Упертый оборотень, или Как Красная Шапочка жениха завоевывала

Свадьбу праздновали два дня. Но в памяти Красной Шапочки осталась только череда смазанных образов. Пламя костра, такого огромного, что казалось, будто бы языки пламени лижут темное беззвездное небо, длинные черные тени, отбрасываемые кружащимися в хороводе людьми, вкусное мясо на косточке, которое она старалась есть очень аккуратно, но у нее все равно не получалось. И большая теплая рука, которую она отчаянно боялась отпустить. Вдруг пропадет. Исчезнет, сгинет, как наваждение и он, и то ощущение безграничного счастья, неизменно посещавшее Шапочку, когда он был рядом. И не верилось, совсем не верилось, что это все происходит с нею. Разве может она выходить замуж за такого мужчину? И пусть он не человек, но разве может быть кто-то лучше него? И Шапочка точно знала, что для нее ее оборотень навсегда останется самым-самым. Чувство реальности вернулось к Шапочке только тогда, когда ее уже муж, на утро после окончания празднования, поцеловав ее в нос, попросил не затягивать со сборами, им надо было возвращаться домой, в Рейнич. Он так и сказал «нам надо домой». Но ведь дом Красной Шапочки был здесь. Или уже нет? Ведь теперь она принадлежит к семье мужа, а значит, его дом — это и ее дом тоже. Но как-то не получалось у нее даже представить, каким он окажется, ее новый дом. А Яромир, интриган эдакий, не признается. И, хоть понимает Шапочка, что это он ей сюрприз сделать хочет, да и не будет правая рука вожака в продуваемой всеми ветрами лачуге жить, да все равно легче ей было бы, если бы знала она, где жить станет. Грустно было Красной Шапочке оставлять родных, друзей, знакомые с детства места. Но больше всего ее беспокоило предстоящее расставание с бабушкой. Та, хоть и была не по годам энергична и моложава, но редко покидала свой домик на опушке леса. Даже в гости к сыну и внукам выбиралась нечасто. Ежели кому-то помощь ее была нужна, то все к ней шли, в лес, благо дорога к дому колдуньи была всем известна. А в уплату за помощь ей тащили дичь, свежие яйца иль какую другую снедь. Об этом с колдуньей заранее договаривались. Но помощь ее была нужна не так уж и часто, все больше старались своими силами обходиться. Вот и выходило, что уедет Красная Шапочка, и будет бабушка ее в лесу своем сидеть безвылазно. Кто же ей пирожки носить будет? Кто будет уговаривать в соседний город на ярмарку съездить? Отец занят вечно, мать с свекровью не очень ладит. А братья… что с этих мальчишек великовозрастных возьмешь? Хоть и был самый младший из них Шапочки на два года старше, да толку с этого? Сева, старшенький, как в кузне засядет с отцом, так и на обед не вытащишь, не то что за несколько верст, к бабушке, смотаться. Демьян все с девчатами гуляет, как не надоест ему только? А Машек так вообще дома редко бывает, прибьется к какому-нибудь каравану — и странствует. И все равно куда. В Издань? Замечательно, давно хотел. К северной границе? Ну да, опасно, зато интересно, правда же? Эта его страсть к путешествиям давно уже присказкой стала. Вот и получалось, что некому будет колдунью навещать. И, как на зло, хлопоты, связанные со скорым отъездом, не давали Шапочке сбегать к бабушке, а та, по старой своей привычке, даже сейчас из лесу своего не выходила. Как-то раз, заметив опечаленную тревогами за бабушку Красную Шапочку, Яромир спросил ее, чего же она ходит как в воду опущенная. А выслушав проблему, рассмеялся и сказал, что это и не проблема вовсе, правда, почему, не объяснил — опять с поцелуями полез. Не то чтобы Красная Шапочка была против, наоборот, она была очень даже за, тем более, что целовался ее муж так, что у нее дух захватывало и коленки подгибались. Но вот про бабушку узнать очень хотелось. Что же задумал Яромир? Незаметно наступил день отъезда. На лошадей навьючивали последние тюки с поклажей, Красная Шапочка обнималась с матерью, прощаясь, ее отец с братьями, собравшимися таки под одной крышей ради такого события, как свадьба сестры, стояли рядом. А вот бабушки еще не было. Как на зло, вчера Шапочка не успела к ней забежать. И теперь ее сердце сжималось от мысли, что она так и не сможет с ней попрощаться. Но вот в конце улицы показалась стройная фигура колдуньи, одетой почему-то в дорожный плащ. Приглядевшись, Красная Шапочка поняла, что за спиной у нее висит дорожный мешок. — Бабушка! — с радостным воплем бросилась Шапочка к колдунье на шею. — Ты что, с нами поедешь? — Поеду, поеду, — успокаивающе похлопала по спине внучку колдунья, чуть не сбитая с ног Шапочкой, — куда же я от тебя денусь-то? — А почему раньше не сказала? — хмуро спросил отец девушки, которому тоже до этого было