Сила мысли

— Мадара… — тихо позвала его девушка, когда тело покрыли незримые мелкие шипы. Развернувшись к наследнице, Учиха облокотился о гарнитур и кивнул в сторону блондинки, мол, что ты хотела. — Что ты знаешь? — с трудом проговаривая каждое слово со спокойствием, спросила Ру. — Что ты из Клинка, — пожал плечами Учиха, а затем, поднеся стакан к губам, резко замер, словно рядом просвистел кунай. Для Мадары будто открылся орешек с самой крепкой скорлупой: «Неужели никто не знал? — сам у себя спросил он, — нет, Цунаде… она должна знать. Она… но неужели никто больше не понял этого? — Учиха нахмурился, — что-то не так… Мичиру скрывала своё имя, клан… и за ней до сих пор не явился отряд Клинка. Что же произошло…» — напустив на своё лицо полную незаинтересованность, воин отпил воды и отставил стакан рядом. — Откуда? Ко-когда? — замотала головой девушка, Ру уверена, что была осторожна. Знал лишь Саске, но он бы ни за что не проговорился. У них ведь уговор… — Ещё на войне, — сохраняя один тон голоса, ответил мужчина. Мицукине непроизвольно потянулась к рукояти катаны, но там было пусто. Нахмурившись, Ру разозлилась сама на себя за такую безответственность. Всё время носила с собой клинок, а сегодня, услышав собственное имя, позабыла об осторожности. — Успокойся, — фыркнул Учиха, когда одна ладонь покрылась голубым свечением, — мне нет дела до тебя, — невозмутимо проговорил Мадара, — кажется, ты собиралась уйти после ужина, — напомнил мужчина, а затем направился на второй этаж. Блондинка, погасив свечение, направилась за Учихой. «Ну уж нет, Мадара…» — стиснув зубы, покачала головой Мицукине, она не уйдет. Не этим вечером… слишком много того, в чем ей хотелось разобраться. — Мадара! — требовательно позвала его девушка, когда воин, полностью игнорируя её, снова оказался на перилах и, удобно устроившись, поднял взгляд к небу. — Ну что ещё? — потерев переносицу и прикрыв глаза, Учиха скрыл за этим действием нарастающий приступ. — Почему? — сев на перила «в ногах» Мадары, Мицукине задала вопрос, и тон твердил о том, что без ответа её оставить нельзя. — Мичиру… — вздохнул Учиха, а затем сфокусировал свой взгляд на наследнице, глаза которой сверкали как наточенные лезвия под бликами солнца, — что ты хочешь от меня услышать? — воин потер висок левой рукой, чувствуя, как давление начинало расти. Мицукине, спустившись с перил, подошла близко к мужчине и коснулась его грудной клетки двумя ладонями. Мадара тут же захрипел, приоткрыв губы и сомкнув веки. — Почему… — продолжила девушка, — почему ты… — Почему я не сказал? — выдавил из себя Учиха. — Да… — потерянно ответила блондинка, наблюдая за тем, как лицо мужчины искажала боль. Мадара крепко впился пальцами в деревянную поверхность перил. — Почему ты мне… сказала своё настоящее имя? — прохрипел тот, стараясь дышать ровно. — Потому что… — с напором произнесла блондинка, надавив на грудь сильнее, — тебе… — ладони засветились сильнее, а затем всё исчезло, — потому что тебе всё равно, — шумно задышав, сказала Мичиру и сделала шаг назад, наблюдая за состоянием воскрешенного. — Считай, это и есть ответ на твой вопрос, — тяжело дыша, ответил Учиха, закрыв лицо руками. Мадара восстанавливал своё дыхание, потирая лоб, а Мицукине, крепко стиснув кулаки, сделала шаг назад. Ру старалась понять, старалась поверить… лгал ли Учиха? Или сказал правду? Почему молчал о том, что она из клинка? Почему сегодня не назвал её по-настоящему при всех? Почему он не предпринимал никаких попыток заключить её под стражу? Слишком много «почему»… Не сказав и слова, Мицукине перепрыгнула на свой балкон. Ей нужно было хорошенько всё обдумать… Закрыв балконную дверь, Ру сделала шаг в сторону и облокотилась о стенку, а затем, сомкнув веки, протяжно вздохнула. Сердце билось неспокойно, в ногах скручивало мышцы, а параноидальное чувство, что за ней вот-вот придут, усиливалось с каждой секундой. Тяжело вздохнув, Мицукине скатилась со стене вниз, зарывшись тонкими пальцами в светлые волосы. Мичиру чувствовала, что с Мадарой всё станет гораздо сложнее… **** Блондинке, как и Сакуре, был назначен курс успокоительных, временное отстранение от работы и восстановление того, что они разрушили. Саске желал