку их содержимое было совершенно одинаковым. Талморец выбрал самый старый альбом, с которого, по-видимому, делались когда-то копии, быстро отснял всё, что там было, и уложил обратно на полки. А дальше полностью сосредоточился на сборниках различных мифов, легенд, преданий, дневниках этнографов, монографиях древних историков, пытавшихся свести воедино весь корпус текстов и устных преданий об истории Нирна вообще и об истории народа альдмери в частности. Не пропустил он и справочников, составленных уже учёными Ордена, а также отчётов о передвижении между библиотеками Саммерсета документов, относящихся к Меретической Эре. Через час его кропотливую работу остановил Ниверон: – Элантар, гости, – прошептал он, поднимаясь, и подошёл к столу, заслоняя лорда от глаз входящего офицера. Капитан смены прислал дежурного с подносом еды и напитков для работавших в Архиве коллег. Талморцы поблагодарили лейтенанта и решили прерваться, Элантар по опыту ночной работы знал, что посыльный вернётся через полчаса. Поставив на зарядку планшет, он прикрыл его старинной картой Тамриэля, где ещё был изображён Артейум, и сел за соседний столик. – Много получается документов, – заметил Ниверон, разливая оранжад по стаканам, – Можем и не успеть до рассвета. – Ну, все тома нам и не нужно копировать, – положил себе на хлеб холодное мясо Элантар, – я специально оставил на столе побольше книг, тогда у лейтенанта взгляд ни за что не зацепится. Через два часа после ухода дежурного лорд завершил работу, Ниверон убрал планшет в сумку и помог расставить книги на прежние места. Вскоре помещение выглядело так, как будто здесь никого не было. – Мы закончили, лейтенант, – выглянул в коридор Элантар. Офицер мгновенно отложил книгу и поднялся. – Одну минуту, милорд, – сказал он, делая пометку в своём журнале. Возвращались обратно в полной тишине, дежурный Архива довёл посетителей до кабинета капитана смены и вежливо попрощался. Элантар снова получил в руки журнал посещений и обратил внимание на то, что сегодня ночью не только он посетил Резиденцию, под его строчкой была ещё одна запись: старший советник Службы Внешнего Наблюдения Альданвэ наведался в пятую секцию Третьего отдела и ещё не вышел оттуда. – Надеюсь, что в следующее празднование Дней Сирабейна вам не придётся работать, капитан, – улыбнулся он, отдавая журнал. – Вам тоже, милорд, – благодарно кивнул Лоренавин. – Я пропустил только фейерверк, – возразил Элантар, – Церемония открытия сегодня была особенно красива. – Советник сказал, что Символ Сирабейна сегодня оставался очень долго… – Да, это так. И к заходу солнца он всё ещё был на площади. – Непостижимо, – покачал головой Лоренавин, – Такого ведь ещё не случалось? – Насколько я помню, нет, – снова улыбнулся лорд, – И возможно, что жрецы очень скоро объявят новый праздник. – Возможно, – вздохнул офицер. – Спокойного вам дежурства, капитан, – откланялся Элантар. – Благодарю, милорд, – поднялся Лоренавин, – Я провожу вас. Попрощавшись с любезным офицером и обменявшись традиционными случаю фразами, талморцы покинули Резиденцию. Их путь снова определял Ниверон, знавший улицы Алинора лучше любого столичного жителя. Элантар машинально следовал за ним и размышлял о неожиданном ночном визите ещё одного коллеги, ибо ночью в Архиве работали редко. Могло ли это быть совпадением или же именно его приход в Резиденцию стал тому причиной? Альданвэ, немного удивившись цели ночного путешествия Элантара, да ещё в компании, зашёл за ним в Архив. Но немного позже. Процедуру допуска к документам он прекрасно знал. Однако, в отличие от высокопоставленного коллеги, старшему советнику пришлось предъявлять бумагу, подписанную главой его подразделения, чтобы пройти в любой отдел. Он сразу сообщил, что ему нужны ключи от пятой секции Третьего отдела. И не только