Сонная трава

Владу показалось, что земля вот-вот уйдёт у него из-под ног. Руки, державшие книгу, задрожали. Нет, этого не может быть. Дёргаясь и перестав слушать вновь начавшую что-то говорить Риту, Влад уставился на страницу, пристально вглядываясь в фотографию. — Что такое, Владик? — Рита тревожно тронула его за плечо. — Ты так побледнел, как будто Лохнесское чудовище живьём увидел. — Он… Он так на Диму похож… — прошептал Влад. — Кто? — окончательно растерялась Рита. Давно она уже не видела парня в таком состоянии. Лицо, шея и руки Влада приобрели жутковатый сине-бледный оттенок, глаза потемнели, синюшные губы дрожали, трясущиеся пальцы сильно сжимали края книги. Последний раз в подобном виде Рита наблюдала его, пожалуй, три года назад, на похоронах Димы. Влад в тот день выглядел точно так же, только ещё и почти не реагировал на всё, что его окружало. Не дождавшись ответа, Рита выхватила у него из рук книжку и посмотрела на страницу. Увидав фотографию, она на мгновение притихла, потом с неохотой констатировала: — А правда что-то такое общее есть… — Что-то такое общее? — вспылил Влад. — Серьёзно, Рит?! Да это же Бикбаев, ты не видишь?! — Нет, — твёрдо ответила Рита, — это не Димка. Со стороны похож, согласна, но близнецом трудно назвать. — Да? — разочарованно спросил Влад, опустив длинные ресницы. — А как по мне — так Дима собственной персоной… — Посмотри внимательнее. Возможно, что фотка искажает, однако можно заметить, что у него разрез глаз слегка другой, нос менее вздёрнутый, брови не те, подбородок острый, скулы поярче выражены… — Рита ткнула в фотку наманикюренным пальцем. — И потом, этот писатель гораздо старше, даже на снимке заметно. Диме бы в этом году двадцать три стукнуло, верно? — Верно, он меня на три с половиной года старше, — кивнул Влад. — А этот… — Рита прищурилась, стараясь разглядеть мелкие цифры внизу. — Ему двадцать восемь. Вот видишь? Это даже при вере в чудо не может быть один и тот же человек. Влад тяжело вздохнул. Ну вот. Рита могла бы и не разбивать его мечты и надежды на чудо в пух и прах. И вдруг его осенило. — Слушай, так есть же способ проверить, — воскликнул Влад. — И какой же? — вскинула брови Рита. — А очень простой, — весело отозвался Влад. — Берём книги и идём за автографом. — Ты офонарел? — Рита постучала пальцем по лбу. — Смотри, какой «хвост» за этим автографом! Мы с тобой до завтрашнего утра в лучшем случае простоим! — Мне наплевать, я должен посмотреть на этого человека. Влад определённо воспрянул духом. Его щёки порозовели, глаза лихорадочно заблестели, светлые волосы колыхнулись, как будто их затронул порыв ветерка. Решив, что ради того, чтобы Влад немного оживился, можно и постоять в очереди, Рита кивнула. Ну увидит он этого писателя вблизи, поймёт, что это совсем не Дима и что для него это недосягаемая звезда, и успокоится. А если сейчас назло взять и силой утащить Влада отсюда, он потом будет злиться весь остаток жизни. А Рите это было явно не на руку. Тяжело вздыхая, она юркнула за Владом в конец очереди. «Хвост» двигался необычайно медленно. Прошло, наверное, примерно полчаса, пока вцепившиеся в руки друг друга, чтобы не потеряться, Влад и Рита смогли увидеть в другом конце зала небольшой стол и сидящего за ним хрупкого молодого человека, за спиной которого маячила пара шкафоподобных охранников в чёрных очках. — Зачем писателю столь грозная охрана? — непонимающе прошептала Рита. — Ну, может, боится за свою безопасность, — пожал плечами Влад. — Я на автограф-сессии тоже всегда с охранниками сижу. Поклонники, знаешь ли, разные бывают, тем более, иногда встречаются и недоброжелатели. Поэтому такие мужики за спиной — суровая необходимость. — Ты не сам с ними сидишь, к тебе их Константин приставляет, тревожась за твою тонкую душевную организацию, — фыркнула Рита. Влад закатил глаза, но не нашёлся, что ответить. Прошло ещё какое-то время. Наконец перед ними осталось всего лишь два человека. Влад щурясь, наблюдал