Тень

Ей нужно было утешение и немного доброты, что-то хорошее, где бы она могла черпать силы для того, что ещё предстоит сделать. И когда руки её перестали дрожать, и она снова могла вести машину без риска для себя, Элис отправилась в единственное место, где могла это получить – в «Заяц». Вопреки здравому смыслу, несмотря на произошедшую ещё так недавно трагедию, в баре действительно царила тёплая благодушная атмосфера. Завсегдатаи «Зайца» по изысканности сильно уступавшие Грейсонам и окружению, к которому Элис привыкла с детства, были способны на любовь и искреннее сочувствие. Они, как и всегда, продолжали посещать бар, всячески выказывая Джеку, Деклану и младенцу Карлу свою поддержку. В этих же лучах грелась и Шарлотта, на долю которой, как сестры усопшей, приходилось тоже немало сантиментов. Там, где любой человек из круга Элис остался бы один на один со своим горем среди фальшивых слов соболезнования и неискренних выражений поддержки, те, кого привилегированные обитатели Хэмптонса привыкли презрительно величать низшим сословием, протягивали руку и подставляли своё плечо нуждающемуся. В надежде получить хоть крохи этого тепла, в «Заяц» приплелась и Элис. Ей было немного неловко, но она должна была появиться здесь хотя бы для того, чтобы сказанные ею Дэниелу слова хотя бы ненадолго стали правдой. И после разговора с Денни, полного сомнений, подозрений, недомолвок и тайн, ей хотелось хоть немного открытости, честности. Уместно ли было говорить об этом здесь и по отношению к Джеку, который даже не знал настоящего имени своей погибшей жены, чьи друзья лгали ему напропалую? Но если Элис начинала думать об этом, у неё начинала раскалываться голова. Хватит, довольно для одного вечера растоптанных надежд, угрызений совести и самокопаний! Она вошла в бар, когда последний посетитель уже уходил, тепло распрощавшись с Джеком и потрепав его по плечу. По случаю опустевшего зала Шарлотта принесла малыша Карла вниз и сидела за стойкой, держа его на руках, глядя, как Деклан за стойкой пересчитывает кассу. Джек обернулся к Элис от бутылок довольно резко, и ей стало неловко, словно она ворвалась на мирный семейный ужин. - Привет! Малыш Карл, поздоровайся с тётей Элис! – жизнерадостно поздоровалась Шарлотта и махнула маленькой пухлой ручкой малыша. Ребёнок посмотрел на Элис мутным сонным взглядом, она коснулась мягких светлых волосков на головке Карла. Несмотря на неоднозначное отношение к Аманде, у неё всегда сжималось сердце, когда она смотрела на несчастного осиротевшего ребёнка. Вот, кто потерял самое дорогое, но даже пока об этом не подозревает. Будет ли он расстроен или разочарован, когда узнает, или отнесётся к известию о столь ранней смерти матери прохладно? Он получит достаточно материнской любви от Шарлотты, чтобы не быть обделённым. - Вижу, я невовремя. - Почему же? – приветливо спросил Деклан и бросил странный взгляд на брата. Джек пожал плечами, Деклан закатил глаза. Элис показалась странной эта пантомима, и ещё более странным было то, что она уже не раз видела её в разных вариациях, пока Джек был не женат на Аманде. Но она предпочла не ломать над этим голову. Во всяком случае, не сегодня. Сегодня у неё попросту не было на это сил. - Я многого не попрошу, только джин с тоником. Джек перегнулся через стойку и выглянул в окно. - Ты за рулём, - ворчливо заметил он, и это были его первые слова, сказанные Элис со дня похорон Аманды. - Пустяки, - поморщилась она. – Я достаточно опытный водитель, а штрафов я не боюсь. - Всякое случается. А с нас достаточно похорон, тебе не кажется? – Элис промолчала, Деклан потупился, а Джек повернулся к брату и бросил: - это на твоей совести. Дождавшись, пока Джек отвернётся от них, Элис жестом велела Деклану всё же смешать ей незамысловатый коктейль, а потом улизнула, подхватив прохладный стакан, пока Джек не заметил. Рядом с настоящим горем Джека её горести теперь казались Элис мелочами, но в то же время ей нужно было немного времени для того, чтобы пожалеть саму себя. И джин-тоник. Она выпьет, погрустит немного на крыльце «Зайца», чтобы не мешать обитателям второго этажа над баром, а потом снова сможет стойко переносить все неожиданные повороты судьбы, которых, по-видимому, будет немало, раз уж она ввязалась в эту историю с местью. Пропорции в коктейле были идеальными, и Элис с наслаждением потягивала прохладную горьковато-терпкую жидкость, на несколько мгновений позабыв обо всех своих заботах. Но вот она услышала шаги позади; она уже знала, что это Джек, и ждала от него ворчливых нотаций об опасностях вождения в нетрезвом виде. Она могла бы рассказать ему, что в её жизни сейчас намного больше опасностей, но она не может этого сделать; она выпила, поэтому ей придётся быть вдвойне внимательнее, чтобы не сболтнуть лишнего. Но, похоже, Джек был настроен вполне мирно, и своё ворчливое настроение оставил внутри: он сел на верхнюю ступеньку рядом с Элис и бросил мимолётный взгляд на стоящий между ними бокал, но на губах его играла лёгкая, чуть печальная улыбка. - Будешь читать мне нотации? – спросила она, некстати икнув. Элис залилась краской, но это, кажется, только больше повеселило Джека – улыбка его стала шире. Она не помнила, чтобы он улыбался так со дня свадьбы, и ей было приятно, что это она вызвала у него улыбку. - Нет, ты ведь большая девочка. Но я сказал правду: хватит с нас похорон. Я не хочу потерять и тебя. И Шарли, и Деклан… Мы не хотим больше никого терять. Это было похоже… Нет, ни на что это не было похоже, кроме