поговорить с наследницей, но она без конца посылала его к Харуно, указывая на то, что с другой девушкой поговорить гораздо необходимее, чем с ней, и Мицукине оказалась права… За то время, что ирьенины «убирали за собой», Сакура стала спокойнее, но словом так и ни разу с Мичиру не обмолвилась. Хаширама по началу хмуро смотрел на всю эту ситуацию, но затем решил, что разрешенный конфликт лучше, чем неразрешенный, тем более, что обошлось без жертв. Хокагэ вызывал Харуно и Мицукине к себе каждый вечер после их работ с «отчетом», но это было лишь предлогом. Мужчина так проверял Мичиру, что с каждым днем казалась ему какой-то более отстраненной. После этой «заварушки» у блондинки со многими поменялись отношения, а больше всего — с Мадарой… **** Мицукине, вытерев тыльной стороной ладони пот со лба, поднялась с земли и, жмурясь от ноющих мышц, размяла тело. Девушка уже несколько дней подряд после «наказания» занималась благоустройством своего заднего двора, в то время как тренировки были перенесены на раннее утро и глубокую ночь. Как следствие — недосып и легкая заторможенность, но в нужный момент Ру всегда могла взять себя в руки. — Серьезно надеешься меня обскакать? — высокомерно хмыкнул Учиха, положив свои руки на ограду между участков. — Хм… — блондинка лишь усмехнулась, а затем поправила свой хвост, — непременно это сделаю… Мицукине резко развернулась и выставила Мизуки вперед. Клинок остановился за несколько сантиметров от члена АНБУ. — Ру Кобаяси… — пальцы сильнее сжали катану, услышав такое обращение, — завтра выдвигаетесь на миссию, — отрапортовал шиноби в маске волка, а затем протянул наследнице свиток. Девушка молча приняла его, а после член АНБУ испарился. Мицукине, одним движением убрав катану в ножны, раскрыла свиток, где значилась миссия, её отряд, срок и вся необходимая информация. — Кажется, мой отпуск закончился, — невесело хмыкнула блондинка, поняв, что завтра снова выдвинется в патруль. Мурашки по коже пробежались лишь от мысли об «облаках». — Вот беда… — наигранно раздосадовано произнес мужчина, а затем вернулся к своим клумбам. — Мадара… — прошипела Мичиру, посмотрев на ограду, а затем, скомкав свиток, направилась в дом. Девушка приготовила форму, рюкзак, успела принять душ и почистить клинок, однако… как только первые звезды появились на небе, блондинка перекочевала на балкон своего соседа. — Ты мог бы сюда поставить лавочку? — сев на угол между крайним левым и центральным перилами, неуверенно спросила наследница. — Зачем? — сидя на перилах и облокачиваясь о стенку дома, спросил Мадара. — Мне тут неудобно, — развела руками Мицукине. — Это моя проблема? — удивленно приподняв брови, Учиха посмотрел на Мичиру. Блондинка лишь обреченно вздохнула. — Конечно нет… твоих проблем тут вообще нет… — покачала та головой, — у тебя осталось что-нибудь поесть? — жалобно спросила девушка, едва приподняв взгляд. — Мичиру… — вздохнул Учиха, — не проще приходить через дверь? Кухня на первом этаже… За то время, что Мицукине отрабатывала «наказание», соседи немного сблизились, в основном из-за наследницы. Ру будто намеренно приходила на ужин именно к мужчине и её вовсе не интересовало, что она — не званный гость. После того, как Мичиру добровольно рассказала Мадаре о том, кто она, ей стало легче, гораздо легче, словно появилось второе дыхание, но ещё внутри Мицукине будто сломался какой-то барьер, что невидимой стеной был между ней и воином. Она боялась даже подумать о доверии, девушка доверяла Саске, но… с юношей старалась не пересекаться. Шутки о том, что Мичиру станет его женой, давно закончились, разговоры по душам исчезли из их взаимоотношений, может оно и к лучшему, а может быть и нет… Мицукине была рада узнать, что Учиха следил за состоянием Сакуры, но одновременно с этим ей очень не хотелось «исчезнуть», оставив за собой лишь упоминание — Ру Кобаяси. — Мичиру, — окликнул её мужчина, когда блондинка поедала приготовленный ужин. — А? — Мицукине вдруг встрепенулась как напуганная птица. — Почему об этом не знает Хокагэ? Только услышав подобное, Мичиру готова была лишь взглядом спалить всё, что было в окружении. — Не твоё дело, понял? — гневно шикнула блондинка. Мадара хмыкнул, пожав