Без времени

      Когда Саске спрыгнул на серебристую траву, все уже закончилось. Огромную, раскуроченную огнем поляну венчал труп гигантской склизкой «сороконожки», даже после смерти подрагивающей жвалами. Повсюду были раскиданы тела и ошметки чего-то, что, скорее всего, было конечностями. Лес, от греха подальше расступающийся у Учихи на пути, недобро шуршал.       Саске огляделся, переступил через искореженную шипастую тушу и неспешно направился к «сороконожке», огибая пульсирующие выкорчеванные деревья.       Шиноби, стоявший в центре побоища, наблюдал за его приближением, не двигаясь с места. Саске остановился напротив, окинул холодным взглядом внушительные жвала и покрытую слизью броню, испещренную рытвинами. Разенган не пробил панцирь?..       — Учиха Саске, — медленно произнес шиноби, скрещивая руки на груди. Пробормотал практически себе под нос, чтобы Саске не слышал: — Будто никого поприятнее я в Аду встретить не мог. Хоть бы одна дьявольская цыпочка.       — Джирайя, — откликнулся Саске, безразлично разглядывая его лицо.       Наруто очень много рассказывал про своего учителя. Трепался без умолку, пряча за улыбками боль. У Саске было время выслушать каждую историю.       — Мда, — протянул саннин. — Что-то не больно ты похож на себя, Учиха.       Этот человек был опасен. Не для Саске, конечно, но его чакра дрожала, клубилась в воздухе ливнем и грозами. Он смотрел в бесстрастное лицо, расслабленно держал руки на груди и даже чуть усмехался, но Учиха ни на мгновение не сомневался, что жабий отшельник в гробу видал потомка великого клана.       И, если бы Наруто так не цеплялся за свое стремление вернуть предателя, был бы первым из желающих его в этот гроб уложить.       — Полагаю, моя помощь не требуется? — холодно спросил Саске. От Джирайи остро пахло кровью, а одежда была разодрана в нескольких местах, но в голосе не было ни тени болезненной дрожи.       — Как видишь, Учиха. Что с тобой случилось? Не думаю, что за все годы, что я имел счастье тебя не видеть, ты вымахал настолько сильно, что на голову перегнал моего непутевого ученика. Или Орочимару испытывал на тебе новые препараты, а?       — Испытывал, — безразлично согласился Учиха. — Думаю, вы уже догадались, в чем дело.       — Уже догадался, — медленно ответил Джирайя. В его глазах и правда мелькнуло понимание. Саске видел, как напряглись мышцы во внешне расслабленном теле, и машинально прикинул, куда будет отскакивать. Убивать и без того мертвого учителя Наруто не входило в его планы. — Только не думал, что все настолько плохо. И что, Учиха?       — Что? — вскинул бровь Саске.       — Ты прекрасно меня понял. Пространственно-временное дзюцу. Не думал, что это возможно, но все же… Сколько лет прошло для тебя с момента ухода из Конохи? Пятнадцать? Двадцать?       — Девятнадцать, — уточнил Саске, глядя поверх его плеча.       — Наруто так и не смог вернуть тебя, — не терпящим возражения тоном констатировал Джирайя и презрительно оглядел его с ног до головы. — Он жив?       Саске промолчал.       — Интересно, — саннин расслабленно откинул голову назад. Мышцы на руках напряглись почти видимо, повеяло холодной злостью. — И в каких вы отношениях?       Саске, наконец, перестал рассматривать лес за его плечом и перевел на Джирайю холодный взгляд. Саннин поежился, сглотнул и очень четко осознал, что с Учихой он сейчас не справится. Не после битвы с Пейном и проклятой «сороконожки». Да и вообще. Чертов пацан.       Лучше бы он и впрямь оказался в Аду.       — В достаточно хороших, чтобы я не захотел портить отношения с вами, — медленно ответил Саске. — На юге отсюда, в двух… в восьми часах пути, остался мой оригинал и Узумаки из вашего времени. На рассвете они двинутся сюда.       — Отношения со мной? — протянул Джирайя, проигнорировав часть про Наруто. Засранец жив, это хорошо. Очень хорошо. — Довольно странно, Учиха. Какое тебе дело до отношений со мной?       Саске помолчал. По его бесстрастному лицу ничего нельзя было прочитать, от расслабленной позы веяло опасностью. Этот… шиноби не имел ничего общего с мимолетным воспоминанием Джирайи о мелком заносчивом подростке, виденном несколько раз. И даже Наруто, прожужжавший про Саске все уши, жужжал явно о ком-то другом.       Этот — дышал силой. Неужели парень все же отомстил своему братцу? И насколько вообще можно верить его словам о Наруто?       По довольно-таки обоснованному мнению Джирайи, Саске не собирался возвращаться в Коноху. И должен был попытаться убить Наруто при первой же встрече. Саннин верил в чудодейственную болтовню непутевого засранца, но не в отношении Учихи. Предавшие единожды обязательно предадут вновь.       — Не думаю, что Узумаки оценит, если вы еще раз умрете. Тем более, по моей вине, — неожиданно ответил Саске и уставился в лицо Джирайи бесстрастным взглядом. — Не хочу выслушивать его нытье.       — Ха, — спустя несколько бесконечных секунд ухмыльнулся саннин. — Я смотрю, здравая мысль не трепаться о будущем обошла тебя стороной?       Саске смотрел на него: слишком изможденный вид, не сильно удивленное лицо, практически истощенная чакра, одежда, рваная не только там, где были раны. Влажная одежда. Когда-то давно, Наруто, напившись в хлам, цеплялся пальцами за запястье Учихи и, глотая слова, рассказывал, как он и еще несколько шиноби Конохи перерыли морское дно в Стране Дождей в поисках тела.       Не нашли.       И еще, та часть Саске, которая умела пользоваться долей способностей Наруто, не чувствовала жизни. Лишь пустоту.       — Впрочем, ты прав, — пожал плечами Джирайя, не дождавшись ответа. — Похоже, я и впрямь сдох. Но вместо того, чтобы оказаться в райских кущах с роем цыпочек, я пришел в себя тут. Без ран, заметь. Не думал, что пространственно-временные техники на такое способны.       — Не способны.       Джирайя помедлил, а затем кивнул и широко улыбнулся.       — Что ж, тогда мое положение можно назвать завидным, а, Учиха? Уж теперь-то я точно могу посвятить все свое время прекрасным девушкам и их не менее прекрасным прелестям, хе-хе-хе!       Неудивительно, что этот человек был учителем Наруто.       — На юге ты сказал? — бодро продолжил Джирайя. — Так в итоге, в двух часах или в восьми?       — Для вас — в восьми, — расплывчато ответил Учиха. — Отдохните, и пойдем им навстречу.       — Раскомандовался, ты посмотри! На «вы» меня называешь, вежливый такой, аж загляденье, — Джирайя сел, скрестив ноги, пришлепнул кунаем метнувшуюся к горлу тень и широким жестом указал на землю перед собой. — Ну давай, Учиха! Коли уж я все равно сдох, так поведай мне, что произойдет дальше? Быть может, я напишу великую книгу и она разойдется не хилым тиражом в Аду, хо-хо!       Саске молчаливым изваянием стоял на месте. Вокруг его головы волны чакры рябью искажали пространство. Учиха смотрел вдаль, в недобрый лес, и саннин был готов поклясться, что обитающие там твари опасливо кружат по краю поляны.       Спустя минуту молчания, особо не надеявшийся на сотрудничество Джирайя прищурился и размашисто развел руками:       — Ну не хочешь, как хочешь! Эх, жаль, саке нет! Наруто рассказывал тебе, что настоящий шиноби должен постичь три радости в жизни: женщин, саке и деньги? Ну так, как у тебя с первым?..

