Начать сначала

Руби с громким вздохом плюхнулась на диван. Она подняла голову и, встретившись с выжидающими взглядами Чармингов, слегка поежилась. — Я не смогла взять след. Она пользовалась лаком для волос или… не знаю, — пояснила она. — Эмма ничем таким не пользуется, — возразила Белоснежка. Руби пожала плечами и раздраженно вздохнула. — Нил передал волос. Я, как и просила Регина, попробовала взять след и не смогла. Все. Сидевший за кухонной стойкой Нил согласно кивнул. — А вы не думали, что она просто не хочет, чтобы ее нашли? — В смысле? — недоверчиво спросил Дэвид. — Она часто убегала. Может быть, обязательства испугали ее, и она снова свалила. В смысле, все ее вещи исчезли. — Она бы не ушла, — твердо сказала Белоснежка. — Откуда вам знать? Разве вы давно с ней знакомы… — он замолчал, когда Дэвид подался вперед, замахнувшись кулаком, но жена успела перехватить его руку. — Он этого не стоит. Давай сосредоточимся на ее поисках, — как можно спокойней сказала Снежка, и никто в комнате не стал акцентировать внимание на том, что принцесса в кой-то веки прислушалась к бывшей мачехе. — Кстати, а где Регина? — спросил Нил. Несмотря на угрозу быть атакованным, он даже не сдвинулся с места. — Я думал, хотя бы от нее будет больше пользы. — Она сказала, что должна сделать кое-что важное, чтобы убедиться, что наше будущее в безопасности, — Снежка пожала плечами. Ее действительно не волновало, чем занимается Регина, раз она делает хоть что-то, чтобы помочь Эмме, пусть даже в долгосрочной перспективе. Нил драматически вздохнул и, отвернувшись от кухонного острова, помрачнел. Он размышлял, можно ли каким-то образом остановить королеву, пока она не порушила все его планы. Генри с любопытством наблюдал за матерью, которая в десятый раз перечитывала какие-то бумаги. — Чем это поможет Эмме? — не выдержал он. Регина подняла глаза от стола. Она казалась удивленной, что в комнате есть кто-то еще, хотя сама же настояла на том, чтобы сын отправился домой вместе с ней. — Полагаю, ты знаешь, что случилось на самом деле, — она вздохнула, искренне надеясь, что не придется пересказывать один из самых болезненных — по крайней мере, в физическом плане — моментов, что произошел с ней в альтернативном Сторибруке. Генри с серьезным видом кивнул. У него был соблазн пропустить главы, но что-то заставило его прочитать их от корки до корки, и теперь мальчишке очень хотелось забыть все эти ужасы. — Грэг и Тамара… сделали тебе больно, и ты призналась, что сделала что-то с его отцом. Регина грустно улыбнулась и приподняла бумаги. Имя «Курт Флинн» резко выделялось на фоне остальных слов. — В моей временной линии он погиб до того, как Эмма разрушила проклятие. Генри нахмурил лоб. — Как он погиб? Горло Регины словно сжала невидимая рука, когда она вспомнила, как ей сообщили, что мужчина, которого она продержала двадцать восемь лет взаперти, покончил собой. Веревка была самодельной, и Регина понятия не имела, из чего он ее сделал. Медсестра из психиатрического отделения была совершенно растерянна. Регине каким-то чудом удалось спрятать свою скорбь под привычными масками, но, честно говоря, уже тогда от осознания произошедшего становилось тошно. — Поверь, Генри, ты не хочешь этого знать. Генри явно собирался спорить, пока до него не дошел весь смысл сказанного. — То есть сейчас он жив? Регина кивнула и поставила подпись внизу документа. — Да, и мне кажется, пришло время его выпустить. Генри согласно кивнул, и в этот момент зазвонил телефон. Мальчишка, схватив его, протянул матери. — Да? — вздохнула она. — Руби не смогла взять след, — донеслось из трубки. Регина ущипнула переносицу. Она была уверена, что они найдут Эмму, и она приведет отца Грэга в участок, чтобы успокоить мужчину. — Есть другие варианты? — спросила она сквозь зубы, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, которого так не достает в этой ситуации окружающим. — Мы надеялись, что у тебя есть идеи, — в голосе Чарминга слышалась резкость. Регина отрицательно покачала головой, но потом вдруг спохватилась, что принц не может ее видеть, и добавила: — Дай мне время подумать. Дэвид согласился и отсоединился. Регина со вздохом уронила голову в ладони. Генри подошел к матери и успокаивающе обнял. — Ты ее найдешь, мам, — заверил он. Регина, обняв его за плечи, притянула к