Сила мысли

— Что ты здесь забыл? — небрежно закинув Мизуки на плечо, холодно спросила Мичиру. Учиха не ответил. Мужчина подошел ближе и оценивающе взглянул на Мицукине. — Мадара, не сломай свои чудесные глаза, — язвительно произнесла блондинка, — они понадобятся тебе целыми, как только чакра снова будет активна. — Ты всегда на тренировках упражняешься языком? — хмыкнул воин. Учиха глубоко был убежден, что его «усилие» прийти сюда и, как ни странно, помочь Мицукине, должно было быть воспринято с почетом, но Мичиру, кажется, была другого мнения. — Иди домой, — фыркнула та, повернувшись к нему спиной. Наследница, сделав вид, что воина здесь и в помине нет, встала в боевую стойку, готовая отработать удар, но не успела Мичиру поднять катану, как Мадара без особого разрешения тут же стал поправлять руки наследницы. — Что ты делаешь?! — вспылила та. — То, о чем у тебя не хватило смелости попросить меня, — сухо ответил Учиха, выравнивая положение локтя, — здесь, думаю, лучше стоять так, — руки Мадары крепко ухватили блондинку чуть ниже пояса и чуть развернули. Мужчина посмотрел на Мицукине, что прожигала его ненавистным взглядом, но стойку, что он выстроил, не нарушила. — Я не силен в управлении клинка в стиле твоего клана, но некоторые детали смогу подкорректировать. — Мадара… — злостно прошипела блондинка. — Ты можешь возмущаться сколько хочешь, — скрестив руки на груди, воин посмотрел на девушку сверху вниз, — я могу уйти, но потом больше не приду. Ты слишком горда, чтобы признать тот факт, что в твоем стиле есть огрехи? Мицукине таковой не была, но её задевало то, что произошло вчера. Мадара пришел и в присущей ему манере предложил помощь, однако… извинениями от его слов даже не пахло. Учиха словно решил закрыть на это глаза, надеясь, что и так сойдет, со временем забудется. — Мичиру, выбирай… **** Вечером этого же дня перед Хокагэ стояли: Цунаде, Мичиру и Мадара. Правитель выслушал аргументированное пожелание сделать для Учихи особое лечение, вот только для этого Мицукине не сможет покидать деревню более, чем на два дня. Сердце Мицукине билось неровно. Оно и желало, чтобы Хокагэ дал добро, но в тоже время желало, чтобы он махнул на всё это и рукой и сделал то, чего так сокровенно желала её душа. — Ру… — начал Хокагэ, с будничным равнодушием в глазах. Мадара и Мичиру синхронно дернулись от такого обращения. — Это правда необходимо, — с полной серьезностью во взгляде произнесла наследница, — мы сегодня только закончили пробу этого метода… На слове «мы» у Хатаке чуть ли мелкие волоски дыбом не встали. От одного только представления Ру и Мадары вместе ему становилось не по себе. Правитель и так уже продумывал варианты, какую причину подобрать, чтобы расселить таких близких «соседей», максимум, на что его хватило, так это бесконечные миссии, а сейчас блондинка заявила, что должна два дня через два находиться с ним. — Что-то я не вижу, что ему особо плохо… — не поменяв положения, Хатаке лишь перевел недоверчивый взгляд на Учиху. Мадара держался прямо, с неким снисхождением глядя на Какаши. Воину особой радости находиться в его кабинете тоже не доставляло. Почему он вообще должен стоять здесь навытяжку, как новичок академии, и слушать несуразные рассуждения? — Как ты себя чувствуешь? — незаинтересованно спросил Какаши. — Нормально, — резко ответил тот, не сводя своих, чёрных как сама ночь, глаз с правителя Конохи. Цунаде и Мицукине тут же неодобрительно посмотрели на воина. «Мадара! Ты можешь хоть немного приврать?!» — возмутилась Ру. — Ну вот, разобрались, — Хокагэ скучающе пожал плечами, а затем посмотрел на наследницу, — он в норме, не вижу причин для уменьшения миссий. «Серьезно? — злость сюрикенами пронеслась в глазах Мицукине, — да я задолбалась уже тусоваться на этих миссиях!» — Хокагэ-сама, — выступила со своим словом Цунаде, — у Мадары самый запущенный случай. У него возобновились приступы, которые уже нельзя вылечить предыдущим способом. Я… — женщина ненадолго замолчала, опустив голову, — вполне возможно, что у Хаширамы или Тобирамы появятся подобные, а… если Ру не найдет способ вылечить Мадару, то и шанса на выживание у первых Хокагэ не останется, — закончив речь, тяжело вздохнула Сенджу. На этих словах Какаши задумался. Ему было всё равно на судьбу Учихи, но вот Хашираму и Тобираму терять не хотелось… — Мне нужно всё это обдумать и рассмотреть твой график миссий, — на вздохе сказал мужчина, — как я понял, эти дни ты провела с… — у Хокагэ даже язык не поворачивался такое произнести. — Да, я была с Мадарой, — Мицукине подлила масла в огонь, сама того не осознавая. «Именно…» — мысленно прошипел Хатаке. — Завтра уходишь на миссию, по прибытии будет и ответ, — спокойно произнес Какаши, — Мадара, можешь быть свободен, — не одарив его и взглядом, сказал правитель. Ру тоже могла идти, но Хатаке решил отпустить её чуть позднее, буквально на несколько минут, чтобы они добирались каждый своей дорогой, только Мицукине невольно внесла поправки… — Подождешь