Сила мысли

Мадара проводил девушку взглядом, не совсем осознав ситуацию. «Она больше не придет?» — собственный голос задал этот вопрос в голове, желая услышать опровержение. Учиха сам себе бы не признался в том, что каждую ночь, украдкой, надеялся, что в доме блондинки загорится свет, что она выйдет на балкон, что ночи, полные мерцающих звезд не будут одинокими, не будут горькими, не будут такими, как раньше. — Мадара! — вздрогнув, мужчина направился на кухню, — ты приготовишь блинчики? — прокричала блондинка, чем-то шумя. Прошло шесть дней. Мицукине они показались бешеными, но для Учихи они были сродни зыбучим пескам. Его медленно утаскивало на дно, без каких-либо знаков, когда это все закончится. Столько лет одиночества, столько лет эгоизма и беспрецедентного стремления к цели, столько лет… Утром. Днем. Вечером. Ночью. После смерти брата Мадара всегда был одинок. — Мадара, — детская непосредственность вносила некоторое очарование, — ну? — Ру повернулась к нему, когда мужчина вошел на кухню, — ты чего? — блондинка пару раз хлопнула своими голубыми глазами, когда увидела Учиху, выражение лица которого явно поменялось, — ну… не хочешь готовить блинчики, так и скажи, — немного расстроенно произнесла она. Мадара со всей строгостью смотрел на Мичиру. Дело было не в блинчиках. Дело было в чем-то другом, возможно, в том, что Учиха похоронил сам в себе, а может быть в нем это похоронили обстоятельства. — Пожалуйста, — Ру, взяв сковородку правой рукой, подошла к Учихе, — ну сделай лицо попроще, м? Пожалуйста… — по-детски жалобно произнесла Мицукине, но Мадара лишь фыркнул, — ну неужели ты совсем не рад меня видеть? — с сожалением поджав губы, тихо спросила Мичиру. А он, на самом деле, был рад её видеть. Где-то очень глубоко в душе, в той части, что ещё находилась под тоннами тёмных волн искусственно созданного моря. Наследница никогда не узнает, но, ему стало бы гораздо легче, если бы она пришла к нему в четыре утра, если бы сразу объявила, что вернулась… Мадара смог бы вылезти из этой трясины неведения. — Что с твоей рукой? — взяв сковороду, мужчина спокойно подошел к плите. — А… я… — Ру опешила от такого вопроса. Мадара интересовался самочувствием стороннего человека, а это было хорошим знаком того, что пациент все-таки шел на поправку. — У-упала, — заикнувшись, Мицукине опустила взгляд и почесала затылок, — давай я всё смешаю, а ты пожаришь? — Ру быстро перевела тему разговора и открыла холодильник. — На колья? — отстранено спросил мужчина, доставая муку. — Не имеет значения, — немного грубовато сказала Ру, ей вовсе не хотелось обсуждать этот инцидент с учетом того, что были подозрения на действия «облаков», — у тебя есть варенье или что-нибудь сладкое? М? — блондинка намерено уводила тему диалога. — Что-нибудь, — сухо ответил мужчина, но более донимать девушку не стал. Все следующие действия происходили в полном молчании. Мицукине приготовила смесь. Масло было добавлено на сковороду… и вот через несколько минут на столе стояла тарелка с блинчиками, а рядом — баночка с малиновым джемом. Мичиру, взглянув на ладонь, выругалась, а затем села на стул, быстро убрав левую руку под стол. Ру направила целебную чакру на рану, прекрасно понимая, что не поможет, но хотя бы чувство рези это сможет притупить. Мадара молча ел блинчики, изредка поглядывая в окно. От него и звука лишнего не было и, кажется, он вполне комфортно ощущал себя в подобной обстановке, вот только Мицукине вся изъелозила на стуле. К всеобщему молчанию добавилась ещё и совесть. Она упорно каркала на ухо о том, что Мичиру на корню зарубила интерес Мадары к диалогу и, возможно, обидела его. — Ты можешь сидеть спокойно? — монотонно выкладывая джем на блинчик, спросил Учиха, даже не переведя взгляд на Ру. Блондинка закатила глаза, а затем отложила вилку в сторону и стукнула себя по лбу. — У нас была небольшая погоня, — тяжело вздохнув, сказала Мицукине. Мадара тут же посмотрел на Ру, что упорно сверлила взглядом свой завтрак. — Вот только за кем или за чем мы гнались… — пожав