потому, что там хранились отчёты Службы Внешнего Наблюдения, но и потому, что окна секции выходили не во двор здания, а наружу. Взяв с полки папку с последними отчётами об инспекциях Ордена в Тамриэле, Альданвэ устроился за столиком у окна и начал писать свой собственный отчёт, не забывая поглядывать на улицу. Заметив выходивших из Архива Элантара и Ниверона, советник бросил взгляд на клепсидру: коллеги находились в Архиве около трёх часов. Быстро поставив на место «изучаемые» документы, альтмер постарался как можно быстрее покинуть помещение, но всё равно опоздал. Впрочем, не слишком расстроился тому обстоятельству, что упустил таинственную парочку. Следить за Архитектором было ещё более опасно (в плане обнаружения) и малоперспективно, он всегда легко уходил от любого наблюдателя. *** – Ну что, Маро, летим к тебе? – улыбнулся Анкано, закрывая люк, – Крыша вашего особняка - отличное место для любования фейерверком. – Летим, Кано, – махнул рукой эмиссар, – Надеюсь, и отец скоро вернётся домой. Пролетев над невидимым наблюдателем, джампер резко поднялся вверх и развернулся к юго-востоку. – Можно ли приземлить корабль поближе к башне? – спросил Ондолемар, когда челнок завис над крышей. – Наверное, можно, – пожал плечами пилот, – Ты что-то задумал, Маро? – Мне нужно войти в дом незамеченным. – А разве заклинание невидимости не поможет? – удивился Айкантар. – Поможет, – кивнул эмиссар, – только для этого мне нужно выйти из-под щита невидимости, и меня какое-то время будет видно, пока я не активирую заклинание. – Это какой-то эксперимент, Маро, или есть иная причина? – поинтересовался Анкано. – Причина иная, но об этом поговорим позже. – Хорошо, – ответил маг и повернулся к Антонине, – Это сложно, Тони? – Нет, – отозвалась девушка, поднимаясь, – Сейчас зададим программу парковки, – улыбнулась она, подойдя к пульту, и активировала экран. Под негромкие подсказки Тоси Анкано смог опустить джампер достаточно близко к двери башни, чтобы входящего в дом надёжно укрывал щит невидимости. – Я скоро вернусь, – оглянулся на друзей Ондолемар, – только переоденусь. – Нам подождать вас здесь? – спросила Антонина. – Нет, не нужно. Выйти из дома я смогу под своей защитой, – ответил он и скрылся за дверью. – Что-то определённо случилось, – нахмурился Анкано, – и чего-то Маро нам не рассказал. – О причинах молчания догадаться нетрудно, – улыбнулся Элерин, – думаю, что он расскажет всё после окончания представления и когда все мы будем в сборе. – Кано, а с какой стороны лучше всего будет видно фейерверк? – поинтересовалась Тося. – С западной, – ответил маг, – Огни всегда посылают с побережья. – Тогда разворачивай джампер окном на запад, – улыбнулась девушка. Ондолемар быстро спустился по лестнице и почти бегом добрался до своих покоев. Мысли о неведомом убийце не оставляли его, пока он снимал парадную форму и переодевался. Эмиссар постоянно прокручивал в памяти эпизод нападения и размышлял о том, на что же надеялась Моринвин. Ведь в случае удачного завершения её плана самое тщательное расследование было неминуемо. Убийство мера его положения и статуса в Ордене – далеко не рядовое происшествие. Судя по грубости действий, эта дама хотела не только лишить жизни его самого, но и подставить кого-то Талмору на роль заказчика убийства. А что потенциальный подозреваемый был ею определён в первую очередь, можно было не сомневаться. Этот вопрос, пожалуй, был самым главным, если не считать его жизни, конечно. Кандидатура напрашивалась пока только одна – брат Хэлин. Хотя, вполне могло быть и так, что кто-то ещё успел попасть в поле её интересов по части устранения. Облачившись в серо-зелёные одежды, Ондолемар прошёл в гостиную, отыскал Варнэ и узнал, что отец уже вернулся из дворца. – Ты тоже решил переодеться, ати? – улыбнулся он, зайдя в