Сила мысли

Губы Мичиру растянулись в блаженной улыбке, когда она оказалась на пороге своего дома. Как же ей хотелось лечь на кровать и растянуться в форме «звезды», правда перед этим девушка желала подкрепиться, за всеми «мотаниями» в течение дня она так и не закинула в желудок ничего для энергии. — Ох, Мадара… — Мичиру вслух так по-детски захныкала, делая себе бутерброд на кухне, — пусть эта «карусель» закончится, — взвыла девушка, поудобнее усаживаясь на стуле. Блондинка вздохнула и с неземным удовольствием откусила кусочек бутерброда. «После миссии нужно будет выделить время и нормально приготовить», — вздохнула девушка. Поднявшись со стула, Ру, с бутербродом в руках, поспешила собрать брошенную форму шиноби Конохи, что уже второй день лежала в коридоре на первом этаже. «Ками… почему мне приходится на этих патрулях быть вот в этом?» — кривилась девушка. Эта форма казалась ей жутко неудобной, а после того, как она прошла в такой войну, с уверенностью могла добавить, что в ней очень жарко. — Кофмар, — с набитым ртом сказала Ру, бросив вещи в ванной. Закончив «трапезу», девушка поспешила на задний двор, чтобы начать вечернюю тренировку, как услышала странные монотонные стуки, что доносились из-за перегородки между участками. «Что он там делает?» — задумалась Мичиру, рассуждая над тем, из-за чего мог появляться такой звук. Подойдя к перегородке почти вплотную, девушка, осторожно взявшись пальцами за верхушку беспросветного забора, поднялась на носочки и аккуратно, словно желая остаться незаметной, заглянула на территорию Учихи. «Чего-о-о-о?» — нахмурилась от негодования Мичиру, когда заметила, как Мадара, сидя на коленях на земле, «прочерчивал» ровные линии, разделяя свой участок на зоны, что вполне походили на дорожки. — Эй! — окликнула его девушка, согнув одну ногу в колене. Но Учиха не откликнулся, а лишь шумно вздохнул, намекнув, что ей, так уж и быть, можно задать вопрос. — Ты там себя как чувствуешь? А то… — Ру стыдливо отвела взгляд, — я утром убежала и тебя не прове… — Нормально, — сухо сказал мужчина, не оторвавшись от своего занятия. — Действительно… — закатив глаза, Мичиру вернулась на центр своего заднего двора, как, встав в боевую стойку, вдруг замерла. «Подождите… — опустив катану, девушка осмотрела свою территорию, — это что… соревнование?» — подумала Ру, заметив, что её двор находился в абсолютно безобразном состоянии, несмотря на то, что трава была скошена. «Мичиру…» — строго окликнул её клинок. «Да-да… — фыркнула девушка, — начинаем…» Блондинка тренировалась до первых звезд, а после, когда завершила упражнения, поспешила приготовиться к завтрашней миссии. Одежда, рюкзак, запущенный в самый дальний угол протектор… — Ками… я всё… — устало выдохнула девушка, переделав всё, что было необходимо. Оставалась лишь одна деталь… осмотр Мадары. Переодевшись в чёрные футболку с длинным рукавом и штаны, Ру скрутила свои волосы в слабый жгут и перекинула их на левую сторону. — Мадара… — Мицукине окликнула воина, как только оказалась на балконе. Мужчина уже спокойно сидел на перилах, опираясь спиной о стену дома и снова глядя на мерцающие звезды… — Что? — вымученно спросил он. — Я не собираюсь тебе мешать… — в один прыжок Мичиру оказалась на соседском балконе, — но мне нужно тебя осмотреть, — вздохнула та, поджав губы. Учиха обреченно выдохнул и, свесив ноги, поднялся и подошел к Мицукине, скрестив руки на груди. — Очень смешно, — недовольно проговорила блондинка, глядя снизу вверх. Мичиру насильно «расправила» руки мужчины и заставила их «повиснуть» в положении «по швам». — Я рада, что ты можешь это уже так свободно переносить, — сдержанно проговорила Мицукине, положив