Жизнь игрушек

Знаешь, многие дни начинались куда более неприятно, чем сегодняшний. Ты можешь успокаивать себя этим и ни во что не ставить жуткую боль, что затесалась прямо между ног. Ты только корчилась и потешно, (как казалось Робби) пучила глаза от боли, а слезы, меж тем, уже подоспели. И ты полностью концентрировалась на пейзаже, что раскинулся перед твоим носом, нежели на том, как рвутся мышцы от внезапной растяжки. Первое в жизни катание на лошади, да, оно такое. Робби уже достал ржать над тобой. Когда белая кобыла вязкой рысью несла тебя по заметенному снегом холму, ты думала, что отдашь Богу душу. А трясущимися пальцами только сильнее сжимала узду. И ногами обхватывала седло, всеми силами стараясь держаться. Хоть как-нибудь! Но за что?! — Воу-воу, полегче, наездница! — корчась от смеха, друг легко соскользнул со спины своего жеребца и потянул того за узду прямо к тебе. — Ща… Помру… — еле выдавила из себя, чувствуя, как всем телом каменеешь и, точно подаваясь покатой спинке лошади, скользнула вниз, к земле. Точно приземлилась на одну ногу, но сила притяжения распорядилась немного по-своему, полностью погрузив тебя в сугроб. Закрыв блаженно глаза, выпустила клубочек пара изо рта. — Ты слишком напряжена, — заметил человек в черном пальто, поправляя кожаную перчатку, — Тебе нужно расслабиться, ну, знаешь, — парень указал ниже уровня пояса, точно определяя ягодичные мышцы. Занавес. Опустив брови на ресницы, уставилась прямо в глаза Робби, который, меж тем, не спешил наладить с тобой никакого контакта. Вообще. Лес вокруг звенел, а ты пропускала перед глазами лицо Дерека. Неведомо почему, но ты только сейчас отметила про себя, что глаза у него не черные, а темно-карие и довольно маленькие, а высокие скулы нагоняли пафоса в его слишком миловидную внешность. И ты задыхалась, обнаруживая в нем один недостаток за другим. Всего одно свидание, всего пара тысяч слов куда-то в стол. Ты поморщилась, пытаясь развеять все свои приступы. А потом картинка стремительно менялась. Глаза перед тобой такие зеленые, а взгляд их с хитринкой и даже вызовом, что кажется немного абсурдным на фоне довольно детского лица. И пухлые губы растянуты в улыбке. И рыжевато-русые волосы всегда неидеальной волной лежат на ЕГО лице. И вот, эффект кока-колы с ментосом. Как разорвавшийся внутри тебя снаряд, так накрывает, если понимаешь, что что-то идет неправильно. И Дерек вдруг улетает далеко на второй план. Ты распахиваешь глаза и упираешься взглядом в спину, спрятанную за черным пальто. Вот он, сейчас обернется и назовет тебя тупицей. Потом посмеется над тобой, заставит сердце улететь к небесам или застрять в глотке. Он не позаботится о твоих чувствах, он — твой сосед, твой друг, он — Робби, о котором ты ничего не знаешь и одновременно знаешь все. И он с Карой, но и как бы не с ней. Парень чувствует твое повышенное внимание и, медленно оборачиваясь, позволяет лицезреть свой профиль. Совсем как у мальчишки. Совсем не такой, какого ты бы себе напророчила. Или какого мама бы хотела видеть своим зятем. Робби, он же просто Робби, который любит донимать тебя по утрам игрой на своей дудочке и приходить ближе к полуночи, чтобы попросить специи. — А на какой ты сейчас серии? — твое лицо вытягивается от внезапного вопроса, парень хрустит снегом, когда подходит к тебе ближе и садится на корточки перед тобой. — Это так важно? — глупо улыбаешься, не зная, куда себя деть от мыслей, что заполоняют голову целиком. Он просто кивает и словно этим жестом отметает привычного тебе Робби, — Сегодня планировала начать третий сезон. — Будь поосторожнее с Румпельштильцхеном, Т/И, — юноша встает и протягивает тебе руку, принимая на свое лицо новое, глубоко задумчивое выражение, — И смотри во все глаза, — криво улыбается, касаясь кончиком указательного пальца кончика твоего носа, который, незаметно для тебя, уже замерз. Обратно вы возвратились уже пеше, ведя лошадей под уздцы. Ты счастливо улыбалась своим мыслям и горестно плакала одновременно. Тебе пришлось очень много думать тем же вечером, особенно когда ты сидела перед включенным ноутбуком. Нет, в этом маленьком деревянном доме тебе не было одиноко. Нет, вынужденная неявка предков Робби тебя не смутила. Нет, двадцать три пропущенных от Дерека и мамы никак не колыхнули твое сердце. Да, работа подождет сегодня. Именно сейчас начинает срабатывать правило последнего хорошего дня. Ибо, да, это был последний день ТВОЕЙ жизни, дорогая Т/И. Пятая минута первой серии третьего сезона. Ты незаметно нервничаешь, но не строишь никаких догадок. Седьмая минута. Легкая одышка от происходящего на экране. Десятая минута. Пауза. И легкая одышка обрывается резким выдохом. Переводишь взгляд в дверной проем, где на косяк опирается темная фигура. По волне волос и яркому блеску в глазах узнаешь Робби. В непонятках чувствуешь, как твой рот образует удивленное «о», ты отстраняешь ноутбук и смотришь на парня, но он молчит. Тишина загрузила небольшую комнату, темнота подавляла тебя. — Надеюсь, тебе понравился Питер Пэн, Т/И, — хищная улыбка рассекла темное лицо собеседника, твое тело прошибло током, в этот раз не самым приятным. Даже любимые желтые носки не спасали от холода, теснившего твою грудь и конечности, — Ибо с этого момента ты в его сказке.