Loving You Is a Bloodsport

If I fall short, if I break rank It's a bloodsport but I understand I am all yours I am a man I'm on all fours, willingly down — Raleigh Ritchie — Bloodsport

      — Как ты, чёрт возьми, могла думать, что это была чертовски отличная идея? — сердито кричал на Фрею Кол в то время, пока она продолжала игнорировать его. — Ты серьёзно согласен с этим, брат? — неверяще выплюнул Кол, смотря на Элайджу, который игнорировал брата с сестрой.       — Кол, Никлаус ушёл, Ребекка заколота, поэтому нам нужны все члены нашей семьи по возможности... — рассудительно сказала Фрея.       — Он убил меня! — заорал Кол, — Тебя это хоть каплю волнует, сестра? — Фрея тяжко вздохнула, наконец посмотрев на Кола.       — Ты действительно защищаешь его?       — Он хочет просто жить без страха, что ему воткнут кинжал в сердце, — яростно закончила старшая сестра.       Кол закатил глаза на реплику Фреи, прежде чем обратиться к старшему брату:       — Скажи Фрее, что Финн заслуживает быть запертым в кулоне, а лучше в гробу на ближайшую тысячу лет.       — Кол.       — Или ещё лучше, чем всё это вместе взятое - умереть, — закончил младший Майклсон.       — Кол, — отрезал Элайджа, — возможно, Фрея права. — Младший брат посмотрел на него недоверчиво.       — Ты должно быть шутишь, Элайджа, не так ли? Он убил меня! Ты действительно думаешь, что он заслуживает ещё один шанс, а не наказание?       Кол отпустил смешок, когда старший Майклсон ничего на это не ответил. Горькая усмешка появилась на его лице.       — Но предполагаю, что я не должен быть удивлён, не так ли?       — Брат...       — Я имею ввиду: долгое время я ненавидел Ника, честно говоря, немного ненависти к нему у меня осталось до сих пор, но, по крайней мере, он был огорчён моей смертью, — ядовито говорил Кол. — Ребекка сделала всё, что могла, чтобы вернуть меня обратно. А что насчёт тебя? Скажи мне: тебе хоть было не всё равно, когда я умер? В первый или во второй раз — ты можешь выбрать.       — Кол, прекрати, — попыталась вразумить Фрея. — Финн — наш брат...       — Он не мой брат, — стиснув зубы, покачал головой первородный. — Но я всегда говорил, что на смертном одре я буду последним Майклсоном, о котором заботятся.       Кол повернулся, чтобы уйти от своей семейки, игнорируя слегка виноватый взгляд старшего брата и крики сестры.