того, чем являлось на самом деле: возможно, она была дорога Джеку, но не так, как Аманда. Не так, как ей бы того хотелось. - Всё будет хорошо. Я так устала, что этот коктейль для меня всё равно что вода. - Что случилось? – Удивительно, что Джек, на которого свалилось так много горестей, был способен на такой участливый тон. Или не удивительно? На то он и Джек Портер. - Не думаю, что имею право жаловаться, уж точно не тебе. Это будет выглядеть так, как будто я самая большая эгоистка на свете. Нет, нет… Джек несколько секунд помолчал. - По-твоему, если я потерял жену, со мной и разговаривать теперь ни о чём нельзя, так? – Он смотрел на неё хмуро и раздосадованно. - Нет, нет, конечно! Разговаривать – но не жаловаться. - Глупости! – Он вдруг взял её стакан и сделал большой глоток. - Эй, это просто нечестно, - пробубнила она. – Я даже не знаю, что тебе сказать, правда. Просто всё так… странно. Мы с Амандой никогда не были близки и, кажется, даже не слишком нравились друг другу, но я переживаю её смерть тяжелее, чем думала. Просто кажется, что после её смерти всё стало идти наперекосяк. Извини. - Почему же? – голос Джека звучал глухо. – Я тебя отлично понимаю. - Ну, наши чувства не сравнятся! Я даже не имела права так говорить! Просто… как будто её смерть была началом целой череды дурных событий, которые нас поджидают впереди. Не могу избавиться от этого ощущения. Так это и было, просто Джеку она не могла всего рассказать. Безумный маховик мести раскручивался, сколько судеб он заденет даже ненароком? - Иди сюда. Джек вдруг раскрыл ей объятия, и не задумываясь ни на мгновение о том, правильно ли поступает, Элис прильнула к нему, опустила голову на плечо. Джек приобнял её, едва прикасаясь, но и от этого по телу её пробежало приятное тепло. Ей сразу стало спокойнее, как будто Джек мог оградить её от всех опасностей. Но он не мог; это она должна была оберегать его, насколько это возможно. Но сейчас, всего на несколько минут она могла почувствовать себя слабой беззащитной девчонкой. Элис подняла голову – их лица были так близко – и увидела, что Джек внимательно смотрит на неё. - Прости, - она говорила немного невнятно, потому что одной щекой была крепко прижата к плечу Джека и пока что не собиралась отстраняться, черпая силу в каждом мгновении этой нечаянной невинной близости, - это я должна утешать тебя, а не ты меня. Тем более когда я болтаю такие глупости. - Брось. Меня достаточно утешали все эти дни. Если я могу кому-то подарить утешение… я буду только рад. - Это слишком мило с твоей стороны, Джек, - улыбнулась она, надеясь, что это не выглядит как флирт. Какие бы чувства она ни испытывала к Джеку, она слишком уважала себя и его, чтобы флиртовать с недавно овдовевшим мужчиной. – Так мило, что даже немного неприлично. - Глупости! – рассмеялся Джек. Кажется, она слышала его смех впервые с того страшного дня. Элис осторожно открыла один глаз, затем второй, пытаясь понять, где она находится. И с упавшим сердцем поняла, что находится в комнатах над баром Джека; если быть совсем точной, то в его спальне, прямиком на его кровати. Снизу доносились неразборчивые голоса, лопотание Карла, но было ещё слишком рано, и в «Зайце» не было никого, кроме хозяев. Оглядевшись, Элис с некоторым облегчением поняла, что лежит полностью одетая на застеленной кровати, аккуратно укрытая пледом, а подушка и покрывало на другой половине кровати даже не смяты. Не то чтобы она была против, если бы между нею и Джеком что-то было, но… не так. Не так. Не сейчас. Кто знает, наступит ли вообще когда-то подходящий момент, но сейчас для этого точно было не время. К своему стыду, она почти ничего не помнила со вчерашнего вечера… Вернее, помнила, как они с Джеком сидели на террасе «Зайца», он обнимал её за плечи и смеялся, а потом… А дальше в её голове была тревожная пустота. Просто удивительно, что она ничего не помнила: она выпила не так уж и много, всего пару безобидных коктейлей или вообще один. А «Заяц» был не тем местом, где могли опоить некачественным алкоголем, после которого события минувшего вечера приходилось восстанавливать с помощью детективов. На лестнице за дверью раздались шаги, и Элис быстро села, пытаясь пригладить волосы. Ещё мгновение – и в дверях показался Джек. Он улыбнулся ей, словно не было ничего необычного в том, что она просыпается в его постели. Элис даже покраснела. - Доброе утро. Мы тебя разбудили? У малыша Карла режутся зубки, сегодня он сам не свой. - Я ничего не слышала ночью. Я вообще… - Она смутилась. – Я вообще не особенно помню вчерашний вечер… - Элис настороженно замолчала. Темные глаза Джека смотрели на неё, смеясь. И под этим взглядом её сердце то замирало, то болезненно ускоряло своё биение. Кажется, Джек понял её смущение и его причину, вот только почему-то это только забавляло его. - Ты уснула вчера прямо на террасе, просто провалилась в сон. Я ещё не видел, чтобы человек так мгновенно засыпал. И я отнёс тебя наверх. Элис не смогла сдержать вздох облегчения. Это не скрылось от Джека, и он усмехнулся. - Слава богу, а то я уж подумала, что теряю хватку, и память отшибло от одного джин-тоника, - небрежно заметила она, пытаясь спрятать смущение и облегчение. - Нет, с этим у тебя всё в порядке, - засмеялся Джек. – Хотя стоит допросить с пристрастием Деклана, не влил ли он в твой бокал двойную порцию джина. У него свои взгляды на то, как нужно расслабляться. - Никаких допросов! Вряд ли, Джек, я бы почувствовала. А где же спал ты? - На диване в детской Карла. Ей