Witch/Ведьма

Pov Чонгук Допив вино, ставлю пустой бокал на стол и начинаю разглядывать толпу в поисках той, ради которой пришел сюда. - Чонгук… Слышу позади мягкий голос, а буквально через пару секунд чувствую прикосновение руки. На лице успевает мелькнуть радостная улыбка. - Кл…? - поворачиваюсь в ожидании увидеть Клэр, но лишь как-то успеваю скрыть разочарование. - Алиса? Их голоса так похожи. Почему я не замечал этого раньше? - Чонгук, ты не видел Клэр? Нигде не могу ее найти, – говорит она, а я лишь пожимаю плечами. - Что-то случилось? – напрягаюсь, когда вижу в зеленых глазах Алисы тревогу. - У Клэр сложные отношения с матерью, - вздыхая, произносит Алиса, - боюсь, они могут натворить глупостей. - Давно их нет? – чувствую, как растет беспокойство, когда она кивает, - я поищу снаружи, а ты оставайся здесь. Возможно, они скоро вернутся. Ночь окутывает прохладой, словно еще одним штрихом к кладбищенским пейзажам. Толкнув калитку, вхожу в царство мертвых. Свет луны заливает камни надгробий и вьющиеся среди них дорожки. Мертвая тишина и лишь мои шаги нарушают ее легким шуршанием гравия. Становится тяжело дышать – повсюду пахнет смертью. Настороженно останавливаюсь, лишь когда в темноте появляется одинокий силуэт. При скудном освещении он кажется особенно черным, непроницаемым. Призрачный свет пропадает за тучей, и в этот момент чувствую на себе пристальный взгляд, делаю шаг вперед. - Клэр здесь нет, – узнаю голос Рейчел, - ты ведь ее ищешь? - Я так понимаю, Вы знаете, где она? - Неверный вопрос, правильный - с кем она? - звучит насмешливо. С трудом могу разглядеть ведьму, но уверен – она близко. Слишком близко. Ощущение будто нас разделяет лишь шаг. Руки сжимаются в кулаки. Не знаю, к чему она клонит, но я не собираюсь продолжать ее слушать. Медленно разжимаю сведенные пальцы и стараюсь расслабиться, не позволить контролировать мои эмоции. И ребенок догадается, что это провокация. Не говоря уже о том, как напряжено сейчас во мне звериное чутье. Ты можешь провести человека, ведьма, но не волка. Рейчел явно не собирается продолжать или ждет от меня уточняющих вопросов. Или взрыва эмоций. Да черт ее знает, чего она там ждет, у меня есть дела важнее. Чуть склоняю голову в знак уважения и, сделав шаг назад, растворяюсь в тени. Резко останавливаюсь. В темноте виден неясный силуэт девушки. Клэр. Мой обостряющий нюх улавливает тончайший запах ее духов. И где-то неподалеку Юнги. Спустя секунду он появляется рядом с ней. Должен ли я вмешаться? Колеблюсь. Стоит ли Клэр опасаться Юнги? Что он сделает? Клэр, наверное, ничего. Она похожа на Вики. Надеюсь, это остановит его. Делаю твердый шаг, выдох и иду дальше. Мысли сменяются одна другой, принося то облегчение, то беспокойство. Я рад, что с Клэр все в порядке, но она с Юнги? Почему ушла, ничего не сказав даже Алисе? А может с ней вовсе ничего не в порядке? За размышлениями не замечаю, как задеваю плечом проходящего мимо, а точнее проходящую. - Чонгук… - О, Алиса, извини. Извини, правда. Я сильно ушиб тебя? - Нет, - отмахивается она и с нетерпением спрашивает, - ты нашел их? - Твоя мать на кладбище… - Что она там делает? - перебивает Алиса, - Клэр с ней? - Думаю, она ждала моего прихода. А вот Клэр там нет. Она с Юнги. - Ты говорил с ней? - Нет... Ладно, думаю, мне уже пора. - Чонгук... У нее сейчас трудности. Ей просто нужна поддержка… - слышу позади, замедляю шаги. Останавливаюсь лишь на долю секунды. Если бы Клэр нужна была поддержка, она бы пришла ко мне, правда?

