Ешь. Молись. Люби.

Буддист и Депрессия Депрессия: Ты — ничто. Буддист: Благодарю за комплимент. Д.: Твоя жизнь пуста, в ней нет ничего хорошего. Б.: Если она пуста, то в ней нет и плохого тоже. Выходит, что я свободен. Д.: Любви нет. Добра нет. Радости нет. Б.: Однозначно. В рамках данной реальности существуют лишь навязчивые иллюзии, продиктованные человеческим Эго. Мы сами их творцы. Д.: Над этим миром нависло Страдание. Б.: Но страдания без радости быть не может. Д.: Ты умрёшь, так и не осознав Истины. Б.: Ну, уж это точно не страшно! Ведь впереди ещё столько жизней. Д.: Вокруг война, ложь, мерзость и соблазны, Земля погрязла в собственном дерьме. Человечество обречено. Б.: Космос велик. И что бы ни происходило — это случается во имя вселенской гармонии. Наши души — чистая энергия, которая так или иначе, рано или поздно, избавится от мирской тяжести, и растворится в бесконечности небытия. Д.: Да ну тебя нахер. Лекса кое-как разлепила глаза. Впервые она спала так много, наверное, так подействовал препарат. Девушка хотела было потянуться, но почувствовала, что что-то сковывает ее движения. Через секунду она поняла, что привязана к своей кровати, вокруг нее лишь белые стены, не менее белый потолок, массивная железная дверь и… стоп! Зеркало, огромное зеркало, как стена. Брюнетка начала ворочаться и пытаться освободиться, но все было тщетно, да и силы быстро покинули ее, поэтому Лекса просто легла и стала смотреть в потолок.  — Нельзя никому верить! Нельзя было верить этой незнакомке! — думала она. — Сейчас бы я была свободна, а не лежала здесь! Сколько она так пролежала — неизвестно, но, определенно, долго, как вдруг, дверь открылась и внутрь зашла… Кларк Гриффин. Блондинка подошла ближе и присела на корточки рядом с кроватью Лексы, она просто смотрит в ее глаза. Кларк была в белом халате, на груди висел бейджик с ее именем и фамилией, а в руках блокнот… Но другой, не тот, в котором она рисовала брюнетку на крыше. — Привет, Александрия, — спокойно поздоровалась блондинка, но в ответ молчание. — Я знаю, что ты думаешь, что я сделала тебе только хуже, но это не так… — говорила она тихо. — Я хочу помочь, у тебя острая депрессия, чем выражена, я не знаю, но хочу выяснить и помочь тебе. — Кларк положила свою теплую руку поверх привязанной руки брюнетки. — Сейчас я и не жду с тобой диалога, я понимаю… Ты должна привыкнуть ко мне, как бы это странно не звучало, но ты должна ко мне привыкнуть. — Лекса смотрела в стену и не поворачивала голову в сторону доктора, хотя чувствовала, как рука Гриффин поглаживает ее руку. — Тебя скоро отвяжут, если поймут, что ты не причинишь себе вреда… Ты ведь не причинишь? — спокойно спросила Кларк. — Не причиню… — хрипло ответила девушка и сразу же закашляла. Она только сейчас поняла, как пересохло у нее в горле, видимо, она спала с открытым ртом. — Пить хочешь? — брюнетка утвердительно кивнула. — Хорошо, — сказала Кларк, вставая с корточек и выходя из палаты. Долго ждать не пришлось, через пять минут Гриффин пришла с пластиковым стаканчиком в руках. Она подошла к кровати и отвязала одну руку, чтобы Лекса сама могла попить. Брюнетка дрожащей рукой взяла стаканчик, прислонила к пересохшим губам и начала жадно пить. Вода была довольно прохладной и Лекса прикрыла глаза от блаженства, перед этим заметив мимолетную улыбку на лице Кларк. Когда стаканчик опустел, Лекса протянула его блондинке и смиренно опустила руку на место, чтобы ее снова привязали. Гриффин хмыкнула, взяв стаканчик из рук, и серьезно посмотрела на больную.  — Да что с ней не так? Она определенно не как все… — пронеслось в голове у блондинки. Доктор не спешила привязывать ее руку, а, наоборот, начала отвязывать брюнетку, а та, в свою очередь, просто смотрела в потолок. Когда Лекса была полностью отвязана от кровати, она потянулась, и затекшие суставы начали хрустеть. — Теперь познакомимся с тобой более официально. — с улыбкой сказала Гриффин. — Я Кларк Гриффин, твой психолог. Мы с тобой будем работать после других процедур у других докторов. Брюнетка что-то невнятное промычала и повернулась на бок спиной к Кларк. — Сейчас, — Кларк поднесла руку к лицу и посмотрела на наручные часы, — 11:23. Тебе скоро принесут поздний завтрак, а потом один из наших докторов расскажет тебе твое расписание. — Гриффин направилась к двери, но резко остановилась и повернулась. — Добро пожаловать в психиатрическую клинику «Outlast».

