Новый работник

— Третий день эпидемии — Словно во сне ТэХён брел по коридору, то и дело натыкаясь на суетящихся людей, которые шныряли и носились туда-сюда. «Гукки не мог. Это ошибка. Просто все вокруг не могут найти объяснения происходящему, им нужен крайний, ну, конечно, так же?» — из мрачных мыслей его выдернул какой-то суровый парень в наколках, который смачно матюкнулся, наткнувшись на Тэ. Внутри кармана его куртки мелькнул ствол магнума, который он поспешно скрыл опять. — Тебе глаза даны, чтоб ты ими хлопал?! — бросил он раздражённо, но не получив ответа, лишь снова ругнулся и прошёл дальше, грубо отпихнув Ви с дороги. «Гук не мог… Он же таким милым был. Смущался постоянно и так неуклюже флиртовал, притворяясь, что тянулся за кетчупом, когда на самом деле целенаправленно тянулся к моей…» — мысли Кима вновь прервались, на этот раз из-за слишком громкой перепалки двух парней. — И что теперь? Слёзы лить? Ты парень или кто? Соберись, тряпка ЧиМин-и~! — яро жестикулировал худой парень, донося фразы на повышенных тонах. Паренёк, кому эти слова адресовались, обиженно поджимал губы и отворачивался, но тонкие пальцы говорящего возвращали его в исходную точку, заставляя смотреть в глаза. — Нет, хён, я не могу. Слишком много всего, слишком, — мальчишка, мандражируя, бессильно уткнулся старшему в плечо и глухо выдохнул в ткань испачканной ветровки. Худой немного остыл и, пытаясь ободрить, неловко похлопал парня по плечу одной рукой. ТэХён прошёл мимо этой картины. «А как ЧонГукки стонал подо мной? А как говорил, что не оставит меня, что бы ни случилось? А как он сам испугался, когда это безумие началось? Он не мог, не мог и точка». Тэ стоял у входа в столовую, но войти ему туда не дали. Кто-то легонько стукнул его по здоровому предплечью, привлекая внимание. — Я — НамДжун, буду контролировать ваше последнее свидание с ЧонГуком, давай за мной, — это был тот самый блондин, который утаскивал Чона. Его спокойный бархатный голос вселял спокойствие во всех. Во всех, кроме ТэХёна, потому что все те, кто присутствует на этой военной базе, без исключения враги, которые априори не могут внушать спокойствие и вызывать доверие. Тэ молча следовал за высокой мужественной фигурой в форме со штурмовой винтовкой за спиной. Они около пяти минут шли по лабиринтам холодных коридоров, дойдя вскоре до заветной двери. — Ты здесь единственный, кто верит в его невиновность, поэтому мне интересно будет посмотреть на тебя, когда разочаруешься, — беззлобно проконстатировал Джун и отворил плотно закрытую ранее дверь. — Пожалуйста, Гукки, объясни мне всё. Скажи, что это какая-то глупая ошибка или розыгрыш, я даже злиться не буду, обещаю, — взволнованно шептал Ви парню, скованному наручниками за стеклом, напротив. Вид у Чона был подавленный и совершенно безжизненный. — Не молчи, Гукки. — Не молчу, — отрешенно пробубнил тот, не смотря в испуганные, широко распахнутые глаза старшего. — Это неправда ведь? — с такой отчаянной надеждой спросил ТэХён, что у паренька сердце защемило. — Это правда, Тэ. — Ты лжёшь. — Я — шпион из Японии. Родился в Южной Корее, но потом меня в возрасте двух лет забрали из-за высоких показателей каких-то тестов. Помнишь, тебя удивило, что я так много знаю? Этому всему я научился. Частично, я не соврал тебе: сказал, что на мед. курсах проходил. Мед. курсы, правда, были, но это только «одно из» того, что было у меня во время обучения. На самом деле умею я гораздо больше. У Северной Кореи и Японии был политический напряг с Южной Кореей, а потому, решено было, так сказать, «брать крепость изнутри». Меня, как одного из лучших, послали в Южную работать в одном из неприметных «KFC» под прикрытием. Несколько недель я присматривался, планировал, обсуждал с вышестоящими где и как будут размещены биологические капсулы. Но как только все было выполнено и я дистанционно взорвал капсулы, что-то пошло не по плану и зараза распространилась дальше. Это было чем-то вроде грандиозного, но незаметного взрыва, но он получился мощнее, чем все ожидали. Никто не знал, как поведет себя это биооружие в открытой среде. Оказалось, что пункты совпали лишь частично. Типа, как война в одни ворота, или война исподтишка, или война без объявления войны, как хочешь. Это предполагалось лишь в радиусе Южной, но вспышка подействовала как-то иначе. Она рассеялась лишь частично, а остальное выбросилось дальше в атмосферу и продолжило путешествие по всему земному шару, распространяясь по всем странам. Притом, она должна была действовать на поражение, а она подействовала на заражение. Люди, вместо того, чтобы