Дом встречает темнотой и хлопающими ставнями, которые я, вероятно, забыл закрыть, уходя. Ветер уже успел похозяйничать, запутав тюль на окнах в крепкие толстые канаты, разбросав по полу мелкие предметы и листы бумаги. Все это придает дому вид заброшенного. А может придает темнота. Или одиночество внутри. Если бы Клэр ждала меня здесь... То что? Был бы порядок? Мне не пришлось бы сейчас ползать по полу, собирая сор? Горел бы свет, играла музыка, а с кухни пахло ужином, свежими фруктами и теплом. Чутье волка во мне на мгновение заставляет насторожиться. Кажется, что я здесь все-таки не один. Но, осмотревшись, понимаю, ошибся. Отчего-то уборка бед, наделанных ветром, отходит на второй план. Нужно отдохнуть. Потом, на свежую голову, решу, как быть со всем этим дальше. Ложусь на кровать и, неожиданно для себя, в ту же секунду засыпаю. А просыпаюсь от едва слышимого шороха и шарканья ног. Или от все того же, волчьего внутри, вдруг вставшего дыбом. И едва успеваю. - Клэр! Нет! - Что ты делаешь?! – хватаю за руку и прижимаю к стене, - что ты пыталась сделать?! - яростно смотрю на девушку, сжимая тонкое запястье все сильнее. На пол из ее разжавшейся ладони падает нож. Я не могу отвести взгляд и все смотрю, как, странно подпрыгнув, он откатывается чуть в сторону и замирает ядовитой змеей. - Мне больно, - шипит она, игнорируя заданные вопросы. - Тебе больно?! – повышаю голос, тяжело дыша, - ты только что пыталась убить меня?! Сам не понимаю: это вопрос или утверждение. Несколько секунд смотрю в хрустальные от шока глаза. В них мое отражение на серебристых капельках слез, пока Клэр не опускает голову. - Я не знаю… что на меня нашло… Ее голос дрожит, а во взгляде занимающаяся паника. Что происходит? Я не понимаю, какие вопросы должен сейчас задать, слишком много адреналина в крови, чтобы выискивать правильные. Спрашиваю, не крича, одними глазами. Зол ли я сейчас? Да, несомненно, но хватка постепенно слабеет. Клэр растеряна и напугана. Смотрит на свою руку, в которой минутой ранее был нож. Нож, чтобы убить меня. Моя ладонь ложится на ее лицо. Слегка холодная, от чего по коже Клэр пробегаются мурашки, и девушка вздрагивает. Пытаюсь поймать расфокусированный взгляд. Что-то есть жуткое во всем этом, неправильное. Не могу смотреть, как она постепенно осознает все, что с ней сейчас происходит. Кожа становится белой, словно сметана. И это даже не жалость то, что я сейчас испытываю. Злость, ужас, отчаяние. Что они с тобой сделали?! Кто… Кто мог сделать подобное?! В этот момент я готов простить и забыть все что угодно. Даже нож. - Пожалуйста, скажи что-нибудь, – тормошу в очередной раз, но она продолжает молчать. И лишь спустя несколько секунд, подняв глаза, произносит: - Вики... Я знаю то, что ты так пытаешься скрыть от меня. - Клэр, извини. Я очень сожалею, что ты узнала это не от меня. - Зачем ты так поступил с ней? - Вики - монстр! Молча наблюдаю за изменением эмоций на ее лице. - Ты любил ее, да? - Клэр… Щеночек, - протягиваю руку, хочу стереть слезу с ее щеки, но она не дает, - я сожалею об этом. - Чонгук, ты - монстр, а не Вики! Высвободившись из моей хватки, девушка уходит. В доме становится одиноко. Глубокая и звонкая тишина наваливается всей своей тяжестью, лениво расползается по комнатам. Давит, душит медленно и мучительно. Направляюсь в погреб, беру бутылку виски и первый попавшийся стакан. Хочу забыться хотя бы на время. Употреблять алкоголь не лучшее, что могло придти мне на ум. Я уверен, что уже скоро об этом пожалею. Допиваю очередной стакан виски. Да, сегодня я перебрал, голова даже немного кружится. Ставлю стакан на стол. Осторожно ступая, дабы не упасть, иду в свою комнату и падаю