***

Александрия Дикенс сидела на кровати и смотрела на поднос с едой, который стоял около двери. На нем была картошка-пюре и еще какое-то непонятное зеленое месиво. Аппетита у девушки не было, поэтому она просто взяла еще один стаканчик с водой и начала пить, уже растягивая удовольствие. Странно… никаких таблеток… просто вода и еда. Брюнетка почесала порезы на венах, которые уже покрылись корочкой, а потом почесала шрамик над правой бровью. Ее кровать стояла напротив стены-зеркала, поэтому она сидела на ней и смотрела на себя. Синяки под глазами из-за недосыпания, кости торчат, волосы грязные и просто висят паклей, только белая пижама как-то скрашивала этот ужас, хотя, нет, она делала только хуже… Лекса знала, что за ней следят. Две камеры висели на потолке в разных углах ее комнаты, только тихое пищание напоминало о них. Зажмурившись и почесав переносицу, Лекса легла на кровать и опять уставилась в потолок. Она готова была поклясться, что точно сойдет с ума в четырех стенах… Хотя из дома-то она практически не выходила, но, как говорится дом — это дом, а психушка — психушка. Так никто не говорит, но не суть. Повернувшись к стене, девушка прикрыла глаза и пыталась представить что-нибудь приятное. Перед брюнеткой сидит рыжеволосая девушка и кушает шоколад, все лицо, наверное, уже в нем, а Лекса лишь улыбается и перебирает пряди волос. — Хватит кушать шоколад, Кос, — улыбаясь, говорит брюнетка. — Аппетит весь себе перебьешь… — Нуууу, не будь мамой, хех. Лучше сама попробуй, — рыжеволосая развернулась и ткнула плиткой в лицо Лексы, испачкав ее. — Эээээй! — жмурясь, крикнула брюнетка. — Хахаах, Лекса в шоколаде, хахаха, — заливаясь смехом, говорила Костия. — Не смей! Я знаю твои приемчики! — Ах, так значит? Ну всееее, — девушка взяла шоколадку в зубы и вскочила с кровати. — Отними ее у меня, — пробубнила Лекса с шоколадкой в зубах. — Ух! — свистнула рыжеволосая. — Сама напросилась, ты же знаешь, я чемпионка по бегу, — девушка хитро улыбнулась и побежала за брюнеткой. Они носились по дому, и как только Костия догоняла Лексу, та куда-то сворачивала и опять отрывалась, пока рыжеволосая не сбила с ног брюнетку и зубами не вынула шоколадку изо рта Лексы. Рот брюнетки был перемазан шоколадом, а сама шоколадка не слабо растаяла от дыхания. — Ну воот, ты шоколадку превратила в жидкий шоколад, — пробурчала рыжеволосая. — Вот видишь, я такая горячая, что даже шоколад растаял, а ты-то и подавно, — улыбаясь во все 32, сказала брюнетка. — У тебя даже зубы в шоколаде, горячая чика, — усмехнулась девушка и поцеловала Лексу Брюнетка резко вскочила, спина была мокрой от пота, как и лоб. Девушка тяжело дышала, она посмотрела в зеркало и зажмурилась, увидев себя. Лекса открыла глаза и перевела взгляд на поднос с едой, который еще стоял около двери… Значит, спала она не долго, препарат перестал действовать. Для девушки стало обыденным просыпаться посреди ночи и больше не смыкать глаза, мало есть или вообще есть только тогда, когда желудок заурчит. Неожиданно, дверь открылась и на входе показалась шатенка, которая была на крыше. Она зашла внутрь, первым делом посмотрела на поднос с нетронутой едой и нахмурилась, а потом перевела взгляд на Лексу. — Привет, я Октавия Блейк, буду следить за твоим состоянием. Надеюсь, что мы с тобой поладим, — брюнетка молчит. — А ты не разговорчива… Ну ладно.. Я сейчас озвучу тебе твое расписание. — шатенка прокашлялась, достала листок и начала читать. — Подъем — в 6:00. Выспалась ты, не выспалась — никого не волнует. Должна встать, заправить постель, сделать утренний туалет и выйти из палаты в коридор на построение. Под руководством медсестры все делают 5-минутную зарядку. Все, до завтрака, а завтрак в 8-00, ты можешь делать, что