Тихая гавань

      Стайлз постарался сосредоточиться на том, что он слышит, но тишину нарушало только какое-то ритмичное попискивание. До Стилински не сразу дошло, что этот писк отмеряет его собственный пульс, а значит, либо чужаки нашли медицинское оборудование и решили его лечить, либо стая успела и спасла его вовремя.       Парень пошевелил пальцами и облегченно улыбнулся, осознав, что у него это получилось. Однако одиночество Стилински длилось недолго — в палату кто-то вошел.       — Я протру ему глаза, он плачет во сне иногда, и ресницы слипаются, а вы можете посидеть, но недолго. Когда он проснется — ему не нужны будут эмоциональные встряски.       — Я… хорошо.       Голос отца звучал глухо, но Стайлз был рад хотя бы тому, что Джон жив и здоров. Медсестра подошла к койке и протерла глаза Стайлзу теплым ватным диском, а Стилински поспешил разлепить их, чтобы посмотреть на отца.       — Сын, — Джон тут же оказался у койки и сжал его руку, а Стайлз улыбнулся и снова прикрыл глаза, стараясь успокоиться, чтобы его сердце не выскочило из груди от радости. — Как хорошо, что ты очнулся.       — Сколько? — голос Стайза охрип, и он понимал, что долго говорить просто не сможет.       — В отключке? Двое суток, сын, но у тебя всего пара ушибов и сотрясение, правда, достаточно сильное. Но врачи говорят, что ты придешь в норму.       Медсестра посмотрела на экраны, что-то подкрутила в капельнице и ушла за врачом, оставив мужчин вдвоем.       — Успели? Они…как?       — Все живы, Моника заходит к тебе утром, Скотт в обед, остальные когда могут, — Джон улыбнулся и погладил пальцы сына. — Как ты чувствуешь себя? Что болит?       — Все болит, но радует одно — меня не съели… У меня же все конечности на месте? — Пульс скакнул, а Джон рассмеялся, покачав головой.       — Все у тебя на месте, расслабься.       Шериф посидел в палате с сыном еще около часа, рассказав ему про пару дел, которые вел его отдел и уехал на работу. Стайлз уже почти заснул, когда услышал, как отпирается оконная рама. Он напрягся всем телом и приготовился защищаться, но, открыв глаза, увидел Айзека, который едва не прищемил свой шарф, закрывая окно.       — Привет, — прохрипел Стайлз, зная, что оборотень все равно услышит, что он не спит.       — Привет, ну ты это… как себя чувствуешь?       — Да, как видишь, — Стилински кивнул на экран, который демонстрировал его сердцебиение. — Вы все как?       — Нормально, вчера последние раны затянулись, Дерек просидел всю ночь с Эрикой, ей больше всех досталось. Моника вторые сутки обследует город, на предмет кого-то из чужаков, у нее на оборотней нюх получше будет, чем у нас всех. В общем, все нормально, прорвемся… Пришлые не рассчитали, что нас вдвое больше, они забыли об Элисон и Лидии, Малия тоже пришла на помощь. В общем прорвались. Твой отец разрешил, теперь я должен спросить тебя, не против ли ты, если мы будем по очереди приходить к тебе? Ну… это особенность пары альфы, что мы все зависим от тебя и все такое, не заставляй меня объяснять, просто скажи «да» или «нет».       — Я не против, Айзек, только не выломайте окно, придя все вместе. И… Дерек тоже может прийти, надо же мне его поблагодарить за то, что меня не съели, — экран запищал чаще, но Айзек сделал вид, что не заметил, — ну или чего еще, чем они мне там грозили.       — О-о-о, ты не видел этих двоих, — Лейхи засмеялся. — Что Скотт, что Дерек аж дернулись, когда тебе сказали, ну то, что сказали, не буду повторять… План был дождаться, пока они оставят тебя одного, но наши альфы не сдержались и рванули в бой, как только хлопнула дверь за твоим неудавшимся насильником.       