на кровать. У меня нет сил даже на то, чтобы думать. Pov Клэр - Ты считаешь, что влюбиться – глупо? – неожиданно спрашивает оборотень, - ты до сих пор так думаешь? Не успеваю даже обдумать сказанное, как он подается ближе и касается моих губ. Втягивает нижнюю, проводя по ней языком, и останавливается. Не выдерживаю и целую в ответ нежно-нежно, притягивая ближе, встречаюсь с его взглядом – глаза Юнги сияют. Он обнимает меня за талию, прижимая крепче. – Влюбляться – глупо, согласен. Но мне так нравится любить тебя, - шепчет Юнги сквозь поцелуй.- Благодаря тебе я понимаю, как глупо было думать о суициде. Я рад, что во время остановился. Почему-то не могу ответить тем же, но по-прежнему продолжаю отвечать на поцелуй. Мне нравится? Это жалость? Не знаю. Почему меня так тянет к Юнги, я же совсем не знаю его? Пытаюсь понять свои действия, мысли – себя во всей этой ситуации - но не выходит. Юнги настолько сладок, что получается сосредоточиться лишь на нем. Парень слегка улыбается сквозь поцелуй и неторопливо отодвигается. - Клэр, если ты пока не готова к отношениям, я могу подождать… - Спасибо, - благодарю его, пытаясь выдавить улыбку. Я до сих пор не понимаю, что чувствую к Юнги – любовь, привязанность или жалость. Ну почему же все так сложно? Вдруг приходят другие мысли, от которых становится неприятно. Словно чувствую вину. Я вспоминаю о Чонгуке. Но не успеваю погрузиться в них. Вопрос Юнги возвращает в реальность. - Мы можем увидеться завтра?

***

На улице глубокая ночь. Глубокая ночь или раннее утро? Впрочем, неважно. Сегодняшний день, насыщенный событиями, утомил настолько, что будь сейчас даже обед, я бы едва ли это смогла определить. Дом встречает темнотой и холодной тишиной. Его дом. Всего лишь пара секунд, и осознаю, как тяжело дышать, сердце будто сжали в кулак. Воздух пропитан едким запахом дыма и перечной мяты. Трав, леса, утреннего кофе. Его запахом. Грудь словно сдавили тисками, и нет уже никаких сил сопротивляться захлестывающему чувству омерзения. Затыкаю нос и, борясь с тошнотой, направляюсь на кухню выпить воды. Дверь в комнату Чонгука открыта. Слышу тихое, мерное дыхание спящего. Его дыхание. Звук кажется навязчивым насекомым, попавшим в уши, ползающим изнутри слухового прохода. Заставляет нервничать, выводит из себя. Меня передергивает, и мелкие волоски на теле встают дыбом. Смотрю на спокойные черты лица Чонгука и чувствую, как растет внутри что-то похожее на неприязнь. Или даже сильнее – отвращение. Медленно, чуть дыша, иду на кухню. До краев наполняю холодной водой стеклянный стакан. Несколько глотков ледяной жидкости и мне становится легче, но лишь на некоторое время. Аккуратно открываю кран снова. Набираю холодную воду в ладошки и ополаскиваю лицо. Вздрагиваю от напора хлынувшей на меня холодной воды. Мурашки пробегают по телу, вновь оживляя ощущение брезгливости. Не открывая глаз, тяну руку за полотенцем. И, конечно, со всей своей неуклюжей грацией задеваю стойку со столовыми приборами. Они с грохотом падают на пол. Резкий звук отрезвляет. Я успеваю сделать глубокий вдох и ощутить, как на мгновение проясняется в голове. И снова тишина. Прислушиваюсь, не разбудила ли я Чонгука, но все тихо. Опускаюсь на колени, чтобы подобрать упавшие предметы. Взгляд останавливается на ноже, крепко зажатом моей ладонью. Мысли перемешиваются, вновь превращаясь в навязчивую, плохоконтролируемую идею и смутное ощущение присутствия рядом чего-то тошнотворного. Моя голова кружится, или это место так бешено вращается вокруг меня, затягивая? Отравляя своим тлетворным дыханием? - Рано или поздно я должна это сделать… Все равно должна ведь… – произношу тихо, сильнее сжимая нож в руке.