за писателем. С горечью отметил, что Рита права, это не его погибший и теперь чудом воскресший напарник, просто очень похожий на него парень. Волосы Дмитрия были коротко острижены и имели естественный светло-каштановый цвет, даже немного отливавший в свете ламп каким-то необычным жемчужным оттенком. На лицо свешивалась ровно подстриженная длинная пушистая чёлка. Кожа была белой, как снег, без единого прыщика или родинки. Губы казались пухлыми, но в них, похоже, вкачан гель, в уголке был явно виден след от прокола. Высокие скулы заметны, однако не так явно. Брови тёмные и очень широкие, создающие резкий контраст с кожей; длинные ресницы угольно-чёрные, бросающие густые тени на щёки — в яркое отличие от Димы, которому всегда перед выступлением или съёмками гримёры подрисовывали подобные детали. Такая странность всегда очень удивляла Влада, он хорошо знал, что от природы у его напарника тёмные волосы, сказывается татарская кровь, а вот брови и ресницы у Димы всегда были светлыми. А уж когда писатель поднял голову, Влад увидел самое главное отличие. Глаза. На бледном лице сияли ярко-зелёные, цвета очищенного миндаля очи. Они не были сероватыми, как у Димы, нет. Они были чистого зелёного цвета, именно такого, который считается одним из самых редких оттенков радужной оболочки человека. Лицо, несмотря на каменное выражение, злое. У Димы оно таким не бывало даже в минуты сильного гнева. Когда человек нормальный и просто сердится, и когда он злобный по жизни — далеко не одно и то же. И Дмитрий явно относился ко второй категории. И было ещё кое-что. Этот человек не улыбался. Совсем. Несмотря на то, что вокруг было огромное количество восхищённых людей. Дмитрий Берг не играл на публику, он определённо находился не в самом хорошем расположении духа, но не желал прятать это за фальшивой улыбкой. И Влад даже не мог понять, как это на него подействовало — испугало или же наоборот привлекло ещё больше. Одет молодой человек тоже был необычно. На нём была чёрная бархатная безрукавка с наглухо закрытым горлом, плотно облегавшая худой торс. Тонкие руки от кончиков пальцев до предплечий скрывали однотипные перчатки. Сзади на спинке его стула висел пиджак из какого-то тёмного блестящего материала. Влада больше всего смутили перчатки. Можно было допустить, что писатель — человек крайне брезгливый и не желает, чтобы его кожу даже случайно кто-нибудь тронул, но неужели ему удобно держать ручку пальцами, затянутыми в бархат? Дмитрий поставил росчерк на первой странице книги, которую ему подсунула в полном восторге подпрыгивающая девочка лет четырнадцати, на секунду устало прикрыл глаза, отложил перо и пошевелил пальцами, словно разминая затёкшие мышцы. Потом опять взялся за ручку и глянул на Влада. — Давайте книгу, молодой человек. Влад вздрогнул. Всё. Это последний гвоздь в крышку гроба, где уже почти похоронены амбиции. Голос оказался совсем не тот. Тоже баритон, но на тон ниже, чем у Димы, не такой глубокий и мелодичный, хриплый, насквозь прокуренный, звучащий так, словно его обладатель очень сильно простужен. Такой голос больше бы подошёл здоровенному сорокалетнему мужику, выкуривающему в день по три пачки сигарет начиная с пятнадцати лет, чем хрупкому парню, который сейчас сидел перед Владом. Да уж, певцом такому человеку вряд ли доведено стать… — Влад, — шикнула Рита, ткнув его в поясницу острым кулачком. — Уснул что ли? Шевелись! Влад встряхнул головой, навесил на лицо улыбку и, стараясь, чтобы руки не тряслись, протянул раскрытую книгу. Дмитрий чуть прищурил злые зелёные глаза и вдруг спросил: — А можно поинтересоваться, как Вас зовут? Кому подписывать? Влад откровенно растерялся. Никому из подходивших за подписью до этого Дмитрий не задавал подобных вопросов. — Влад, — тихо ответил парень, сцепив в замок руки. Ему вдруг стало не по себе. Из глубины души взметнулось непонятное беспокойство. Что-то тут не так. Дмитрий опустил глаза, молниеносными движениями написал