хочешь. После завтрака у тебя с 10:00 до 12:00 сеанс с доктором Кларк Гриффин, до обеда в 14:00 можешь делать, что хочешь. Читать, спать, найти с кем-нибудь общий язык. Если на улице будет тепло, то ты будешь выходить со мной во двор и гулять. В 16:00 ты должна будешь пойти в столовую и встать в очередь приема своих таблеток, которые позже назначит доктор Гриффин. После приема таблеток, до 17:00 у тебя свободное время, а потом у тебя опять сеанс, но уже с другим доктором — Рэйвен Рейс, до 18:00. В 19:00 ужин, потом у тебя свободное время и в 20:00 — отбой! Я буду следить за изменением твоего состояния, будет ли оно улучшаться или ухудшаться. — Хорошо. — тихо ответила Лекса. Голова шла кругом от обилия информации, поэтому девушка сделала глоток воды. — Сейчас у тебя должен был быть сеанс с доктор Гриффин, но так как ты поздно проснулась, то он будет через час, а сейчас я провожу тебя в общий душ. — Это обязательно? — Да, пойдем со мной. Брюнетка тяжело вздохнула, встала, подошла к Октавии и посмотрела на нее. Шатенка открыла дверь магнитной картой и вышла, следом вышла Лекса. Октавия шла достаточно быстро, но у Александрии не было никакого желания бежать за ней, поэтому она еле шла и смотрела в пол. Октавия остановилась около какой-то двери и стала ждать. Лекса подошла и вздохнула, она уже устала, хотя прошла всего ничего. Очередная железная дверь на магнитном замке, шатенка провела картой и открыла дверь, но вперед пропустила брюнетку. Они зашли в средних размеров душевую, кафель и стены были голубого цвета. — Я буду стоять с тобой, чтобы ничего не случилось, — спокойно ответила Октавия, доставая из пакета шампунь, мыло и мочалку. — Держи. — Угу, — Лекса быстро стянула с себя всю одежду, когда-то давно она бы присвистнула и затянула Октавию за собой в душ, но сейчас ей было все равно. Она взяла все принадлежности и зашла в незакрытую кабинку. Брюнетка поставила все на полочку и повернула кран с горячей водой. — Горячую воду включили только для тебя, я сказала, что так надо. Поэтому не торопись, — спокойно сказала Блейк. Брюнетка не ответила ничего, а просто стояла под горячей водой с закрытыми глазами. Она взяла шампунь, который ей дала Октавия, посмотрела на него и усмехнулась. Он был с запахом мандаринов, девушка выдавила его себе на руки и начала мыть голову.

***

Октавия протянула белоснежное полотенце, когда брюнетка вышла из душа. Капли стекали по ее телу, а мокрые волосы слиплись. Лекса взяла полотенце и начала вытираться, прикрыв глаза от наслаждения. Она даже и не помнит, когда последний раз мылась полностью под душем. Мда… — Тут чистая одежда, — Блейк протянула другой пакет. — Спасибо. Девушка взяла пакет и поставила рядом с собой. Она наклонила голову вперед и начала вытирать волосы полотенцем, ей было плевать, что за ней все время наблюдали. Лекса быстро замотала волосы в полотенце, открыла пакет и удивилась. Там лежали трусы, лифчик, светлые джинсы и красная футболка. Октавия увидела, в какой ступор впала брюнетка и поспешно сказала: — На этом настояла доктор Гриффин. Дикенс еще больше удивилась, но не подала виду. Она начала быстро одеваться. Джинсы и футболка были ей велики и еле-еле держались на костях, создавалось такое впечатление, что если она прыгнет или побежит, то штаны просто свалятся с нее, но Лекса была рада, что это не пижама. — Ты готова? — спокойно спросила Октавия. — Да. — Хорошо, тогда пойдем. Доктор Гриффин тебя уже ждет. Александрия Дикенс сама ждала встречи с Кларк Гриффин, она хотела поблагодарить за одежду… И просто встретиться и опять увидеть светлое лицо. Несмотря на то, что Гриффин ее сюда запекла, брюнетка все равно ей доверяла и это было немного странным. Девушки вышли из душевой и пошли по длинному