обе ладони на грудь мужчины, — меня не будет дольше, — тихо сказала девушка, не поднимая глаз, зато Учиха тут же перевел взгляд на девушку, Мичиру чуть нахмурила брови, ощутив, как сердце Мадары пропустило один удар. «Видимо, эта процедура всё ещё не проходит гладко», — подумала наследница. — Я… попросила, чтобы к тебе не приходили ирьенины из госпиталя, — задержав дыхание, произнесла блондинка. «Что?» — Учиха немного склонил голову на бок, сощурив глаза. — Они просто могут тебе навредить, — пожала плечами девушка, — а мне… — вздохнула Ру, — не очень-то этого и хотелось. Мне нужно, чтобы ты был действительно в нормальном состоянии, когда я вернусь. «Не хотелось мне навредить?» — Мадара даже не знал, как на подобное реагировать. Когда кто-то в последний раз «не хотел» навредить ему? Последнее время все старались сделать лишь наоборот. «Почему ты? — задавал себе один и тот же вопрос Учиха, — почему именно ты?» — Мадара так сильно ударился в собственные размышления, что не сразу почувствовал, как техника перестала действовать. Мичиру, заставив свечение от ладоней погаснуть, немного дольше задержала свои руки на грудной клетке мужчины, «вслушиваясь» в ритм сердца, который был не совсем ровным. «Надо будет подобрать ему хорошие успокоительные», — подумала Мицукине, мысленно уже перебирая варианты. — Мадара, — подняв голову, Ру заметила воина, что стоял неподвижно, глядя сквозь девушку. Мичиру невольно усмехнулась, вспомнив, как он находился так же близко, когда она отправлялась на свою первую миссию. Внезапно всё тело прошибло холодом, когда в голове Ру всплыл единственный вопрос Учихи. «Ему… ему ведь всё равно, кто я… — подумала блондинка, а затем подошла к центральным перилам, — он не гонится за мной, его вовсе не интересует моё происхождение, но…» — Хорошо, — услышала она за своей спиной. Дернувшись от внезапного звука, девушка развернулась, наблюдая за тем, как воин, потирая шею, направлялся к излюбленной «жердочке». — Пожалуйста, — Мицукине, будто под действием гендзюцу, сделала шаг к мужчине, что уже всё своё внимание отдал звёздам, — если тебе будет плохо, пей те настои, которые я показала. — Ладно, — безразлично проговорил Учиха. Девушка, приоткрыв губы, тут же их поджала, словно отдернув себя от рвущихся наружу слов. Заламывая руки за спиной, Мичиру простояла так почти с минуту: «Может мне всё-таки рискнуть? Ах… как же хочется стать собой…» — Что? — строго спросил мужчина, глядя на небо. — Помнишь… — неуверенно начала Мицукине, — помнишь ты спросил меня про… — Ру скрестила ноги и отвела взгляд. Идея была глупой, но отступать было бы ещё глупее. — Я ни о чем не спрашивал, — отмахнулся Учиха, всем своим видом показывав, чтобы девушка поскорее ушла, когда что-то внутри него приятно откликалось на нарушенное одиночество. — Я не ответила на твой вопрос, когда ты спросил, как меня зовут… — Мицукине уже полностью отвернулась от Мадары, почти не слышно закончив фразу. Мужчина искоса посмотрел на блондинку, вспоминая тот момент, когда Ру, вместо ответа, попросту вытащила его волосы из-под водолазки. Учиху аж передернуло, когда он ощутил целую стаю мурашек, что коснулась его тела. — Я знаю, — железобетонной была уверенность в голосе воина. — Что? — сердце рухнуло в пятки, когда Мичиру услышала подобное. Девушка, вцепившись когтями в деревянные перила, резко посмотрела на мужчину. В голубых глазах плескался ужас, в то время как Мадара был привычно спокоен, словно несокрушимая гора. — Ру Кобаяси, — спокойно проговорил воин, пожав плечами, а затем снова поднял взгляд в небо, — нет нужды в твоем ответе. У Мицукине аж закружилась голова, а коленки подкосились… Мичиру