тут же стало неудобно: она хорошо знала, что крошечный диванчик в детской был неподходящим спальным местом для взрослого мужчины. - Ох… Мне так неловко… - Пустяки! К тому же, Карл всё равно почти не дал мне поспать. И вообще, я даже рад, что всё так сложилось. Если бы ты села за руль после коктейля, я бы волновался. А так я был уверен, что с тобой ничего не случится. От его слов она буквально млела. Но тут же Элис напомнила себе, что она для Джека – всего лишь друг, и что он просто устал терять близких людей. Ничего такого, от чего стоило бы так заходиться глупому сердцу. - Со мной бы и так ничего не случилось, - буркнула она. - Так наверняка. Она поднялась и направилась к выходу. Джек посмотрел на неё с удивлением. - Не позавтракаешь? - Нет, спасибо большое! Мне нужно убраться отсюда, пока к тебе не пришёл первый клиент, чтобы не компрометировать тебя. Оставим завтрак на какой-нибудь другой раз. Джек засмеялся. - Скомпрометировать? Тебе – меня? – уточнил он. – Не наоборот? - Не наоборот, - совершенно серьёзно ответила она. – Для обитателей Монтока я – всего лишь испорченная богатенькая девчонка, вряд ли мою репутацию в их глазах можно испортить. А вот тебя они любят, ты в их глазах примерный семьянин и друг. Не стоит портить им впечатление, а оно обязательно будет испорчено, если они увидят, как из жилых комнат над баром утром выходит девушка, когда ты ещё скорбишь по жене. При упоминании Аманды тень набежала на лицо Джека. Но она должна была сказать это. Чтобы отрезвить его – и себя, прежде всего. - Сейчас не девятнадцатый век, - заметил Джек. Она покачала головой. - Для тех, кто зарабатывает на жизнь, рыбача в лодках прадедов, всегда девятнадцатый век, Джек. – Элис коснулась его щеки. – Как и для их жён. И соблюдение приличий обязательно. Я не хочу тебе навредить. Спасибо. Элис прошла мимо него, но Джек последовал за ней. - Знаешь, - сказал он ей в спину, - я всё-таки решил последовать твоему совету и кое-что переделать в «Зайца». Немного, ведь это наследие моего отца и наследство Карла… Но я хочу приманить новых клиентов… которым было бы плевать, кто уходит от меня по утрам. – Даже не оглядываясь, Элис поняла, что он улыбается. – А для этого нужно кое-что изменить. Надеюсь, вы с Шарлоттой мне поможете. - Это отличная идея, - сказала она, остановившись и посмотрев на Джека. – Конечно, я помогу тебе. Я рада, что ты решился. Теперь он погрустнел. - Может быть, если бы была жива Аманда, я бы ничего не делал. Аманда была моей сбывшейся мечтой, и я упивался этим, мне больше ничего не нужно было. Но теперь её нет, и мне нужна какая-то новая цель… Волшебство этого утра было безнадёжно разрушено мрачным взглядом Эйдана Матиса, с видом судии подпиравшего ворота её поместья. Когда автоматические ворота открылись перед её машиной, Эйдан скользнул в них и пошёл следом за снижающей скоростью машиной. Глядя в зеркало заднего вида, Элис сглотнула. Ну что, что ему нужно теперь, когда они, фигуры на игровом поле Эмили, были расставлены в нужном порядке? Остановив машину, она вышла и пошла ко входным дверям, слушая позади себя знакомые шаги по гравию. Сердце трусливо трепыхалось в груди, но Элис успокаивала себя тем, что они с Эйданом всё-таки в одной команде, во всяком случае, пока что. Вот только от этого ей ещё менее понятно было, что заставило его прийти сюда ранним утром, да ещё и с таким угрожающим выражением на лице. Элис позволила ему войти в свой дом, понимая, что лучше всё прояснить прямо сейчас. А он осторожно прикрыл входную дверь и подошёл к ней в полумраке гостиной. Она смотрела снизу вверх на разъярённого Матиса, и у неё предательски засосало под ложечкой от вида этого свирепого и безжалостного человека. Как и её сестра, Эйдан готов был по головам идти к тому, чего страстно желал, и не считаться ни с какими препятствиями; проблема была лишь в том, что той, кого он страстно желал, была Эмили, а Элис он явно считал препятствием, которое можно устранить. Что бы ни крутилось у него на языке, находя отражение в горящем взгляде, что бы он ни собирался сделать, придя в «Путеводную звезду», он упустил момент, может быть, всего мгновение. И Элис, собравшись с духом, вздёрнула подбородок повыше и сказала: - Не стоит напускать на себя такой пугающий вид, Ноль-ноль-семь. Не забывай, ты научил меня некоторым из своих приёмов, но для надежности этот дом просто утыкан камерами. Если со мной что-то случится, думаешь, Эмс закроет на это глаза и упадёт в твои объятия? Может быть, в её жизни я играю и не важнейшую роль, но это будет просто неприлично, так что вряд ли она позволит себе что-то подобное. А теперь сядь, и поговорим с тобой как цивилизованные люди. И пожалуйста, убери с лица это выражение кровожадного наёмника. Можешь пугать им людей из «Америкон» или Денни, но я тебя ни капли не боюсь. Несмотря на то, что им с Эйданом приходилось уже работать в команде, и несмотря на свой бравый вид, Элис всё-таки несколько слукавила: поджилки у неё подрагивали, и она испытала огромное облегчение, опустившись в кресло. Её облегчение стало ещё более полным, когда Эйдан сел в кресло напротив и хмыкнул. Тучи, лежащие на его челе, несколько рассеялись. - Это тебе я должен быть благодарен за то, что Эмили снова с Дэниелом? Элис широко раскрыла глаза от удивления. Выходит, она не ошиблась, когда предполагала, что он считает, будто она препятствует его счастью с Эмили. Вот только она зашла не с той стороны. - Это всего лишь игра, и я думала, ты принял её правила ещё давно. Сам