что-то на первой странице, закрыл книгу, вернул её Владу и сказал: — Приятного чтения. Прозвучало почему-то несколько мягче обычной интонации. Писатель повернул голову и каменным голосом добавил: — Следующий. На подгибающихся ногах Влад с трудом вылез из толпы и прислонился к колонне. Сердце было готово вылететь из груди, с каждой секундой оно всё больнее ударялось о рёбра. — Он совсем другой, — прошептал Влад. — Это выражение лица, этот голос… Нет, это не Димка. Но как два незнакомых друг с другом, вращающихся в абсолютно разных кругах человека могут быть так похожи между собой? Рита права, клонами их не назовёшь, но всё равно… Как, как такое может быть? Словно услыхав его слова, из толкучки выползла раскрасневшаяся Рита, подлетела к Владу и со всего размаху отвесила ему подзатыльник. — Ау! — взвыл Влад, хватаясь за ушибленное место. Потёр шею, на которой точно будет синяк после такого удара, и обиженно спросил: — За что? — За всё хорошее, болван, — рявкнула Рита, заталкивая книгу в дорогую кожаную сумку. — Куда ты удрал? Мог бы и подождать меня! — Меня толпа вытеснила, — мигом соврал Влад, смекнувший, что надо спасать положение. Рита, недолго думая, ещё раз стукнула его. — Ай! — взвизгнул Влад. — Прекрати, больно же, ещё шишку мне устроишь! Теперь-то за что? — Будешь врать — получишь ещё, — пригрозила Рита. — Ты специально улизнул, думал от меня сбежать! — Если ты меня ещё разок так звезданёшь, я вообще думать не смогу! — огрызнулся Влад. — И не собирался я от тебя сбегать, делать мне больше нечего! — Ну ладно, проехали, — сменила гнев на милость Рита. — Ну что, убедился, что это не чудом возродившийся из пепла Бикбаев? Влад вздрогнул. Его опять что-то кольнуло в сердце, слабенько совсем, но ощутимо. С трудом сумев взять себя в руки, он тяжко вздохнул: — Убедился, увы… Они совсем разные. — Ну вот, видишь, — Рита развела руками. — Я же тебе говорила, чудес такого рода не случается! Влад угрюмо поджал губы и примолк. — Чем теперь недоволен? — осведомилась Рита. — Вроде всё уже сделали, чтобы ты счастлив был. — Я просто хочу понять, почему он так похож на Димку… — О боже! — Рита мучительно закатила глаза. — Влад, да прекрати ты уже! Это простое совпадение, только и всего, ровно как и то, что ты оказался в этом магазине как раз во время его автограф-сессии! — Слишком уж много совпадений для того, чтобы их можно было считать таковыми, — Влад сморщился. — Не верю я в подобные вещи… — Параноик хренов, — надулась Рита. — Нет бы заткнуться уже! Это совпадение, понял? Элементарная игра природы! — Ты можешь считать как хочешь, а я выясню, в чём причины такой, как ты выразилась, «игры природы», — Влад надулся и отвернулся от неё, стараясь спрятать взгляд. — Ну выясняй, если тебе времени не жаль, — фыркнула Рита. — Не жаль, представь себе. Вполне вероятно, что это имеет какое-то отношение к моим кошмарам. Влад опять вздохнул и погладил ладонью чёрно-белую обложку. — Кстати, этот Дмитрий тебя по имени назвал, когда попросил книгу дать? — Нет, — удивилась Рита. — Просто буркнул: «Девушка, давайте книжку» и поставил роспись на странице. А что? — Интересно, он у одного меня имя спросил? — пробормотал Влад. — А спросил? — растерянно спросила Рита. — Да. — Как странно. А ну-ка, глянь, что он тебе там написал? Влад раскрыл книгу и уставился на первую страницу. Спустя секунду его бросило в ледяной пот, по спине побежали огромные мурашки, сердце опять забилось об рёбра, отдавая тупой болью от каждого удара. Знакомым крупным, очень аккуратным почерком на белом листочке была написана одна фраза. «Когда я не могу уснуть, я думаю о тебе.» — И что это значит? — голосом, не предвещающим ничего хорошего, спросила Рита, заглянув в книжку через его плечо. — Я…Я не знаю. Влад густо сглотнул. А действительно, что это значит? Что Дмитрий хотел сказать этой фразой? Перепутал Влада с кем-то другим? Поэтому спросил имя? Непонятно. — Ерунда какая-то, — Рита сдвинула брови. — Ничего