То, что внутри.

"Жизнь невозможно повернуть назад, И время ни на миг не остановишь..."

      - Я думаю, это год. - Андрей стукнул копытом по листовке, лежавшей на столе. Язычок огня в газовой горелке из туристического магазина, которую они использовали всесто лампы, дернулся. Тени пробежались по стенам столовой. Единорог собрал всех после ужина, чтобы обсудить дела. Положение было серьезное, и Андрей сам был не до конца уверен, как стоит поступить.       - Понимаете, прошло больше ста лет! И почти все пришло в негодность. Нет электричества, бензин, думаю, испортился уже везде, возможно остался газ в баллонах. Еда вся испортилась, консервы проржавели. От машин остался хлам. Нам остался выбор: зимуем тут, и весной переезжаем на окраину, либо делаем это сейчас. - единорог высказал это на одном дыхании. Впрочем, паники не наблюдалось. Рита, одетая в сарафан собственного пошива, невозмутимо помешивала чай, думая, похоже, о чем-то другом. А Дёня, вообще не совсем понял, в чем дело.       - Не все же так плохо - подала голос собачка. (Вернее, алмазный пес, -подумал Андрей, -Тьфу, не звучит совсем...)       - Думаю, на складах, или в порту сохранились продукты в контейнерах. Вот в магазине даже чай в жестянках сохранился, да и макароны.       - Понимаешь, Рита, надо смотреть в будущее. Все это - навсегда... Черт, мы же даже не знаем, как пшеницу сеять... - Андрей обхватил голову копытами.        - Нам надо ориентироваться на худшее, и на то, что впереди еще целая жизнь. Не знаю, сколько живут эквестрийцы, но, надеюсь, не меньше, чем люди. А вот например, если у нас не будет еды, я с Денисом можем есть сено.       - Угу. -откликнулся зебр.       - А вот я даже не имею представления, как его на зиму заготовить. Не говоря уж о том, что для Риты это не выход. Вот ты, Рита, умеешь охотиться?       - Что? Нет, конечно, даже не могу представить. Мне животных жалко...       - Даже если мы соберем с округи все, что еще осталось, думаю, все равно продержимся недолго. - вздохнул Андрей. - В одиночку нет шансов выжить, особенно в разрушенном городе. Мы должны переселиться в пригород. А еще - найти остальных.       - Остальных? - переспросил Дёня, - Каких остальных? Он попытался поковырять в носу, но не вышло, копытом-то.       - С момента катастрофы, если не ошибаюсь, прошло больше ста лет, время от времени, в этот промежуток времени, должны были возвращаться и другие. Тут неподалеку был огород, разбитый уже после катастрофы. И тот, кто разводил на нем картошку, либо погиб в одиночестве, либо ушел на поиски другой группы.       - Ну, нельзя просто так взять, и пойти на поиски, - заметила алмазная, - Думаю, надо сначала переехать на окраину. А то никого не найдем, переехать не успеем... Я еще думаю, надо успеть до осени, в садах как раз яблоки поспели.       Общим решением постановили: разведка, переезд, а потом можно и на поиски отправляться. Андрей пока не представлял, как можно найти кого-то еще без, хотя бы, радио. Возможно, в одной из квартир, в городских многоэтажках, есть и радиостанция, и много другого полезного, но обследовать все никакой жизни не хватит... А пока был только один ориенир: название шведской столицы. В листовке упоминался еще и некий Париж в США, как источник информации, но туда точно не было дороги.       Впрочем, насчет радиостанции, у единорога появились кое-какие мысли. Он вспомнил, что отец его одноклассника увлекался радио, и примерно помнил его адрес. Возможно, у него дома сохранилась станция или рация, она может пригодиться, не сейчас, так потом.       