Сердце волка

— До празднества еще далеко. Садись, — и кивнул на лавочку у обеденного стола.       Анес открыла рот, чтобы возразить, но так же быстро закрыла его. Если он сам того хочет — хорошо.       Орест принес утреннюю трапезу. Свежие лепешки, сыр, горячий отвар с ягодами и травами и вареную дичь. — Мясо с утра? — спросила Анес. — Теперь да. Все же ты носишь моего щенка. И мясо должно быть в твоей трапезе утром, днем и вечером, — усмехнулся Орест, отламывая куски от небольшой тушки птицы.       Анес спорить не стала. Они молча ели. Орест пытался начать разговор несколько раз, но Анес не желала беседовать и односложно отвечала. — Я должен извиниться за то, что было вчера.       Анес перестала жевать, ощущая, как ком встает в горле. — Вы… ты не должен передо мной извиняться, — тихо вымолвила она. — Должен. Я напугал тебя, — нахмурился он на слова Анес. — Я был очень расстроен после разговора с отцом и выместил свою злость на тебе. Мне очень жаль. Это недостойное поведение.       Анес смотрела на него, а после опустила глаза. — Нет, не стоит извиняться. Ты имел на это право как мой муж. Я, видно, повела себя не так. Поддалась эмоциям, — и тяжко вздохнула, выпрямила плечи и, так же не смотря в глаза, произнесла: — Клянусь, больше такого не повторится, на следующую луну я буду готова для тебя, муж.       У Ореста плечи опустились, как и руки. Он видел этот пустой взгляд ранее. Когда она наслушалась бреда и стала играть идеальную пару. — Не надо, Анес. Не снова. Не когда я вытащил тебя истинную, — строгим голосом сказал он, смотря, как ее настороженный взгляд поднялся на его лицо. — Ты меня боишься. И это моя вина. А ты опять решила играть роль «идеальной пары». Зачем? Разве мы не говорили об этом?       Анес сглотнула. — Я совершенно искренняя, муж мой. — Ложь, — бросил он. — Это видно по твоим глазам. Они мертвые, словно лед, бездушные. Не надо, Анес. Я был не прав. Но не наказывай меня своим безразличием и фальшью, — и чуть улыбнулся. — Я намерен исправить свою оплошность. Всеми силами. Даже лягу волком на подстилке у жаровни, если ты боишься со мной спать.       Анес молчала, не знала, что ответить. В ней боролись противоречия. Слова Ореста грели душу, и то, что мужчина перед ней извинялся и так, старался заслужить расположение. А с другой стороны, страх перед ним от прикосновений и осознание, на какую низость он способен.       Анес резко встала. — Спасибо за утреннюю трапезу. Мне нужно быть готовой к вечеру, — и буквально вылетела из шатра. Да, он верную дорожку выбрал. Его девочку никто не хвалил, не вдохновлял, не позволяли быть собой, не баловал. И нужно делать все так, как она хочет. И не пугать.Орест чуть улыбнулся и расслабился. Выпустил эмоции. Может, ей что-то подарить? А чего бы ей хотелось. Что там любят женщины? Драгоценности? Платья он уже ей подарил… Стоит спросить Лауру — может, она подскажет. Хотя… что нравится Лауре, совершенно может не подойти Анес. В конце концов, они росли в разных сословиях. «Может тогда спросить у той рыжей девчонки Брана? Как ее? Пакара, кажись, — подумал Орест, глядя на тлеющие угли жаровни. — Они с моей парой росли в одной деревне, она всяк знает, что лучше подарить деревенской девушке».       На этой мысли Орест поднялся и направился в сторону палатки Гаспара.