Мой

***

Наверху расползается грязное темно-бордовое пятно, постепенно поглощающее еще чистые лазурно-голубые участки неба, неизбежно погружая город в ночную пустоту. В воздухе витает приятный запах дождя, крепкого кофе из маленького кафе неподалеку и едва различимый аромат фиалок. Чонгук мягко вдыхает приятное смешение, наполняя легкие до отказа и прикрывает ненадолго глаза, наслаждаясь, крепче сжимая чужую руку в своей, доказывая реальность происходящего, пока перед глазами недолго пляшут цветные пятна. Чимин рядом приятно молчит и жмется сильнее от холода. После Чонгук смотрит как вверху медленно загораются звезды и внимательно слушает Чимина, который старательно в красках расписывает понравившихся ему героев из недавно прочитанной книги, беспощадно жестикулируя при этом свободной рукой. Чонгук хмыкает, смеется когда нужно и задает вопросы в тему, проявляя активность как может и боковым зрением видит, как Чимин радостно улыбается. А Чонгуку больше ничего и не нужно. Они не спеша идут по многолюдной улице провожаемые искусственным желтоватым светом фонарей и кричащими витринами магазинов. Чимин громко смеется от его дурацких шуток и Чонгук сам невольно повторяет эмоцию, получая привычную дозу тепла внутри. Идиллию внезапно прерывает громкая трель звонка. Чонгук не задумываясь, ныряет в карман пальто и достает разрывающийся телефон с мигающей на экране надписью "Мама". - Да, что-то случилось? - с беспокойством в голосе интересуется Чонгук, не отрывая взгляда от оглядывающегося по сторонам Чимина. - Нет, дорогой, просто домой уже пора, - сообщает приятный женский голос по ту сторону. - Хорошо. Мам, подожди немного ладно? - Чонгук ждет положительного ответа, а потом отодвигает телефон от уха, привлекая внимание Чимина, несильно потянув в свою сторону их сцепленные руки. - Что скажешь насчет того чтобы остаться сегодня у меня? - вопрос на несколько минут повисает в воздухе, пока Чимин взвесив все "за" и " против" не кивает головой в знак согласия. Чонгук отворачивает голову, возвращается к разговору с матерью и сообщает ей, что скоро они с Чимином придут. Женщина нисколько не удивляется, лишь интересуется, где они сейчас и сбрасывает. Чонгук наблюдает, как гаснет окно вызова, после блокирует экран и убирает телефон обратно. Чимин вновь возобновляет свой рассказ, четко помня, где остановился, будто несколько минут назад их не прерывали, снова унося Чонгука в водоворот вымышленных событий. Так увлекшись, они сворачивают с оживленной улицы на каменную дорожку, ведущую в парк, и через некоторое время уже бредут по аллее, сопровождаемые заинтересованными взглядами проходящих мимо людей. Чонгук не помнит, как они оказались во дворе дома, приходит в себя он лишь, когда Чимин вдруг замолкает и настойчиво тянет его к большим железным качелям. Чимин присаживается на деревянное сидение, хватаясь руками за холодные планки, и жалобно смотрит на Чонгука, намекая на то чтобы его покачали так же как в детстве. Чонгук негромко посмеивается с такого Чимина, но желание все же исполняет, становясь сзади, и несильно подталкивает, наблюдая за счастливым донельзя ребенком. Чимин немного наклоняется назад, перебирая в воздухе ногами, и крепко закрывает глаза. Чонгук старается не превышать норму, помня как однажды по своей вине случайно уронил маленького Чимина. Чонгук до сих пор видит наполненные болью и слезами глаза, кровавые царапины на ногах и как сам громко плакал, обнимая друга. Чонгук никогда не хочет так снова. - Гуки, останови. Пойдем домой, - настойчиво просит Чимин, вырывая Чонгука из не самых приятных воспоминаний, поворачивая голову в его сторону, и