Abyssus abyssum invocat

Казалось, что тусклый свет, освещающий весь мрачный зал стал намного ярче, как только из под простыни показалось до боли знакомое тело. Оно неподвижно и покорно лежало на кушетке, как будто до этого никогда не двигалось и ничего не чувствовало. -Если быть честной, то я ожидала двоих — тебя и Белтрена, но пришел только ты. Жаль, очень жаль, — девушка начала натягивать на тонкие бледные пальчики одноразовые перчатки. — Не удивлюсь, если его уже нету в живых. Не то, чтобы я его не любила, просто подобное я предвидела. Наивный такой. У него было столько возможностей! Но он как червь ползал внизу, уповая на удачу, что над ним сжалятся и не раздавят. -Она жива? — Орихара с равнодушием смотрел на тело, проигнорировав все сказанные кем-то слова. -«Жива»? Странный вопрос ты задаешь, однако. Она никогда не была ни мертвой, ни живой. Это ожившая легенда, она не подчиняется законам природы. Тоже мне скажешь… Живая, — рыжеволосая улыбнулась и смахнула мешающую прядь со лба. — Ладно-ладно, я поняла твой вопрос. Понятия не имею. Не поверишь, но я нашла ее именно в таком состоянии. Понятия не имела, что делать с телом, чтобы оно не испортилось. Пока вопрос сам собой не исчез. Она же легенда. Законы природы не писаны… Ах, как же я ей все-таки завидую в этом плане. Но как только вопрос сам собой исчез, то появился новый. И его я, как можно наблюдать, не решила. Понятия не имею как заставить ее встать или «ожить». Да и возможно ли это. Проще говоря, мне нужна твоя помощь в этом процессе. Я знаю, что ты можешь узнать все на свете, а стимул тебе — сама всадница. Она ведь тебе тоже нужна, правда? Я знала, что мы из одной лодки. -И что ты собираешься делать, пока я буду искать информацию? -Разумеется исследовать тело. Возможно, мне и не понадобится ее «оживление». Но знаешь, как только мы решим этот вопрос, то появится новый — голова. Мне необходима ее голова. Поэтому ее ты так же должен найти. Это не приказ, это инструкция. -Слушаюсь и повинуюсь, — с ухмылкой сделал поклон информатор. — Разрешите покинуть помещение? -Погоди, я совсем забыла… Ты ведь помнишь, что у тебя время ограничено? — девушка скрестила руки на груди. -То есть? -То есть в твоем организме ядовитое вещество и твое время тикает. Успеешь — хорошо, нет — плохо. Хм… Кажется, все. -У Вас имеется противоядие для меня? -Конечно имеется. Я бы не стала так глупо терять прекрасный ум. Сделаешь свое дело и получишь свои спасительные капельки. -Благодарю, — Орихара вышел из зала и поднялся наверх, где его уже ждал вышибала, рядом с которым покоилось приличное скопление окурков. -Ну?! — последний с раздражением посмотрел на вышедшего из «безумия». — Что узнал? -Ты бы все знал, если бы не ушел, — брюнет сделал самую тяжелую и печальную гримасу. — Тебе не понравятся мои слова. -Говори уже, — блондин нахмурился, ожидая самого худшего. -У нас чуть меньше суток. -Замечательно… — экс-бармен прислонился к стене здания и, с безысходностью на лице съехал по ней вниз. — И ничего не сделать? Изая достал телефон и включил голосовую запись, где повторялись последние слова девушки. -Успеешь что? Что ты должен успеть? -Найти Селти. -И тогда тебе дадут противоядие? -Нет, тогда я достигну цели своей жизни и смогу спокойно уйти в мир иной. Правда жестокие правила? — он горько усмехнулся, засовывая телефон обратно в карман. -Тогда больше нечего терять… -Как будто раньше было что-то иначе. -Для тебя может быть нет, а вот я боялся чего-то потерять. Изо дня в день я боялся потерь, даже если терять было нечего. Скажи, ты хоть раз в жизни напивался? -Сколько бы мне там не оставалось, но пить с тобой я не стану. -Заставлять не буду, но причина отказа мне неизвестна. Не могу понять, почему? Почему? Мы же уже даже не враги. Меня не тянет тебя прикончить, ты меня перестал раздражать. Или это из-за обстоятельств чувство гнева притупилось… не знаю. Но знаю одно — вражды между нами больше нет. -Вражда… Интимность… Враги самые близкие друг другу люди, — голос был монотонный, будто лукавый священник читает проповедь людям, которых он ненавидит всей своей душой. — Чего бы там у нас не было, а я тебя до сих пор ненавижу, Шизу-чан. Всем своим нутром ненавижу и хочу только одного, чтобы тебя никогда не существовало. Ты настолько ничтожен, что вызываешь во мне ненависть и отвращение, будто к уличной облезлой псине, - его взгляд