говорил, что не опасался Дэниела, а опасался Джека. Что изменилось? Джек снова свободен, но тебя беспокоит Денни? В самом деле? - В самом деле. – Глаза его недобро блеснули. – Иногда я… наблюдаю за ними, и мне кажется, что для Эмили их отношения – нечто большее, чем часть плана. И от тебя я хочу услышать, что ты не приложила к этому руку. Она фыркнула. - Никогда в жизни! Я уверена, что ключ от задней двери пляжного домика всё ещё в твоем безраздельном пользовании, так что тебе абсолютно нечего опасаться. Мы с ней обсуждали это, и я была против, тебе стоит это знать. Не из-за того, что я болею за тебя; мне не хотелось, чтобы Денни был хоть как-то причастен к этой истории, а его и так угораздило родиться Грейсоном. Но потом я подумала, что рано или поздно Эмс разобьёт ему сердце, а потом, когда его рана затянется, он найдёт себе хорошую девушку, простую, открытую, с настоящим именем и без шлейфа зловещих тайн и будет с нею счастлив. Почему бы и нет?.. -…или он будет гнить в тюрьме, мотая пожизненный срок, - мрачно продолжил он. - Что ты имеешь в виду? – её голос позорно дрожал. Некоторое время Эйдан молчал. Казалось, его ярость полностью улетучилась, теперь он даже выглядел немного виноватым. Должно быть, понял, что сболтнул лишнего, но теперь назад пути уже не было. - О чём ты, Эйдан?! – она топнула ногой, привлекая его внимание. Сердце гулко билось в груди, и она была готова броситься на него, если он не заговорит сейчас же. - Эмили вывела меня из-под удара, так вы думали?.. - Да… - неуверенно сказала Элис. Вернее, она была уверена в правильности и рациональности их поступка до последнего мгновения. – Если ты получишь отставку, Дэниелу не будет никакого интереса тебя подставлять. Он всё-таки не так отвратителен: он не сделает просто так того, на что его могла бы толкнуть ревность. Ты в безопасности. Но при чём тут Дэниел и… тюрьма? Он помрачнел. - Я-то, может быть, и в безопасности, если только сумею сыграть на опережение и не вызвать подозрений у Хэлен Краули. – Теперь настала её очередь смущаться и закусывать губу, скрывая страшную тайну. Но по сравнению с неведомой опасностью, грозящей её другу, это показалось Элис мелочью. – А вот Дэниел… Кто-то должен будет принять удар на себя. Так они всегда поступают. Кому-то уготовано место вашего отца в новой истории спустя двадцать лет. Почему это не может быть Дэниел? - Он же… он их союзник, - пролепетала Элис, цепляясь за тающую надежду из последних сил. Но нужно было смотреть правде в глаза: настоящих союзников у «Америкон Инишиатив» не было. И уж тем более среди тех, кто был причастен к смерти одного из самых влиятельных членов корпорации. – Он их партнёр, он нужен им для их преступных схем. - Но однажды схема сработает, и кто-то должен будет стать козлом отпущения. Снова. Они используют одну и ту же систему, Элис. – И он изобразил в воздухе спираль. У неё пересохло во рту, и голова шла кругом. Неужели хороший, на первый взгляд, план Эмили обернётся ловушкой для Дэниела? - Зачем ты говоришь это мне? Разве я могу что-то изменить? - Я думал, что можешь. Думал, что это ты толкаешь Эмили к Дэниелу, больше, чем это требуется для воплощения её планов. И подумал, что ты оставишь эту затею, хотя бы ради благополучия Дэниела. Ведь Эмили рядом с ним только всё усложняет своей собственной игрой, и ты это знаешь. Как видишь, я ошибся. - Ты ошибся… Но разве ничего нельзя сделать? Эйдан пожал плечами. - У меня почти наладился контакт с этой Хэлен Краули, она, похоже, начала немного доверять мне… Я бы мог узнать, что они готовят для Дэниела, вот только она уже несколько недель не выходит со мной на связь. Элис замутило. - Я… Ты должен кое-что знать, Эйдан. Хэлен Краули мертва. Она никогда не думала, что Эйдан Матис способен так сильно побледнеть. И она никогда не ожидала увидеть на лице этого всегда сильного, жёсткого, готового ударить в любой момент человека растерянность. Когда первое оцепенение прошло, он с силой ударил сжатым кулаком по ладони. - Чёрт! Она смотрела на него, закусив губу, и при виде его растерянности её стала охватывать паника. Если уж у Эйдана и Эмили ситуация выйдет из-под контроля, то что говорить о ней? Как-то так само собой получилось, что теперь она не владела собственной жизнью в полной мере, а была вынуждена слепо следовать за сестрой и этим неугомонным, как и Эмили, одержимым местью парнем. И судя по выражению лица Эйдана сейчас, они все как раз подошли к краю пропасти. - Поэтом она и не выходит с тобой на связь, - тихо добавила она. – Надеюсь, у вас был план «Б» на такой случай. - Как это случилось? И откуда ты знаешь? – Эйдан словно не слышал её. - Слишком много знаю для пешки? – ощерилась она. Эйдан отмахнулся. - Глупости… Ну какая ты пешка? Для пешки ты принимаешь во всём слишком деятельное участие. Но не будем сейчас выяснять отношения. Скажи, откуда ты знаешь о Хэлен Краули? И что ты знаешь? - Немного: только то, что она мертва. Дэниел мне сказал… - Она задумалась, но через мгновение продолжила: - не думаю, что он к этому причастен, но скорее всего, кто-то из Грейсонов – да. Вы с Ноланом сами говорили, что «Грейсон Глобал» плотно сотрудничало с «Америкон» и тогда, и сейчас… Возможно, их интересы разошлись радикально. – Элис пожала плечами. – Кроме того, Дэниелу слишком явно угрожали, а Виктория не терпит, когда кто-то угрожает её детям. И я не могу её за это винить. Мне было бы плевать на Хэлен Краули, если бы не ожерелье с жучком, которое она получила из моих рук, моей фирмы. А