Соблюдайте тишину в библиотеке

      Лидия не помнит, как проходит ее выходной. Вернувшись в воскресенье вечером, она медленно снимает обувь, ставит полусапожки сестры на полку у зеркала. В квартире слышен звук работающего телевизора. Наверное, отец и мать снова что-то смотрят. Играет приятная музыка, зал рукоплещет. Да, они наслаждаются воскресным концертом. В квартире совсем темно. Лидия стаскивает с себя куртку, вешает ее в шкаф. Медленно, почти на цыпочках, она крадется на кухню, чтобы попить воды. Из нее сейчас не вытянуть ни слова, уж больно сильно она напугана.       На кухне полумрак. Лида открывает холодильник, достает оттуда бутылочку холодной воды, хватает с полки чашку, наливает туда. Теперь ее руки трясутся, а к горлу подступают всхлипы. Она ставит бутылку на стол, не закрывая холодильник, жадными глотками пьет холодную воду. Ее это немного отрезвляет.       — Лида! Лида пришла! — мальчишка вбегает на кухню, стуча игрушкой по дверному косяку. Глаза девушки округляются, она боится поднять шум. Сейчас ей хочется проскользнуть в свою комнату и уснуть.       — Кристоф, тише! — шипит Лидия, пытаясь угомонить ребенка.       — Лида сегодня красивая, — он смеется. Родители в зале начинают шептаться. Из соседней комнаты вылетает растрепанная Рита. Ее длинные черные волосы убраны в неаккуратный пучок. Увидав сестру, она пулей подлетает к ней, хватая за локоть:       — Все хорошо, Лида вернулась. Не отвлекайтесь.       Родители тут же погружаются в тишину. Маленький сын Риты, Кристоф, направлен в свою комнату, чтобы делать уроки. Он недоволен, потому что ему интересно, почему Лида сегодня такая красивая, но очень грустная.       Рита и Лида очень похожи. У них одинаковая фигура, рост, черты лица. Просто Рита старше на двенадцать лет.       Обе девушки прижимаются спиной к двери, тяжело дыша. Они не в первый раз делят тайны на двоих. Редко можно увидеть двух сестер, которые так хорошо ладят.       Первая приводит дыхание в норму Рита:       — Как все прошло?       Лида молчит, закусывает губы, вспоминая неудавшиеся поцелуи. Она поворачивается лицом к двери, утыкается лбом в деревянную поверхность, ведет рукой по ней.       В комнате горит лампа, за окном гаснет свет в соседних домах.       — Лида? — повторяет сестра. Но девушка молчит. Тогда та хватает ее, тащит на кровать. — У вас что-то было?! — от этого Лида вспыхивает. Она не из тех девушек, кто позволяют все на первом свидании. Да и за эти годы у нее не было никогда серьезных отношений, только поцелуи.       — Он пытался меня поцеловать, — Лида заливается краской. Хорошо, что комната плохо освещена.       — Что такого? — старшая сестра обнимает младшую. — Это нормально, когда мужчина…       В этот момент Лида не выдерживает, из ее глаз начинают литься слезы. Постепенно, она рассказывает сестре все о Януше. Говорит, как встретила его в библиотеке, как потом они касались друг друга в кафе. Добавляет, что она не представляла, что он «такой».       — Исключено, — отрезает Рита. — Тебе нельзя общаться с ним больше. А что, если ты в него влюбишься? Ты что, хочешь встречаться с таким? — сестра специально делает акцент на последнее слово. — Он же сам не способен жить. Он мир видит и воспринимает иначе. Вам даже поговорить не о чем будет. Это просто ребенок… да мой Кристоф и то самостоятельнее!       Слова больно режут. От них становится еще хуже. Там, где касался Януш, все горит и колет.       — Нет, исключено, — она повторяется. — Если он придет в библиотеку, скажи ему все это, — делает паузу, поднимаясь с кровати, — напиши, точнее. Поясни правильно, что он хороший парень, но ты с ним встречаться не можешь. И общаться с ним тоже не надо тебе больше, потому что дружба породит жалость, а еще он сильно привяжется к тебе. Ты выйдешь замуж, заведешь семью, оставишь его. Как же будет страдать его сердце. Слышишь, Лида?       Она кивает.       — Хорошо. Тогда, давай, — Рита вырывает из тетради листок, берет ручку со стола, — прямо сейчас напишем ему письмо. И в этом письме все объясним, да? Так будет лучше, обдуманнее.       — Завтра, — Лида стаскивает с себя платье, украшения. Это все не ее. Она была не настоящая с ним. Хорошо, что он ничего не видел. Она соврала своим чувствам, когда сбежала от него. Что-то непонятное и странное двигало сейчас молодой девушкой, заставляя вызвать такси, вернуться в это кафе, чтобы обнаружить за третьим столиком пана Януша. — Давай обдумаем все завтра, хорошо?       Эта история не должна получить развитие. Такой парень Лидии не подходит, ведь за него нужно нести огромную ответственность. А, правда, о чем бы они могли поговорить?       Лида все еще хранит в столе то его первое письмо. Всю ночь, освещая телефоном лист, она читает вновь и вновь строки, пытаясь собрать в своих голове и сердце по кусочкам мысли и чувства.       Интересно, хорошо ли он добрался домой. Что сказал родителям и брату про неудавшееся свидание. Был ли он с ними так же искренен? Где он живет, какая его комната. Наверное, намного больше, чем у Лидии. И в ней нет музыкального центра, зато есть много книг о музыке.       Лидия прислушивается к той тишине, которая окружает ее. Она понимает, что улавливает крохотные звуки: гул за окном, шум телевизора, который родители не выключили, уснув перед ним, сопение сестры на соседней кровати. Лида затыкает уши, прислушиваясь к шуму внутри. Так сердце разгоняет кровь по венам и артериям. В мире Януша даже этих звуков нет. Интересно, а можно ли его вылечить?       С этими мыслями она медленно засыпает.

***

***       Марчин зол во вторник. Лидия отмечает, что его голубая рубашка помята.       — Ты хорошо добралась? — спрашивает он, пока Лидия расставляет книги. Он подбирается сзади, для девушки это внезапно. Она чуть не падает со стремянки. Марчин несказанно рад тому, что может ее поймать.       — Спасибо, — она улыбается растерянно, пытается выбраться из его хватки. Он окидывает взглядом зал, отмечает, что народу с утра нет. Его руки сжимаю талию Лидии, он прижимает ее к себе и зарывается носом в ее волосы:       — Я так переживал. Позволь всегда провожать тебя.       — Мм, простите, — Лидия сравнивает эти прикосновения с прикосновениями Януша. Похожи, но что-то другое в них явно есть. От этого у нее появляется желание снова потрогать руки этого глухонемого парня.       — Ты была на свидании? У тебя кто-то есть?       — Я виделась с одним человеком, мой приятель, не больше.       Марчин отпускает ее, потому что понимает, что она врет. Женщины никогда не наряжаются так для друзей. Он понимает, что Лида не желает его, но до последнего не хочет сдаваться. Он же влюблен. Сильнее всех влюблен в эту девушку.       Так ему кажется.       Лидия резко отталкивает его. Сейчас сердце Марчина разобьется на куски. Но он явно не тот мужчина, который ей нужен. Они бы могли вместе хорошо ужиться, пожениться, завести ребенка, жить как все люди в этой стране и в этом мире. Так живут многие. Почему бы не сойтись и им?        — Прекратите, пожалуйста, это делать, — ее голос строгий, — мне нужно работать.       — Извини, пожалуйста.       Они расходятся, чтобы погрузиться каждый в свои мысли.       — О, ты пришла, — коллега зовет к себе. Сегодня в отделе музыки почти никого нет. Лида собирается играть на фортепиано, чтобы продолжить учить язык, а еще развеять странные мысли.       — Здравствуй, сегодня я могу играть?       — Конечно, садись, я уже соскучилась по твоей музыке.       Дверь открывается, внутрь медленно заходит высокий светловолосый юноша.       — Януш! — вскрикивает коллега, махая рукой парню. Разумеется, он не слышит. Первое, что он успел поймать здесь — наличие Лидии у инструмента. Он замирает в дверях, смотря пару минут на нее. Она тоже не сводит с него взгляд. Потом парень опускает глаза, дергает плечом, стаскивая с себя рюкзак. Он выглядит так же, как и в день их первой встречи. Вот же странный, как можно так одеваться?       