себе. — Думаю, да. Я не привыкла рассчитывать на надежду, как ты, — горько рассмеялась она. — Ты влюблена в Спасительницу, — донеслось от дверей. — Мне кажется, ты обязана надеяться. Регина, повернувшись, увидела мать, которая неуверенно улыбалась им с Генри. Она заметно расслабилась, когда Регина вернула улыбку. Кора подошла ближе и протянула зелье поиска. — Я подумала, что она могла оставить что-то из своих вещей здесь. Зрачки Регины расширились. «Как я могла так сглупить?» Она постоянно говорила Эмме, чтобы не разбрасывала вещи по всей спальне, и, в конце концов, выделила ей отдельный ящик. — Иди, — Кора с улыбкой отдала ей зелье. — Я отвезу Генри к бабушке и дедушке. Дождавшись одобрения дочери, Кора развернулась, чтобы выйти из кабинета, когда мэр окликнула ее: — Мама… — она повернулась и выжидающе посмотрела на Регину. Регина чувствовала, что она должна очень многое сказать матери, но сейчас определенно не самое подходящее время для сердечных разговоров. Она может попробовать открыться, когда вернет свою девушку. — Спасибо, — просто сказала она. Кора в ответ широко улыбнулась. Честно говоря, это намного больше, чем она могла надеяться. — Не за что, дорогая, а теперь иди и найди свою Спасительницу. Регина открыла ящик, и она едва подавила рыдания, когда обнаружила, что в нем ничего нет. Она всерьез начала задумываться над тем, что Эмма просто взяла и уехала. Возможно, ей не по душе полноценная жизнь с кучей обязательств. Она перебрала в памяти последние разговоры с блондинкой, попыталась отыскать признаки подготовки бегства, но не смогла найти ни одного. Эмма выглядела абсолютно счастливой. Она начала проводить больше времени с родителями, несколько раз называла Снежку «мамой». Слово вырывалось само собой, потом Эмма неизменно краснела от смущения и отрицала, что это вообще произошло. Она проводила много времени в особняке, и вовсе не для того, чтобы избегать своих родителей. Генри с каждым днем становился все счастливее. Регина думала, это из-за того, что у него появилась полная семья. Наверное, это обстоятельство должно бы беспокоить ее, но Регина была неотъемлемой частью этой семьи. Спасительница всех объединила; бывшая Злая Королева осознала, что нашла-таки свой настоящий счастливый конец. И она не собиралась мириться с тем, что его отобрали. Регина в отчаянии открывала все остальные ящики в поиске ее вещей. Все закончилось абсолютным хаосом, комната напоминала поле боя, но повсюду были разбросаны только личные вещи самой Регины. Она упала на кровать и, обхватив голову руками, затуманенным от слез взглядом уставилась на открытый шкаф. Она понимала, что прежняя Кора с удовольствием использовала бы происходящее, чтобы доказать ей, что любовь — это слабость. И прямо сейчас она начинала с этим соглашаться. Никчемное чувство бесполезности было явным признаком слабости для бывшей королевы. Но ощущение абсолютного счастья, когда она была вместе со своей девушкой, доказало, что бесконечные лекции матери всего лишь результат ее искаженного взгляда на мир. Регина не сомневалась, что мать так и не познала истинную любовь, она определенно не любила Генри старшего. Ее взгляд упал на пол, и она нахмурилась, когда увидела торчащий из корзины с бельем кусок красной ткани. У нее были красные вещи, но она отдавала предпочтение синим и черным. В последнее время она полюбила этот цвет, в основном из-за одной очаровательной идиотки. Но, честно говоря, Регина не помнила, чтобы в последнее время надевала что-то красное. Вскочив, она вывернула корзину прямо на пол, и не сдержала громкий всхлип, когда среди остальных вещей увидела красную куртку. Регина, схватив кожанку, прижала ее к груди, и рассмеялась сквозь слезы. Она вспомнила, как кричала на Свон, которая разбрасывала куртку по всему дому. «Она, наверное, запихала ее сюда, когда услышала, что я иду», — с нежностью подумала Регина. Вытащив зелье из кармана, она собиралась капнуть им на куртку Спасительницы, но в последний момент передумала и достала телефон. — Регина? — ей ответили после первого гудка. — Все нормально? — Да, мама, ты можешь прийти и помочь мне? — она глубоко вздохнула. Мгновением позже в шаге от нее возникли клубы фиолетового дыма. — Что тебе нужно? — спросила появившаяся Кора. Регина улыбнулась, решив, что ей определенно нравится, когда мама