теперь оно, должно быть, попало в руки к «Америкон». Как быстро они узнают, кто установил за Хэлен слежку? Она даже вздрогнула, как будто почувствовала на своей коже холодное дыхание «Америкон Инишиатив». Они погубили её отца, разрушили её семью, изменили всю её судьбу по своей прихоти, и теперь они снова пришли в её жизнь, чтобы заставить её бояться каждой тени и оглядываться даже светлым днём. На лице Эйдана мелькнуло сочувствие. - Не думаю, что им будет дело до тебя; слежка и тому подобные вещи – частое явление для таких компаний, правда, конечно, они воспринимают её как личное оскорбление. Но сейчас они явно готовят что-то более грандиозное и… более ужасное, иначе им бы не понадобились разработки Нолана. Но пока была жива Хэлен Краули, я мог хотя бы попытаться узнать, что именно они задумали… Элис удивлённо изогнула брови. - Она таксильно тебе доверяла? – И это было бы подозрительно: Эйдан так сильно хотел найти свою давно пропавшую сестру или хотя бы узнать, что с ней стало, на что он был готов пойти ради этого? Нолан не был ему ни другом, ни близким человеком, так что Эйдан мог бы легко предать его ради столь высокой, по его мнению, цели. Как и их всех – кроме, конечно, Эмс. Благодаря сестре Элис хорошо выучила это. - Вряд ли. Но она считала, что я могу быть ей полезен, что стану делать всё, что она скажет, лишь бы узнать хоть что-нибудь о Калин… - Он замолчал и тяжело вздохнул. - И она была права, - заключила Элис. - А как ты думала?! – в голосе Эйдана зазвенело отчаяние, он резко отвернулся, закрыв лицо руками. Элис похолодела. Странные у них с Эйданом всё-таки были отношения: они едва переносили друг друга, всё время боролись за местечко в сердце Эмили, на как-то так всё время получалось, что именно друг перед другом они обнажали самые уязвимые места своих сердец. - И что… что ты уже сделал? – Её рука невольно потянулась к телефону: позвонить Эмили, Нолану, Дэниелу, убедиться, что они в порядке… Впрочем, Нолан нужен был «Америкон Инишиатив» живым и способным трезво мыслить, Денни и сам шёл прямо в расставленную ими западню, а Эмили… Он снова посмотрел на неё и тяжело, как в муторном сне, покачал головой. - Ничего… Наверное, она готовила что-то для меня, но не успела… - Ага, как ты и говорил только что: одна и та же схема. – Элис начертила в воздухе спираль. – В таком случае, может быть, и лучше, что она мертва. Ты снова ускользнул от них, Эйдан. Второй раз за столь короткий срок. Далеко не всем так везёт. Мрачная улыбка мелькнула на губах Эйдана. - Я бы не сказал, что мне повезло. Я просто снова оказался в начале пути, больше того, теперь я просто не знаю, что делать. А времени становится всё меньше. Теперь есть только одна надежда: кто-то должен выйти на Падму, потому что программа Нолана всё ещё у неё и она всё ещё им нужна. Придётся использовать Падму. - Нолан никогда тебе этого не простит. - Ему придётся, - равнодушно пожал плечами он. – Это не только мой единственный выход, но и единственный выход для Нолана, если он хочет когда-нибудь получить свою компанию обратно. А может быть, и нечто большее.

***

Тишину «Путеводной звезды» взрезала трель звонка, и Элис поморщилась. Когда-то этот особняк был тихой гаванью для семейства Карлайл, где они прятались, когда уставали от шума и интриг светского общества, но теперь здесь стало слишком много визитёров, и едва ли даже половина визитов была приятной. Элис никого не хотелось видеть. Сейчас её мысли были заняты различными сценариями, уготованными ей и её близким «Америкон Инишиатив», и на снисходительность надеяться не приходилось. Она пыталась найти выход из этого замкнутого круга мыслей и страхов и не находила; в то же время она не могла беззаботно, как прежде, общаться с людьми, не опасаясь выдать себя. В конце концов, она не так великолепно владела собой, своими чувствами и эмоциями, как её сестра. - Руби! – позвала она в глубину дома. - Да, мисс, - отозвалась экономка, всё так же не показываясь. Она отлично улавливала настроение Элис и не нарушала её одиночество, тем не менее, незримо присутствуя. Руби была экономкой ещё у её родителей, а теперь верой и правдой служила Элис. В эти дни, когда её одиночество заселялось страхами и самыми худшими предчувствиями, она попросила Руби переехать на время из небольшого дома прислуги в противоположном конце имения в большой дом. Не то чтобы она верила, что добродушная и безобидная экономка сможет прогнать ангела смерти «Америкон Инишиатив», когда он явится, но присутствие кого-то не замаранного тайнами, местью и кровью, согревало душу и приносило ей некоторое успокоение. Она довольно долго молчала, и Руби появилась на пороге гостиной, где Элис, обложившись бумагами, ноутбуками, планшетами и ещё бог весть чем, создавала видимость работы. - Кто бы там ни был, меня нет дома. - Поняла, - кивнула она. Руби ни о чём не спрашивала, несмотря на некоторые весьма странные просьбы Элис, она вообще не задала ни единого вопроса за эти дни, но у Элис сложилось странное ощущение, что Руби понимает всё и без слов. Элис попыталась углубиться в чтение финансового отчёта, но невольно прислушивалась к тому, что происходило у дверей, старалась разобрать голоса, понять, кто же пожаловал в «Путеводную звезду». Судя по ровному журчанию мелодичного материнского голоса Руби, гость был не опасен, но Элис всё равно не хотела никого видеть. Но тут раздались приближающиеся шаги, и на пороге гостиной появилась слегка озадаченная экономка. - Это мистер Джек Портер, и он очень хочет