***

      Первое, что Наруто увидел, когда Саске чуть ли не за шиворот выволок его из ставшей уютной норы, была огромная склизкая туша, обгрызенная по краям. Наруто осторожно обошел ее по кругу, попутно увернувшись от парочки пожелавших им закусить насекомых, и покосился на невозмутимо осматривающегося Учиху.       — Кто это, тебае?       — Хозяин норы, — коротко пояснил Саске.       — А почему дохлый?       — Был против соседей, — отрезал Учиха.       — Он не выглядит счастливым, — весело поделился Наруто. Саске глянул на него как на полного придурка, но Узумаки готов был поклясться, что на дне радужки плещется удивление.       Интересно, что Саске прячет за волосами? Шрам? Увечье? И почему становится не по себе всякий раз, когда Наруто пытается рассмотреть скрывающееся за челкой лицо?       — Готов? Держись рядом со мной, самодеятельностью не занимайся, оружие почем зря не разбрасывай. И никаких клонов. И помалкивай.       — Что-о-о?! — завопил Наруто, подскакивая к Учихе. Пришлось вскинуть голову — Саске был выше на добрые пятнадцать сантиметров. — Даттебае, да ты охренел?! Я вообще-то будущий Хокаге и могу за себя постоять!       — Я видел, — холодно отозвался Саске и, обогнув его, прошел мимо. Наруто поморгал и, развернувшись, рванул за ним.       — А ну стой, теме! — потребовал он, хватая Саске за край плаща. Учиха невозмутимо остановился, не оборачиваясь. — Я могу!       Саске молчал, а когда Наруто уже придумал тысячу оскорблений и возмущенную речь на этот счет, негромко ответил:       — Я знаю.       Наруто от неожиданности разжал руку.       — Идем, добе.       В следующие полчаса Наруто убедился, что не так уж он может постоять за себя, как ему казалось. То есть, передвигайся он по лесу в одиночку, ему бы пришлось несладко, но он бы наверняка выжил… в теории. А на деле, Наруто зачастую не успевал даже заметить опасность, а Саске ее уже ликвидировал. С абсолютно невозмутимым лицом, хотя Наруто не очень хорошо понимал, как можно изворачиваться таким образом даже не поморщившись.       Учиха даже не использовал шаринган. Бежал чуть впереди, успевая швырять кунаи в пытающихся закусить ими тварей. Вовремя огибал подозрительные лианы и перепрыгивал через участки ничем не примечательной травы — Наруто автоматически повторял его выкрутасы. Потому что, кто бы что ни говорил, Наруто идиотом не был и умел следовать за командиром группы.       Вот только нифига не понимал, с какого ляда им стал Саске!       И вообще… парное передвижение по пересеченной местности подразумевало разделение квадратов территории между напарниками и планомерное их изучение с захватом и уничтожением возможных целей.       Ты косишь тварей слева, я справа и все такое…       Но едва поспевая за абсолютно не напрягающимся Учихой, Наруто остро чувствовал себя генином на выпасе. Когда вроде бы позволяют поиграться с незнакомой зверюшкой, но под присмотром сенсея, который уверен, что ты эту зверюшку победишь. А если нет, то он успеет вмешаться.       Наруто может еще и был генином, но только формально! И уж точно не нуждался в опеке!       Он уже хотел выкрикнуть эту дельную мысль в спину Учихи, бегущего в семи метрах впереди, как одновременно произошли три вещи. Гигантский камень, который они обогнули, треснул, разворачиваясь в змеевидное тело, и швырнулся вслед. Наруто успел обернуться и увидеть в миллиметре от лица темную пропасть глотки. А потом внутренности скрутило рывком, и он оказался сбоку от зверя, а на его месте стоял Саске, небрежным взмахом меча располовинивший тварь на неровные части.       Семь метров за десятую часть секунды.       Лес тревожно притих. Наруто сглотнул, а Саске невозмутимо на него обернулся, пряча катану в ножны.       — Порядок? Тогда двигайся. И разуй глаза, идиот, пока тебя и впрямь не сожрали. — Учиха небрежным прыжком перемахнул через трепыхающуюся тушу.       — Теме, — хрипло позвал Наруто. Саске застыл, напряглась спина, будто Учиха ждал удара. — Ты охрененски крут, даттебае!!! Как ты это сделал?! Расскажи! А я так могу в будущем?! То есть, я и сейчас так могу, тебае, ты даже не сомневайся, просто надо потренироваться чуток! Крутяк! Теме, ты обязан мне рассказать!       В глазах мимолетно взглянувшего на него Учихи плескалась стылая грусть.