рядом. Она подняла куртку. — Помоги мне найти ее. — Хватит, прошу! — кричала Эмма. Напряжение достигло своего пика, и обычный человек вряд ли бы смог вынести его. «Может, я, Спасительница, могу выдержать больше?» — рассеянно подумала она. Что ж, если это правда, ей придется страдать дольше. — Остановлюсь, когда ты сдохнешь, — прорычал Грэг и повернул рычаг до максимума. Эмма почувствовала, как темнота подступает к разуму со всех сторон, и ошалело оглядела помещение, в котором любимые обнаружат ее мертвой. Грэг собирался нажать на кнопку, когда их обоих прервал резкий выдох. Блондинка повернула голову. На мгновение пришлось зажмуриться от боли, но когда она открыла глаза, то увидела своих спасителей. Родителей, Кору и, разумеется, Регину, которая поймала красную куртку за секунду того, как та упала на пол. Отец размахивал пистолетом, готовый в любой момент пристрелить человека, посмевшего мучить его дочь, а шокированная мать зажала рот ладонью. Эмма скользнула взглядом по своему телу, насколько это позволяло положение, и увидела кровавые раны. Прежде чем добивать электричеством, Грэг еще несколько раз пользовался ножом. Помимо этого она заработала несколько довольно сильных ожогов. Превозмогая слабость, Эмма несколько раз мысленно перечислила присутствующих, прежде чем ее осенила догадка. — Г-Генри… — прохрипела Эмма. — Нил присматривает за ним, — услышала она голос Регины. Эмма сделала несколько глубоких вздохов. Она отчаянно хотела сказать Регине, чтобы возвращалась, чтобы защитила их сына, но не могла выдавить из себя ни звука. — Н… — через силу прошептала она, прежде чем Грэг, не взирая на опасность, метнулся к машине и ударил ладонью по кнопке. Множество электрических зарядов пронзили тело блондинки. Спина выгнулась, и ее поглотила спасительная темнота, о которой она мечтала все шесть часов пытки. Последним, что услышала Эмма, был выстрел, сопровождаемый звуком падения чего-то тяжелого. Генри, ссутулившись сидел над книгой, и внимательно читал, пока Нил прощался с Руби, которой поручили выпустить из заключения Курта Флинна. Тишину нарушал лишь треск огня в камине — единственное, что спасало от здешних холодных зим. Но вот дверь захлопнулась, и Нил, повернувшись к сыну, впился взглядом в книгу сказок. Стараясь вести себя непринужденно, он сел рядом с ребенком. — Что читаешь? Генри посмотрел на своего отца; он до сих пор злился, что его оставили дома, хотя умом понимал, что еще слишком маленький. Впрочем, последнее совсем не мешало мечтать о героических подвигах. — Ты знаешь, что это, — пробормотал он, переворачивая страницы. Нил неловко кивнул. — Можно посмотреть? — Зачем? — Генри недоверчиво посмотрел на Нила. Мальчик и сам толком не понимал, почему, но после унизительного инцидента в закусочной его отношение сильно изменилось. — Кто бы не захотел узнать побольше об альтернативной временной линии? — Нил нервно рассмеялся. Генри сузил глаза. — Я об этом уже рассказывал. Ты разве не беспокоишься об Эмме? Нил с трудом сглотнул. — Конечно, — сказал он. — Я просто пытаюсь отвлечься. Ты разве не этим занимаешься? Мальчик чуть склонил голову. — Я уточняю, что произошло в прошлый раз. На тот случай, если они не найдут ее. — Ну, тогда позволь помочь тебе, — настаивал Нил, пытаясь выхватить книгу, но ребенок увернулся. — Генри! — он решил проявить строгость, но не преуспел в этом. — Я сам, — в голосе Генри слышались нотки недовольства. — Почему бы тебе не заняться чем-нибудь другим? Нил помрачнел и просто выхватил книгу из его рук. — Эй! — Генри попытался забрать сказки, но Нил встал в полный рост и отмахнулся от него. — Поверь, парень, так будет лучше. — О чем ты? — Генри оставил безуспешные попытки, осознав, что не дорос, чтобы бороться с отцом. — Я вернусь в прошлое и помешаю Эмме отказаться от тебя, — пробормотал он скорее себе. — Но мне нужен триггер. Генри округлил глаза. Все, что он понял из слов Нила, это то, что его хотят отобрать у Регины. Не раздумывая ни секунды, он с силой пнул Нила в колено. Мужчина пошатнулся, и Генри, выхватив книгу, бросил ее в огонь. Нил мгновение смотрел, как тлеет бумага, после чего его лицо исказила гримаса гнева. Он схватил Генри за воротник куртки и притянул к себе. — Ну, тогда я полагаю, есть только одно место, где я могу получить нужную информацию, — прорычал мужчина.