Doppelganger

В сущности, гораздо легче было считать всё случившееся галлюцинацией, чем поверить, что в мире существует двойник Ганнибала, по какому-то недоразумению владеющий ремонтной мастерской и одетый в спортивный костюм. Уилл некоторое время всерьёз обдумывал возможность того, что Ганнибал вёл двойную жизнь, но, подсчитав в уме периодичность его появлений, понял, что это невозможно. Он не спешил сейчас возвращаться в дом, холодный и замусоренный, а бродил по полям, ещё покрытым снегом, пока не стало сереть, а утренний воздух не прогнал окончательно остатки опьянения, оставив горький неприятный привкус на языке. Мысль об этом Мадсе, так поразительно похожем на Ганнибала, не покидала Уилла всё хмурое мартовское утро. Вернее сказать, он снова и снова переживал их последнюю встречу во Флоренции и всё, что последовало за ней — всё то, что он давно и безуспешно пытался забыть. Его жизнь, и до этого больше похожая на кошмарный сон, окончательно дала трещину после того, как Ганнибал сдался ФБР — сдался ради него. Уилл тогда бросил Академию, ушёл с оперативной работы и засел у себя в Вулф Трэп, перебиваясь непостоянными заработками и регулярно напиваясь до беспамятства. Он ненавидел Ганнибала, но ещё больше ненавидел себя — за слабость, беспомощность и глубоко-глубоко засевшую зависимость. Несколько часов беспокойного сна по возращении домой не принесли облегчения. В нём кружились и пропадали какие-то смутные образы, рос хмурый лес, наполненный призраками и гулкими тягучими звуками. Вынырнув в очередной раз из зыбкого марева, Уилл кое-как натянул на нос очки, решительно поднялся и снова отправился к Брайану. Ещё не переступив порог, Уилл почувствовал, как ухнуло куда-то вниз сердце. Он издали узнал знакомый затылок, очертания широких плеч и посадку головы. Все чувства его кричали о том, что не бывает настолько похожих людей, что перед ним сидит сам Ганнибал, но разум упорно сопротивлялся нахлынувшим эмоциям: Ганнибал Лектер сидел, надёжно запертый за пятью дверями, в Балтиморской клинике под наблюдением Аланы и Джека, каждый из которых имел свои собственные причины не выпускать его до самой смерти. Закусив губу, Уилл решительно вошёл и направился на своё обычное место в дальнем углу. Сидя перед принесённой официантом неизменной кружкой пива, он ощущал лёгкие волны заинтересованности, расходящиеся от не-Ганнибала, следил уголком глаза за знакомой спиной и несколько раз успел заметить внимательный взгляд, брошенный на него через плечо. Но всё равно вздрогнул, когда рядом с ним прозвучал до боли знакомый глуховатый голос: — Привет, дружище! Уилл невольно дёрнулся, вскинул голову, но не смог выдавить ни звука, ошеломлённо уставившись на подошедшего. Вблизи сходство казалось ещё более поразительным, нереальным, невозможным. На него смотрел Ганнибал; Уилл готов был поклясться, что это — его доктор, его тёмные глаза, его морщинки в уголках глаз и косая седеющая чёлка. Не-Ганнибал ухмыльнулся, показав острые крупные клыки: — Ты чего замер? Привидение увидел, что ли? Он протянул ему красивую, покрытую тёмным загаром руку; рукава его спортивной куртки были небрежно закатаны. Как зачарованный, Уилл скользнул взглядом по совершенно гладкой, без единого шрама коже на внутренней стороне запястья. Он постепенно стал осознавать, что перед ним действительно был не Ганнибал, как бы ни было тяжело в это поверить. — П-п-привет, — наконец-то смог выдавить из себя Уилл, сжимая холодными влажными пальцами протянутую ладонь. Она оказалась сухой, тёплой и твёрдой, с еле ощутимыми мозолями. — Ты Уилл? Я Мадс. Мадс Миккельсен. — Да. Уилл Грэм. Мадс небрежно опёрся о стол, нависнув над Уиллом. От него пахло табаком и бензином, в расстёгнутом вороте виднелась белая футболка. — Брайан сказал мне, что ты ищешь работу. Уилл метнул гневный взгляд на хозяина бара, но тот лишь заговорщицки подмигнул ему в ответ. — Послушай, — продолжил Мадс, — мне как раз нужен толковый мастер по ремонту техники. Брайан сказал, что у тебя руки из нужного места. — Я не… — Конечно, придётся переехать. — Мадс вёл себя так, как будто Уилл уже согласился. — Я живу в паре часов езды отсюда. — Послушай… Мадс наклонился ещё ближе. Его подбородок и щёки покрывала лёгкая щетина. — Уилл, — произнёс он внушительно. — Брайан мне всё рассказал. Ты тут спиваешься, но ты же нормальный парень, я вижу! А мне как раз не хватает такого нормального парня, который бы возился с моторами. Ну что, по рукам? — По рукам, — слова выскочили ещё до того, как Уилл успел спохватиться, и Уилл сразу рассердился на себя за них. Он не собирался никуда уезжать, ещё минуту назад у него и в мыслях не было ничего подобного, но вот как будто чья-то чужая воля заставила его согласиться. Мадс довольно улыбнулся и быстро облизал тонкие губы кончиком языка. Этот жест Уилл не раз замечал у Ганнибала. — Отлично. Теперь валяй домой и проспись, завтра утром я за тобой заеду. — И, не слушая запоздалых возражений, он развернулся и вышел.

***

На следующее утро Уилла разбудил громкий стук в дверь. Следом за стуком послышался скрип петель — он забыл вечером запереть её, — и хрипловатый голос, возвестивший: — Эй, приятель, дрыхнешь? Несколько секунд Уилл мучительно соображал, почему Ганнибал выражается так грубо, но потом разом вспомнил весь вчерашний вечер, странное знакомство и необдуманное обещание уехать. На секунду ему показалось, что это был лишь сон; потом ему мучительно захотелось отказаться, но он лишь отбросил одеяло и поднялся. Наскоро умывшись, Уилл принялся лихорадочно собирать вещи. Собаки, взволнованные необычной суетой и чужим запахом, отрывисто лаяли, и Мадс, который развалился было на кресле в гостиной, молча поднялся, выпуская свору на улицу и выходя вместе с ней. Кое-как побросав необходимый минимум в потёртую сумку, Уилл тоже вышел на веранду. Мадс опёрся плечом о косяк дверей, достал из кармана мятую пачку сигарет, щёлкнул зажигалкой и затянулся. Уилл искоса наблюдал за ним. — Закуришь ? — неожиданно предложил Мадс, выпустив струю дыма куда-то в проплывающие над домом тучи. Уилл хотел уже было отказаться, но, замявшись на секунду, решительно протянул раскрытую ладонь. От едкого дыма он закашлялся — последний раз он пробовал курить, ещё когда работал полицейским, - но продолжал стойко затягиваться голубоватым дымом. Мадс ухмыльнулся, но вдруг посерьёзнел: — Слушай, ты собираешься брать с собой эту свору? — Я не могу бросить их тут. — Уилл погасил сигарету о перила веранды и выбросил окурок в траву. — Ладно. — Мадс тоже докурил и отправил свой окурок вслед за уилловым. — Давай так. Я еду вперёд, а ты со своими собаками будешь ехать за мной. Уилл кивнул и свистнул, подзывая стаю.