спальню Анвэрно. – Да, Маро, – весело отозвался лорд, – Только почему ты в таком скромном одеянии? – поинтересовался он. – Не такое уж и скромное, – возразил эмиссар, – к тому же, меня будет трудно увидеть на крыше, – добавил он. – Ты разве прячешься? – удивился Анвэрно, выходя к нему из-за ширмы. – Моринвин, – тихо произнёс ненавистное имя Ондолемар и отвёл глаза от пристального взгляда отца. – Маро, эта предосторожность имеет основания, или ты просто что-то подозреваешь? – Никаких подозрений, ати, – вздохнул маг, – Я знаю точно, что сегодня она планировала меня убить. – Каким образом, ини? – встревожился Анвэрно. – Отравленная стрела. И поскольку я остался в живых, она наверняка попробует снова подослать убийцу. – Тогда, может быть, тебе просто не подниматься сегодня на крышу? – предложил лорд. – Нет, ати. Я не хочу портить друзьям праздник. Заклинания невидимости я ещё не забыл, – улыбнулся он. – Ладно, – вздохнул Анвэрно, – Ты сохранил стрелу? – Конечно. – Хорошо. Будем разбираться с этим завтра. – Пойдём, ати, наши уже, наверное, волнуются, что мы опоздаем к представлению, – кивнул в сторону двери Ондолемар. – Идём, – снова вздохнул лорд и странно улыбнулся определению «наши» по отношению к его интересной компании, – До начала ещё десять минут. Поднявшись на крышу особняка и услышав весёлые голоса, лорды ускорили шаг. Оказалось, что компания, собравшаяся в джампере, обсуждала красочный рассказ Анкано о последнем празднике, который он видел в Алиноре и сам в нём участвовал. – Мы тоже помним этот праздник, – улыбнулся Анвэрно, заходя внутрь челнока, – Было очень красивое представление. Кстати, любоваться фейерверком лучше не внутри… корабля, а снаружи, – заметил он, – Больше увидите. – Конечно, это лучше, – тут же согласилась Антонина, – но мне придётся остаться внутри, чтобы вам не пришлось отвечать на неудобные вопросы. – И мне тоже придётся остаться, – вздохнул Айкантар. – И мне, – заметил Альтамир. – Тони, ты можешь быть моей гостьей, – тут же отозвался Элерин, – И ничего неудобного в этом нет. – Я понимаю, – слегка поклонилась девушка, – но я всё равно не должна показываться. И не только потому, что не хочу оставлять друзей, но и потому, что мы не приезжали ни в один порт Саммерсета и не проходили через таможню. – Тони права, – согласился Ондолемар, – Если гость не зарегистрирован на таможне, это действительно вызовет неудобные вопросы и ненужное внимание. – Жаль, что ты не владеешь заклинанием невидимости, Тони, – покачал головой Анкано, – тогда не пришлось бы опасаться посторонних глаз. – Хорошая идея, Кано, – улыбнулся эмиссар, – Любое заклинание по типу плаща можно применить на двоих. – Откуда ты знаешь? – удивился маг. – А я его уже применял, когда паук Айкантара запер нас на балконе. – Он ещё и запирать умеет? – поднял брови Элерин. – Это отдельная история, – нахмурился Ондолемар, – мы расскажем её позже, а сейчас нам лучше поторопиться на выход. Скоро начнётся представление. Тони, ты не против снова составить мне компанию на балконе? – Закон парных случаев, – улыбнулась девушка, – А разговаривать внутри невидимого плаща можно? – Можно, – вздохнул талморец, – Только зачем? – Ну как «зачем»? – удивилась Антонина, – А вдруг что-то такое грандиозное покажут? – выразительно посмотрела на свою компанию девушка, – Я же лопну, если не смогу сказать хотя бы пару слов! – закончила она под общий хохот. – Тони, – отсмеялся первым Анкано, – мне пора записывать твои формулировки. – Говори, Тони, – широко улыбнулся Ондолемар, – но не очень громко. И на этой жизнерадостной ноте гости и хозяева особняка начали выходить из корабля, поскольку уже отчётливо слышался призывный звук барабанов, возвещающий о скором начале фейерверка. Первым сотворил невидимый плащ на двоих эмиссар и переместился вместе с Тосей