демонстративно пытается затормозить ногами. - Конечно. - Чонгук придерживает качели, пока Чимин поднимается, а после ведет к подъезду. Чонгук открывает дверь электронным ключом и скоро уже поднимается с Чимином в лифте на десятый вместе с соседкой маленькой старушкой с пронзительными голубыми глазами и доброй улыбкой, которая в последний момент успела зайти внутрь. Она помнит их еще маленькими, поэтому весь недолгий путь до квартиры она вспоминает забавные истории, смущая Чимина и вызывая приступы громкого смеха у Чонгука. Недолго прощаются, обнимая женщину на прощание и обещая обязательно забежать как-нибудь к ней на чай. Когда дверь за ней закрывается Чонгук с Чимином скрываются за железной напротив. Чонгук помогает Чимину раздеться, снимая с него шапку, затем развязывая длинный серый шарф и наконец справляется с пальто, аккуратно вешая его на вешалку. Пока Чимин стягивает обувь Чонгук весьма быстро расправляется с верхней одеждой, параллельно стаскивая ботинки. В коридоре раздаются шаги и скоро в поле видимости парней появляется невысокая худенькая женщина с длинными черными, как у Чонгука волосами и пронзительными миндалевидными глазами, одетая в длинные пижамные штаны и безразмерную футболку. - Вот и вы. Я уже звонить хотела, думала что-то случилось, - спокойно произносит она облокотившись о стену и с упреком смотря на сына. - Прости что заставил волноваться, - Чонгук обнимает маму и целует ее в щеку, получая в замен свою порцию обнимашек. - Чимини иди к нам чего как неродной то, - произносит она и Чонгук оборачивается не разрывая объятий в сторону Чимина раскрывая руки в приглашающем жесте. Чимин кивает и присоединяется к ним, придвигаясь ближе к Чонгуку и чувствуя его руку у себя на талии. Все прекращается когда у Чимина громко звенит телефон, оповещая о входящем сообщении и Чонгук с матерью уходят на кухню оставляя его одного. Чонгук помогает накрывать на стол, пока омега разогревает суп и ставит на плиту чайник. Чонгук достаёт своё любимое печенье с шоколадом и уже разливает по кружкам кипяток, когда в комнате появляется Чимин. Чонгук садит его рядом с собой за угловой гарнитур и пододвигает к нему чай. - Чимини, кушать хочешь? - спрашивает омега, доставая тарелку Чонгука с верхней полки и тут же наливая туда горячую жидкость. - Нет, спасибо, я пожалуй откажусь, - говорит Чимин поедая печеньки и запивая их бергамотовым чаем. - Ну и зря. - омега протягивает Чонгуку почти полную до краев чашку, затем достаёт для него из выдвижного ящика ложку, после присаживается напротив парней. В помещении ненадолго повисает молчание, пока Чонгук неожиданно не рвет тишину вопросом: - А Тануки где? Омега медлит с ответом, виновато отводя взгляд и у Чонгука екает сердце, кажется останавливаясь на секунду, а голову наполняют не самые хорошие догадки. Огромный пёс, который всегда радостно встречает его, сегодня этого не сделал. Чонгук с ужасом понимает, что и в квартире он не находится слишком тихо, да и обычно тот любит путаться под ногами. - Папа увез Тануки к бабушке. Ты ведь знаешь как он не любит животных, а сегодня утром Тануки чуть не порвал важные документы и терпение твоего отца иссякло, - сообщает омега и грустно улыбается. Чонгук знает, что она будет скучать так же сильно как и он. - Я пойду. Не засиживайтесь и тоже ложитесь спать, - омега поднимается и выходит, закрывая дверь, и оставляя после себя гнетущую пустоту. - Может фильм посмотрим? - предлагает Чонгук, разряжая обстановку и понимая, что если не отвлечется немного, то точно не уснет. - Да, давай, вроде недавно какой-то новый про супер героев вышел, - оживляется Чимин, подхватывая