Doppelganger

Ещё не открыв глаза, Уилл ощутил солнечный луч, пробивающийся сквозь неплотно задёрнутые шторы и приподнятый пыльный балдахин. Яркий отблеск лежал рядом на подушке, согревал щёку, и Уилл внезапно почувствовал себя вполне довольным начинающимся утром. Ночью он не видел ни загадочной дороги, ни сплетённых из оленьих рогов ворот, и лишь изредка мимо него пролетали кроваво-красные капли. Первый по-настоящему тёплый день закончился таким же тёплым вечером. На горизонте всходила огромная оранжевая луна, когда Уилл уже привычно направился к машине Мадса, чтобы тот отвёз его домой. Они мало разговаривали на работе, занятые делом, лишь изредка перекидываясь дежурными фразами. Уилл успел заметить, что Мадс неохотно рассказывает о себе, хотя всегда отвечает на прямые вопросы. Вот и сейчас они ехали молча. Мадс приоткрыл окно, курил, выпуская дым наружу. Уилл, засмотревшись на него, машинально вслушивался в бодрый голос радиоведущего, передающего последние известия. — И мы переходим к прогнозу погоды, — заливался хорошо поставленный баритон. — Но нет, секундочку… срочные известия! В Марвельском национальном парке был найден труп молодой девушки. Ужасную находку сделали отдыхающие, обнаружившие тело на обочине дороги. Сейчас устанавливается личность погибшей, а полиция штата незамедлительно приступила к поискам убийцы. Просьба ко всем, кто знает что-либо об этом кошмарном происшествии, сообщить по номеру… — Блядь, — очень отчётливо произнёс Мадс. Уилл дёрнулся, словно обожжённый ругательством, сорвавшимся с изящно очерченных лектеровских губ. — Что ты собираешься теперь делать, Уилл? — вдруг спросил Мадс. — Почему ты спрашиваешь? — Ты сам рассказал, что тебя вызывали в особо трудных случаях. — Ты так уверен, что этот случай — особо трудный? — Я уверен, что полиция опять никого не найдёт. Как в прошлый раз. Уилл прикрыл глаза, ощущая, как в висках пульсирует боль. — Я не намерен сейчас возвращаться к своей работе, Мадс. Остаток пути они молчали. Высадив Уилла возле дома, Мадс тут же уехал, так и не зайдя внутрь.