плечами, обозначив, что ему нет до этого дела, но внутри себя всё же пытался понять. Насколько Учиха помнил, Мичиру вступалась за Хатаке без конца на поле боя, да и Какаши прикрывал её, однако сейчас их отношения совсем не походили на те, что были раньше. — Меня не будет несколько дней, — совершенно спокойным тоном проговорила наследница. — И? — лениво повернув голову на девушку, спросил воин. — Твоё состояние стало гораздо лучше, приступов быть не должно, ну… — она задумалась, — или один… — Переживу, — фыркнул тот. Ему совсем не нравилось мусолить тему собственного здоровья, тем более, что физические показатели пришли в норму, осталось лишь аматерасу в душе. — Тебе нужно найти что-то, что… будет тебя радовать, — Мадара, услышав такое, скривился, — ну… может быть новые знакомства или встречи, — пожала плечами Мицукине, размышляя вслух, — это поможет в выздоровлении. — Тебе утром выдвигаться, иди уже спать, — недовольно проговорил Учиха, намекнув на то, что Мичиру пора уходить. — Ворчун, — легкая улыбка появилась на губах Мицукине, а затем, поставив тарелку в раковину, блондинка направилась на второй этаж. «Ну есть же дверь!» — возмутился Мадара, поднимаясь за девушкой. — Мне слишком лень её открывать, — прикрикнула блондинка, а Учиху словно молния ударила. «Она умеет читать мысли?» — Мадара! — окликнула его Ру, как только вышла на балкон. — Ты когда-нибудь оставишь меня в покое? — измученно спросил Учиха, а затем провел руками по волосам, подойдя к блондинке. Девушка лишь усмехнулась, а затем, сделав шаг к мужчине, положила свои ладони на его грудную клетку. — Когда наступит такой день, ты захочешь, чтобы я снова тебя помучила, — самодовольно произнесла Ру, сдержав смешок. Мужчина ничего не ответил, лишь зажмурился от чувства ломающейся грудины. Учихе не за что было ухватиться, чтобы не потерять равновесие, он не нашел ничего лучше, чем запястья девушки. «Мадара…» — Ру немного свела брови к переносице, когда ощутила крепкую хватку на своих руках. Учиха хрипло дышал, предвкушая неземное облегчение, как только техника закончится. **** Мицукине, поправив рюкзак, подошла ранним утром к отряду, что стоял у ворот Конохи. — О-о-о… какие люди! — первым подал голос Касама, — привет! — улыбнулся юноша, когда Мичиру оказалась рядом. Девушка приветливо улыбнулась и поздоровалась со всем отрядом, чудом сдержав зевок. — Выдвигаемся! — приказным тоном проговорил командир, неодобрительно взглянув на наследницу. Мицукине невольно поежилась, что-то внутри забило тревогу, но причину она понять не могла… Уже второй час группа передвигалась по деревьям в нужном направлении, а какой-то внутренний тревожный сигнал не давал Мичиру покоя. У неё было чувство, что командир будто злился на блондинку, но почему? Разве она что-то сделала? Те дни, что Мицукине отсутствовала, были указом Хокагэ, никак не её инициативой. — Ру, — грубо позвал её командир. — Да… — не совсем Мицукине понравился такой тон, но она оказалась рядом с Акинжи. — Как Мадара? — сухо спросил тот, глядя только перед собой. Брови Мичиру взмыли на лоб от такого вопроса. Здоровьем Учихи интересовались лишь Сенджу… а тут об этом спросил сам командир. — Ха! — громко усмехнувшись, рядом оказался Касама, — зачем вы о нем вообще спрашиваете? Это чудом выжившее ископаемое, что прячется от всей деревни в квартале Учиха, — наслаждаясь собственным ядом в словах, произнес юноша, — может быть он уже помер! — Он спас мою дочь… — негромко, но с холодной уверенностью проговорил командир, отчего Касама чуть ли не оступился. — Что? — глаза Мицукине задрожали. — Он спас Касуми, когда два ирьенина решили выяснить отношения, — с укором произнес слова Акинжи, — поэтому я спрошу ещё раз… как Мадара? — опасно сверкнув глазами в сторону блондинки, строго повторил он вопрос. — Мадара… в порядке… — чуть с задержкой ответила девушка. — Это хорошо, — сухо сказал мужчина, а затем снова перевел взгляд перед собой, — не окажись он там, страшно представить, что могло бы случиться с Касуми, — Мицукине шумно сглотнула, — не сомневайся, что в последствиях той неразберихи я винил бы тебя… Мичиру будто под ребра всадили нож. Странные ощущения… но что ещё более странно: «Мадара… спас чью-то жизнь?»