коридору. На пути им попадались какие-то пациенты. Некоторые просто стояли и смотрели в стену, некоторые ходили туда-сюда, но были и такие, кто сидел на стульчиках и что-то читал. Брюнетка съежилась, увидев молодого парня, который просто не сводил с нее глаз, поэтому она постаралась ускорить шаг, но ноги не слушались хозяйку. Девушка облегченно выдохнула, когда увидела, как около какой-то двери, облокотившись на стену, стоит блондинка. Завидев их, Кларк сразу же встала ровно и заулыбалась. — Привет, Окти, — Гриффин обняла подругу. — Привет, — шатенка улыбнулась, — я отвела ее в душ, теперь Дикенс в твоем распоряжении. — Спасибо, милая. — Кларк улыбнулась и посмотрела на брюнетку. — Заходи, я сейчас подойду. — доктор провела картой по замку и открыла дверь, впуская внутрь Лексу. Когда брюнетка зашла внутрь, Гриффин закрыла дверь и серьезно посмотрела на Октавию. — Ну как она, О? — Какая-то отстраненная… Пока она была в душе, я увидела, насколько она худая, Кларк. Если бы она не была больна, то подумала бы, что это анорексия… — Это может быть из-за психического расстройства.. В любом случае, нельзя исключать того, что у нее может быть нервная анорексия, — задумчиво протянула блондинка. — Согласна с тобой. К еде она не прикоснулась. — Хм… Я поговорю с ней об этом. Я постараюсь сделать так, чтобы она мне доверяла. — Да… Кстати, я дала ей свой шампунь с запахом мандаринок… — Спасибо, Окти. Я люблю тебя, — Кларк обняла подругу. — Ладно, она меня ждет. — Я тоже тебя люблю. Не облажайся, Гриффин, — Блейк улыбнулась. Кларк подмигнула ей, провела картой по замку и зашла внутрь. Это была скорее комната, чем кабинет. Комната была довольно светлой, на окнах не было решеток, как везде. На полу был огромный белый ковер, настолько пушистый, что все время хотелось лечь и укутаться в него. Где-то в углу стоял рабочий стол, на нем красовались цветы и мягкие игрушки. Около стенки стоял большой белоснежный диван, а на нем была куча разных подушечек, рядом стояло кресло-качалка и столик из светлого дерева, на котором была вазочка с разными конфетками и сушками. На стенах висели разные картины и постеры. Создавалось впечатление, что это вовсе не кабинет психолога, а комната подростка. Лекса сняла полотенце и теребила рукой мокрые волосы, блондинка улыбнулась. — Тебе нравится? — Нууу, — протянула брюнетка, — тут довольно мило… — Я рада. — Кларк улыбнулась. — Садись на диван, можешь лечь, если хочешь. Лекса кивнула и села на диван, она осматривала кабинет и подолгу задерживала свой взгляд на каждой из картин. — Нравится искусство? — Музыка по большей степени, но к художникам тоже неравнодушна. — Ммм, ты играешь на чем-нибудь? — атмосфера в кабинете была спокойной и даже дружественной, поэтому Гриффин села на диван рядом с брюнеткой. — Играла раньше на пианино, потом на скрипке… — А я вот на гитаре только умею, — усмехнувшись, сказала Кларк. — Оо, я училась играть на гитаре, но как-то не пошло, — впервые за все время Дикенс улыбнулась. — А ты еще играешь? — Нет, — улыбка резко ушла с лица. — Почему? — Костии не нравилось, когда я играла при ней. Она говорила, что у нее голова болит… — Лекса тряхнула головой, отгоняя воспоминания. — Костия? — Да… Это… ну.. моя девушка… бывшая.. — А из-за чего вы расстались, — рука Кларк легла на колено брюнетки и та вздрогнула, но быстро расслабилась, почувствовав, как та поглаживает ее. — Ну, — девушка сглотнула ком в горле. — Я не хочу сейчас об этом говорить, пожалуйста, доктор Гриффин. — простонала брюнетка. — Кларк, зови меня - Кларк. Хорошо, Александрия. — Тогда Вы зовите меня Лекса. — И давай на ты, — блондинка улыбнулась. — Хочешь чай? — Эм.. ну можно… — неуверенно протянула Лекса. — Зеленый или черный? — Зеленый и с одной