ближе к западной стороне крыши. Но вскоре все зрители уже стояли на своих местах. Под одним плащом с Анкано был Айкантар, а с Анвэрно – Альтамир. И только Элерин, сошедший пандуса последним, был один. Последний удар множества инструментов улетел к морю, и на мгновение наступила тишина. Однако вскоре со всех сторон полилась плавная таинственная мелодия, казалось, что её играют, по меньшей мере, десять оркестров, настолько необычно было слышать это звучание с нескольких сторон. В суете предшествующих тревожных событий Ондолемар совсем позабыл об эффекте сочетания энергий своего кольца и амулета Антонины. Но, как только они встали рядом, и его рука коснулась плеча девушки, эльф пожалел о своём опрометчивом предложении и о том, что не взял под щит Таро или Альтамира. Утешало лишь то, что сейчас его никто не видит, и можно хотя бы улыбаться, и то, что притихшая Тося не задавала никаких вопросов. Антонина слушала красивую музыку и гадала: каким образом устроители фейерверка собираются показать своё представление, не заглушая мелодии. Однако никаких громких звуков так и не последовало. Под величественные аккорды в небо взлетели ослепительные синий и белый лучи. Сплетаясь в спиральный узор, они поднимались всё выше и рассыпались в стороны сверкающим каскадом. Синие, белые и голубые звёзды танцевали в чёрном небе под нежные звуки струн, завораживая взгляд. Под смену мелодии их строй преобразился, и белые взметнулись вверх, синие – вниз, а голубые продолжали парить в небе, собираясь в тонко очерченные и хорошо узнаваемые силуэты. Над Алинором стояли боги Нирна, раскинув руки в благословляющем жесте. Под новые волнующие аккорды они встали в круг, и в воздухе словно повисло ожидание. Антонина улыбнулась, начиналось сотворение мира. Множество нитей, сорвавшихся с кончиков пальцев демиургов, образовали купол, мерцающий разноцветными искрами. Огни полусферы постепенно меркли, а силуэты богов становились всё чётче и реалистичнее, теперь они уже не выглядели фантастическим рисунком, и стояли над городом как живые. Тося смогла узнать только Аури-Эля и Мару. – А где Сирабейн? – тихо спросила она, разглядывая остальных. – Над нами, – улыбнулся эмиссар. – Такой молодой? – удивилась Антонина, подняв голову. – У него нет возраста, Тони. Это просто образ, в котором Сирабейн приходил к альтмерам. А внутри божественного круга уже вращались планеты, выстраивая свой, навеки определяемый путь. Нирн, так похожий на Землю, занимал всё больше и больше пространства. В бушующем вихре волн, облаков и алых огней рождались континенты, поднимались высокие горы, прокладывали русла реки, прорастали леса и травы… Тонкий и яркий луч снова пронзил небо и разлетелся в стороны звёздным дождём. Сияющие голубые нити соединяли бесчисленные искры с невероятной скоростью, являя зрителям высокую величественную башню. – Это Адамантиновая башня, – тихо сказал Ондолемар, предупреждая вопрос девушки. – Выглядит намного красивее, чем я представляла, – отозвалась Тося. – Теперь эта красота закрыта грубым камнем, – вздохнул эмиссар. Творение алинорских магов медленно вращалось высоко в небе, и можно было рассмотреть все детали её удивительного декора. А иллюзия становилась всё более реальной и казалось, что над городом парит уже настоящая Адамантиновая Башня. Поток мелодий, звучавших в воздухе, не смолкал, торжественные и таинственные, тихие и громкие, нежные и грозные, они плавно вливались в нескончаемые образы, развёртывающейся в небесах истории Нирна и земли Альдмери. Над крышами домов появлялись лики давно ушедших предков, проплывали корабли, проносились всадники и драконы, поднимались высокие башни и прекрасные города, проходили жестокие сражения и пышные праздники. Антонина наблюдала это фантастическое зрелище с широко раскрытыми глазами и совершенно