инициативу. - Отлично. - Чонгук кивает и доедает остатки супа, пока Чимин убирает со стола. Чонгук закидывает грязную посуду в посудомойку и они с Чимином направляются к нему в комнату. Внутри как и всегда порядок, каждый раз режущий все еще не привыкшему Чимину глаза. Он морщится от этой наигранной идеальности и спешит сесть на большую двухспальную кровать, прихватив с тумбочки ноутбук, чтобы не зацикливаться. Чонгук на это привычно хмыкает, оглядывая коллекционные фигурки героев из комиксов Марвел, затем подходит к шкафу и взяв сменную одежду направляется в ванную, пристроенную к комнате для удобства. Там Чонгук спешно раздевается, скидывая вещи кучей на стиральную машинку и забирается в душевую кабинку. Крутит краны, настраивая приемлемую для себя температуру и буквально тает под потоком горячей воды. В голове навязчиво бьется мысль что Тануки он увидит теперь только в каникулы, когда они всей семьей традиционно поедут к бабушке и то скорее всего дня на три, потому что отцу всегда слишком некогда. Да и живность какой бы маленькой и незаметной она не была, отец просто терпеть не может. Тануки у Чонгука не первый и не второй, а вроде пятый или даже шестой. Чонгук точно не помнит. Сначала был хомячок, потом морская свинка, которую вроде сменила кошка, после нее это перестало задерживаться в памяти, а теперь собака и с ней Чонгук уже мысленно попрощался. Ему очень хочется расплакаться как в детстве, побежать к маме чтобы та обняла крепко и пожалела, но он уже не маленький и за стенкой его ждет Чимин, пред которым точно нельзя распускать сопли. Чонгук закрывает глаза и шумно выдыхает, прислоняясь лбом к стене кабинки. В последнее время, кажется что все только усложняется. Более тянуть нет смысла и Чонгук тяжело вздохнув принимается мыться. Он привычно начинает с головы, промывает на два раза, а затем тщательно смывает, тут же взявшись за мочалку. К Чимину он выходит в спортивных серых шортах и свободной белой футболке. - Ты долго. - тянет Чимин и отложив ноутбук в сторону, поднимается с кровати, - я уже подумал что ты там утонул. - Не дождешься. - усмехается в ответ на шутку Чонгук и подходит к шкафу, пытаясь найти что-то более-менее подходящее для омеги. Все вещи у него в основном большие и широкие, а домашние просто огромные, не самый лучший вариант для невысоко и щуплого Чимина. Нужное все же находится на самом дне и оказывается забытой Чимином где-то месяц назад майкой и короткими шортами. Чонгук кидает их в руки Чимина и когда тот уходит мыться, валится на кровать и гуглит фильм, который для них выбрал Чимин. В целом, если смотреть по отзывам, тот весьма неплохой, с кучей спецэффектов, достойным актерским составом и интересным сценарием. В общем-то, все как Чонгук любит. Пока Чимина нет на горизонте он убирает ноут в сторону, отдавая все свое внимание сохраненной интернет-странице с книжным текстом в телефоне. Чонгук читает ее уже с месяц, тратя бесценные урывки свободного времени. За это время продвинулся не на много, всего на сотой из пятисот страниц, но и этому безумно рад. Придуманная вселенная поглощает его все больше, затягивая в водоворот событий и Чонгук не замечает вернувшегося друга. Чимин пользуется этим и тихонько подкрадывается к нему, ступая еще влажными ногами по холодному паркету, незаметно подбираясь все ближе, после запрыгивает на лежащего парня, удобно устраиваясь на крепких бедрах и легко выхватывает телефон из рук. Чонгук коротко вскрикивает от неожиданности и случайно чуть не скидывает Чимина на пол, когда рефлекторно тянется за необходимым гаджетом. Чимин чудом удерживается и ехидно улыбается утыкаясь в