Часть 20
24 марта 2016 г., 00:07
POV Юлиана Виноградова
Я вошла в кафе, но Катюши там еще не было. Ненавижу, когда опаздывают, хотя понять могу, но все равно ненавижу. Я подозвала официантку, заказала кофе латте и свежевыжатый морковно-яблочный сок.
— Девушка, я жду подругу. Если будут спрашивать Юлиану или Виноградову, то это я.
— А вот та девушка вас уже спрашивала.
Я обернулась и увидела в самом уголке кафе столик на двоих за которым и сидела Катюша, только я ее сразу не заметила, потому, что что она низко опустила голову и закрыла лицо руками. Плечи Катеньки вздрагивали. Ревет, наверное. Пришлось срочно проводить реанимационные работы.
— О, я смотрю ты времени зря не теряешь. Есть свободная минутка, почему ее не провести с пользой? Почему не поплакать. На держи платок, вытирай слезы-сопли, скорая помощь уже тут. Что случилось, девочка?
— Андреееей Пааааавлович, — завывала Катюха.
— Что Андрей Павлович? Катя, прекрати рыдать или я ухожу. У меня нет времени тебя успокаивать, — по себе знаю, что иногда строгая фраза или крепкая оплеуха успокаивают слезы лучше уговоров и сочувствия. Вот и сейчас мой метод сработал, Катя быстро успокоилась, — Рассказывай, я жду. Только давай по порядку. Как вчера было в ресторане?
Краснея и запинаясь на каждом слове, Катя начала рассказывать. Когда она дошла до поцелуя, на ее щеках уже можно было жарить яичницу, так они горели.
— Я сказала Герману, что не давала ему повода так со мной себя вести и ушла.
— И ушла? Вот это номер! Хочешь расскажу, что было дальше? — я подождала пока Катенька кивнула и продолжила, — Сегодня он должен был прислать тебе цветы. Я не ошибаюсь?
— Немного, он прислал цветы и подарок. А вы откуда знаете? Уже донесли?
— Ладно, Катюха, не хотела я тебе сознаваться, да ты все равно узнаешь. Герман — мой первый муж и просчитать его действия для меня не составляет никакого труда..
— Что? Ваш первый муж? И вы меня наряжали на встречу с ним? Юлиана, простите, я не…
— Ты что, дурочка? Да я после него еще дважды была замужем, нынешняя жена моего последнего мужа моя самая близкая подруга. Какое мне дело кто нынешний у бывших? Мне незнакомо чувство ревности к прошлому. Понимаешь? А мужики вообще того не стоят, чтобы из-за них хоть с одной женщиной отношения портить. И хватит об этом. Давай, рассказывай дальше.
— Сегодня я пришла на работу, а Андрея Павловича как подменили, он рычит на меня весь день, он пытается меня унизить и обидеть. А я не могу понять, за что он так со мной. Еще вчера мы были не просто начальником и подчиненной, мы были друзьями, я не преувеличиваю. Я расскажу вам как-нибудь в какой переделке мы побывали и как выкручивались вместе. А сегодня…
Катя снова заплакала, да так горько, что даже мне стало не по себе.
— Катенька, а куда вам Гера прислал цветы? На работу?
— Да, на работу. Я пришла, а цветы уже стояли в кабинете.
— А Жданов их видел?
— Конечно видел, они стояли в кабинете Жданова, он даже визитку без моего спроса в букете посмотрел, а потом… потом… все и началось, — слезы полились из Катиных глаз, как будто кто-то приоткрыл краник.
Я засмеялась. Какая же она еще маленькая, какая дурочка. Нет, она, конечно, очень умная, но по-житейски совсем глупый ребенок.
— Катенька, мы с тобой недавно знакомы, и ты вправе мне не отвечать на вопросы. Ты вправе не быть со мной искренней. Но ты мне очень симпатична и мне хочется, чтобы все у тебя сложилось. Поэтому я прошу только об одном, не ври мне. Не понравится вопрос, значит не отвечай, только не ври. Договорились? Мои вопросы — это не праздное любопытство. Ну, что, ты согласна ответить на несколько вопросов?
— Да!
— У тебя есть близкая подруга?
— Нет!
— А тебе хотелось бы ее иметь?
— Да.
— Ты любишь Андрея?
Пауза… Наконец она решилась.
— Да, я очень его люблю. Я знаю, что между нами ничего не может быть, знаю, что у него есть невеста. Но я ничего с собой сделать не могу, я его люблю.
— Ты раньше кого-нибудь любила?
— Мне очень нравился один человек, но об этом я не хочу говорить. Он посмеялся надо мной.
— Ты девственница?
— Нет, — Катя низко опустила голову.