Значит, позавчера он хорошо добрался. Хорошо, что с ним все в порядке.       — Почему ты так быстро возвращаешь книгу? — Лида пытается отвернуться, чтобы сосредоточиться на игре. Но у нее это не получается, она уставляется на парня. Он снова достает телефон, набирая в заметках текст. — Тебе она больше не нужна? Но тебе она понравилась, да?       Он кивает. Как-то грустно. Его тонкие пальцы застегивают молнию рюкзака, он закидывает его снова на плечо. Лидии известно, какие у него горячие на ощупь руки. Януш бросает на Лидию случайный взгляд, замечает, что она смотрит на него, пытается скрыть радостную улыбку.       — А хочешь послушать ту музыку, про которую читал?       Она, верно, смеется над ним. Лидия в недоумении, но Януш, согласно кивает.       Библиотекарь достает большие наушники, которые они подключат к виниловому проигрывателю. Она быстро находит нужную пластинку, дает ему в руки наушники. Януш водит глазами из стороны в сторону, смущенно улыбаясь. Его пальцы прижимаются к поверхности наушника, водя по шероховатой поверхности.       Так для него существуют звуки. Путем колебания, соприкосновения с его кожей.       Его пальцы сейчас снова являются центром восприятия этого мира.       Коллега набирает что-то ему на телефоне. Януш читает это, откладывая в сторону наушники, затем с серьезным лицом набирает ответ. Женщина улыбается:       — Лида, разрешишь остаться ему? Он хочет посмотреть, как ты играешь.       Лида вспоминает слова сестры о привязанности. Януш весь в надежде, внутри него все трепещет, он боится получить отказ. Но он сам для себя решил вчера, что если получит его, то больше никогда не придет сюда.       — Хорошо, — отвечает она, смотря на него. Он читает это по ее губам.       Несомненно, парень влюбился по уши. Сейчас ответ Лиды стал решающим для них обоих. Ах, да лети оно все к чертям! Она и сама влюблена в него!       Януш берет стул, стаскивает рюкзак, вешает его на спинку. Он — истинный джентльмен, все его действия четкие и аккуратные. Затем он расстегивает пуговицы на синем пальто. Лидии представляется странная бирюзовая футболка с рисунком какого-то чертика. Это кажется ей забавной. Януш ловит ее улыбку, складывает пальто, садится рядом. Он как бы спрашивает, что ее развеселило.       Если бы он мог слышать, то услышал бы, как сердце бешено разгоняет кровь по сосудам.       Лидия напевает песню, играя на инструменте. Потом она вспоминает, что лучше смотреть на Януша, чтобы тот смог читать по губам.

Отвергая законы природы Стоит у перил моста Безумно глядя на воду Совершенная красота.

      Он улыбается, но потом она вспоминает, что он не знает русского языка. Какие-то слова для него похожие, но он вряд ли сможет их понять. Парень шевелит в ответ губами, чтобы понять то, о чем она поет. Он повторяет за ней через слово или через строчку. В его голове каша. Он сосредоточен на Лидии и песне. Слишком много событий для того, кто пятнадцать лет был затворником.       Она заканчивает играть, но он понимает это не сразу. Когда Лида встает, то Януш вскакивает вместе с ней. Он бы хотел узнать, что случилось и будет ли продолжение.       — Спасибо, — она говорит ему это почти по слогам. — Это песня на русском языке, я сейчас его учу снова.       Януш набирает на телефоне: «Спасибо вам. За воскресенье».       Лидия улыбается, ее снова охватывает страх, а слова сестры барабанят по голове.       «Не за что, берегите себя, пан Януш».       Она набирает это сообщение в ответ. Краем глаза она замечает, что у него очень много заметок сбоку. Получается, со времени покупки этого телефона, в нем хранится все его беседы с родственниками.       Это новая модель, она помнит, что все кричали о его выходе. Дорогая вещь, но очень полезная. Особенно для Януша. Большой экран, приятный корпус. Лидия смотрит на средство передачи информации Януша. Затем она хмыкает, отдает юноше телефон.       