экран. - Серьезно, Гарри Поттер? - недоуменно произносит Чимин протягивая игрушку обратно. - А ты чего ожидал? - ухмыляется Чонгук, забирает и тут же блокирует экран, а затем убирает на тумбочку чтобы не мешался. - Ну, не знаю даже. - задумывается Чимин, смотря куда-то в сторону, но с Чонгука так и не поднимается, а тот и не против, укладывается удобнее приподнимаясь на локтях и внимательно смотрит на мелькающий спектр эмоции на чужом лице. Чимин сейчас очень красивый с нежно-розовыми щечками на ровной фарфоровой коже, глубокими глазами цвета индиго, так просто игнорирующими внимательный взгляд, длинными черными ресницами и подрагивающими карминовыми губами. Чонгук сам не замечает как тянется ближе и садится, опираясь на руки позади себя. Он загипнотизировано смотрит на пухлые губы Чимина, обдавая их теплым дыханием. Чимин замирает не смея пошевелится и Чонгук не вытерпев мягко целует его, поочередно сминая то верхнюю, то нижнюю. На языке оседает приятный привкус цитрусов, заставляя прикрыть глаза от удовольствия. Никакой реакции не следует, но Чонгук не останавливается проводя языком по мягкой поверхности. Чимин обнимает его за шею, прижимаясь ближе и несильно покусывает в ответ. Такое у них с Чимином не впервые, но Чонгук всегда внутренне замирает на мгновение в такие минуты. Лет в семнадцать закрывшись в комнате Чимина они учились целоваться, неловко сталкиваясь носами и зубами, в силу неопытности. Чтобы приноровиться у них ушло три дня усердных тренировок и еще четыре чтобы понять пристрастия друг друга. Именно так и начались их маленькие шалости, которые весьма умело ограничил Чимин, запрещая лишь глубокие поцелуи, секс и метки на теле. Все остальное оставалось на бушующие гормоны и бурную фантазию Чонгука, которыми он умело пользовался. Чимин упирается рукой Чогуку в грудь, останавливаясь ненадолго и надавив, опрокидывает его, устраиваясь сверху и возобновляет приятные причмокивания, заполняющие комнату. Чонгук не торопясь поглаживает бедра Чимина иногда сжимая упругие ягодицы, слыша высокие стоны и не тратя времени забирается под футболку, гладя нежную кожу живота и спины. Чимин урчит, ластится ближе, пытаясь слиться с ним. Чонгук раздвигает ноги для удобства и Чимин тут же этим пользуется, начиная тереться об него. Чонгук дышит глубоко и громко от приятных ощущений, инстинктивно пытаясь слиться с Чимином и чувствует как постепенно болезненно твердеет член. Чувства обостряются до предела, равномерно растекаясь по телу обжигающими волнами. Сознание мутнеет, давая волю природному началу, и Чонгук замечает как глаза напротив только что стали цвета сажи. С Чимином всегда невыносимо жарко и хорошо до неприличия и Чонгук сейчас буквально сгорает от палящего пламени. Чонгуку очень хочется горячо, страстно и до потери сознания отыметь Чимина на этой кровати. Чонгук грозно рычит в поцелуй, и сильно сжав бока Чимина, ловко подминает его под себя, удобно устраиваясь сверху. Чимин охает, выгибается сильнее, откидывая голову и тем самым открывая доступ к желанной шее, чем Чонгук тут же пользуется, оставляя мокрые следы и нежно скользит руками по коже незаметно поднимая футболку. Чимин мычит, пытаясь сдержать рвущиеся наружу крики вперемежку со стонами и запускает одну ладонь в волосы Чонгука, несильно оттягивая пряди, а вторую просовывает за резинку его шорт, минует трусы и обхватывает порядком возбужденный орган. Чонгук давится стоном, кажется начиная задыхаться, зубы стискивает, выпуская небольшими порциями горячий воздух, старательно поддается ласке и продолжает настойчиво покрывать грудь Чимина редкими поцелуями. Чимин выстанывает громче, интенсивно