увидеться с вами. Она насторожилась. С Джеком она не виделась три или четыре дня назад, но он сейчас был не в том статусе, чтобы развлекать себя беспричинными походами в гости. Значит, что-то случилось. Значит, он нуждался в ней. - Мистер Джек Портер?.. – задумчиво протянула Элис, не желая, чтобы слишком резкая перемена возбудила в Руби подозрения, пусть даже она никогда его не выскажет вслух. Но решение было уже принято. – Ладно, пригласи его. Она попыталась придать себе как можно более непринуждённый вид, и когда Джек вошёл, приветственно махнула рукой, как будто Джек застал её всего лишь за работой. - Привет! Не ожидала тебя здесь увидеть. - Я так и понял, - криво усмехнулся он. – К тебе не так просто попасть. Элис пожала плечами. - Слишком много дел накопилось за последнее время в ресторане и компании, нужно пару дней, чтобы разобраться со всем и привести всё в порядок. Всё нормально? Тебе просто наскучило в «Зайце»? – Она настороженно смотрела на него. Джек сел напротив неё, в то же кресло, где на днях сидел Эйдан Матис. Это воспоминание неприятно обожгло её, снова возвращая в её жизнь все страхи и опасения. Да и от Джека, признаться, не веяло тем спокойствием, как когда-то. Мудрено ли? - Мне нужна твоя помощь. - Ну, проект нового бара у Шарли ещё не готов, а с налоговыми делами мы вроде бы разобрались, - задумчиво сказала она. – Какая помощь? Он мотнул головой. Казалось, он в чём-то не уверен и даёт себе последние мгновения на раздумья. Сердце Элис пропустило удар, но она тут же отвергла все нелепые надежды. - Это не касается бара, это кое-что более личное… - Что? – Она попыталась выглядеть так, словно ею двигал только лишь живой интерес, не более. Н сердце в груди стучало, как бешеное. Джек сделал несколько глубоких вдохов. - Я кое-что узнал о смерти Аманды. Вернее, Кенни Райан проговорился недавно. Короче говоря, его брат, Нейт, был как-то связан с Конрадом Грейсоном. – Его лицо потемнело, и Элис сочла это дурным предзнаменованием. – И Нейт зачем-то пробрался на яхту в тот вечер. Он говорил о каком-то ноутбуке, угрожал Аманде… Я ничего не понимал тогда, а потом не помнил… не сразу вспомнил, - в голосе его снова зазвенели боль и скорбь. – Но Аманда, похоже, отлично понимала, о чём он говорил, чего хотел. И он работал с Конрадом Грейсоном, теперь я точно это знаю. А у Аманды с Грейсонами отношения были весьма… натянутые, если не сказать хуже, несмотря на весь тот фарс, который они устроили для прессы, - с отвращением закончил он. Тревожный набат зазвучал в мозгу Элис. Джек ступил на скользкую дорожку, опасно приблизившись, сам того не ведая, к безжалостно засасывающей воронке мести. - Да! Но с Викторией – и по понятным причинам. Аманде не было никакого дела до Конрада, они почти и не говорили! Он отмахнулся. - Я тоже так думал. Но Нейт Райан работал не на Викторию, а на Конрада. И он хотел, чтобы Аманда ему что-то отдала – вероятно, тоже для Конрада. Поэтому я убеждён, что Конрад Грейсон прямо или косвенно виновен в смерти моей жены и в том, что мы с Карлом вынуждены пройти через весь этот ад! – Теперь его голос звенел от ярости. Она псмотрела на него, закусив губу. Ей было безмерно жаль Джека, особенно потому, что он не ведал, насколько близко, на самом деле, подобрался к неприятной истине. К истине разочаровывающей. Она могла бы ему объяснить, что он на самом деле не хочет получить ответы на все свои вопросы, потому что тогда его жизнь окончательно разобьётся вдребезги, и не останется в ней даже приятных воспоминаний. - Это всего лишь твои домыслы, Джек. Тот ноутбук, о котором ты говоришь… ты нашёл его? Знаешь, что было на нём? - Думаю, что компромат на Конрада Грейсона. После того, что случилось с её отцом, Аманда наверняка подготовилась ко всему. - Ты знаешь, что было там? Ты нашёл его? - Нет, - он помрачнел. – Я обыскал весь дом и бар, перерыл всё в доме, но не нашёл его. На яхте он тоже вряд ли был, иначе Аманда, скорее всего, отдала бы его Нейту. Но я хочу его найти, пока Грейсоны не добрались до него. Элис слегка улыбнулась, но кашлянула в кулак, скрывая эту улыбку. Знал бы Джек, что то, что он ищет, уже несколько недель покоится на дне залива. - Помни, что из-за этой вещи, если она вообще существует, погибла Аманда. Надеюсь, ты не хочешь, чтобы малыш Карл остался круглым сиротой вскоре после того, как потерял мать? – строго спросила она. Столь явная решимость Джека, хоть он и брёл вслепую и почти не имел шансов что-либо найти, пугала её. Такой же взгляд, как у него сейчас, она видела у своей сестры, у Эйдана. И этот взгляд не сулил ничего хорошего не только тем, на кого был направлен праведный гнев, но даже тем, кто любил и поддерживал их. А уж у Джека не было ни таких возможностей, как у Эмили, ни такого опыта, ни столько хладнокровия. Им двигали неутихающая боль потери и жажда справедливости, почти неудовлетворимая, но в остальном он был не сильнее новорожденного котёнка. - Я хочу, чтобы Карлу ничего не угрожало ни сейчас, ни когда он вырастет. А для этого люди, погубившие его мать, должны сидеть за решёткой или же иным способом лишиться возможности навредить кому-либо. – Последние слова были сказаны с мрачной, угрожающей интонацией, и Элис вздрогнула. - Допустим, - она передёрнула плечами так, словно ей было всё равно. – Чего ты хочешь от меня? Тут лицо Джека приобрело смущённое выражение. - Они-то и с Амандой знались не слишком охотно – только Виктория и в память о Дэвиде, но не Конрад… - Элис кивнула, призывая его продолжать. – И