Жрицы Филлиды. Корни и ветви

Она никогда не была в этой комнате и не помнит, как сюда попала. Тревога и любопытство накатывают волной, а волна обрушивается девятым валом: незнакома не только комната. Незнакомо тело. Здесь нет зеркал, и она заглядывает в глубины полированного пластика, которым покрыт прикроватный столик. Она не узнает это лицо. Она вглядывается бесстрастно и внимательно: кто этот человек, в обличье которого ей так неуютно, что хочется вырваться из неудобной плоти? Чем он может быть важен? В дверь стучат. Звонко и почтительно называют незнакомое имя - оно ей не нравится. Олле'Хар обращается к богине, но там, где обычно теплится Ее присутствие, пустота и тишина. Это не пугает и не огорчает: Она занята чем-то более важным, чем надзор за своей непутевой служительницей, но связь все еще их соединяет, и из этого можно черпать уверенность. Олле'Хар справится сама. Чем бы ни было происходящее - видением, наваждением, отголоском будущего, реальностью, которой предшествовал провал в памяти, или сном, она во всем разберется. В дверь снова стучат. Она говорит: - Входи. И сжимает не-свои кулаки, разглядывая рисунок крупных вен, сбегающих от запястьев к костяшкам.