водя рукой по горячей плоти, извивается сильнее, прикрывая глаза, и не выдержав, сбивчиво шепчет на грани слышимости: - Гуки, хочу твои пальцы. У Чонгука разряд тока проходится по телу и нереально пестрые фейерверки не останавливаясь взрываются в голове от этого доверчивого томного шепота и невыносимо податливого и раскрасневшегося Чимина под ним. Чонгук нервно сглатывает, отрываясь на время от желаннного тела, опирается руками по обе стороны от головы Чимина и смотрит прямо в затянутые поволокой желания глаза. Чимин дышит рвано, едва заметно дрожит от волны возбуждения окутывающей тело, но взгляд не отводит, приоткрывает свои еще больше опухшие от поцелуев губы и беззвучно прозносит словно молитву: - Гуки, пожалуйста. Чонгука от этого кроет основательно, зрачки полностью чернеют, а разум переходит ненадолго на автономный режим, вытесняя реальность. Для него каждый раз с Чимином словно первый. Чонгук на автомате быстро чмокает Чимина в уголок губ и скатывается с него вставая на холодный пол. Немного отойдя от кровати присаживается на корточки и открыв дверцу шарит в поисках баночки пахнущей смазки среди кучи перемешаных между собой учебников и тетрадей. Здесь он прячет её специально, ведь это единственное место куда мама и не думает заглянуть. Чонгук поднимается, когда находит нужную баночку с приятным запахом банана, как гласит надпись на этикетке и разворачивается к Чимину, то замирает от открывшегося ему вида. Пока Чонгук был поглощен поисками Чимин успел стянуть с себя всю одежду, хаотично раскидав её по комнате, и теперь лежал совершенно голый в призвано открытой позе с разведеными в стороны ногами, часто вздымающейся грудью, прикушенной от нетерпения губой и небольшим вставшим членом. Чонгук сам не понял как после увиденного смог спокойно дойти до кровати и устроиться между ног Чимина. Чонгук боится смотреть вниз на Чимина поэтому сосредотачивает все своё внимание на открытии лубриката. Руки не вовремя трясутся, заставляя Чонгука нервничать, голова пустеет, предавая хозяина и он слишком долго возится, когда на самом деле уже давно должен начать действовать. Чимин не способствует ускорению процесса, заскучав начиная поглаживать себя и тихонько постанывать на чувствительных местах. Чонгук все-таки отвлекается на особо протяжном стоне и понимает, что больше терпеть нет никаких сил или он сейчас трахнет его пальцами, или не выдержит и изнасилует. Чонгук резко дёргает крышку и она наконец с характерным шлепком открывается, радуя обоих. Два пальца легко проходят сквозь вязкую субстанцию и скоро уже оказываются у сжимающегося отверстия. Чимин сминает простыни и прикрывает глаза, пытаясь расслабиться, когда внутрь плавно входит первый. Чонгук не торопиться, представляя как это больно, ждёт немного, слыша жалобные поскуливания и только потом осторожно сгибает и разгибает несколько раз, после аккуратно добавляет второй. Чимин всхлипывает, пуская струйки слез из уголков глаз, и Чонгук не выдерживает. Опускается на Чимина, опираясь локтем о кровать, пальцы не вынимает, а лишь двигает ими медленно и языком слизывает мокрую дорожку на чужом лице, иногда целуя мягкие уста. Чимин обвивает шею Чонгука и обхватывает ногами бедра притягивая ближе. Чонгук не сильно ускоряет движение и почти сразу получает в ответ приятные слуху постанывания. Чонгук меняет углы проникновения надеясь наконец-то найти простату и доставить больше удовольствия. Чимина бросает из крайности в крайность то он сжимается от тянущей боли, то сладко скулит от наслаждения, путая Чонгука этим. Комочек нервов находится попытки с пятой, когда Чимин гнется так резко и сильно, что