они делали вид, что поддерживают меня в моём горе, но как ты знаешь, это быстро сошло на «нет»; думаю, им просто нужно было моё согласие и моя поддержка, чтобы открыть этот благотворительный фонд, которым они теперь распоряжаются по своему усмотрению. Если я появляюсь в их доме, за мной по пятам ходит горничная или ещё кто-то… Короче, к секретам Грейсонов мне не подобраться. Но ты – можешь. Элис прищурилась, откинулась на спинку дивана, всматриваясь в лицо Джека. Она-то думала, что  хорошо знала его, что он был как на ладони: бесхитростный, в отличие от большинства близких ей людей, открытый, честный. Но оказалось, что это не так. - То есть ты предлагаешь мне шпионить за людьми, которых я знаю с детства, которые были хорошими друзьями моих родителей? – Она сама удивилась тому, как холодно звучал её голос. И тому, что зная обо всех грехах Грейсонов, она всё же встала на защиту их грязных секретов. Но это было естественным, как рефлекс. Джек вздрогнул. - Я прошу тебя помочь восстановить справедливость, только и всего. - Я понимаю, как тебе горько и больно, но всё это – лишь твои догадки. Кенни мог солгать, чтобы попытаться спасти хотя бы память брата и его имя, а мог попросту ничего не знать. Но даже если то, что он сказал, правда, почему я должна опускаться до слежки, шпионажа, воровства?! Назови хотя бы одну причину! – Теперь она уже почти кричала, разочарованная тем, что и Джек не гнушался самыми подлыми способами, лишь бы достичь своей цели. И особенно больно ей было, что для этой цели он выбрал именно её. А ведь она думала, что их связывает крепкая и бескорыстная дружба, если не что-то большее! - Ради Аманды, ради малыша Карла, ради меня. Она открыла и закрыла рот – все мысли во мгновение ока вылетели у неё из головы. Как много мог знать Джек о её чувствах к нему, чтобы увериться в том, что она пойдет ради него на такую низость? Она дважды глубоко вдохнула, успокаиваясь. Нельзя было показывать Джеку, как сильно он задел её – и почему; нельзя было позволить Джеку догадаться, почему она не собирается ему помогать; и в конце концов, нужно было как-то отвадить его от этой поистине смертоносной затеи – потому что среди всех хищников Хэмптонса только Джек был на самом деле не хищником, а лёгкой добычей. Что бы он там себе ни думал. - Я высоко ценю нашу дружбу, Джек, но не стану тебе в этом помогать. А о Шарлотте ты подумал? Какими бы Грейсоны ни были, они её родители, и если пострадают и они, её тоже заденет. А Дэниел? Ради них я не могу поступить так, даже если бы была всецело на твоей стороне. - Они не пострадают, - твёрдо заявил он. – Я сделаю всё, чтобы защитить Шарлотту, ведь… - Джек хотел сказать что-то ещё, и Элис навострила уши, но он осёкся и замолчал. – И я сделаю так, что Дэниел не пострадает. Я знаю, как он тебе дорог. И ты можешь помочь мне в этом! Элис покачала головой, дивясь наивности Джека. Когда-то она тоже думала, что можно наказать отдельно взятого человека, но благодаря Эмс поняла, что так не бывает. Месть не может быть персональной, аккуратной и хирургический выверенной, она превращает жизнь человека в хаос, попутно разрушая и судьбы его близких, всех, чьи жизни соприкасаются с его. Джеку это только предстояло выяснить – как и то, что месть Эмили Торн за отца уже разрушила его мирную жизнь мечтателя. - Я верю, что ты действительно так думаешь, Джек, и что этого хочешь. Но так не бывает. Месть – вещь слишком разрушительная, даже если она праведна, и ты не сможешь контролировать её. Никто не может. Как падающими друг на друга костяшками, ты рано или поздно перестанешь управлять ею. И тогда она поглотит и тебя и всё, что тебе дорого. Я уверена, что Аманда не хотела бы этого для тебя, Карла и Шарлотты. Джек угрюмо смотрел на Элис, покусывая губу. А она надеялась, что он достаточно плохо знал свою жену, чтобы понять, что Элис лжёт. Аманда, столь легко принявшая роль в мести Эмили, наверняка отомстила бы за близкого человека сама и хотела бы, чтобы отомстили за неё. Не из того теста была фальшивая Аманда Кларк, чтобы безропотно сносить обиды, от кого бы они ни исходили. - Так ты мне не поможешь? – мрачно заключил он. Что-то в его тёмных глазах захлопнулось, и Элис буквально физически чувствовала, как Джек отдаляется от неё, как тонкая нить их связи, соткавшаяся совсем недавно, натягивается, грозя порваться вовсе. Но она не могла так поступить с Дэниелом и Шарлоттой. Да и с самим Джеком – ведь она, в отличие от него, отлично знала, куда на самом деле приводит столь жгучее желание отомстить. С тяжёлым сердцем, но все же оставаясь верной себе, она покачала головой. - Нет, извини. Может быть, Виктория и Конрад и заслужили наказание за всё, что сделали в своей жизни дурного, но Дэниел и Шарлотта не заслужили тех страданий, которые им непременно это причинит. – Она наклонилась и взяла руку Джека в свои ладони в последней попытке заставить его передумать. – Пожалуйста, откажись от этого. Грейсоны слишком сильны, ты не сможешь победить их, как бы ни старался. Ты… - Элис сглотнула, - слишком честен, чтобы победить. Понимаешь? Чтобы отомстить, нужно быть беспринципным ублюдком, глухим к чужой боли, а ты не такой! Аманда знала это, и знаю я; Аманда бы ни за что не позволила бы тебе встать на этот путь. Как будто имя жены было для Джека последней каплей, он вырвал руку из её рук и быстро встал. - Ты говоришь почти то же самое, что сказала мне Эмили. Но она хотя бы невеста Дэниела, и хоть я не понимаю, что заставило её на это пойти, это многое