плечами, девушка покачала головой, — в общем, я поцарапала ладонь о… — Мичиру стиснула зубы, словно не желая произносить этого вслух. — Ино участвует в подготовке к фестивалю Танабата, — Учиха вернулся к намазыванию джема, проигнорировав слова Мицукине, словно они вообще не имели никакого отношения для него. «Погоня? — рассуждал мужчина, медленно выводя очертания круга малиновым лакомством на блинчике, — разве что-то ещё осталось после войны?» — Правда? — Мичиру вдруг встрепенулась, словно только что вылезла из огромного сугроба, — фестиваль Танабата? Он… уже так скоро? — удивилась блондинка, — это же здорово! — она засияла как новая эмалированная кастрюля, которую только что купили на рынке. От пустых ёрзаний, самоистязаний и диалогов с совестью будто вовсе не осталось и следа, на что Мадара с неким облегчением сомкнул веки. — Ты пойдешь? — Ру подалась вперед, с нетерпением глядя на мужчину. — С чего я должен туда идти? — хмыкнул Учиха, а затем, отставив банку с джемом, разрезал блинчик. — Как это? — искренне удивилась Мичиру, — это ведь Танабата! Ну неужели он тебе не нравится? — Не знаю, — пожал плечами тот, — я ни разу на нем не был. — Да ты что?! — Ру резко подскочила и положила ладони на поверхность стола, — м… — Мицукине чуть зажмурилась, когда рана дала о себе знать, — тебе обязательно нужно там побывать! — оторвав левую руку от стола, блондинка замотала ей в воздухе, — уф… а что Ино уже приготовила? **** Хатаке, прочитав отчет о миссии, устало вздохнул и, облокотившись на спинку стула, прикрыл глаза рукой. Да, было указано, что нашли следы сражения, да, было указано, что они направились «за врагом», но там и слова не было, что это было! «За кем гнались? Что пытались поймать?» — Какаши устало вздохнул, когда ему пришлось снова всё перечитать. Неужели до сих пор кто-то продолжал воевать? Может быть это уже брошенное место? Может быть сражения было там давно? Может быть это призывные животные когтями разрезали стволы деревьев? Хатаке не совсем понимал, как ему поступить. Слишком «пустой» отчет. Ни улик, ни следов… Вяло повернув голову к окну, Хокагэ столкнулся взглядом с чистым небом: «Интересно, как она там?» **** В глубине цветочного магазина на одном из широких столов сидел второй Хокагэ с проволокой и плоскогубцами в руках. Мужчина сосредоточенно мастерил «сферы», чтобы потом Ино спокойно могла украсить их цветами, придав растениям форму. — Хироми, нет! — донеслось у самого входа, — к Аяши нужно будет доставить ещё два букета лилий! Да, сейчас! — командным тоном произнесла девушка. На некоторое время воцарилась тишина, а затем Тобирама услышал, как блондинка, тяжело топая, постепенно приближалась к нему. — Устала? — оторвавшись от дела, спросил мужчина, как только Ино появилась перед ним. Яманака, слабо улыбнувшись, кивнула головой, а после села рядом с ним и положила голову ему на плечо. — Так хочется, чтобы всё получилось… — тяжело вздохнув, сказала блондинка, а затем приобняла его за руку. — Всё получится, — обычно строгий голос мужчины звучал мягко и успокаивающе, — ты очень ответственно ко всему подходишь… — Угу… — пробормотала та, прикрыв глаза. — Ино, ты уснула? — Тобирама повел плечом, чуть приподняв голову блондинки. — Можно я так полежу немного? — тихо спросила девушка, ещё крепче обняв мужчину за руку. — Конечно… — приятный шепот заполнил всё пространство, а затем Яманака почувствовала, как Сенджу притянул её к себе. На губах блондинки появилась блаженная улыбка, но… всё это длилось лишь до того момента, пока в магазинчик не нагрянули «клиенты». — Ино! Ино! — донеслось у входа. — М? — Яманака тут же встрепенулась и потерла кулаками глаза. — Ино, ты где? Мадара сказал, что ты готовишь фестиваль! — звонкий голос не переставал перемещаться по магазинчику, — мы пришли проверить! — Ру? — вскочив со стола, девушка поспешила к ирьенину, — Ру! — обрадовалась Ино, как только увидела наследницу, а затем обняла её, — привет! Я… так рада тебя видеть… — и в этот момент в магазинчик вошел Учиха, — ох, и тебя… — приветливо