его чуть пополам не ломает и Чонгук прижавшись плотнее ловит поцелуем сладостный стон. Чонгук постепенно наращивает темп двигаясь в нужном направлении, а потом вдруг резко отстраняется, садится на колени и достает пальцы под непонимающий взгляд Чимина. Чонгук переворачивает Чимина на живот, приподнимается надавливая на его спину и вынуждая выгнуться и выпятить зад. Чимин подчиняется, не задавая вопросов и с интересом ждёт продолжения. Чонгук гладит упругие ягодицы, после переходит на мягкие бедра, а затем возвращается обратно и массирует покрасневшее кольцо мышц. Чимин мычит задушено из-за того что половину звуков поглощается подушкой и старательно поддается назад. Чонгук наклоняется, растягивая двумя пальцами дырочку в разные стороны и проводит пару раз языком по ложбинке, собирая излишки смазки, а затем пробирается им внутрь. Чимин взвывает отчаянно, словно раненый зверь и замирает не в силах пошевелиться. Чонгук продолжает манипуляции с маниакальным наслаждением и постепенно добавляет еще и пальцы. Чимин не выдерживает этого, начиная буквально метаться по кровати от удовольствия. Чонгук доводит Чимина до пика, когда второй рукой начинает в темпе водить по члену то, останавливаясь и сжимая головку, то, замедляясь плотно сжимая ствол тугим кольцом. Чимин взвизгивает высоко, бурно кончая на чистые простыни и валится плашмя на кровать обессилев. Чонгук ложится рядом на спину, пялится в потолок и тяжело дышит еще явственнее ощущая давящее возбуждение. Пока доставлял удовольствие Чимину как-то и забыл про себя, хотя взять его хотелось сильно, но Чонгук и в этот раз сдержался не понимая как он еще терпит все это издевательство над собой. Хотя, наверное, все-таки знает. - Чимини, ты ничего не забыл? - Чонгук поворачивается лицом к красному Чимину, который дышит часто, будто задыхается и пошевелиться не может не то что открыть рот и что-то произнести. Он лишь еле заметно кивает и прикрывает глаза. Чонгук решает, что пока Чимин отдыхает он может немного помочь себе, поэтому спускает шорты вместе с трусами и обхватывает возбужденный орган рукой. Сначала невесомо ведет по стволу, представляя что это делает Чимин и раззадоривает себя тихонько постанывая, потом давит на головку, водит по ней круговыми движениями, иногда проходясь по всей длине. Не вытерпев ускоряет движение, а другой рукой сжимает яички. Чонгук увлекается, стонет удовлетворенно, но когда ощущает поглаживания по бедрам распахивает глаза удивленно и обнаруживает между своих ног распластанного Чимина. Тот руки Чонгука откидывает в стороны и устроившись удобнее, ртом обхватывает член. Чонгуку кажется что он умирает, слишком хорошо чувствовать обволакивающую тесноту и приятную влажность. Чимин причмокивает насаживаясь сильнее, языком ведет по рельефу венок, потом втягивает щеки и берет глубже. Чонгук не выдерживает, хватает его за волосы, крепко вцепляется в пряди и насаживает сильнее, задавая свой темп и буквально натягивая Чимина. Тот расслабляет горло, поддаваясь и покорно глотает когда Чонгук кончает. Шевелиться больше не хочется совсем, а идти в ванную тем более. Чонгук приподнявшись притягивает Чимина к себе обнимая, утыкается в его волосы и закрывает глаза. - Гуки, мы фильм так и не посмотрели, - вдруг вспоминает Чимин, а Чонгуку уже пофиг на это, он безумно устал и хочет спать, а всякие супер герои могут подождать и до завтра. - Не судьба значит. - говорит Чонгук. Они кое-как с горем пополам достают из под себя одеяло, закрываются и засыпают. Сегодня Чимин даже не возмущается и не тащит Чонгука мыться, что весьма удивительно и не похоже совершенно на него, но так даже лучше.