Стайлз хрипло рассмеялся, представив растерянное и злое лицо друга, а после закусил губу, пытаясь угадать, что было в мыслях у Дерека тогда. Лейхи, видимо, в присутствии Стайлз расслабился и прилег, рассказывая что-то еще, а Стилински сам не заметил, как заснул.       Проснулся он только, когда услышал голос отца:       — Я так и знал, что они будут приходить ночью, Мелисса, нет, это просто невероятно, посмотри, спит рядом с моим сыном. — Стайлз улыбнулся, потягиваясь аккуратно, чтобы не задеть приборы. — Может, они еще вокруг него на пледах всей своей шайкой улягутся?       Женщина засмеялась и положила руку шерифу на плечо:       — В этой шайке и мой сын, Джон, но ты сам видел, что с ними происходит, когда они не видят твоего Стайлза хотя бы пару дней.       Джон кивнул и вздохнул, бросил взгляд на проснувшегося сына и улыбнулся, а Айзек продолжал спать, иногда морщась во сне.       — Доброе утро, пап, — Стайлз проговорил, чувствуя, что сегодня это дается ему легче. — Когда меня уже можно будет выписать?       — Дорогой, еще пару дней точно, а потом нужно будет посмотреть, как ты чувствуешь себя во время активного передвижения, в общем, еще дней пять.       Мелисса тронула Айзека за плечо и кивнула на дверь, чтобы тот дал Джону побыть вдвоем с сыном. Лейхи подскочил и посмотрел на женщину, после кивнул и направился на выход. Однако долго Джону со Стайлзом не удалось побыть вдвоем, в палату, переговариваясь о чем-то, ввалились Моника и Скотт.       — Ой, простите, мы не знали, что вы тут, — девушка опустила взгляд, — мы можем подождать в коридоре.       — Нет, я пойду на смену, а вы можете пообщаться, — Джон улыбнулся и поцеловал лоб сына.       — Обещай не запихиваться фастфудом, пока я тут валяюсь, — Стайлз пристально посмотрел на отца, а Джон поднял руки, сдаваясь. — Удачи, пап, будь осторожен.       Джон закрыл за собой дверь, а Скотт подсел ближе и схватил руку Стилински, сжимая пальцы, видимо, не справляясь с эмоциями.       — Эй, поосторожнее, я же не волк, чтобы мне пальцы с легкой душой ломать, — хватка ослабла, а Маккол покраснел.       — Мы так рады, что ты пришел в себя, я когда услышала, что они тебе там говорили… Готова была разорвать их зубами.       Моника села на край постели и погладила Стайлза по бедру, улыбаясь нежно.       — Ох, ну ты и напугал нас, дружище, — Скотт выдохнул и потер виски, отпуская ладонь друга.       — Ну, я не специально, чесслово, — Стайлз улыбнулся, он чувствовал себя необъяснимо хорошо, когда рядом была стая, и не мог злиться ни на одного из них. — Скажите, я правильно понял — они питаются человечиной?       Монику передернуло, она даже прекратила гладить парня по ноге, а Скотт кивнул, отводя взгляд.       — Мда, повезло же мне, что моя связь с Дереком восстановилась… Или вы нашли меня по-другому?       — Ну… На самом деле Дерек позвонил нам и сказал, что тебя нет дома, а на полу кровь, а связь ваша восстановилась уже после начала поисков.       — И что он делал у меня дома?       — Важнее другое — ваша связь восстановилась в два раза быстрее, чем прогнозировал Дитон, кажется, именно это должно интересовать твой пытливый ум, Стайлз.       — Ну, это можно вычитать в книгах или послушать Дитона, а вот… Моника, ты… Господи, в голове какой-то пипец происходит. Я много хочу спросить, но не знаю будет ли это уместно.       — Эй, эй, успокойся, ты в стае, ты можешь спрашивать что угодно, — Моника взяла парня за руку и сжала его пальцы. — Я… если ты о том, что я думаю, то я только за, и со мной все будет в порядке.       Стайлз выдохнул, стараясь привести сердечный ритм в норму. Он благодарно кивнул девушке и прикрыл глаза, глубоко дыша. Маккол смотрел на Монику удивленно, а потом, видимо решив не углубляться, рассказал о том, что ему снилось, еще о чем-то, что Стайлз слушал в пол уха, но был необъяснимо рад слышать голос друга.       