***

      В полдень Учиха неожиданно остановился. Наруто удивленно заглянул ему в лицо.       — Ты чего, даттебае? Устал что ли?       Конец фразы еще звенел в воздухе, а Наруто с неожиданным страхом смотрел, как Саске замыкается в себе, и лицо его, и без того не особо дружелюбное, приобретает жесткое, холодное выражение. То самое, которое Наруто увидел в логове Орочимару — и не узнал мальчишку-соперника-друга из воспоминаний детства.       — Те-еме, — протянул он, но тут в лесу раздался негромкий хруст, а следом повеяло ощущением чужой чакры.       Клон Саске выскользнул прямо перед ними и, прежде чем Узумаки успел удивиться, исчез в клубах дыма. А следом из-за деревьев выбежала знакомая фигура.       — Эро-сеннин! — с восторгом воскликнул Узумаки, кидаясь навстречу. — Даттебае, и ты тут! Саске, Саске, смотри! Это эро-сеннин! Тебае, что ты тут делаешь? А ты видел Саске? Смотри, каким старым хрычом он стал! Почти как ты!       — Что значит как я? Я еще в расцвете сил! — лишь мазнув по Саске взглядом ответил Джирайя.       — Разве что совсем дряхлых, тебае! — воссиял в ответ Наруто. — Ано-нэ, старый извращенец, как ты сюда попал?       — То же хочу спросить у тебя, неблагодарная малявка!       — Тебае! — неожиданно воскликнул Наруто, пораженный страшной мыслью, и прищурившись, окинул Джирайю взглядом. — Эро-сеннин, а ты это… того… из моего времени? А то выглядишь старее, чем я тебя помню!       — Что-о-о? — заорал Джирайя. — Да я прекрасен во всех временах! Ничто не может сравниться с моим величием!       — Ага-ага, — скептически наморщил нос Наруто, а потом счастливо обернулся. — Саске-теме, а ты знал, что это был старый изврат? Саске-теме?..       Саске стоял в отдалении и наблюдал за ними сквозь полуприкрытые веки — холодно, отчужденно, молчаливо. Наруто помимо воли подался к нему, заболтал, вскидывая руку к волосам.       — Саске-теме, ты чего? Расскажи извращенцу про эту твою технику, тебае! А как ты думаешь, он может же быть из твоего времени, а? То есть, я тут подумал, что если здесь есть ты, я, эро-сеннин, то может же быть и второй я, и второй эро-сеннин, только уже из твоего времени, а, тебае?       От следующей мысли закололо в висках. Ведь… и Саске из его времени тут тоже может быть. Правда же?..       — Может, — спустя непродолжительное молчание сказал Саске и отвернулся. Слово упало в воцарившуюся тишину могильным камнем на свежей земле. Эро-сеннин промолчал, странным взглядом уставившись в обтянутую плащом спину.       Наруто радостно заулыбался, не обращая внимания на тишину, и вновь обернулся к саннину, принялся выпытывать, где он был и как сюда попал.       Саске не вмешивался в их разговор. Молчал, прислушивался, разглядывая светло-голубое небо. Вспоминал, как Узумаки сидел у одинокой могилы в лесу, улыбался и точно так же болтал, рассказывая учителю про недавно закончившуюся Войну. Саске тогда опирался спиной о могучий корень векового дуба и смотрел, как в волосах Наруто играет солнце. Высвечивает на лице влажные дорожки слез.       Тогда еще казалось, что все будет хорошо. Что целый мир распахнул перед ними свои двери. В счастливой улыбке Узумаки и был целый мир — огромный и радостный, и полный надежды. Зовущий, чуть смущенный, любящий, но все еще не осознающий этого.       Тогда Наруто еще умел улыбаться.

