Шаг навстречу

      Высший демон появился в башне в боевой форме, весь покрытый шипами и непробиваемыми, похожими на чешую дракона, чёрными роговыми пластинами. Мощную голову украшали огромные эбеновые рога, а в злых глазах танцевал огонь преисподней. Раскрытые иссиня-чёрные крылья заняли почти всё свободное пространство в помещении. Хвост с поблёскивающим в свете ритуальных свеч острым наконечником метался в разные стороны, словно выискивая свою жертву.       Да, страшен был демон, представший во всей красе перед опешившими, перепуганными до смерти юными магами. Он на это, в общем-то, и рассчитывал, точно зная, какое неизгладимое впечатление произведёт своим эффектным появлением на несчастных. Испуганная троица, решившая увильнуть от выполнения заданий, данных на вечернюю самоподготовку, и решила вызвать одного из низших бесов, чтобы тот всё сделал за них. Видимо, они что-то перепутали, и теперь, глядя на то, кого они потревожили своим призывом, юноши тряслись, как листья деревьев на холодном ветру, позабыв родную речь.       — Кто из вас, недоучек, решил потревожить мой покой? — раздался под сводами башни громоподобный голос. — Неужели на земле вам стало скучно жить?       Юноши в чёрных балахонах молчали, как воды в рот набравши — только таращились во все глаза на огромного двухметрового демона. Было и так понятно, что ответа на вопросы не последует. Здравых мыслей у несчастных не осталось, только противный запах липкого страха витал в воздухе, и казалось, словно чья-то невидимая рука сдавливала горло магам, мешая дышать, не то что говорить.       — Что случилось, бездари, языки проглотили? Вы в моей полной власти, и я могу раздавить вас, как мерзких гусениц.       В это самое мгновение дверь в комнату башни с силой распахнулась, ударившись о стену, что заставило трёх горе-студентов подскочить на месте, и в дверном проёме появился злой учитель боевых искусств.       — Ну, Ваше темнейшество, что для гусеницы конец, то для бабочки день рождения.       Затем он бросил яростный взгляд на провинившихся дрожащих студентов и рявкнул:       — Всем вон. И никому ни слова. Ясно?       Дружно кивнув, юные маги, которым не нужно было повторять дважды, спотыкаясь и толкая друг друга, вылетели из комнаты, не оглядываясь.       — Ба, какая неожиданная встреча, — пророкотал демон, меняя форму.       Через минуту перед гианом в кругу пентаграммы стоял высокий, красивый красноволосый мужчина, абсолютно обнажённый. Глаза Алла округлились от столь откровенной демонстрации нагого тела без всякого стыда, словно так нужно и в этом нет ничего особенного.       — Ах ты, какие мы стеснительные! — рассмеялся демон, глядя на то, как гиан отвёл взгляд в сторону. — Мне кажется, ты всё это уже видел и сам обладаешь такими же достоинствами. Ну да ладно.       Щелчок — и на демоне появились штаны из кожи, мягкие высокие сапоги и тёмно-синяя шёлковая рубашка, которая была полностью расстёгнута и небрежно наброшена на широкие плечи.       Шли секунды, но гиан не решался препираться с демоном, не зная, чего ожидать от Астарота. Это не мелкий бес и не низший демон — это один из владык ада. И осознание этой неприятной истины сильно портило настроение. Он никогда не знал его, ведь знакомы они были лишь сутки, а женихом он числился ещё меньше. Зато его настоящий отец Изаверель весьма доходчиво объяснил ему, что один из девяти правителей ада так просто не забудет крушения своих планов. Не важно, сколько после этого пройдёт времени. И не известно, чем закончится следующая встреча, если таковая в будущем состоится.       Великий герцог из-под опущенных ресниц поглядывал на изменившуюся статную фигуру Аллели, пытаясь понять, о чём думает его несостоявшийся супруг. Взламывать ментальный щит и проникать в мысли гиана он не хотел. Так было неинтересно. Он решил оставить всё как есть. Лениво помахивая хвостом, демон заговорил первым, обращаясь к своей бессловесной жертве:       — Хорошо же ты спрятался, юный дух леса. Эта школа для меня закрыта без приглашения. А это измерение я терпеть не могу и посещаю редко. Кто надоумил тебя поселиться здесь?       