Посетители ушли спустя полчаса, а Стайлз прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться на связи и почувствовать Дерека, так же отчетливо, как чувствовал его, когда связь только вернулась к нему. Однако ощущения смешивались, путались между собой, и собственные эмоции наполнялись оттенками чужой грусти. Стилински уснул, утомившись от такого количества эмоций.       Разбудил парня очередной гость - в дверях стояла Лидия и улыбалась ему нежно, в руках девушки был бумажный пакет с логотипом любимой кондитерской Стилински, и Стайлз даже не смог расстроиться, что его разбудили.       - Привет, больной, - Лидия поставила на прикроватный столик пакет и вздохнула. - Я пойду за чаем, а ты без меня даже не смей трогать пакет.       Стайлз отсалютовал и улыбнулся девушке, искренне радуясь ее визиту. Мартин исчезла за дверью на пару минут и вернулась с двумя стаканами зеленого чая.       - А медбрат у тебя ого-го, - Мартин села на табурет и разделила кусок торта надвое. - Рассказывай, как твои дела тут? Скучаешь, небось, по нормальной жизни?       - Да, его Кит зовут, - Стайлз улыбнулся.- Если честно, то еще не успел, голова так сильно болит, что кажется вот-вот вырвет от боли, но я рад тебя видеть. И спасибо за тортик, я мечтал о нем уже пару недель, все было лень доехать.       - Обращайся.       Лидия рассказала обо всем, что случилось в школе за понедельник, а еще о том, что теперь помогает Малии с математикой и, что та начала делать успехи, а Стайлз слушал ее, смотрел на ее красивое лицо и понимал, что ему давно стоило пересмотреть свое отношение к девушке и подружиться с ней.       - Я еще зайду к тебе, как смогу, а ты пиши, если будет скучно, - Лидия поцеловала его висок и ушла, оставив после себя только легкий цветочный запах.       Несколько дней подряд к Стайлзу приходили все, кто мог, даже Бойд, в компании Эрики и Малии, пришли в его палату. Эрика рассказывала о чем-то своем, Бойд преимущественно молчал, а Малия сверлила его взглядом, однако тоже отмалчивалась, но, видимо всем троим стало легче от присутствия Стилински. Впрочем, Стайлз решил не врать себе и признался, что ему приятно видеть всех членов стаи, без исключения. Не приходил только Дерек, и Стайлз не знал кого спросить о том, почему альфа игнорирует его на протяжении вот уже нескольких дней. Стилински думал, что у них все на мази, ну, по крайней мере, надеялся на товарищеские отношения. Ведь, если Дерек до сих пор злится на него за те слова, то все, что понял Стайлз, будет бессмысленной информацией, которая будет только мучить его.       — Моника, можешь остаться?       Девушка кивнула и закрыла дверь за остальными гостями, посмотрела на сидящего больного и улыбнулась.       — Он шастает к тебе по ночам, но, видимо, смотрит через дверь, — Монику не нужно было лишний раз спрашивать, за это Стилински уже начинал любить девушку.       — Он злится? Или… что он вообще говорит обо всем? Прости, что я так, но я бы хотел поговорить с ним… Но Мелисса говорит, что мне тут еще пару дней торчать, и я не знаю, решусь ли снова пойти к вам домой.       — Я притащу его, как только смогу, ты, главное, лечись и выздоравливай, ты нам нужен, — Моника вернулась к постели Стилински и поцеловала его в щеку. — Ждем тебя на тренировке.       Девушка ушла вслед за остальными, а Стайлз разрывался между желанием поспать сейчас, чтобы поймать Дерека на подглядывании, или дать Монике шанс притащить его в палату. Однако усталость все решила за него, поэтому он отключился, как только медсестра унесла поднос с ужином. Снилось парню что-то прекрасное, солнце, тепло и чья-то рука, сжимающая его собственную ладонь.