ложечкой сахара, — немного улыбнувшись, сказала брюнетка. — Хорошо. Блондинка встала и подошла к своему столу, взяла чайник и пошла к раковине. Раковина в кабинете… Лекса немного изогнула бровь, но не сказала ничего. — А каких художников ты любишь, Лекса? — Ну… — задумчиво протянула она. — Пабло Пикассо и Микеланджело, наверное, самые любимые. — Ух, а ты ценитель искусства, — сказала Кларк, поставив чайник на платформу. — Ну не так уж прям и ценитель… — смутившись и сжав подушку, сказала Лекса. — Что-нибудь покушать хочешь? — улыбнувшись, спросила блондинка. — Мм, — в животе предательски заурчало. — Твой живот ответил за тебя, — заулыбалась Кларк. — Тебе повезло, что из дома я принесла бутерброды. — Такой перекус вреден, доктор. — Ух, ты только что меня подколола? — Гриффин подняла брови, определенно Лексе с ней становилось лучше и это не могло не радовать. Блондинка достала из сумки лоточек с бутербродами и вытащила их, быстро разложила на тарелке и поставила на деревянный столик. — Спасибо, — смущенно улыбнувшись, поблагодарила Лекса. — Не стоит. — Вообще стоит, — уже с набитым ртом сказала брюнетка. — За одежду тоже спасибо. — Хах, ладно, благодарность принимается. Не ешь всухомятку, обжора, — блондинка засмеялась и поставила две кружки чая рядом с тарелкой. — Бубуб, — пробурчала Лекса, беря кружку в руки и делая глоток. Тепло разлилось по всему телу, и брюнетка блаженно прикрыла глаза, откинувшись на диван. — Ты любишь животных? — с набитым ртом спросила Гриффин. — Не всех, но енотов оооочень люблю. Была бы моя воля, я бы купила себе мальчика и девочку и заставляла бы их размножаться, — давясь от смеха, сказала брюнетка. — Ооо, ахаха, ты бы смотрела на то, как они размножаются? Ну ты и… — Извращенка? Хах, нет. Я не такая, Кларк. Просто я бы хотела свое семейство енотиков. — делая глоток горячего чая, сказала Лекса. — Как это мило. — улыбнувшись, сказала Кларк. Она была рада, что брюнетка улыбается, она не знала, что эта улыбка и смех впервые за долгое время появились на прекрасном лице Лексе. — А ты любишь? — Ну, я люблю котов, они милые. — Еноты милее, — заулыбалась Дикенс. — Само собой, хах. — Не веришь? — Верю. — Не веришь! Я докажу тебе, когда я отсюда выйду, то заведу семью енотиков, а потом обязательно принесу их тебе, — Гриффин не могла сдержать широченной улыбки, у брюнетки уже появились мысли о выписке… значит, выздоровление идет по плану. — Ловлю на слове. — сказала Кларк, прожевав бутерброд. — Почему порезы на руках? — блондинка знала ответ, она надеялась, что Лекса расскажет причину. — Вены резала, — тихо ответила брюнетка. — Почему? — По той же причине, что стояла на крыше. — холодно ответила Лекса, поставив кружку с чаем на стол и укладываясь на диван. — Костия? Лекса еле заметно кивнула, но Кларк все видела. Блондинка поставила кружку на стол и встала, подошла к шкафу около стола и достала оттуда зеленый плед. Она подошла к лежащей на боку Дикенс и накрыла ее, подбивая плед под бока. — Поспи, я не уйду. Обещаю, — на ухо Лексе сказала Кларк. Опять еле заметный кивок, блондинка берет карандашик и блокнотик, в котором она рисует. Садится в кресло с ногами и попивая чаек, начинает рисовать. Чтоб никогда не вспоминать тебя Морской ветер, унеси ввысь, Морские волны, заберите вниз, Пусть не услышу я слова: Вернись, После горькой любви долго слёзы лились. Лучше по воздуху с ветром лететь, Или по морю с волнами плыть, Вместе с ветром мелодии петь, Вместе с волнами ветер любить. Лучше, чем просто, любя, страдать И постоянно чего-то ждать, И так часто кому-то лгать, Счастье чьё то отбирать. А можно просто быть каплей дождя И никогда больше не вспоминать тебя, Падать, испаряясь, подниматься в небо, А зимой становиться льдом или снегом.