***

Тихими шагами вхожу в комнату Чонгука. Мертвая тишина поначалу окутывает все вокруг. Темно, но я четко вижу силуэт его, мирно спящего на кровати. Медленно подхожу ближе. В висках оглушительно стучит пульс. И теперь настолько громко, что кажется – это не внутри головы. Снаружи. Повсюду в этой комнате от стены к стене мечется и грохочет водопадом пульсация крови в моих венах. Останавливаюсь в шаге от его кровати. Мне нужно вдохнуть. Напряженную грудную клетку и легкие разрывает от отсутствия кислорода. Рано или поздно я должна… Рукоять ножа скользит по влажной коже ладони. Сжимаю крепче. Рано или поздно я это сделаю… Короткий вдох. Закрыть глаза. Зажмуриться. Замах! Рано или поздно… - Клэр! Нет! Спустя секунду оказываюсь прижатой к стене. - Что ты делаешь?! – кричит Чонгук, схватив за руку и грубо удерживая меня у стены, - что ты пыталась сделать?! – продолжает он, стискивая мое запястье все сильнее. На пол из разжавшейся ладони падает нож. Не могу отвести взгляд и все смотрю, как, странно подпрыгнув, он откатывается чуть в сторону и замирает ядовитой змеей. - Мне больно, - шиплю, скривившись от боли. - Тебе больно?! В его глазах плещется страх и дикая волчья ярость. Не могу смотреть. Опускаю голову. Грудь Чонгука нервно вздымается от тяжелого дыхания. Он так близко, что я могу различить теплый и уже почти такой родной его запах. - Ты только что пыталась убить меня?! Затуманенные мысли медленно обретают форму, пробуждая сознание. В голове густым туманом плавают неясные образы, никак не желающие складываться во что-то понятное. Но ощущения постепенно обостряются, приспосабливаясь к окружающему миру. Несколько секунд Чонгук смотрит в мои глаза, из которых горячо стекают слезы – я чувствую соленые капли на губах. Не могу смотреть на него, отворачиваюсь. - Я не знаю… что на меня нашло… - произношу каким-то чужим сиплым голосом. Мутит от собственной неспособности понять причины. Они, перемешанные в полную бессмыслицу, закрыты в дальнем углу разума. Зачем я пыталась его убить? Я пыталась, правда, собиралась это сделать? Что на меня нашло? Не знаю. Растеряно и напугано смотрю на свою руку, в которой был нож. Нож, чтобы убить Чонгука. Его ладонь ложится на мое лицо. Слегка холодная, от чего по коже пробегаются мурашки, и я вздрагиваю. - Пожалуйста, скажи что-нибудь, – шепчет он. Что я должна сказать? Как я должна это сделать? В голове живут чужие голоса. Все кувырком. Равномерный и какой-то медленный крик тонущего. - Вики. Я знаю то, что ты так пытаешься скрыть от меня. Почему я говорю именно это? - Клэр, извини, - принимается оправдываться оборотень. - Я очень сожалею, что ты узнала это не от меня. - Зачем ты так поступил с ней? - Вики - монстр! - Ты любил ее, да? - вновь произношу я, внутренне содрогаясь от ужаса. В мыслях одно, а говорю совсем другое. Кто-то управляет мной! - Клэр… Щеночек, - Чонгук протягивает руку, пытаясь стереть слезу с моего лица, но не позволяю, - я сожалею об этом. - Чонгук, ты - монстр. Разве я думаю сейчас об этом? Нет же, не думаю! Откуда эти слова во мне? Эти мысли - чьи? Его пальцы разжимаются, и я, почти сожалея, освобождаюсь. Не отпускай меня. Иди за мной. Не стой. Не позволяй мне уйти! Чонгук слишком подавлен. Сбит с толку. Скользнув от него по стене в сторону выхода, спешу убраться. Я, наверное, могла бы остаться. Точнее очень хотела бы, но что-то не позволило этого сделать. Что-то управляет мной. И голос… Он знаком