Сбрасывая с себя оцепенение, Аллели передёрнул плечами. Низкий красивый голос Астарота бил по натянутым до предела и без того нервам. Он посмотрел на демона, свободно вышедшего из пентаграммы, которая должна была сдерживать его, но, судя по всему, нужна была настолько же, насколько дохлому припарка — она являлась просто чертежом на каменном полу, не более. Демон выглядел спокойным и непринуждённым и был окружён аурой силы, пока контролируемой, но готовой в любую минуту обрушиться на стоящего рядом гиана. Аллели хорошо помнил неотразимо притягательного незнакомца, появившегося у них в лесном поместье однажды вечером, но сейчас в этой красоте было что-то хищное, опасное, но не менее привлекательное, чем триста лет назад. Внезапное появление в его жизни Астарота грозило разрушить с таким трудом обретенное подобие счастья и покоя, к которому он долго шёл. Гиан не понимал, за что ему дана эта встреча снова? Что он такого сделал? Чем заслужил? Стараясь не выдать охватившего его волнения, Алл решился, наконец, заговорить.       — Думаю, Великий герцог, я оставлю ваш последний вопрос без ответа. Но раз судьбе было угодно подарить нам снова встречу, то я бы предпочёл выяснить здесь и сейчас, чего же мне ждать от этого чудного сюрприза?       Демон, ярко полыхнув золотистыми глазами с вертикальными зрачками, пристально посмотрел на Аллели, оглядывая его с головы до ног.       — Это будет зависеть от того, как именно ты собираешься добиваться моего прощения за постигшее в своё время разочарование.       — Что? — поразился гиан.       — Ну, начни с того, как тебе безумно жаль, что ты поступил глупо и эгоистично в прошлом. Что искренне сожалеешь о том, что заставил меня искать тебя по всему свету.       — Не дождётесь, Ваше темнейшество. У меня таких слов и в мыслях нет. Я ни тогда не нуждался в вашем прощении, ни сейчас.       — Вах, как глупо, дорогой беглец, — вкрадчиво промурлыкал демон. — Тебе бы нужно умерить гордыню и смирить вздорный нрав, а затем попытаться смягчить мой гнев.       — Если уж пошёл такой разговор, то гневаться нужно не вам, а мне, — заявил гиан, вскидывая горящие недовольством глаза на Астарота. — Я точно так же обманул ваши надежды, как и вы мои. Мы квиты. Великий герцог не получил богатый рудник, уплывший прямо из рук в самый последний момент, а я — хорошего супруга, обманутый наивными мечтами о несбыточном.       — Вот как ты заговорил. Значит, кто-то был свидетелем моего разговора с одним из правителей ада. Так я понимаю? Хм, понятно.       Внезапно Астарот сделал быстрый шаг к Аллели и, нависая над духом леса, словно грозовое облако, произнёс:       — Сейчас я вынужден уйти, ибо сюда идут. Но вскоре я сообщу о своём решении, о твоей дальнейшей судьбе. И не вздумай снова исчезнуть. В этот раз я тебя точно найду, и тогда жизнь покажется тебе адом, таким, что захочется умереть как можно быстрее. Вот только я не буду милостив и не позволю свершиться этому быстро.       Смятение и страх боролись в душе гиана с желанием нагрубить и кинуться на демона с кулаками. Хотелось стереть с красивого лица эту наглую ухмылку превосходства.       — Не советую, моя мятежная прелесть, может последовать отдача, — мягко предупредил Астарот.       — Ха, но не убьёте же вы меня в самом деле.       — Да? Хочешь проверить? — процедил демон. — Я всё сказал. Жди.       После этих слов демон с помощью заклинания изменил один знак в рисунке пентаграммы, а затем вошёл внутрь и тут же растворился в объятиях пламени. Остался лишь слабый запах серы в помещении.       Вскоре после исчезновения демона на лестнице, ведущей в башню, раздался топот, и в комнату ввалились преподаватели искусства тёмного волшебства. Только сейчас Аллели свободно вздохнул и обернулся к подоспевшим магам.       — Что здесь произошло? — спросил Аринол, учитель и сильнейший маг высшего четвёртого звена.       — Всё уже в полном порядке, господа, — ответил Аллели.       — Кто виновник? — задал вопрос Семуа, второй маг и медиум.       — Я их не застал. Видно испугались, что призвали не того, и в страхе убежали. Слышал только юношеские взволнованные голоса.       — Вот же мелкие засранцы! — воскликнул Аринол. — И как только ключ достали?       — Не знаю. Устал я. Пойду отдохну.       — Иди, конечно, — ответил за двоих Семуа.       Гиан уже почти вышел за дверь, как услышал неожиданный вопрос:       — А как тебе удалось уговорить уйти высшего демона без жертвы? Здесь точно был именно один из высших, — сказал медиум, — я чувствую отголосок сокрушительной тёмной силы.       — А он и не ушёл без жертвы, — устало выдохнул Алл. — Через несколько дней он потребует расчет по долгам.       — Твою же! — взвыл Семуа. — Только один из правителей ада может так нагло себя вести. С ним сладить непросто, если не сказать невозможно.       — Нужно сообщить мадам директрисе, — сказал Аринол.       — Нет. Это всё равно ничего не изменит. Теперь это только моё дело и этого демона.       — Темнишь ты что-то, Алл, — заметил Семуа. — Но да дело твоё. Если эта ситуация между вами разрешится, то нам всем так даже лучше будет. Не будет никакого разбирательства и отчислений. А виновников происшествия мы сами найдём и накажем за такое самоуправство. Чтобы в следующий раз неповадно было лезть туда, в чём полные профаны.       Оказавшись в своей комнате, Алл прислонился спиной к стене и медленно съехал по ней вниз. Сидя на корточках, он невесело усмехнулся. Гиан понимал, что оказался в очень сложном положении. Да нет, в безвыходном положении — так вернее будет сказано. Против воли вспомнились слова ворожеи о том, что судьбоносная встреча неизбежна и от него уже ничего не будет зависеть. О боги, столько лет прятаться и бояться, чтобы это всё-таки свершилось. Вот же действительно: чего боишься, то непременно произойдёт. Что же теперь будет? Мужество и смелость боролись со здравым смыслом. С одной стороны, хотелось остаться и встретиться с Астаротом снова, а с другой — хотелось убежать на край света, найти новое убежище.       Ещё утром всё в этом мире было простым и ясным, а сейчас запуталось и завязалось узлом. Сердито тряхнув светлыми густыми волосами, гиан поднялся и, обхватив себя руками, подошёл к окну, глядя невидящим взором вдаль, на закат. Неприятные воспоминания теснились в груди, оживляя и терзая душу. Каким же наивным он был тогда, в далеком прошлом — совсем ребёнок. Да как он мог думать, что это он соблазнил Великого герцога?! Это Астарот милостиво позволил себе развлечься, решив убить сразу двух зайцев: получить богатейшее месторождение самоцветов и новую постельную игрушку. Наверное, демон потом долго смеялся над неискушённостью и глупостью юного духа леса. Неудивительно, что принятое юным духом леса в ту далёкую пору за интерес сейчас бы трактовалось им же как снисхождение и желание позабавиться. Ещё раз глубоко вздохнув, Аллели взял себя в руки и, смирившись с неизбежным, отвернулся от окна, направившись лёгкой поступью к кровати. Ему был просто необходим целительный сон. Обо всём об этом он решил подумать утром, на свежую голову.       Астарот поигрывал бокалом прекрасно выдержанного вина в руке, изредка потягивая рубиновую жидкость. Отказавшись от ужина и посещения гарема, где его ждала новая рабыня, демон задумчиво привалился к каминной полке. Он был немного озадачен своей реакцией и не понимал, отчего так обрадовался, снова встретив пропавшего гиана. Да, беглец возмужал, научился с достоинством держать удары судьбы и в целом превратился в настоящего красавца, от взгляда на которого огонь возбуждения разливался по жилам. Стоило только вспомнить эти длинные светлые волосы, рассыпавшиеся в беспорядке по плечам, нежную кожу, непокорные, цвета дикой сирени глаза и пухлый рот, будто созданный для страстных поцелуев. «Твоих поцелуев», — уточнило внутреннее эго. По сравнению с покорными, искушёнными в любовных ласках рабынями и рабами из его гарема, этот гиан был более привлекательным и желанным. Решено: Аллели будет принадлежать ему. И то, что победа будет явно не из лёгких, заставляло Астарота предвкушающе потирать руки и улыбаться. Демон решил узнать о своём гиане всё, чтобы понять и изучить. Нужно было скрупулёзно подготовиться к новой встрече, чтобы быть во всеоружии.       Призвав к себе трёх лучших демонов-разведчиков, Астарот дал им задание: разузнать всю подноготную духа приграничных лесов Эритреи Аллели Уайлдфаера. И приказал начать с настоящего отца молодого гиана, эльфа Изавереля.       