Поэтому, на следующее утро, Андрей отправился в путь, взяв Дёню; Рита осталась дома, решив начать сортировку вещей, которые они возьмут с собой. Тачку они брать не стали, ограничившись перешитыми велосумками. И правильно поступили. Если по Советскому проспекту еще можно было проехать, то улицу Горького, в конце которой располагался нужный адрес, перегораживали столкнувшиеся машины и несколько поваленных деревьев, густо заросшие вербой.       - Следи за местностью, тут могут водиться дикие звери, эту часть города плохо видно в бинокль. - Предостерег зебру единорог.       - Будем следить за округой, и друг за другом. - Согласился Денис. Они шли друг за другом, оглядываясь по сторонам. Ржавые машины выглядели зловеще, стекла были разбиты почти во всех, и в темных проемах окон, казалось, кто-то прячется. Однако, Дёня не слишком боялся. Он видел, как Андрей может пускать огонь из своего рога, словно в компьютерной игре. Главное, заметить врага, а там единорог пульнет фаерболлом и готово. Дёня улыбнулся, напевая себе под нос какую-то песенку. С тех пор, как он стал зеброй, он обнаружил в себе доселе скрытые стихотворные таланты. А еще у него иногда появлялось ощущение, что стихотворение, произнесенное при определенных условиях, будет не только стихотворением.       Однако, перед путниками возникло неожиданное препятствие: автомобильный мост, по которому проходила дорога над железнодорожными путями, провалился посередине. Насколько помнил Андрей, это был достаточно современный мост, однако, похоже дело было не во времени, а в качестве строительства. Что же делать?       - Можно пройти тут, эти трубы туда же ведут - Денис привлек его внимание, постучав копытом по металлической конструкции, по которой трубы теплоцентрали были переброшены на другой склон парралельно разрушенному мосту. Гулкий звон разнесся по окрестности.       - Ты что делаешь, сейчас все хищники будут знать, что мы тут. - Проворчал Андрей, однако, не особо сердясь. Они перешли по решетчатой конструкции, рискуя подскользнуться, но все обошлось. Единорог в который раз радовался, что приклеил резиновые подковки к копытам.       К нужному дому они добрались без происшествий. Подъезд дома, высившегося серой стеной над зеленью заросшего двора, был закрыт железной дверью.       - Эххх...- Андрей вздохнул, и собрался прожечь её, но Дёня остановил его жестом копыта.       - У тебя с собой брелок? -Спросил он единорога.       - Ага... -Андрей удивленно достал из кармана брелок с ключом, сделанный из крокодильей лапки, и отдал зебре. Тот взял его в зубы, и начал водить туда-сюда, что-то в полголоса напевая. " ...откройся путь, куда идти, пером по ветру прилети, ступени главной из дорог пускай совьются под порог..." -различил Андрей. Щелк! Дёня уже открывал копытом заскрипевшую дверь, и устремился вверх по лестнице. Он поднимался, и водил брелком напротив дверей. На одном из этажей он вдруг остановился.       - Тут. - сказал он кратко.       Андрей понял, что слишком перегрузил сумки найденным оборудованием. Он не мог доверить его Дёне, и нагрузил тому батареи, детали, книжки и тетрадки, в которых собирался разобраться позже. Себе же он положил саму рацию, какие то блоки к ней и детали. Вначале казалось: - легко, но сейчас, когда копыта его ступили на ржавые фермы моста теплоцентрали, единорог заметил, что они дрожат. "Ладно, обойдется" - решил он. Он не хотел передать свою неуверенность зебре, который шел позади. Поднимался ветер, воздух гудел в решетчатых конструкциях, пыль летела в глаза. Андрей остановился, пытаясь протереть запорошенные глаза, и тут его копыто на чем-то подскользнулось. Ноги поехали вбок, и Андрей, нелепо взмахнув хвостом, оступился, и полетел вниз. Он успел в доли секунды увидеть серые трубы, потом скользнувшую в небе тень, а потом, в полете, его затылок столкнулся с железной опорой, и все померкло...