был наполнен редкой серьезностью. — Я миллионы раз повторял о твоей ничтожности, глупости и бесполезности. Ни за что не отступлюсь от своих слов, ведь они подобны истине. Той самой истине, которой не существует по причине правила исключений. Но мои слова настолько приближены к ней, что вполне способны стать тем самым исключением и выйти из правил, став истиной. Думаешь, я нарочно понижаю твою самооценку, приводя в аргументы подобные слова? Да. Да, нарочно. Зачем? Ты ведь и сам знаешь! — голос становился громче. -Нет, я же «слабоумный». Я же ни черта не понимаю. Я никогда не понимал тебя, Изая, никогда! Тебя никто никогда не понимал. Не понимаю, зачем ты делаешь все это, зачем ты говоришь такое, зачем ты себя ведешь, как мразь, в конце-то концов. Ты обезумел. Ты не человек и далек от этого понятия, даже дальше меня. Но несмотря на это, я все же иногда ловлю себя на мыслях, что тебя тоже можно понять. -Какие мы святые. Оправдываем Изаю. Изаю, который не стоит оправданий и понимания. Браво, — в узкой улочке раздались приглушенные хлопки. -Ты и сам не хочешь, чтобы тебя кто-то понимал. -Я выше вашего понимания, а уж тем более куда выше вашей жалости. -Не надоело ставить себя выше других? — равнодушие сменилось легкой злостью. -Чтобы выдрессировать собак, им нужно повторять одно и тоже неоднократно. Но не переживай, твоя дрессировка закончилась. -Как и наша вражда, — сказал Хейваджима вслед уходящему и нахмурился, ожидая хотя бы какого-нибудь ответа, которого так и не дождался. Орихара в конец запутался в мыслях относительно Хейваджимы. Он забыл о своей ненависти, все это время общаясь с последним как… с человеком! Только сейчас он это осознал и понял насколько это отвратительно — забывать собственный устав. Он чувствовал, как морально слабеет и сам становится ничем. Медленное внутреннее выгорание. Смерть. Не нужно придумывать оправдания тому, что он ни разу не направил в сторону врага оружие, что ему даже в голову не приходила мысль о ненависти. Как можно забыть о такой важной вещи?! Не нужно придумывать оправдания тому, что он не смог отказать собственному врагу, что в один момент он сам его позвал, совершенно не задумываясь о ненависти. Не нужно этого делать, ведь оправдания делают тебя еще слабее и ничтожнее. Сейчас Орихара брел по безлюдной улице и чувствовал себя сбежавшим с поля боя, со своего поля, на котором он оказался по собственной вине. С него будто бы сорвали мантию-невидимку, за которой он постоянно прятался. Да, он трус. Самый настоящий трус. Но именно эта черта отличает его от Хейваджимы, именно эта черта дает ему какую-то надежду. Надежду? На что? Этого он не знал. А не знал ли? Из мыслей его вывел скрип резко остановившейся машины и глухой удар, за которым последовали возмущенные голоса и крики. Обернувшись, информатор увидел аварию с участием новой Nissan GT-R и мужчиной арабской внешности, рядом с которым лежал массивный канализационный люк и бранился его, по всей видимости приятель, неплохо знающий японский язык. Он гневно размахивал руками, кричал, звал на помощь и просил вызвать скорую. Голос его был наполнен болью и неподдельной горечью. Брюнет лишь стоял в стороне и наблюдал за бессмысленными разборками, думая лишь об одном пострадавшем, что неподвижно лежал под колесами автомобиля. Он мертв. Он больше никогда не встанет и не сможет дышать. Его жизнь подошла к концу. Был ли он готов к этому? Всего несколько часов назад Орихара сам был готов расстаться с этим миром. Но был ли готов к этому тот мужчина? Как же порой жизнь подносит нам неожиданности. Простояв на том же месте с минуту, он вновь развернулся и продолжил свой путь. И вот, брюнет уже стоит у хорошо знакомой ему приоткрытой двери. Кажется, уходя, он забыл ее закрыть, оставив друга на волю судьбы. Видимо, мысли о скорой своей смерти были куда важнее, чем жизнь другого человека, о которой он все равно не печется и вряд ли бы стал. Но мысли все равно были куда важнее. Пройдя вглубь квартиры, в нос ударил резкий запах спирта. В спальне на кровати развалился вымученный силуэт подпольного врача, медленно, зажмурив глаза, качая головой из стороны в сторону. Нетрудно догадаться, что беднягу мучают сильные боли. Рядом с Кишитани лежит пустой стакан и такая же пачка таблеток, а на полу та самая пролитая бутылка этилового спирта, видимо ставшая случайной преградой на пути к