тупо умирать, начали мутировать, да к тому же, на кого-то это биологическое оружие не подействовало, может из-за иммунитета или хер ещё пойми чего. Черт знает, как там вообще работают эти учёные в лабораториях. Чем больше ТэХён слушал, тем больше у него отвисала челюсть. — Ты не мог, — только и смог просипеть он. — Не глупи, Тэ. — Что, если здесь есть камеры? Что тебе грозит в случае раскрытия этой тайны здешним военным? Или ты мне врёшь? — Я честен с тобой. В качестве последнего желания я попросил убрать из этой комнаты все камеры и прослушивание. Не знаю, послушались они или нет… В любом случае меня собираются убить. — А как же двойная вербовка? ЧонГук отрицательно помотал головой, говоря этим, что ему в скором времени светит только царство Аида. — Меня просто сдали, получив не тот результат, которого хотели. Теперь, куда бы я ни попал, меня везде ждёт один конец. — Ты согласился убить миллионы невинных людей, потому что тебе сказали? — Это моя работа. — И лез ты ко мне просто так, чтобы отвести подозрения, и на самом деле ничего не чувствовал? — Не пришло тебе в голову, что эпидемия началась, когда мы были в клубе вместе? — Ты активировал оружие в Южной, сам находясь в эпицентре? Выходит, ты шпион- смертник? Или ты планировал спокойно вернуться в Японию и действовать оттуда? — Изначально, я действительно хотел вернуться обратно в Японию, чтобы взорвать оружие оттуда, но встретил тебя на свою голову, — с какой-то досадливой, но вместе с тем и лёгкой улыбкой, произнёс Гук. — Потому передумал улетать… Хотел, чтобы мы умерли вместе, потому что по-другому быть с тобой у меня бы не получилось. Влюбился, как идиот. — Ты мог отказаться от этой миссии! — А смысл? Не я сделаю, так кто-то другой. Другого выбора не было, Тэ. Но я честно полюбил тебя, хотя, такое чувство не должно касаться моего жестокого сердца и меня самого. Я не заслужил, но не жалею о том, что всё случилось именно так. — Псих… — Это не мешает тебе до сих пор чувствовать ко мне ответную любовь… Даже после всего, что услышал. Повисла пауза. — Не хочу, чтобы так всё кончилось, — дрожащим голосом проговорил Ви. — Я хотел нас убить, Тэ. — Ключевое слово — нас. — Ты больной. — Не больше, чем ты. Я ведь…тоже влюбился, и если ничего не придумать, это будет наш последний вечер. Что мы будем делать, Гукки? — То же, что и всегда, Тэ, попробуем завоевать мир*, — почти непринужденно хмыкнул Чон, пытаясь пошутить, что вышло у него неумело, неловко и неуместно в подобной ситуации. — Я готов умереть, и был готов еще несколько дней назад, когда принял решение взорвать биооружие, находясь в зоне поражения. — Но я не хочу, чтобы ты погибал! — Ви со злости стукнул по столу, что было мочи. — Я наверняка загубил всех твоих близких… — Да у меня давно нет близких! Ты единственный, кто дорог мне, и плевать я хотел на остальных! ЧонГук изумленно поднял голову и, словно не веря своим ушам, переспросил. — Я сказал, что ты один близкий мне человек, и я не хочу тебя терять, — железно повторил Тэ, дико смотря на младшего в упор, будто пытаясь вселить ему в голову эту мысль. — Мы ничего не сможем против всей армии, против всего мира, как ты не поймешь, глупый Тэ? — Тогда я умру с тобой. — Я не хочу, чтобы ты умирал. — Сам же хотел убить нас, — скривился парень, припоминая недавно сказанное Гуком. — Я — еблан! И был им всегда, а теперь прозрел! Не хочу, чтобы ты дох! Я размышлял как эгоист совсем недавно, но теперь всё понял! Я хочу, чтобы ты жил, ванильная ты девчонка! — вспылил ЧонГук, вставая и опрокидывая стул, не контролируя выплёскивающийся гнев. Единственное, что его удерживало от разноса стекла, это наручники, проходящие сквозь стол, обвитые с нижней стороны, что не давали рукам разгуляться. Ким буравил младшего карим, блестящим взглядом, мысленно разбирая сказанное на отдельные составляющие, а потом, когда до него дошёл смысл послания, он тоже, исполненный решимости, встал. — Я не допущу твоей смерти. — Значит, помрешь, защищая меня, — омрачил светлые надежды ТэХёна Гук, ловя разъярённый непокорный взгляд. — Я люблю тебя, а потому пиздуй отсюда и не пререкайся. Просто будь живым. Это моё последнее желание. Вали! — прикрикнул паренёк, одаривая Ви напоследок выражением скорби, а затем доброй искренней улыбкой, которую никто и никогда не видел на лице ЧонГука. Младший, словив последний молящий грустный взор Тэ у двери, коротко показал ему жест «V» длинными, пока ещё тёплыми, пальцами. Ким, узрев это, бессильно, с полным злобы и отчаяния голосом, рыкнул и вышел, оставляя Гука одного. Надо было срочно что-то делать.