облегченно выдохнула, словно сбросила с плеч добрую тонну камней. Девушка прикрыла глаза, когда губ коснулась легкая улыбка. Мадара знал, что её зовут Ру Кобаяси и больше ничего не требовал. Ни клана, ни имени… Учиха не требовал от девушки ничего. Он, сам того не понимая, позволял ей быть той, кем она на самом деле являлась. Мицукине слабо усмехнулась, когда сердце вернулось на место, а затем направилась в свой дом. **** В пять утра блондинка должна была оказаться у главных ворот деревни, собственно, так и произошло. Ру покинула дом очень рано, поэтому к Мадаре на осмотр заходить не стала. У входа в Коноху девушку ждал отряд, что был на пару человек больше, чем предыдущий. «Опять изменения?» — нахмурилась Мичиру, не довольная тем, что изменения произошли перед самым отправлением. — Ру, — кивком головы её поприветствовал командир отряда. Это был невысокий коренастый мужчина с короткими черными волосами и с колючей щетиной. — Выдвигаемся! — скомандовал тот, после чего вся группа шиноби мгновенно покинула территорию Конохи. День… второй и третий. Все обследовали местность на наличие врагов, ловушек, возможно, найдут тела погибших. Для каждого шиноби был свой квадрат, после осмотра которого они отчитывались перед командиром. «Ц… Какаши…» — разозлившись на Хокагэ в которой раз, девушка с силой пнула шишку, что так не вовремя попалась на глаза наследницы. Мицукине попался квадрат, который находился дальше всего. Часть выбранной территории занимала равнина, а часть — лес. И если с равниной было всё просто, то, подойдя к лесу, девушка остановилась. Могильный холодок, ворвавшись под ткани одежды, пробежался по телу блондинки, так бесцеремонно касаясь. Ру тряхнула головой, когда она вспомнила тот самый день, когда, находясь в бегах от Конохи, вымотанная и голодная смотрела на лес и на поле, думая, какой сделать выбор. В тот раз Мичиру услышала звук молота и наковальни, что донесся из-за леса, а теперь… Мицукине просто стояла и смотрела, не решаясь сделать шаг. Рука сама потянулась за Мизуки. Клинок был обнажен, а хозяйка уже встала в боевую стойку, активировав режим «слияния». Хруст веток, редкое щебетание птиц, падающие шишки… всё это было естественным звуком природы, но не прошло и минуты, как в глубине леса раздался тот самый звук. Звук звенящего лезвия. Цепь страха мгновенно сковала всё тело, заставив сжать рукоять клинка до побеления костяшек. «Мизуки…» — сжимая зубы, позвала катану наследница. «Что? — словно нахмурившись, спросил он, — мы готовимся к сражению?» Блондинка не ответила, она, словно гонимая безымянным призраком, помчалась сквозь лес на звук. Желая найти источник… С каждым метром лес становился всё гуще и гуще, а солнечного света было меньше и меньше. С каждым шагом сердцебиение учащалось, а адреналин выплескивался в кровь. Звук становился всё отчетливее и отчетливее. Вскоре девушка добралась до небольшой поляны, на которую попадал солнечный свет. Приземлившись по центру, Ру, шумно дыша, стала осматриваться: лишь величественные сухие деревья, пожухлая трава и невысокие пеньки. «Должно быть где-то здесь…» — только подумала наследница, как ветерок промчался по лесу, а звук повторился. Сам звук, как лезвие, что проходилось по нервным окончаниям девушки. Ру резко повернула голову, как увидела на высокой сосне два привязанных на длинных лентончках куная, причем так, что, как только ветер дул, оружие ударялось друг о друга, издавая тот самый звук. «Что?» — нахмурившись, Мицукине направилась к сосне, не сводя взгляд с кунаев. Под ногами хрустели ветки, проседал мох… Ру смотрела лишь на дерево. Остановившись у самых корней, Мичиру поставила свободную руку на пояс