улыбнулась та. Мадара скупо кивнул в ответ. — Я тоже рада тебя видеть, — сказала Мичиру, — так… что ты готовишь? — Цветочные фонарики, ленты, ещё много всего… — махнула рукой Яманака, — Мадара, ты ей не рассказал? — Нет, — пожал плечами Учиха. — Он нам тоже помогает, — немного нервно проговорила Ино. — Правда? — Мицукине вопросительно уставилась на воина, — нет, об этом он решил умолчать… — Правда, — заверила блондинка, — пока мы с Тобирамой зашиваемся подготовкой с Танабатой, он вместе с Хироми доставляет цветы. Мичиру как током ударило. — Вместе с кем? — взгляд наследницы в мгновение ока стал серьезным. — С… Хироми… — сердце Ино пропустило удар, когда она вспомнила тот самый момент, когда Ру пригвоздила ту кинжалами к стене. Весь вид говорил, что Мицукине подобная новость очень не нравилась, однако она старалась сохранить самообладание. Главное, чтобы Хироми не оказалась сейчас где-нибудь рядом… Недовольство наследницы почувствовал даже Мадара, что стоял немного поодаль. В его кожу будто бы попала металлическая пыль. — Но… это сейчас неважно, — быстро затараторила Яманака, стараясь увести разговор в другое русло, — Мадара, — Ино резко обратилась к мужчине, — может вы доставите один заказ сейчас, а… потом я покажу вам, что приготовила к фестивалю, идет? — натянуто улыбнулась девушка, моля всех Ками о том, чтобы Ру с Хироми не пересеклась, — Мадара… — химе сверкнула глазами в сторону воина, намекая на то, что других вариантов сейчас нет. — Можно, — спокойно ответил мужчина, не совсем понимая, что тут происходит. Ру вопросительно уставилась на воина. — Я быстро, — произнесла Ино и скрылась среди стеллажей, — это заказ на день рождения, — прокричала та, а затем Мицукине и Учиха услышали, как Яманака закряхтела, — вот, — сначала появился большой букет роз, состоящий из нежно-розовых и белых цветов, а затем и сама химе, — держи! — она сунула в руки мужчины букет, а затем тут же развернула наследницу за плечи, — давайте, одна нога здесь, другая там, столько работы, столько работы… — Но я… — только воспротивилась Ру, как её погнали на выход с ещё большей силой, — что на неё нашло? — возмутилась Мицукине, когда оказалась вместе с Учихой на улице. — Без понятия, — пожал он плечами, а затем пошел вперед. — Эй! Мадара! — опомнилась та, когда воин оказался на расстоянии десяти шагов, — подожди меня! Притормозив, мужчина развернулся вполоборота, держа в руках букет. Не успела Мицукине и половину пути преодолеть, как замедлила шаг и так мягко улыбнулась. «Мадара…» — в груди словно стая бабочек вспорхнула. Девушка и представить не могла, что когда-нибудь увидит его с букетом цветов, особенно с таким красивым и нежным. Учиха не держал розы как веник или с каким-либо пренебрежением, цветы в его руках расположились как изваяния из тонкого льда за самой надежной стеной. — Ты как будто на свидание собрался, — проговорила Мичиру, а затем, подойдя к мужчине, полной грудью вдохнула такой дурманящий цветочный аромат. **** — Может нам усилить патруль? Или направить дополнительные отряды в определенные части? — спрашивал Шикамару, прогуливаясь по Конохе вместе с шестым Хокагэ. Хатаке был уверен, что нахождение в кабинете, что уже битый день сводило его с ума, лишь затуманивало разум, не позволяя мыслить здраво. — Не знаю, Шикамару… — вздохнул Какаши, тоскливо взглянув на небо. Война закончилась. Над странам на самом деле мирное небо, однако… сердце мужчины тяжелело с каждым днем. — Если позволите, Какаши-сенсей, я направлюсь туда и осмотрюсь, может найду то, что пропустила группа, — сказал Нара. — Пока в этом нет необходимости, — снова вздохнул Хокагэ, а затем перевел взгляд на жителей Конохи. Кто шел по своим делам, кто работал, кто просто гулял. Правитель видел смеющихся детей, уставших родителей, парочки, что, держась за руку, шли рядом, и… ту самую. «Ру?» — сердце слабо ударило в груди, когда Хокагэ заметил Мицукине, что, мило улыбаясь, шла рядом с воином, держа в руках прелестный нежный букет, вдыхая запах цветов. — Какаши-сенсей, вы меня слышите?