— Какая же ты глупенькая, ну, чего ты засмущалась? Близость между мужчиной и женщиной, это совсем не стыдно. И последний вопрос, подумай, прежде, чем на него ответить. Ты хотела бы, чтобы Андрей ответил тебе на твое чувство?
— Очень. Юлиана, он не любит Киру, я это вижу. Ему с ней плохо, а ей с ним, хотя она-то как раз любит Андрея. Иногда я думаю, что их решенный брак, это просто способ сохранения компании. Да, я бы очень хотела, чтобы Андрей Павлович ответил на мое чувство. А знаете чего я хочу больше всего на свете?
— Чего, девочка?
— Я ребенка от него хочу. Если бы вдруг произошло такое чудо и у меня был бы его ребенок, никогда не стала бы мешать им с Кирой жить. Я просто была бы счастливой.
А ведь она его и вправду любит. Ведь не даром же говорят, что если хочешь от мужчины ребенка, значит любишь его. Все, хватит ее мучить, сейчас задам ей последний вопрос и раскрою все карты.
— Катя, а Герман тебе совсем не понравился?
— Почему? Он не противный, только мне он не нужен. Совсем. Рядом с Андреем у меня внутри зажигается свет, даже когда он кричит на меня, понимаете? А сегодня у меня внутри темно и пусто. Как будто Ангел-хранитель покинул меня.
— Тогда пляши, девочка. Пляши, пой и смейся. Потому, что Андрей тебя любит. Он может и сам еще этого не понимает, но он тебя любит! Иначе он не устраивал бы тебе сегодня концерта.
— Как это? Юлиана, я не понимаю, объясните, пожалуйста.
— Катька, ну ты же не совсем дура, должна понимать, что он приревновал тебя к Герману.
— Что? Юлиана, вы шутите? — Катерина задумалась, — А знаете, может быть вы и правы. Он с Кирой ругался, а когда я вышла из каморки, чтобы отпроситься с работы, он вдруг начал целовать ее. Это было как-то неестественно, демонстративно, как будто доказывал мне что-то.
— Ну, вот, я всегда говорила, что хорошие мозги не пропьешь! Вижу, что ты начала соображать. А теперь, Катюха, слушай наш дальнейший план и твои действия.
Катя слушала, затаив дыхание, только изредка вставляла фразы типа «Но ведь это не честно по отношению к Герману», «Это не хорошо» или «Нет, я так не смогу». Но в конце концов мне удалось настоять на своем. Мы чокнулись соком за успех нашего плана, обнялись и разошлись.
Хорошая, Катька, деваха, пусть у нас все получится!
***
— Екатерина Валерьевна, и где это мы ходим, когда на работе дел невпроворот? — Андрей Павлович, Вы же сами сказали мне делать, что мне угодно, только не нужно вас отвлекать. Вот я и испарилась, чтобы Вас не отвлекать. Но я готова к работе. — А вам известно, что у нас из-за вас возникли проблемы? — Какие проблемы, Андрей Павлович? — Полянский отказал нам в поставках оборудования. Нам нужно искать другого поставщика. — Разве это проблемы? Я поговорю с Герой и все разрешится. Сегодня же вечером за ужином и поговорю. Кстати, а почему вы сказали, что проблемы с Германом возникли из-за меня? — С Герой… Быстро же вы стали называть Германа Карловича Герой. — Так уж получилось. Но Вы не ответили на мой вопрос. Почему Вы перекладываете вину за отказ Полянского работать с Вами на меня? — Катерина, не придирайтесь к словам, сказал и сказал. — Ну, сказали и сказали, бывает. Мы сегодня до шести, Андрей Павлович? Мне точно нужно знать до которого часа мы сегодня работаем. — До шести. Так что не теряйте времени, Катенька, идите работать. Не успела Пушкарева войти в свою каморку, как у нее зазвонил мобильный. — Да, Герман, я слушаю. — Катенька, мне позвонила Юлиана, попросила встретить тебя сегодня в шесть вечера с работы и отвести в «Пигмалион». Затем дождаться и отвезти поужинать. — Герман, но я… — Я знаю, милая, я знаю, что ты будешь в гриме и костюме Бабы Яги. Получил уже твою фотографию на э-мейл. Ну, надо же, просто два разных человека. — И не испугался? — Пусть пугается тот, кто не знает, какая ты красавица. — Герман, а когда мы перешли на ты? — Не скажу. Где-то в прошлой жизни. Кате вдруг стало легко и весело и она засмеялась. И не только словам Германа, но и тому, что Юлиана была абсолютна права, Андрей ревнует. Катя видела его, подслушивающего ее разговор с Германом, в щели двери. А раз он подслушивает, значит точно ревнует. Ну что же, если Герман, встретив ее у "Зималетто" отважится запечатлеть ей свой поцелуй, она возражать не станет, раз Андрюша подслушивает, значит и подсматривать будет тоже.