***

Следующие несколько дней прошли в обманчивом спокойствии. Мадс успокоился и вновь стал приветливым и открытым. Уилл же внимательно следил за расследованием, но сам не предпринимал ничего. Каждую ночь он продолжал идти по мощёной красноватым булыжником дороге, слыша то впереди, то позади стук копыт или лёгкие танцующие шаги, но эти сны перестали его тревожить. Хотя Уилла по-прежнему тянуло выпить, но с каждым днём всё меньше. Но когда в двух милях от города нашли второй обнажённый женский труп, Уилл не выдержал. Хорошенько обдумав все возможные последствия, он направился всё-таки не в бар, а в полицейский участок. — Добрый день, мистер Грэм! — Добрый день, Кларисса! Молодая агент с рыжеватыми, отливающими золотом волосами протянула Уиллу руку и крепко пожала его ладонь. В её глазах светился прямо-таки восторг, и её не смущала ни многодневная щетина, ни прорванная у ворота куртка, ни улавливаемый уже даже самим Уиллом скверный запах. Кларисса вытащила из кармана пару перчаток: — Наденьте, пожалуйста. Я так рада, что вы согласились помочь! — продолжала она, пока они вместе шли по коридору полицейского управления. — Я помню дело о поимке Ганнибала Лектера — это же образец прекрасно спланированной операции! Да и все предыдущие ваши дела всегда заканчивались удачами. Надеюсь, тут будет так же… Уилл, опустив голову, очень сосредоточенно натягивал резиновые перчатки. Морг неожиданно оказался отлично оборудованным. Холодильные шкафы, такие же, какими пользовались в ФБР, тускло отсвечивали подводным серебром. Кларисса потянула за дверцу одного из них. — Это первая найденная жертва. Даже сейчас было видно, что при жизни девушка была красивой. Уродливый разрез от уха до уха почти не портил её. — Её звали Джулия Карлайл. Двадцать девять лет, жила одна, любила прогулки по Марвельскому парку — мда… Исчезла в вечер, предшествующий дню, когда была найдена мёртвой. Причина смерти — вскрытое горло, но на руках и ногах были следы верёвки. Ни отпечатков, ни биологических следов, ничего. — Изнасилование? — Нет. — В крови что-то обнаружили? — Транквилизаторы. Большая доза. Но они продаются без рецепта, мы пытались найти зацепки, но не получилось. — Свидетелей, конечно, нет. — Ни одного. Полиция опросила всех знакомых, друзей, родственников, жителей окрестных домов — все в один голос утверждают, что ничего не видели, врагов у неё не было, ни у кого не было явного мотива. — Её убили не там, где нашли. — Именно. Но место убийства обнаружить не удалось. Мистер Грэм, ФБР не беспокоили, пока вчера не появилось второе тело. Кларисса ловко отодвинула соседнюю дверцу, и Уилл увидел ещё один труп. Горло молодой женщины было вскрыто так же, как и у первой, но всё лицо было исполосовано в кровавое месиво. На месте глаз зияли два кровавых провала, сквозь прорванные щёки виднелись зубы, на подбородке не хватало целого пласта мяса. Ниже шеи на теле не было ни одного повреждения. — Вторая жертва, — Кларисса старалась не смотреть на то, что было когда-то человеческим лицом. — Молли Честертон, тридцать четыре, жительница соседнего городка. Замужем, двое детей. Муж объяснил, что утром она ушла на работу и не вернулась. Полиция тут же бросилась прочёсывать лес, и к утру нашла тело. Её так же накачали наркотиками, а потом убили. Раны на лице нанесены посмертно. — Они были знакомы между собой? — Нет. — Кларисса покачала головой. — Никаких пересечений. Мистер Грэм, мне очень важно знать ваше мнение. Сколько убийц это сделало? — Один. — Тогда зачем он изуродовал лицо второй женщины? — А зачем он убил первую, Кларисса? — Уилл коснулся рукой в перчатке плеча того, что осталось от Молли. — Это важно? — Кларисса казалась озадаченной. — Когда мы узнаем, зачем он убивает, мы найдём его.

***

Апрельское солнце грело вовсю, так что Уилл, выйдя из машины, оставил куртку на сиденье и остался в одной рубашке с несколькими масляными пятнами на груди. Держа в руках жёлтые папки с материалами дела, он углубился в зеленеющий лес. Сладко пахло свежей листвой, нагретой влажной почвой, солнцем и распустившимися фиалками. Уилл постепенно замедлил шаги, приближаясь к месту, где свежая трава была слегка примята. Он решил посетить сперва то место, где нашли второе тело, потому что там сохранилось больше улик. Уилл услышал далёкий гул качающегося маятника, а потом уловил краем глаза пронзительное свечение, затмевающее солнце. Закрыв глаза, он позволил ему заполнить тьму под веками, а когда маятник, совершив путь в обе стороны, остановился, негромко заговорил: — Я хорошо знаю этот лес. Я привёз сюда тело, спрятав его в машине. Я аккуратный водитель, и никто не догадается, что лежит у меня в багажнике. Я выбрал эту девушку, и она меня не боялась. Возможно, я был с ней знаком раньше или успел познакомиться недавно. Я подсыпал ей снотворного, а потом вколол транквилизаторы, купленные в обычной аптеке. У меня есть безопасное место, где я могу поместить её — дом, скорей всего, подвал. Я раздеваю её, внимательно осматриваю, чтобы убедиться, что она мне подходит. Я убиваю её не сразу. Я связываю ей руки и ноги. Я жду. Чего я жду? Когда я вскрываю ей горло, она без сознания. Ей не больно. Я не хочу причинить ей боль. После того как я убиваю её, я держу её у себя и снова жду. Но я не дожидаюсь. Она не оправдала моих надежд. Поэтому я выбрасываю её тело без сожаления. Я не издеваюсь над ним, не выставляю его напоказ — просто выбрасываю, как выбрасывают мусор или неисправный механизм. Я не уродую ей лицо. Я, — Уилл на мгновение запнулся, вспоминая фотографии обеих жертв из жёлтых папок. Две очень похожие голубоглазые женщины с пышными вьющимися волосами, — я просто не хочу, чтобы кто-то раньше времени догадался о том, как я их выбираю. Таков мой замысел. Уилл остановился, ошарашенно глядя прямо перед собой. Такое простое дело — просто сравнить две фотографии, но никто из полиции или ФБР не сделал этого раньше. Уилл почувствовал знакомое по прежним расследованиям ощущение, что он вот-вот поймёт истинные мотивы убийцы. Узнать истинные мотивы — значит поймать маньяка. Обратная дорога была пустынной, и Уилл обдумывал, как именно рассказать о своём открытии ФБР. Погрузившись в свои мысли, он не заметил мелькнувшую прямо пред колёсами небольшую тень. Он ударил по тормозам, но было поздно. Выскочив, Уилл увидел в нескольких метрах позади машины лежавшую на асфальте кошку. Голову ей размозжило ударом о бампер, лапы были в нескольких местах сломаны, на шкурке расплывались кровавые пятна. Он поспешно опустился на колени, прикоснулся к животному, но кошка была уже мертва. С минуту Уилл смотрел на изуродованное тельце, не замечая, как дрожат у него губы. Он привык видеть смерть людей, но гибель животных всегда выбивала его из колеи. Поднявшись, он отнёс кошку на обочину, разгрёб руками палую прошлогоднюю листву, положил её туда и засыпал трупик сверху.

