Викинги на пенсии

Сказать по правде: не сильно удалось. Ну что же, что вышло, то вышло, что уж там. И посвящаю я эту и последующие части своим братюням. Кальмар вас любит, ребятки :3 С меня когда-нибудь празднование Нового Года, а это так, затравочка. - Какое-то там по счету собрание Северного Совета объявляется открытым, - монотонно пробубнил Исландия, смотря исподлобья на своих дражайших братьев. Неизвестно, за какие заслуги именно он сегодня оказался председателем совета, но скорее всего все дело было в том, что Швеция и Финляндия были заняты обсуждением Тур де Ски, Норвегия не забывал их подкалывать, а Дания не без улыбки читал что-то, что было вложено в обложку от каталога Икеи. Поняв, что никто его не слушает, Калле, вздохнув тяжко, взял в руку лежащий рядом на тумбе молоток и со всего размаху ударил им о столешницу. Инструмент мелодично шандарахнулся о дубовую поверхность стола, оставив небольшую квадратную вмятину, и четыре страны наконец удосужились обратить внимание на исландца. «Каталог Икеи» из рук Хенрика и вовсе выпал, но Дания внимания на это не обратил: говоря мягко, друзья обалдели от такого и сидели, смотря на своего младшего братца, как контуженные. - Итак, на повестке дня следующий вопрос, - спокойно продолжил Карл, отложив молоток в сторону и смотря на шляпу, стоящую в центре стола, в которой виднелась горочка бумажных листков. – Вот-вот состоится последнее заседание ОБСЕ в этом году, и наша святая обязанность – поздравить дорогих друзей и сделать последнее заседание незабываемым. Пора приступить к процедуре распределения обязанностей на этот год. Кто желает рискнуть первым? - Да без проблем, - встал Норвегия и вытащил первый листок. Раскрыл, быстро прочел, и бровь его вопросительно изогнулась. – Ну ладно, и не такое проходили, - сказал он себе под нос, садясь на место и убирая бумажку в карман. Прежде, чем Швеция успел сунуть к нему свой нос и прочесть, что же там написано. - По старшинству пойдем, - потер руки Дания, подходя к шляпе. Прочитав свою бумажку, он только и смог, что дважды хлопнуть глазами и посмотреть задумчиво в потолок. Он был готов к чему угодно, но как выполнить это задание, датчанин не совсем представлял. Все еще задумчиво глядя в потолок, он сел на место, оставив бумажку на столе, но швед сидел слишком далеко от него, чтобы увидеть, что написано там. - Ну л’дно, - пожал плечом Швеция, вытягивая следующую бумажку. Вопреки всем законам природы, брови его поползли вверх, выдавая все изумление владельца. Однако больше он ничего не сказал, просто смял бумажку и предпочел убрать ее подальше в карман. Дания не без удовольствия отметил: похоже, его задание было еще вполне божеским. - А мне, как обычно, все самое неприличное, - проворчал Финляндия, взяв свое задание. Прочитав его, финн покраснел и поспешил гневно взглянуть на своих друзей. – И кто это придумал? Вы обалдели? Я отказываюсь это выполнять! - Прости, друг, но таковы правила, отказаться нельзя, сказал Исландия, беря последнюю оставшуюся бумажку. – Ты бы видел мое задание… - пролепетал он, читая написанное и краснея еще хуже, чем финн. – А ведь я даже знаю, кто его придумал. Ну что же, заседание объявляется закрытым, никому ничего не рассказывать, бумажки свои выкинуть. Завтра у нас великий день. - В’ликий не то сл’во, - проговорил швед, вставая. – Это б’дет л’гендарно…

***

- Ребят, вообще-то декабрь на дворе, можно было хоть рубашку дать с собой прихватить? - Терпи, викинг, мне вот тоже весь день мучиться! - В’м не пр'выкать, а вот мне… - Ты бы видел, что они мне загадали! - Да будет вам, задания, как задания! Англия так и не понял, о чем говорили северные страны, его больше занимала мысль о том, что собрание едва ли закончится в святые для него пять часов дня. Италия и Франция тоже не остановили их и не спросили, о чем разговаривают братья: были увлечены спором о том, что же делать с Грецией. И только Германия поприветствовал северян перед входом в здание. - Надеюсь, сегодняшнее заседание даст результаты и пройдет без происшествий! – заметил Людвиг, являя собой, как обычно, образец сосредоточенности и спокойствия. - Да, мы тоже надеемся, - кивнул Хейно, покосившись на своих братьев. - Да. Да, да, да, - все тише и тише соглашался с ним Тино, кривя моську за спиной у немца. Немец же был до такой степени сосредоточен на будущих обсуждениях, что не