сосуду с водой. -Ты в состоянии разговаривать? — специально тихим голосом произнес информатор. -Да. Когда я очнулся, то по голове словно кувалдой ударили, но сейчас уже легче. Как я оказался дома и почему ты пришел? — с прикрытыми глазами промямлил шатен, не в состоянии говорить более четче. -Что ты помнишь до того, как очнулся? В комнате повисла мертвая тишина. Шинра всеми силами пытался подобрать нужные слова и наконец выдавил единственное: -Извини. -За то, что ты меня бросил ради Селти? -А ты откуда знаешь? — один серый глаз нашел силы приоткрыться. -Это моя работа — все знать. -Я получил СМС от неизвестного номера. Там говорилось о Селти, что этот человек знает, где она. Я сразу же подумал, что это Макс и пошел проверить номер. Они оказались идентичны. Макс сказал, чтобы я немедленно мчался в какое-то кафе… не помню название, — он поморщился. — Извини, правда. Твое состояние было не таким уж и тяжелым, ничего плохо не предвещало, но по пути я все равно позвонил своему знакомому и попросил тебе помочь. А дальше… Изая, убей меня. -Дальше, — информатор стоял к другу спиной, с задумчивым лицом вглядываясь в окно. — Что было дальше? -Пожалуйста! Пообещай, что после меня убьешь, ибо я сам этого не сделаю. -Дальше, — с тем же тоном повторил брюнет. -Я пришел в это чертово кафе и сел за указанный столик. Ко мне подошла пара человек — девушка и мужчина европейской внешности. Я сразу же подумал, что это Макс в сопровождении со своей спутницы, или что-то вроде того. Они что-то сказали на итальянском друг другу и сели напротив. Макс начал сразу по делу. Сказал, что с Селти случилось беда, что ей нужна моя помощь и что она сейчас находится у них… он сказал, чтобы мы сейчас же отправились к ней и мы отправились. Какой-то подвал… Там было темно. -На потолок смотрел? -Он высокий и в плитке, это важно? -Да, продолжай. -Его девушка позвала меня за собой в какую-то комнату. Там было холодно, кажется, это был холодильник. Да. У стены стояло нечто на подобии кушетки, а на ней… на ней была Селти! — он зажмурился от громкости. — Нет, не так, там была не Селти, а ее тело. -Ничего необычно не заметил? -Я видел ее тело, но самой Селти там не было. Это единственное… Изая, Селти мертва! -Да. -Она мертва… Ее нет, — Кишитани прикрыл тыльной стороной ладони рот, стараясь не взывать. — Этого не может быть! -Это все? Больше ты ничего не помнишь? -Изая, я все эти дни копался с ее телом, я искал и исследовал каждый сантиметр. Ничего. Будто опустошенный сосуд… Она исчезла, — из уголков глаз потекли слезы отчаяния. — Это же нелепо. Нелепо потерять ее вот так! Какой смысл мне теперь жить?! Какой, мать его, смысл?! Зачем? Ее нет! Я теперь один! -Теперь все? -Вчера я потерял сознание. Наверное, я выпил что-то не то. Неважно. Жаль то был не яд. Это все. -Я знаю, кто виновен в смерти Селти. Тебе станет легче? -Знаешь? -Разумеется. -…Нет, легче не стало. Ты лишь добавил второй пункт в моем плане. Я хочу убить его. Это Макс? -Его спутница. Рука доктора медленно сползла вниз. Серые глаза в упор смотрели в потолок, пытаясь понять почему и как. -У нее психические отклонения. -Как у тебя? -Что? — Орихара плавно обернулся в сторону собеседника, одарив возмущенным взглядом. -Я же видел, как ты разговариваешь сам с собой. Про меня, про комнату, про теракт… Изая, ты действительно говорил сам с собой. -Да, а еще это я устроил тот самый теракт. Теперь ты знаешь немного больше, — он с ухмылкой повел плечами. — Что касается Дианы, а это та самая девушка, то она изначально хотела убить Селти в своих целях. Она хочет стать такой же, как Селти. Как тебе? -Ты уверен, что это она? -Видимо, Диана сама не поняла как у нее это вышло, а когда увидела результат, то сразу же зашевелилась. История подходит к концу. -Если Селти оказалась у них, то это точно не случайность. -Верно. Ей нужна голова Селти. -Зачем? -Видимо, ничего больше не остается, как уповать на чудесное воскрешение путем соединения тела и головы. -А это мысль! — Шинра оживился. — Нужно сейчас же брать голову и отправляться к Селти! -Приведи себя в порядок, а ближе к полуночи мы встретимся у того самого подвала. -Почему так поздно?! -На покой пора печали, Время спать костям; Душу страсти разорвали, Время спать страстям. -Что? — шатен непонимающе взглянул на улыбающеюся фигуру напротив. -У меня дома труп, вот что. Я должен с ним вовремя разобраться.