объясняет. Но я надеялся, что ты мне поможешь, как помогала до этого… - Невеста? – Элис была ошеломлена. И уязвлена в самое сердце тем, что ни её сестра, ни её лучший друг не рассказали ей об этом. И ещё это значило, что Биг Бэн опоздал со своими просьбами и угрозами. - Они обручились позавчера – так она сказала, - раздражённо пояснил Джек. Весь его вид показывал, как сильно он расстроен, хотя и пытался казаться равнодушным. – А ты слышала, что я сказал дальше? - Да. И мне жаль, что я разочаровала тебя, но иначе я не могу. И очень надеюсь, что ты передумаешь. Хотя бы ради Карла… и ради памяти Аманды. Она хотела защитить тебя и сделала это такой страшной ценой не для того, чтобы ты сейчас ввязывался в неравный бой с Конрадом Грейсоном. - Хватит! – почти закричал он. – Хватит вспоминать её! Она мертва, и Конрад Грейсон виноват в этом, а я имею полное право требовать возмездия! Он больше не взглянул на неё, быстрым шагом, как безумный, преодолев путь от гостиной до двери и громко хлопнув ею на прощание. Когда вечером Эмили появилась на её пороге, Элис даже не удивилась. По правде сказать, она ждала, что сестра даст о себе знать хотя бы звонком или же придёт сама с того момента, как Джек покинул «Путеводную звезду». Несмотря на новости, принесённые Джеком, Эмили выглядела растерянной и встревоженной. - Что-то ты не похожа на счастливую невесту, - вместо приветствия бросила ей Элис. Она не стала дожидаться, пока Эмили войдёт, как полагалось бы радушной хозяйке, а прошла вглубь дома. Она слышала, как Эмили закрыла дверь и пошла следом за нею. - Что? – Эмили как будто действительно не поняла, о чём это она. Элис остановилась и повернулась к Эмили лицом, скрестив руки на груди. - О твоей помолвке с Денни. Признаться, я думала, что о помолвке сестры и лучшего друга я узнаю иначе. Значит, ты всё же решилась? - Ох. – Элис даже показалось, что Эмили покраснела. – Это идея Дэниела: он всё ещё опасается «Америкон Инишиатив», поэтому взял с меня слово молчать. - Понятно. Он прав в своих опасениях, но с каких пор ты прислушиваешься к его словам? - Элис… - Ты могла бы сказать мне. Ты должна была сказать мне, ведь я тоже замешана во всём этом. И я не хочу брести вслепую, ожидая, когда меня снова бросят под ноги какому-то отморозку, чтобы наш славный Ноль-ноль-семь вытащил меня из беды. Кстати, как он отнёсся к этому? Совсем недавно он был тут и рычал на меня, думая, что я хочу, чтобы вы с Денни взаправду создали семью и всё такое. Ты должна знать, что это мне не по душе. Тут Эмили нахмурилась. - Эйдан был здесь? Он так думает? – Помолчав мгновение, она добавила: - он тоже ещё ничего не знает. Элис хмыкнула. - Что ж, значит, я не единственная жертва обмана. - Послушай, - Эмили как будто начала выходить из себя, - это не самая большая наша проблема. Кое-что случилось... Она удивилась такой перемене в сестре, но виду не подала. Но сердце в груди ёкнуло от дурного предчувствия: нечасто она видела Эмили такой озабоченной. И помолвка с Дэниелом явно не играла здесь большой роли. - У меня тоже есть плохие новости, но поскольку ты у меня в гостях, я предоставлю первое слово тебе. Эмили вопросительно изогнула брови. - Падма пропала. - Что?! – Если она чего-то и ожидала, то точно не этого. – А что Нолан?.. Это ужасно! - Мы так и не нашли отца Падмы, даже Нолану с Эйданом не удалось выяснить его местонахождение. Но они вышли на Падму, и, конечно, она не смогла им отказать. - Программа у них? - Да, и теперь они требуют у Нолана пароль для её запуска в обмен на её жизнь. Эйдан пытается её найти… прямо сейчас. Теперь она поняла, почему Эмили ничего не сказала Эйдану о своей помолвке: на фоне их стремительно рушащегося плана это выглядело совсем незначительным событием. И пока Биг Бэн был занят делом, его ничто не должно было отвлекать. - Надеюсь, Нолан не передаст им пароль, пока Падма или хотя бы её отец не выйдут на связь. «Америкон» водили за нос Эйдана с Калин, потом Падму, но они так и не выполнили ни одного условия. Эмили покачала головой. - Они дали сутки. Нолан собирается отдать им пароль через двадцать часов, он слишком боится за Падму. Ты точно уверена, что твои новости плохие? - Достаточно, потому что они вносят ещё больше хаоса. Джек был у меня с просьбой помочь ему отомстить Грейсонам за смерть Аманды. - О нет! – воскликнула она, закрыв лицо руками. – Он был у меня с той же просьбой… - Я знаю. Это Джек сказал мне, что вы с Денни помолвлены. - А, так вот, что… И он пошёл к тебе? Элис пожала плечами. - Ну, я легко вхожа в их дом. Думаю, только по этой причине… Конрад Грейсон прожил яркую жизнь, раз уж теперь за его головой выстроилась самая настоящая очередь, - хмыкнула она. – Я ему отказала, потому что не хочу навредить Денни и Шарлотте ещё больше и, в конце концов, я уже помогаю с местью тебе, а это будет слишком много для меня. Но Джек настроен слишком серьёзно, чтобы не придавать этому значения, Эмс. Он ещё не раз встанет у нас на пути. Эмили помассировала виски. Голова начинала болеть от целого калейдоскопа новостей и нерешённых – а может и неразрешимых – задач. Впервые она почувствовала, как случайные события расшатывают, разваливают чётко выверенный план её мести, как всё выходит из-под контроля. Даже смерть Аманды её не напугала так сильно, как ощущение, что власть над случаем выскальзывает из её рук. Когда она подняла взгляд, её сестра смотрела на неё с сожалением и растерянностью. Похоже, даже вдвоём они не могли остановить это безумное движение падающих костяшек.