А утром Великий герцог получил довольно интересную информацию об Аллели. Оказывается, его бывший суженый долгое время жил у эльфов с Хрустального озера, куда демонам нет доступа. Потом участвовал в войне с приспешниками Драурга* и был изранен ядовитым жалом виверна**. А что самое интересное: жизнь Аллели спас верховный маг Алголя, Сайрус Олшенберг. Услышав такие новости, Великий герцог едва не расхохотался вслух. Он искал непокорного беглеца более ста лет, а тут, оказывается, гиана случайно нашёл, вылечил и спас от верной гибели его сын. А демоны, не замечая приподнятого настроения своего повелителя, продолжали докладывать. Они рассказали о том, что дух леса многому научился у скрытных эльфов. По выздоровлении от ран гиан был приглашён в престижный университет волшебства и магии обучать студентов различным видам боевых искусств. Именно Аллели лично тренирует сына Сайруса и Тэя, помогает сдерживать агрессию и научиться контролировать неожиданные вспышки просыпающейся силы.       Присев и откинувшись на спинку удобного кресла, Астарот положил ногу на ногу, выпив бокал одним махом до дна, слушая вполуха демонов. Мысли его крутились вокруг заинтересовавшего его гиана, но лицо оставалось абсолютно спокойным, лишённым каких-либо эмоций.       Закончив говорить, демоны поклонились, и Астарот взмахом руки отпустил их восвояси. После их ухода герцог вскочил на ноги, быстро подошёл к бару и наполнил бокал новой порцией вина. В глазах его танцевало загадочное пламя, а губы улыбались, обнажая острые клыки. Азарт уже полностью захватил его целиком и полностью. Демон не без удовольствия вспоминал испуганные, но с толикой интереса и любопытства глаза Аллели, которые настороженно смотрели на него, не зная, чего ожидать от столь неожиданной встречи. Астарот вынужден был признать тот факт, что исчез полностью открытый миру, нежный юноша, а на его месте появился умный, сдержанный незнакомец. И герцогу безумно захотелось разгадать, что же скрывается за холодным взглядом и вызывающими словами гиана. Если выяснится, что Аллели решил противиться его воле до конца, то он укротит дерзкого так, как укрощают диких жеребцов: твёрдо и безжалостно. И свободолюбивому духу леса придётся склониться перед волей куда более сильной, чем его собственная. Он никогда не уступает и не отступает перед любыми трудностями. Демон решил во что бы то ни стало получить послушного, покорного любовника и супруга. А в том, что гиан им станет, Астарот не сомневался ни минуты. Сейчас, скорее всего, новая демонская игрушка спит, не подозревая о вынашиваемых коварных замыслах, непосредственно касающихся его, наслаждаясь последним днём спокойного, вольного одиночества.       Аллели разбудил шум шагов и голоса, доносящиеся из коридора. Открыв глаза, он резво подскочил на кровати и сонными глазами уставился на часы. Фух, стрелки часов показывали шесть утра. До подъёма ещё пятнадцать минут, но замок уже живёт и дышит своей внутренней жизнью. Медленно потянувшись и встав с кровати на холодный пол, гиан слегка поёжился, но всё-таки прошлёпал босыми ногами на маленький, словно гнездо ласточки, балкон. Всё произошедшее накануне вечером казалось лишь сном, но Аллели знал, что это правда, а вот умиротворение с утра — обманчивое чувство. Он понимал, что демон не забудет теперь о нём, и если не сегодня, так завтра размеренная спокойная жизнь изменится навсегда.       О, как же он был прав. Ровно в семь утра на прикроватном столике вместе с алым цветком гибискуса появилось письмо. В нём чёрным по белому красивым витиеватым почерком было написано, чтобы Аллели сегодня же вечером воспользовался порталом и прибыл к восьми часам вечера в отчий дом. Никакие отговорки не принимаются, ибо директриса учебного заведения в курсе, что его срочно вызывают домой, и уже дала своё согласие.       Когда Аллели прочитал этот вежливый приказ, с ним едва не случилась истерика. Это был конец: ловко расставленная ловушка захлопнулась, и он угодил в неё. Письмо выпало из ослабевших пальцев духа леса. Итак, он возвращается домой.