Януш читает это с грустным лицом, понимая, что это их последний разговор. Лучше бы она сразу сказала «нет». И зачем он начал всю эту лабуду с письмами?       Он пытается выдавить из себя улыбку, а она сдержать себя, чтобы не попросить его остаться. Сестра права, она такого парня не потянет. Надо успокоить сердце и разум. Януш протягивает руку Лидии, чтобы пожать ее в последний раз. Она с волнением принимает рукопожатие. Он резко притягивает ее руку к своим губам и нежно целует тыльную сторону ладони. Волна поднимается внутри Лидии, она вырывается на берег, уничтожая все логические доводы Риты, смывает все препятствия. Сейчас Лидия превращается в Венецию, в которой поднялся уровень воды и все затопил.       Януш быстрыми шагами идет к выходу, чтобы скрыться ото всего этого. Он зашел далеко, но не настолько, чтобы не пережить это. Он спускается по ступенькам библиотеки, чуть не спотыкаясь по невнимательности. Его руки в кармане пальто. Он спешит по тропинке в сторону парковки. Его всего трясет, а горячее солнце не греет, а сжигает. Солнце зимой добавляет лишь мороз. Парень застегивает пальто, потому что мороз пробирается внутрь него. В сердце гулкий ветер, а в животе как-то пусто и колко.       Лида замечает, что он оставил рюкзак. Насколько же сильно он был расстроен.       — Януш! — кричит она, выбегая вслед. Но он же не может ее услышать. Она замечает синее пальто, спешит к нему. Ей не страшен мороз. Холод пытается поймать ее в свои объятья, но она ловко выскальзывает из них. — Подождите! — в одной тонкой черной блузке и в юбке, весенних башмачках, даже не переобувшись и не накинув на себя куртку, она пытается догнать его. — Стойте, — наконец ей удается схватить его за рукав. Он останавливается, резко оборачиваясь к ней. — Рюкзак, вы оставили, — их глаза встречаются.       — Блин, Януш! — Лида оборачивается на голос. У черного автомобиля стоит молодой парень. Януш тоже оборачивается к нему. — Дурень, иди быстрей, я устал ждать.       Он машет рукой, подзывая парня. Януш оборачивается к Лидии, беря рюкзак, улыбаясь и кивая в знак благодарности. Парень не выдерживает, громко фыркает и подбегает к ним.       — Хватит девчонок клеить, все матери расскажу, — он одного роста с Янушем. Треплет его волосы, заставляя улыбнуться. У них похожие носы и одинаковый разрез глаз. Только у этого парня волосы темнее, да и глаза более яркого зеленого цвета. Явно, моложе Януша. — Вам не холодно? Давайте я вас провожу, — после этих слов Януш выдвигает руку, чтобы преградить путь парню. Его взгляд строг и серьезен. — Иди в машину, не переживай, я просто провожу.       На лице Януша очень много тревоги и злобы. Но он не спорит с парнем, расстроенно вздыхает, идя к машине, открывая ее и садясь на переднее место пассажира.       — А вы пока накиньте, — парень учтиво накрывает плечи Лидии пальто. Оно по покрою похоже на пальто Януша, только цвет черный, да и одет парень куда гармоничнее. — Меня зовут Томас, я младший брат этого дурачка.       Лидия замирает, вспыхивая от таких слов.       — Не бойтесь, я это любя. Вы бы знали, как он на меня обзывается.       Они доходят до библиотеки. Томас становится в порога, лохматя бронзовые волосы. Из-за перчаток и под влиянием мороза они электризуются и начинают торчать в разные стороны.       — Вы ему понравились, — вдруг начинает он, доставая из карманов джинсов сигареты. — Не возражаете?       Лидия мотает головой. Дома она уже привыкла к курящему по пачке в день отцу. Томас откидывается на стену библиотеки. Только сейчас Лидия, глядя на парня в одном тонком свитере, ежится, укутываясь в его пальто. Она ловит носом знакомый запах. Чуть-чуть, крохотная нотка родного одеколона. Это его, несомненно.       — Так значит, вы та самая, из-за которой он в воскресенье ушел из дома, — Томас откидывает голову, выпуская дым вверх. — Он у нас обычно только со мной ходит, как сегодня. А это свалил из дома, оставил мне записку и взял клятву «не говорить родителям». Как я мог нарушить?       Лидия подходит к нему чуть ближе. Как же Януш и Томас все же похожи:       — Я неправильно поступила, что сбежала. Мне показалось, что он забудет меня в тот же миг, как только я исчезла.       — Нет, он выпросил у меня последний шанс встречи с вами. Видели же его реакцию, когда я подошел, — Томас делает пару затяжек. — Не бойтесь, вы красивая, но я не подойду к вам, потому что в вас влюблен мой брат. Так что, как бы я вам или вы мне не были симпатичны, я и думать об этом не буду, чувства Януша для меня важнее.       Лида сейчас рада, что у Януша есть такая родня.       — Скажите честно, — он тушит сигарету и кидает ее в бачок, — он вам нравится? Если нет, то пусть эта встреча станет последней. Так будет легче и мне и ему. Я достаточно видел боли в нем, еще раз не хочу.       Лида чуть мнется. Она говорит ему:       — Я соврала, если бы сказала, что не боюсь его… точнее, ответственности, которая ляжет на мои плечи.       — Любовь — это вообще ответственность, — Томас сводит брови. — У вас с ним будет точно такая же. Он как все, даже лучше. Особенно там, внутри, — Томас указывает на сердце, затем касается своего лба, — и вот здесь вот.       — Я это уже поняла, пан, правда, — Лида наблюдает за тем, как Томас задумчиво смотрит вдаль. Этот мальчишка понимает больше, чем кто-либо в его возрасте. — Но и не могу сказать, что он мне безразличен. Я уже третий день думаю о нем.       — Вы влюблены, пани? — смеется Томас. — Вижу, что да.       — Я видела его карточку, у него еще одна книга.       — Да, — кивает Томас. — Он брал ее недавно, но забыл вернуть, наверное. Вообще, у нас достаточно денег, чтобы покупать книги, просто он ходит сюда, чтобы…       — Быть с людьми, чувствовать себя не совсем одиноким, — договаривает Лида. — О чем эта книга?       — Про музыку, разумеется, — парень грустно смеется. — Людям всегда интересно узнать про то, что для них недостижимо. Одни читают про космос, другие погружаются в любовные истории, третьи пожирают детективные истории. Каждый читает про то, чего не хватает в жизни. Нам хочется стать чуть ближе к своей мечте, хотя бы погрузившись в иллюзию.       — Я буду ждать, когда он приедет возвращать ее. Томас смотрит в ее глаза, отходит от стены. Девушка снимает его пальто, благодарит за вежливость.       — Я тогда привезу его вам завтра. Обещаете дождаться?       Томас светится от счастья. Он переполнен детским восторгом. Лида спрашивает себя, сколько же ему лет. Наверное, не больше девятнадцати.       — Обещаю, — Лида смеется, краснеет. И вот она снова забыла, что стоит на морозе без верхней одежды. Верно говорят, что любовь греет.       — Лидия! — голос Марчина. Он зол, стоит у входа. Его взгляд пожирает Томаса. Тот не робеет, машет мужчине рукой. Вот же смешной парень.       — Тогда до завтра, милая Лидия, — хватает ее руку и крепко целует.       Януш и Томас очень похожи, даже по поведению. Только от прикосновений второго нет чего-то трепещущего, как от прикосновений первого. Он забавен, похож на маленького братика, которого у Лидии никогда не было.       — Сколько ты будешь здесь стоять, иди внутрь, тебя ждет работа.       Марчин зол. Он думает, что Томас — тот самый парень, к которому Лидия ходила на свидание. Сейчас начальник в ярости, начинает отчитывать девушку за каждую мелочь. Но ей все равно, ведь она так сильно влюблена. Ее мысли только о светло-зеленых глазах и волосах цвета пшеницы, о бледной коже и сильных руках, что часто любят сжимать ее в объятьях. Несомненно, когда он завтра приедет, то она будут ждать его в отделе музыки. Она улыбнется, помашет рукой и громко крикнет «Януш!». Плевать на то, что он ее не услышит. И наплевать на запреты сестры, родителей, Бога, хоть целого света.