детским восторгом. Ей лишь было непонятно, почему это грандиозное шоу называется «фейерверком». Разговаривать почти и не хотелось, но иногда девушка обращалась к своему невольному консультанту и получала какие-то разъяснения: как зовут того или иного монарха, или что вообще сейчас показывают устроители праздничного экскурса в историю. Легендарный Альдмерис тоже родился в волшебном вихре образов, сверкнул филигранными узорами высоких стройных башен и, устремившись ввысь, засиял в небе яркой шестилучевой звездой. – Очень похоже на Атлантис, – тихо вздохнул Ондолемар. – Да, похоже, – согласилась Тося, – особенно тем, как размещены в городе башни. – Ты так хорошо это помнишь? – поинтересовался эмиссар. – Конечно, – кивнула девушка, – персонал госпиталя на Атлантисе проходил специальные дополнительные занятия, чтобы хорошо ориентироваться в городе. Ой, а это что? – округлила глаза она. – Флот маормеров. Представление длилось долго, и закончилось явлением ещё одного, очень реалистичного образа. Внутри красочной голограммы (по-другому и не скажешь) перед публикой вновь поднималась Хрустальная Башня. Только на этот раз она выглядела именно такой, какой была построена в давние времена. Громкая и торжественная музыка начала стихать и окончательно замерла, когда в небе растаял последний хрустальный блик. В повисшей над городом тишине эхом прокатился шумный вздох толпы. Символ Сирабейна, украшавший центральную площадь весь день, стал подниматься к небу. Город замер и снова стало очень тихо, музыканты то ли боялись нарушить молчание, то ли просто не знали – что им следует играть в такой момент. Но вот один молодой голос полетел ввысь, за ним второй, третий, и вскоре уже все, кто наблюдал этот волнующий подъём, пели праздничный гимн Сирабейну. Антонина вдруг осознала, что и голоса альтмеров, стоящих рядом с нею на крыше, тоже вливаются во всеобщий торжественный хор. Она была единственной, кто не мог сейчас присоединиться к прекрасному завершению праздника. Знак божества увеличивался и поднимался всё выше. Казалось, что над городом появилось новое небо, с новыми звёздами. Но эти новые постепенно вливались в рисунок созвездий Нирна и словно поглощались им. Ондолемар увидел, как Элерин первым, не выдержав избытка эмоций, снял заклинание невидимости, и постарался сконцентрироваться на удержании своего плаща. Если любой эльф мог сейчас обнаружить себя, то на Антонину, разумеется, такая смелость не распространялась. Он осторожно обхватил плечи девушки и повёл её ко входу в башню. Возвращались в особняк молча. Все знали, что будет ещё много разговоров о празднике, но сейчас безмолвие казалось лучшим ответом тому, что они видели. Почти сразу после окончания представления на стол одного из членов Внутреннего Совета Талмора легло ещё одно донесение, самое длинное из всех, что он получил за сегодняшний день: «Весь первый день торжеств и до окончания бала Алхимик провёл в свите Верховного короля. После бала направился в свой особняк и пробыл там десять минут. Затем направился к храму Мары. У левого крыла храма Алхимик применил неизвестное и неощутимое заклинание невидимости. Более мощное, чем применяют маги Алинора. Примерно через две минуты Алхимик заклинание снял. Почти сразу рядом с ним обнаружился Архитектор, скрываемый до того момента тем же заклинанием. Офицеры набросили на себя обычные чары невидимости и направились на север. У ручья повернули к Резиденции. В здание вошли через дверь Архива. В Архиве Алхимик оставил запись о посещении седьмой секции Первого отдела и пробыл там в компании Архитектора три часа и десять минут. Примечание: Возможно, что в окрестностях храма была сформирована временная магическая аномалия. После ухода А. и А. с места встречи наблюдал необычную воздушную волну большой силы и скорости. Альданвэ».