не известно о решении матери. — И надолго? — Да не знаю я, как получится… — колдунья намеренно проигнорировала первый вопрос, не любила она, когда ее в чем-то упрекают. — Мне зять-то твой чуть ли не золотые горы пообещал. Ну вот и посмотрим, что там да как, заодно и за внучкой пригляжу, посмотрю, как устроится на новом месте. Подсоблю на первых порах. Красная Шапочка просто сияла от счастья. И предстоящее путешествие сразу перестало казаться ей чем-то пугающим. Яромир же просто улыбался, понимая, что его жене было бы очень непросто, если бы колдунья не согласилась на его предложение. А предложил он ей не много не мало — место замкового лекаря при их вожаке. Должность более чем почетная, такими направо и налево не разбрасываются. Но к тому времени Яромир уже знал, что колдунья училась в столичном университете и даже получила степень магистра. Такого специалиста найти ой как сложно. И Яромиир не понимал, почему колдунья прозябает в глуши. Ладно, пусть не в такой и глуши, но она могла бы иметь гораздо, гораздо больше, если бы осталась в столице. Что же забыла магистр целительства в маленьком городке на востоке страны?.. Машек клятвенно заверил, что в скором времени Красная Шапочка его увидит, вот закончит он свои дела и… Тем более, что он давно хотел побывать в Рейниче, а так и повод есть — сестренку навестить надо, и родители не будут ворчать, что он зазря по стране мотается. Мать, так чтобы никто не видел, сунула в руку Шапочке самодельный оберег от сглаза. И пусть в силу таких вещиц девушка, которой бабушка о настоящей ворожбе рассказывала, не верила, но оберег в кармашек все же сунула. Матери так спокойнее, а с нее не убудет, тем более, что он и не весит почти ничего. Отец просто крепко-крепко обнял и взъерошил ей волосы на голове. Обычно Шапочка за это на него сердилась — кто ж любит лохматым ходить. Но не сегодня. Сегодня она еле смогла сдержать слезы, понимая, что еще не скоро увидит отца. Наконец все прощальные слова были сказаны. И процессия, состоящая из девятерых оборотней, Красной Шапочки и ее бабушки, отбыла. *** В небольшом прибрежном городке, где они остановились на полпути в Рейнич, было тепло и солнечно. Красная Шапочка, никогда прежде не видевшая море, была так очарована его необъятными просторами, что уговорила всех задержаться в городе. Правда, ненадолго, всего на три дня. Оборотни, вообще-то, торопились как можно скорее добраться домой: их поиски и так затянулись, но отказать новобрачной не смогли. Тем более, что всего три дня задержки… Что за них может произойти? Как оказалось, многое. Вечером, на второй день их пребывания в Гзаньске, Красная Шапочка шла под руку с мужем, возвращаясь в трактир, где они и их спутники сняли почти половину комнат. Тропинка, по которой они неторопливо брели, была довольно уединенной, по бокам ее росли раскидистые липы, уже смеркалось, и стрекот кузнечиков вносил умиротворение. В воздухе витал сладкий цветочный запах. Вдруг раздался жуткий треск: кто-то отчаянно ломился через густые кусты в паре шагов от них. Красная Шапочка была тут же задвинута за спину, Яромир выхватил меч и начал пристально всматриваться в темноту. Но почти сразу он вложил меч назад в ножны и витиевато выругался. — Берегод, ну нельзя же так внезапно появляться, тем более из кустов! — сердито сообщил он кому-то, кого Шапочка все еще не могла разглядеть. — Кто это с тобой? — раздался хриплый мужской голос, и девушка наконец смогла рассмотреть незнакомца. Он был босым, кожаный жилет был надет на голую кожу, рубашку же он перекинул через плечо. Красная Шапочка, вышедшая из-за спины мужа, с удивлением рассматривала полуголого мужчину. Было в нем что-то такое… знакомое? Вот только она не могла понять, где же она его уже видела. — Кто это? — повторил незнакомец и стремительно приблизился к Шапочке. — Жена, — коротко ответил Яромир и добавил: — Ты давай, о манерах вспомни, что ли, не пугай ее. Но Берегод как будто не расслышал его, он подошел к девушке вплотную, положил руки ей на плечи и шумно втянул воздух, обнюхивая ее лицо. Красная Шапочка отпрянула от него, но он, кажется, этого даже не заметил. — Я чувствую родную кровь, но как это может быть?! — почти прорычал незнакомец. — Как это возможно? Яромир вклинился между Шапочкой и старым другом. Нет, он совсем не опасался, что тот причинит его жене вред, скорее просто желал разобраться, что происходит. Да и не хотел он жену еще больше пугать, вон как побледнела. И глаза такие большие-большие стали, испуганные. Но он был не прав, Шапочка не была напугана, она просто наконец поняла, кого напоминает этот пожилой уже мужчина. Ее отца. Да и на Машека он ужасно похож…