заметил никаких изменений в лицах северной пятерки. А зря. Заметить, что Норвегия вдруг куда-то отбежал, он уж был должен. Собрание началось ровно в два часа пополудни. Хоть это едва ли можно было назвать чем-то серьезным, в отличие от встречи лидеров государств, что проходила буквально в соседнем зале, но для стран это была отличная возможность обсудить насущные проблемы. Стоило северным странам сесть, как все взгляды собравшихся оказались прикованы к Дании. В глазах собравшихся читалось откровенное недоумение. - Хайнрих, ты напился без меня, что ли? – недоуменно спросил неизвестно что забывший здесь Пруссия, во все глаза глядя на своего приятеля. Приятель же только состроил рожу, пока держал мизинец в ухе. - Я без тебя не смею, - ответил Хейнер прусаку, садясь на место. Впереди были долгие часы томительного ожидания того заветного мига, когда ему разрешат вытащить палец из уха. Таково уж его задание. Исландия что-то пометил в блокноте, а Литва, будучи председателем, объявил о начале заседания, но что-то окружающих смутило снова. Одно место пустовало, и это было место… - Прощу прощение за опоздание! – раздался чей-то голос, и в зал влетел Норвегия. То, что норвежец опоздал, собравшихся удивило не так, как внешний вид Халле. Если к Франции, который частенько заседал здесь с одной розой на причинном месте, все привыкли, то вот Норвегия в одних красных шортах – это новость. Жмурясь, как нашкодивший котенок, и чувствуя себя несколько неуютно под взглядами глаз размером с пять российских рублей, Хальдор протрусил к законному своему месту рядом с братьями. Ему еще повезло, что в зале было достаточно тепло, не то, что на улице. - Хорошо, первая часть задания засчитана, - пробубнил сидящий рядом с ним Исландия, отмечая что-то в блокноте. – Дерзай, у тебя впереди все заседание, братик. Наверное, если бы Исландия не назвал Норвегию «братиком», Хальдор непременно бы недовольно проворчал что-то о декабре, простуде и о каком-то козле с больной фантазии, но теперь он только и выдал что-то вроде «да-да, родной» и взялся за блокнот и ручку, приготовившись записывать. Вскоре страны и вовсе забыли о том, что две скандинавские страны сегодня сошли с ума, и принялись разговаривать о своем. Кто о чем: Англия все так же шипел на Францию, Франция все так же мурлыкал на Англию, Швейцария все так же неодобрительно косился на Францию, обещая взглядом расправиться с ним, если тому захочется сделать неверное движение, Венгрия все так же с умилением на лице смотрела на эти разборки, а Германия силился навести хоть какое-то подобие порядка. Время от времени ему это даже удавалось: особенно в те мгновения, когда он подходил к кому-то, брал едва ли не за шкирку и выводил к кафедре с докладом. В один из моментов он устал от галдящего общества стран Центральной и Западной Европы и перевел взгляд на северную часть континента. - Может, кто-то из вас хочет выступить? – и он посмотрел на Норвегию и Данию таким взглядом, каким Швайц смотрел на Францию, обещая им как минимум серьезный и нудный разговор, если эти сумасшедшие посмеют выйти к трибуне в таком непристойном виде. - Да, мне есть, что сказать, - объявил Финляндия, вставая и поправляя пиджак. Даже Швеция улыбнулся: да, определенно, на последнее заседание в году друзья приготовили Европе замечательный подарок… Хальдор, Хенрик и Карл тоже заинтересованно облокотились на стол, во все глаза смотря на Тино, однако ничего не происходило: финн спокойно и немного монотонно поздравлял всех с предстоящим Рождеством и напоминал о необходимости усилить контроль на границах и принять меры по обеспечению безопасности, все-таки за этот праздник он особенно сильно волновался. Его речь продолжалась минут десять-пятнадцать, до тех пор, пока ее не прервал развеселый вальс из динамиков Нокии. - Прошу прощения, - проговорил финн, нахмуривший и взглянув на экран. – Хейкки, ну какого черта? – прошипел он в трубку. - Твоя речь подходит к концу, а задание не выполнено, - тихонько напомнил ему Дания, стараясь не привлечь к себе внимание и проклиная того, кто заставил его держать мизинец в ухе. - Я же сказал, не буду выполнять твое дурацкое задание! – продолжал шипеть Вяйнямейнен. – Одно дело сидеть в трусах все заседание, а другое… - Ну будет тебе. Всего лишь один крошечный «фак», тебе сложно, что ли? - Да, сложно, за этот твой крошечный «фак» нас так «отфакают», что мало не покажется! - Я прошу прощения, - громко встрял в разговор Испания, крича с другого конца стола. – Но Финляндия, ты, кажется, микрофон забыл выключить… - О, друг, прости, что отвлек! – пожал плечами датчанин, посмеиваясь, пока Финляндия только густо краснел, смотря на лица собравшихся. Собравшиеся же уже посмеивались, подталкивая друг друга. - Ну ты, типа, даешь! – подал голос Польша сквозь смех. – Типа, тотально отфакают, во сморозил! - Ты как выражаешься? – возмутился Ваш, не успевший даже закрыть уши Лихтенштейн. - О, времена, о, нравы, - лишь и выдал Австрия с лицом страдальца-эстета, сидя рядом с хихикающей в кулак Венгрией. - Я, ну… Ну простите, - пробурчал Тино, возвращаясь на свое место под бурные аплодисменты большей части собравшихся. Громче всех, конечно, хлопали ему Дания, Норвегия и Швеция, а Исландия только поставил плюсик в блокнот. Теперь на Северную Европу стали обращать куда больше внимания, и датчанин, сидя с мизинцем в ухе, пожалуй, впервые в своей жизни понял, что выглядит действительно по-дурацки. А Норвегия даже привык к своему внешнему виду и спокойно спорил с Россией о Баренцевом море так же, как если бы сидел в рубашке. Зато Финляндия после своего выступления выглядел так, словно желал провалиться под землю, куда-нибудь в глубины ада, утянув при этом своих друзей. Впрочем, по нервно дергающимся уголкам его губ, сидящий рядом с Тино Эстония понял: это не последняя выходка Севера на сегодня. - Вот тебе Исландия расскажет о том, как со мной опасно спорить об экономических зонах в морях! – вскипев из-за чего-то, сказал Артур Франциску, указывая на Калле. Исландия хотел было напомнить Англии, что это он победил в их «Тресковых войнах», однако вспомнил, что у него задание. Опасное задание, которое придется выполнять на глазах у Франции. С истинным нордическим спокойствием юноша достал то самое, что было завернуто в обложку Икеи, раскрыл на первой попавшейся странице, и… - «Как правильно и грамотно делать эротический массаж мужчинам», - прочел Исландия с серьезным лицом и выразительной интонацией, делая ударения на правильные слова. Он читал это так громко и так выразительно, что разговоры умолкли, и взоры оказались направлены лишь на него. Норвегия аж вздохнул, вспомнив, что он не может оборвать уши козлу, придумавшему такое задание, потому как этим козлом был он сам. - Все хорошо знают, что сексуальное удовольствие как мужчины, так и женщины, могут получать по-разному, - продолжал тем временем исландец под обалдевшим взглядом Англии и под умиленной улыбкой Франции. - Если вы хотите вознести своего партнера на самую вершину блаженства, стоит научиться делать ему правильный эротический массаж… - и так он прочел целую статью о том, какие места и у кого стоит массажировать и с какой целью. Дочитав эту статью, Карл захлопнул журнал и передал его Хенрику, который только моргал, посматривая на шведа. А швед уже приметил свою обложку и взглядом обещал датчанину еще более серьезный и нудный разговор, чем с Германией после заседания, а норвежец только довольно ухмыльнулся: правильно он сделал, что перепрятал все садоводческие журналы. - О, mon cher, - проговорил проникновенно француз, пододвинувшись к исландцу. – Какую интересную тему ты поднял! Если хочешь, после заседания я дам тебе пару полезных советов, а быть может, и покаж… - Заткнись, извращенец, он же маленький еще, - и англичанин отвесил своему давнему врагу весьма смачный и звонкий подзатыльник. – И вы молодцы, как упустили сей момент? Вы – никудышные воспитатели! - И тебя мы тоже воспитали неправильно, - не остался в долгу датчанин, хоть и слышали его разве что сидящие рядом братья. Но братья с ним согласились: все-таки испорченное детство Британии было отчасти и на их совести. - Вот вы даете, а! – подал голос Брагинский, отвлекаясь от обсуждения с прибалтами, кто куда, когда и кого и какого черта теперь они плачутся в чьи жилетки о том, каким он был нехорошим. – Это что с вами сегодня случилось? Один с мизинцем в ухе все заседание, другой матерится с трибуны, третий в декабре в красных труселях, и мелкий порножурналы вслух читает… - Эй, я не мелкий! – парировал Исландия. - Только Швеция еще ничего не вытворил, - и с этими словами Брагинский подался чуть вперед, внимательно глядя на Бервальда. Замолчав, подались вперед и остальные присутствующие: каждый из них ожидал, когда наконец последнее королевство Северной Европы что-нибудь вычудит. - А чт’ я? – отозвался Швеция, по-прежнему сидя и пародируя выражением лица кирпич. - Давай уже, мы посмотрели на все, что только можно! – с обреченным видом и предчувствуя худшее вздохнул Германия, устало приложив ладонь ко лбу. - Бр’гинский, ты ув’рен, что х’чешь этого? – и глаза шведа прищурились. Дания несколько мстительно улыбнулся: еще бы, такое зрелище увидишь не каждый день. - А я-то что? – удивился Россия. - В т’ком сл’чае, Иван, в’нужден т’бе ск’зать в’т что, - и, встав с места, Бервальд подошел к России и «от души» (а скорее, как уж умел) обнял русского. Русский же немного удивленно посмотрел на присутствующих и похлопал «дядюшку» по плечу. – Пр’сти м’ня за все в’йны, к’торые мы с т’бой в’ли, - во всю возможную громкость своего тихого и хриплого голоса начал швед. – Пр’сти за Б’лтику и за Н’рву, пр’сти за исп’рченное д’тство и за мн’жество шр’мов. И да, мы сн'ва п'ресм'трели д'кументы, и на с'мом д`ле я - тв'й отец. А т’перь, - продолжил он, отстранившись, - я тр’бую, чт’бы в п’сьменной ф`рме ты изв’нился п’редо мной за П`лтаву, за Н’еншанц и за Ф’нляндию, и за… - Эй, остановись, твоим заданием было покаяться прилюдно в пригрешениях, а не Россию заставлять! – остановил шведа Исландия, смотря в свой блокнот. - И что? – спросил Швеция. – Р’зве я не м’гу п’дойти к з’данию тв’рчески? В к’нце к’нцов, к’к гл’сит м’дрость: око за око! - Поздно, завалил ты задание, креативный наш, - с повеселевшим лицом сообщил Финляндия. – Теперь весь год будешь мыть посуду. - Это ж’нское д’ло, - парировал Бервальд, пристально глядя на Тино. - Ну, если ты настаиваешь, то отдам тебе гордое звание жены, - ответил финн, закладывая руки за голову и откидываясь на спинку стула. Да, ему определенно повезло с заданием. Все же оно стоило такого зрелища, как Бервальд в роли его «жены».

***

- Заседание объявляется закрытым! - Ну что же, ребята, я нас всех поздравляю, - объявил Дания, опуская затекшую и посиневшую руку и благодаря всех богов за то, что его мучения закончились. – Мы вполне успешно провернули это дельце. - Все, кроме Швеции, - довольно подметил Норвегия, покосившись в сторону Бервальда. Он не меньше Финляндии жаждал увидеть, как этот разбрасыватель носков, который достал его во время Шведско-Норвежской Унии, будет мыть за собой посуду, а не сваливать все на других. - Вс’ р’вно сч’таю, что он об’зан изв’ниться, - проворчал Швеция, про себя проклиная мир. Целый год мыть посуду – это не хухры-мухры, и надеяться на помощь братьев не приходилось. - Все, парни, вечером ждем фотографии от Венгрии, - потер руки Финляндия. - Эта женщина всегда с собой фотоаппарат таскает? – удивился Дания. - Ну ты же ее знаешь, любит ловить… Моменты определенного характера, - ответил Тино, поглядывая на Францию, который все пытался ухватиться за некоторую часть Англии. - Боюсь, долго нам будут припоминать эти задания, - хихикнул Исландия. – Франция меня уже к себе пригласил. - Я тебя к этому извращенцу не пущу! – возмутился Хальдор. - Кстати, с тобой, - сказал Исландия. – Франциск сказал, что тебе очень идет красный цвет. - Еще бы не шел, - сразу подобрел норвежец, но вскоре понял, что извращенец-Франция сделал ему комплимент по поводу шорт. – А вот к Швейцарии предлагаю в ближайший год не приближаться, хорошо еще, что он забыл винтовку… - Ам’рика бы н’ п’зволил ему т’ким обр’зом д’шить д’мократию, - сказал Швеция. - Они бы сговорились на некотором килограмме золотых слитков, - вздохнул Дания. – Ты же его знаешь, за нефть и золото на что угодно пойдет. - Ну, ребята, пойдемте, у нас Рождество впереди, - напомнил Исландия, открывая уже дверь. - Да, работы еще до кучи! – согласился Финляндия. – Вы не представляете, как трудно найти тот выпуск порножурнала, которого у Пруссии еще нет. - Представляем, прекрасно представляем, - заверил его Дания. Вот уж кто чудесно знал и о том, что редкие выпуски таких журналов приходится искать годами, и о том, что Швеция ему влепит за испорченные икеевские каталоги, и что до Рождества оставалось совсем немного времени. И о том, что это предновогоднее совещание страны-участники запомнили надолго. По крайней мере, Германия еще не раз за этот год посмотрит на них с недоверием и осуждением, когда кто-то из них изъявит желание зачитать свой доклад на заседании.