***

      Путем непродолжительных споров, в которых принимали участие в основном Наруто и Джирайя, было решено двигаться дальше. То есть, решено было Учихой — он просто прошел мимо них и скрылся в лесу. За ним воздушным шариком дернулся возмущенно орущий Наруто, а следом, пожав плечами и глубоко вздохнув, пошел Джирайя.       Саске шел целеустремленно и словно бы по линейке. Наруто все уши прожужжал, пытаясь выяснить, куда именно Учиха так бодро чешет, но ничего не добился.       Саске словно заклинило. Тот Учиха, в котором Наруто без труда узнал Саске, куда-то делся, а оставшийся на его месте безэмоциональный и холодный шиноби по меньшей мере пугал.       Этот Саске не улыбался. Четко отвечал на вопросы Джирайи (строго по делу), игнорируя возмущенные вопли Наруто. Бежал чуть сбоку, быстрее всех реагируя на опасность — теперь в его движениях сквозила едва прикрытая сила. Он очевидно не принимал никого из них всерьез.       Эро-сеннин тоже чудил изо всех сил. Он холодно отслеживал каждое движение Саске. Следил всегда краем глаза — с тем самым видом, после которого резко забывал про баб и саке и приступал к делу.       Наруто не на шутку бесился, чувствовал себя самым вменяемым человеком в округе (а выбор был аж из целых трех) и все пытался выпытать, что случилось с резко включившим режим ублюдка Учихой и какого фига извращенный отшельник ведет себя как мудак — это же был Саске, тебае, ему можно было доверять!       А потом они остановились на привал — потому что Саске остановился и, никому ничего не сказав, долго смотрел на запад, будто к чему-то прислушивался. Наруто крейсером рассекал вокруг, доставая Джирайю нытьем, а потом обиделся и заявил, что никуда он не пойдет, пока не поест.       Саске все еще стоял столбом, а старый извращенец неожиданно пожал плечами, свалил на Наруто свиток призыва жаб, и исчез в лесу, заявив, что он убьет кого-нибудь на ужин.       Наруто повздыхал, пособирал ветки, половина из которых оказывалась живой и пыталась его сожрать, и соорудил что-то вроде шалашика по пояс высотой. Покивал сам себе, довольный, и решительно направился к Учихе.       — Отомри, тебае! — завопил он и с размаху пнул Саске в лодыжку. Он никак не ожидал реакции, поэтому, когда мир неожиданно закрутился и перевернулся, ничего не предпринял и осознал себя уже лежащим на земле с приставленным к горлу кунаем.       — Ты убит, идиот, — неожиданно фыркнул Саске, красноречиво качнул оружием и отступил. Протянул руку, помогая подняться.       Наруто смотрел на него и неожиданно остро осознавал, что ублюдочный Учиха ничуть не изменился — все так же замыкается в себе при посторонних, кутаясь в свой чертов самоконтроль, как в броню. Через которую Наруто прекрасно видел его настоящего.       Но если для того Саске, которого Наруто помнил, он был все еще почти чужим, и Узумаки кричал и бился, стараясь пробраться через оборону, то этот — давно уже ее снял. Даже не пытался спрятаться.       Потому и казался таким родным.       Неожиданно стало так тепло, что Наруто не смог подавить широкую улыбку. Смущенно прищурился, смотря в землю, посмеялся, зарываясь в волосы рукой.       — Ано-са, теме! Давай используй свой катон, нам нужен огонь! — воскликнул он, вскидывая голову, и осекся.       Саске смотрел на него так, будто видел мертвеца, тянущего из могилы покрытые гнилью руки.       И, прежде чем Наруто успел выдохнуть спертый воздух и клокочущий в горле вопрос, вернулся насвистывающий Джирайя, помахивающий кем-то на вид съедобным, и Саске снова замкнулся, возвращая маску на лицо.       — Нам надо на запад, — сказал он, обращаясь к Джирайе и игнорируя взгляд Наруто.       — И что там?       — Седьмой Хокаге Конохи, — ответил Саске. — И все, кого он успел найти.