***

Приехавшие федеральные агенты расположились штабом в полицейском участке, отчего там сразу стало тесно и слишком людно. Уилл протолкался внутрь и разыскал Клариссу, которая с головой ушла в какие-то таблицы. — Здравствуйте, мистер Грэм! — воскликнула она в ответ на его приветствие, отвлекаясь от распечатанных листов, и вскочила, как школьница перед обожаемым учителем. В некотором смысле так оно и было. — Есть что-то новое? — спросил Уилл, усаживаясь в кресло напротив. — Есть. И что-то очень странное. — Она протянула ему бланки судмедэкспертизы. — На волосах первой жертвы обнаружена кровь, но не её. Анализ показал, что это оленья кровь. И несколько кошачьих волосков прилипло к голени. Также на теле обеих жертв обнаружена собачья шерсть, при том, что собаки ни у одной из них не было. — Породу установили? — Собаки оказались разные. Скорей всего, дворняжки, наши специалисты как раз заканчивают анализ. Мистер Грэм, что это всё значит? — Пока трудно сказать. Возможно, это вообще случайность — тела лежали в лесу некоторое время. Собаки и кошка могли принадлежать убийце. — Я сейчас проверяю всех, у кого есть охотничьи ружья, в пределах пятидесяти миль от парка. А вы были на месте второго преступления? — Да. Весь вид Клариссы выражал восторженное предвкушение. — Убийца выбирает жертв по внешности. Думаю, что на двух он не остановится. — Зачем? — Думаю, у него есть свой золотой билет. — На секунду Уилл отчётливо вспомнил, как Джек Кроуфорд заставил его заниматься делом Миннесотского Сорокопута. — Женщина, похожая на убитых. — А зачем он их убивает? — Возможно, он не хочет с ней расставаться. — Уиллу снова вспомнилась Абигейл. — Это необязательно может быть жена или любовница, это может быть дочь, племянница, вообще малознакомая женщина, предмет отдалённого обожания. Я не уверен, сколько лет нашему маньяку — он может быть и пенсионером, и подростком, влюблённым в голубоглазую соседку напротив. Кларисса слушала как зачарованная. Уилл, секунду помедлив, взглянул на неё и решился: — Кларисса, почему Джек Кроуфорд послал именно вас? Вы ведь только-только поступили на службу. Щёки Клариссы медленно, снизу вверх, залил румянец. — Если Джек думает, — продолжил Уилл, — что ему стоит беспокоиться за моё душевное здоровье, то пусть вздохнёт спокойно. Мне не нужны костыли в виде даже самых очаровательных специальных агентов. У Клариссы порозовели даже уши. — Мистер Грэм!.. — Успокойтесь, Кларисса. — Уиллу вдруг стало неловко за сказанную грубость. — Я не хотел вас обидеть. Просто Джек не всегда разборчив в средствах. На прощание они обменялись крепким рукопожатием.