и, склонив голову на бок, завороженно смотрела на кунаи. «Они тут висят, как… — ветер снова заставил оружие зазвенеть, — ловушка!» — голубые глаза мгновенно распахнулись. — Эй, Ру… Резко развернувшись, Мицукине запустила кинжал в того, кто оказался за спиной. — Эй! — заверещал юноша, как только клинок пригвоздил его к дереву, едва не задев плечо. — Касама, — прикрыв глаза и протяжно выдохнув, девушка схватилась за сердце, сдерживая, чтобы оно не выпрыгнуло из груди, — что… что ты… делаешь… — шумно дышала ртом наследница, стараясь успокоиться. — Ру, ты чего такая нервная? — кряхтел тот, стараясь вытащить кинжал Учиха и освободиться. Мичиру, не проронив и слова, «отключила» режим «слияния» и молча подошла к товарищу по команде. Это был совсем юный шиноби, который желал вкусить опасность, жаждал поучаствовать в сражениях, но… на его долю выпал лишь патруль. Касама был юношей среднего роста, с довольно-таки длинными каштановыми волосами, что он вечно собирал в низкий хвост. — Ты его с клеем что ли пускаешь? — насупился Касама, когда оставил все свои попытки вырваться. — Нет, — губ коснулась легкая улыбка, когда девушка вытащила кинжал из дерева и вернула его на место, — что ты здесь делаешь? — Тебя долго не было, вот меня за тобой и послали, — поправляя одежду, сказал он. — Что значит «долго не было»? — удивилась наследница. — Это значит, более десяти часов, — пожав плечами, сказал юноша. «Что?» — девушка вскинула брови на лоб. — Ты чего тут вообще? Это место не входит в твой квадрат. Если б я не был сенсором, то тебя бы даже не подумал тут искать, — спокойно говорил юноша, осматриваясь по сторонам. Зажмурившись, Мичиру замотала головой. — Что значит «не входит»? Я… — Ру, достав карту, оцепенела, как она могла так ошибиться? В её квадрате был лес, но совершенно не тот, куда девушка забрела. «Как я… как я могла перепутать?» — приоткрыв губы и немного сощурившись, подумала Мицукине. Снова раздался звон ударяющихся кунаев. Ру вздрогнула, чуть не выронив карту из рук. — Ты в порядке? — спросил Касама, заметив, как дернулась девушка, а затем перевел взгляд на место, откуда раздался звук, — ох, ты посмотри… — поставив руки на пояс, юноша кивнул на дерево, — ты знаешь, для чего это? — Мицукине лишь отрицательно мотнула головой, — говорят, что такое остается, когда шиноби приняли свою участь в заранее обреченном на поражение бое, — с некой печалью произнес юноша. — Ты хочешь сказать, что тут погибли люди? — поинтересовалась девушка, — Наверняка, — пожал он плечами, — жаль конечно, — понуро опустил голову юноша, а затем кунаи снова звякнули. — Может нам их снять? — Ну… не знаю, — скривился юноша, — это всё-таки… ну… — с каждым «словом» Касама куксился всё больше, — просто пойдем отсюда. Нам ещё проверять тот лес, до которого ты не дошла, — по-дружески ударив по плечу Мичиру, проговорил он. — Да… — выдохнула девушка, немного успокоившись. «Я уже дерганная стала… надо брать отпуск». Шиноби покинули место, так и не тронув кунаи. Ру получила небольшой выговор в устной форме, но её это нисколько не заботило. «Ладно… выговор я переживу, — думала девушка, рассматривая собственную карту, — нужно будет успокоительные попросить не только для Мадары, но и для меня, — усмехнулась Ру, как только осознала, что произнесла имя человека, который остался в Конохе, — Мадара…» — протяжно вздохнула Мицукине, поудобнее откинувшись на траву. Лишь ночь опустилась на землю… как кунаи в глубине леса снова звякнули, а затем… звук исчез. Ни хруста веток, ни щебетания птиц, ни жуков, ни бабочек, ни ветра… звука не было вовсе. Не прошло и пары мгновений, как кунаи упали на землю, вонзившись по самую рукоять.