***

      Глаза Давины распахнулись, она пару раз моргнула — воспоминания о прошлой ночи вспыхнули у неё в голове, и она не могла не улыбнуться.       Приподнявшись на кровати, ведьма оглядела комнату. Она была в замешательстве, столкнувшись с пустой комнатой.       — Кол, — позвала она.       Ведьма услышала порыв ветра, который поднял всё вокруг, и, посмотрев в сторону, увидела полностью одетого Кола с неизменной улыбкой, прислонившегося к стене.       — Доброе утро, дорогая. Ты выглядишь сегодня абсолютно восхитительно, — взгляд вампира сканировал её тело, скрытое одеялом.       Давина слегка покраснела, улыбнувшись, прежде чем хмуро посмотреть на Майклсона.       — Где ты был?       Ухмылка Кола, казалось, слегка померкла, но он тут же улыбнулся ещё ярче, показывая три пакета с кровью.       — Не мог прийти голодным, но теперь...       Давина улыбнулась, выпуская смешок, и встала с кровати. Она прижала белую простыню к груди, когда шла к своему вампиру. Ведьма поцеловала его в губы, и первородный сразу же откликнулся на поцелуй. Она слегка застонала в его губы, прежде чем Кол отстранился с кривой ухмылкой.       — Ты потрясающая, Давина Клэр.       Ведьма улыбнулась и открыла рот, чтобы ответить своему парню, как вдруг её глаза сузились. Кол в замешательстве наблюдал за ней, ожидая её ответа.       — Это... кровь на рубашке? — спросила девушка, смотря прямо на засохшую жидкость на его рубашке и пиджаке. Давина видела, как глаза Кола на мгновение расширились, но он тут же взял себя в руки, ухмыльнувшись.       — Да, кажется, один из моих братьев не так уж и рад меня видеть.       — Клаус? — мгновенно спросила Давина. — Если Клаус планирует что-то сделать, то я... Я не позволю ему навредить тебе, Кол. — Майклсон улыбнулся, целуя её в губы.       — Ну, насколько я знаю, любимая, это не Клаус... Клауса сейчас даже нет в Новом Орлеане.       — Тогда кто? — спросила ведьма. Кол вздохнул, чувствуя, как гнев на свою чокнутую семейку возрождается.       — Ну, кажется, Фрея вытащила Финна из кулона и вернула к жизни... — глаза Давины неверяще распахнулись.       — Финн? Он вернулся?       — Ну, похоже на это...       — Как она могла позволить ему вернуться? — неверяще спросила Давина, повышая голос. — Он убил тебя, Кол, и после этого она вернула его к жизни? — Первородный хотел согласиться с тирадой своей девушки, но она ещё не закончила: — Он не заслуживает того, чтобы ходить по земле и уж тем более - чтобы быть живым. Он заслуживает смерть. — Гнев буквально завладел маленькой ведьмой, пока она с остервенением выплёвывала слова.       — Не могу не согласиться с тобой, любимая, но, кажется, Элайджа и Фрея не хотят, чтобы это случилось, и Ника нет, хотя он был бы на моей стороне... — улыбнулся Кол.       — Тогда это сделаю я, — быстро спохватилась Давина. — Я могущественная ведьма, Кол, может быть, не столь сильная, как раньше, но у меня достаточно сил, чтобы убить его.       — Он первородный вампир, — отрезал Майклсон, выглядя испуганным из-за решительности ведьмы. — Ты не можешь убить его. Также, как ничто не может убить меня, Ника, Ребекку или Элайджу.       — Тогда мы можем обезвредить его с помощью кинжала, — вздохнув, предложила Давина, проводя рукой по волосам, пока другая прижимала к телу простынь. — Ты говорил, что это то, что Клаус обычно делал, верно? — Кол покачал головой, тяжело вздохнув.       — У Ника все кинжалы, дорогая, и, боюсь, мы не сможем найти моего старшего братца, пока он этого сам не захочет.       Давина выдохнула, слёзы образовывались на глазах, пока она пыталась совладать со своим гневом на его брата и страхом, что что-то случится с Колом.       — Мы не можем позволить ему уйти безнаказанным, Кол, он может попытаться снова тебя уууубить, а я не могу потерять тебя. Я не хочу этого, Кол.       Майклсон печально улыбнулся. Он предполагал, что не может в действительности понять, через что прошла Давина после его смерти. Однако Фрея дала ему немного информации о том периоде времени, когда его не было, и звучало всё очень тяжело для Давины, и он был несказанно удивлён — нет, не потому что он не верил, что маленькая ведьма заботится о нём, но больше из-за того факта, что ни один из его братьев или сестёр не заботился о нём так много, когда он умер... Не поймите неправильно — он знает, что некоторые из них горевали о его смерти, Ник даже пытался отомстить, но ни один из них не любил его достаточно сильно, чтобы попытаться вернуть обратно. Только теперь Кол понимал всё это.       Кол приблизился к ней, притягивая в объятия. Давина прижалась к его груди.       — Ты не потеряешь меня, Давина... Я, также, как и Финн, являюсь первородным. Я столь же мощный, как и он, и в этот раз я не сдамся без боя. — Давина кивнула, немного улыбнувшись.       — Я люблю тебя, Кол...       Майклсон только улыбнулся и крепче прижал её к себе, когда внезапная волна голода прошлась, словно ток, по телу — и это был нехороший тип жажды. Он чувствовал запах её крови, мог представить, какова она на вкус, но лучше всего он слышал её слегка неустойчивое сердцебиение, и это - то, что заставило его освободиться от объятий и отступить на шаг назад, откашливаясь.       — Что-то не так? — моментально спросила Давина, делая шаг к нему, тогда как Кол отступил ещё на два назад.       — Ничего, — первородный попытался улыбнуться, но потерпел неудачу.       — Ты должен питаться, — заявила ведьма.       Кол кивнул с раздражённым вздохом, вспоминая вчерашнюю ночь, когда он слил ту женщину, и те незабываемые острые ощущения, когда он слышал, как замедляется её сердцебиение.       — Одна из частей того, чтобы быть вампиром снова, дорогая. — Давина улыбнулась, закатив глаза.       — Это нормально. Мне так или иначе следует принять душ и одеться.       Глаза Кола неотступно следили за ней, пока она шла к двери ванной комнаты, но, прежде чем войти, она повернулась и, ухмыльнувшись, сказала:       — И ты можешь присоединиться ко мне, когда закончишь.       Кол ухмыльнулся и впервые за всю свою вечность он не мог дождаться, пока закончатся это отвратительные пакеты с кровью, чтобы он мог сделать именно то, что его девушка сказала.