не понимаю. — Может, мне лучше подойти к нему и спросить, что он имел в виду? — предложил Влад. — Разумно, пожалуй… Давай попробуем. Они стали пробираться обратно сквозь толпу. Когда удалось приблизиться, ребят ждало разочарование: за столом уже никого не было. Видимо, пока Влад и Рита препирались, время, выделенное на автограф-сессию, закончилось, и Дмитрий благополучно отбыл по своим делам. — Блин, — расстроился Влад, — опоздали. Теперь никогда уже не узнаем, что он хотел мне сказать… — Ну и чёрт с этим. Пошли отсюда, хватит на сегодня приключений, — Рита потянула его за локоть. — Как тебе идея зайти в какую-нибудь кафешку и под завязку напихаться пирожными, чтобы успокоить нервы? — Я бы не отказался, — кивнул Влад, решив не напоминать, что не любит сладкое. Вернее, не то, чтобы не любит — просто относится равнодушно. — Тогда потопали, — весело воскликнула Рита. Они вышли из магазина. И тут у Риты в сумке зазвонил мобильный. — Прошу прощения, — пробормотала девушка, доставая звенящую трубку и глядя на экран. Её глаза слегка расширились. — Это Ирина Всеволодовна, — недоуменно сказала Рита. — Мама? — изумился Влад. — Что ей от тебя вдруг понадобилось? — Понятия не имею… Сейчас и выясним. Рита нажала на зелёную кнопочку и прижала телефончик к уху. — Алло… Да, здравствуйте, Ирина Всеволодовна. Девушка помолчала мгновение, потом удивлённо продолжила: — О чём Вы? Владик здесь, со мной… Мы с ним были в магазине, всё в порядке… Что? Как это вы не можете до него дозвониться? Рита повернулась к молчащему Владу, отвела телефон чуть в сторону от уха и поинтересовалась: — Ты чего трубку не берёшь? Мать извелась вся, потеряла тебя. — Трубку не беру? — Влад вытаращил глаза. — Мне последние часа полтора никто не звонит! — А Ирина Всеволодовна говорит, что дозвониться до тебя не может, — констатировала Рита. — Ну-ка, проверь мобильный. Может, он разрядился? Влад похлопал себя по карманам, удивился пустоте, покопался в борсетке… Разбитый после его вспышки гнева мобильный пропал бесследно. — Может, в машине оставил? — предположила Рита. — Нет, он был при мне, когда я шёл к магазину, — Влад прикусил губу. — Наверное, из кармана выпал. — Где? — Вот уж тупой вопрос, Рит. Если бы знал — пошёл бы сейчас и взял его, — огрызнулся Влад. — Пойдём искать? — предложила Рита, наклонив голову. — Да ладно, хер с ним, — Влад поморщился. — Будем ещё время и нервы тратить. Всё равно он уже побитый весь был, новый куплю и забуду. Пойдём. Рита передёрнула плечами — она уже практически привыкла к странностями приятеля — и побежала за ним к машине. Мобильный с разбитым экраном заливался громким звоном в руках, затянутых в бархатные перчатки. Ярко-зелёные глаза внимательно наблюдали за моргающим от повреждений дисплеем. — Вот сопляк. Даже за своими вещами уследить нормально не может. Так на него похоже… Дмитрий осторожно сжал телефон и, моргнув, уставился в окно машины. Смеркалось. Мрачные улицы с зажжёнными фонарями быстро пробегали мимо стёкол и исчезали позади. — Не нравится мне здесь, — пробормотал парень, наморщив вздёрнутый нос. — Какой-то совершенно жуткий город… Прямо как в моих кошмарах. — Прикажете заказать на сегодня или на завтра билеты в Берлин, Дмитрий Олегович? — осведомился шофёр, одетый в глухой чёрный костюм. — Я бы очень хотел сегодня же улететь обратно, но, увы, придётся нам тут задержаться, — Дмитрий задумчиво наклонил голову. Длинная каштановая чёлка сбилась и закрыла один его глаз. — Потому что появилось дельце, с которым надо разобраться. Водитель кивнул и перевёл внимание на дорогу. Дмитрий надавил на красную кнопочку на мобильном. Тот перестал звенеть. Парень нежно погладил его, бережно сжал трубочку пальцами и уставился в окно. — Наконец-то я тебя нашёл… Осталось только выяснить, какого хрена ты забыл в Москве и почему называешь себя Владом. Дмитрий взглянул на молчащий телефон и прищурил глаза. — И, думаю, я даже уже знаю, каким образом смогу во всём разобраться.