мне. Я слышала его раньше. На улице все то же безвременье: день или ночь. Хочу подышать свежим воздухом, пока мой мозг и лёгкие окончательно не заржавели от недостатка кислорода. Внезапный порыв ветра чуть не сбивает с ног, откидывая за спину длинные волосы. Приятно ощущать на себе его прохладу. Прикрываю глаза лишь на секунду. Вдыхаю чистую свежесть леса, наслаждаясь. - Клэр… - Юнги? – неверяще смотрю на появляющегося из тени деревьев оборотня. - Что ты здесь делаешь? - Я беспокоился о тебе, - говорит он, подходя ближе, - что-то случилось? Выглядишь неважно. Его слова. Настораживаюсь, собираюсь внутри, стараясь ничем себя не выдать. Думай, Клэр, думай. Слова или голос? Его голос. Все это время внутри себя я слышала голос Юнги? Резкая боль вспыхивает и сливается с оглушительным шумом. Хватаюсь за голову, но спустя секунду боль утихает. Чувствую слабость, и, не удержав равновесия, падаю. Pov Юнги - Я беспокоился о тебе, - говорю, подходя ближе к Клэр. Ее белая кожа становится серой, приобретая теперь и все оттенки темного, - что с тобой? Выглядишь неважно. Она обхватывает ладонями голову. Слабеет. Руки безвольно опускаются вдоль тела, и глаза закрываются. Не удержав равновесия, Клэр падает, но я успеваю ее поймать. Осторожно кладу девушку на свою кровать, накрываю одеялом. Облокотившись о стену, смотрю несколько секунд - она не шевелится. Дыхание улавливается с трудом и только благодаря обостренному слуху волка. Громко хлопая блестящими крыльями, на подоконник садится чёрный ворон. Я почему-то уверен, что ворон принадлежит Рейчел. Она ждет новостей. «Вы были правы. Клэр пыталась убить Чонгука» Скучиваю в трубочку тонкий лист бумаги, завязываю красной ленточкой и привязываю к ноге ворона. Чего старая ведьма добиваеться? Сколько это еще будет продолжаться? Почему все нельзя просто взять и закончить? Быстро. Я мог бы очень быстро. Словно в ответ мыслям, чуть приподнимается верхняя губа, обнажая острые клыки. Как же все это раздражает, до абсолютного отвращения. Несколько часов ранее. - Убийство возлюбленной трудно простить, зная, что виновный даже не сожалеет о содеянном.. - Что мне нужно делать? – ее слова задевают меня. Рейчел говорит правду. - Тебе всего лишь нужно кое-что узнать. Клэр что-то замышляет. Я догадываюсь что, но мне нужны факты. А ты… - ведьма замолкает, протягивая флакончик с зеленой жидкостью, - а ты просто поможешь развеять догадки. - Что это? – беру флакончик. Зеленая жидкость стекает со стеклянных стенок, меняя оттенки. - Оно поможет тебе. Выпей, а после поцелуй Клэр. Это зелье должно оказаться в ее организме. Так ты сможешь, контролировать ее. - Емм… Поцеловать? Как я сделаю это? - Ее единственная страсть - мотоциклы. Прокатись с ней. Она оценит. А дальше дело за тобой. Я должна тебя учить, как целоваться с девушкой? - Хорошо, - произношу, и, открыв флакон, выпиваю содержимое до последней капли. Утро. Утреннее солнышко расположилось на лице Клэр, придавая легкий румянец. Она морщит нос и открывает сонные глаза. Голова девушки быстро отрывается от подушки. Ведьма садится, пытаясь рассмотреть незнакомую комнату, выдержанную в нежных, белых тонах. Выделяется только кровать, сделанная из чёрного дерева. Сопровождая свое появление негромким стуком, в комнату заходит Юнги. - Ты? – удивляется Клэр, - что я здесь делаю? Где я вообще? Это твой дом? - А ты разве ничего не помнишь? – спрашивает оборотень, присматриваясь к девушке. - Нет.