меня? — спросила она мужчину, когда тот прошел мимо девушки. Учиха слабо кивнул головой, на что Мичиру лишь улыбнулась. Хатаке невольно нахмурился. Не нравилось ему это общение между ними, хоть и четкую причину этому назвать не мог. — Иди… — сомкнув веки, сквозь зубы процедил Какаши. Девушка, не сказав ему и слова, лишь кивнула головой, а затем пошла за Мадарой. Хатаке протяжно выдохнул, когда в кабинете остались он и Цунаде. — Ты выглядишь усталым, — с беспокойством произнесла женщина. — Скажи, мне стоит принять это? Или же под этим скрывается что-то, чего я знать не должен? **** Мадара шел вместе с Мичиру по улочкам Конохи, поглощенным вечерней романтикой. Вот только на лице блондинки и следа от подобного настроения не было. Она, гордо выпрямившись, шла, глядя лишь перед собой. Голубые глаза горели решимостью, а сердце не переставало прибавлять удары. — Он согласится? — сухо спросил Учиха, искоса взглянув на блондинку. — Думаю, Цунаде, если что, сможет его уломать, — пожала плечами наследница, — Мадара… — с некой осторожностью Мицукине произнесла его имя. — Что? — отрешенно спросил он, засмотревшись на летнюю веранду одного из кафе, что была полностью заполнена людьми. Внутри него, будто крохотный фителек, зажглось желание оказаться там, стать незаметной частью чего-то такого, где тебе рады. — Ты же в какой-то момент не откажешься от… — Мицукине чуть не скрутило от мысленно прозвучавшего слова «помощи». — Не откажусь, — уверенно произнес Учиха, а затем посмотрел перед собой. «У меня не так много времени, Мадара…» — мысленно добавила Ру, коснувшись рукояти катаны. Времени было действительно не так уж и много. И оно пошло… Какаши, под правильно выстроенным, незаметным напором Цунаде, дал «добро» на проведение новой процедуры для Мадары, вот только график у Мицукине стал довольно-таки плотным. Она патрулировала с разными отрядами небольшие территории по два дня, затем возвращалась в Коноху, где ещё два дня усердно занималась в лесу вместе с Учихой, а после снова направлялась на миссии. Жизнь закрутилась с ещё большей силой и скоростью. Мадара был довольно-таки строг и скуп на все проявления милосердия к «слабостям» Мицукине. Учиха решил «прогнать» наследницу клинка с самых основ, заставляя проделывать её обычные упражнения по несколько сотен раз. Именно сотен. Мичиру всё это делала, но лишь по одобрению Мизуки. Клинок будто потешался над своей хозяйкой, когда та очень серьезно к этому относилась, ведь её катана была в неведении того, что блондинка собиралась выступить против «облаков». Круг общения Мицукине сократился ровно до одного человека — Мадары Учиха. Утром они шли в лес, там была долгая и усердная тренировка, затем они возвращались каждый в свой дом. Ру — без сил, Мадара — с достаточным количеством энергии, чтобы продолжить «выстраивать» свой сад на заднем дворе. За всей этой каруселью Учиха даже не уловил, в какой момент он стал разговаривать с девушкой. Может быть это был очередной ужин, который Ру проводила в его компании, может быть очередная тренировка, но… Мадара стал потихоньку открываться ей. Разговоры перестали быть односторонними и превратились в диалоги. Ночи, что соседи проводили, наблюдая за звездами, напоминали воину то время, когда они в тайне общались с Хаширамой у реки. — Мадара, ты когда-нибудь добавишь что-нибудь к тем перилам? — спросила Ру, сев на «лавочку» рядом с воином, — а то мои ноги без конца болтаются. Учиха лишь вопросительно взглянул на девушку. Она — не бесчувственный смертельный клинок, она — живой человек, который, по необъяснимым причинам, стал для Мадары не просто соседом, не просто ирьенином… мужчина не мог подобрать подходящего слова. Это было что-то среднее между хорошим знакомым и другом. — Мадара, — девушка зевнула, — ты меня услышал? — вяло спросила та, поежившись от прохлады. Учиха невольно засмотрелся на сонную наследницу, что продолжала сидеть рядом с ним, хоть и тянуло её в постель. Ру выглядела уставшей. Ей определенно нужен был отдых, вот только от чего именно? От миссий? Или от тренировок? До Мадары словно только что снизошел нужный вопрос: «Для чего ей такие интенсивные тренировки, если среди стран образовался мир?» — Да… — после затянувшейся паузы сказал мужчина, — услышал… — Это хорошо, — Ру подняла на него голубые глаза и нежно улыбнулась, слабо моргнув. — Тебе пора спать, — поднявшись с перил, произнес воин. — Что? — у неё не было сил возмущаться физически, лишь словами, — я ещё хочу посидеть. — Мичиру, ты хочешь спать, — произошел какой-то момент, который Учиха сам себе не смог объяснить, он протянул ей руку. — А? — медленно переведя взгляд на его ладонь, Ру, не найдя веского повода для отказа, вложила свою ладонь в его. Его крепкая мужская рука тут же сжала её маленькую руку. Мицукине, опираясь на неё, поднялась с самодельной лавочки. «Такая теплая…» — мысленно улыбнулась блондинка. Учиха подвел её к центральным перилам, чтобы та смогла перепрыгнуть к себе. — Послушай, а… когда фестиваль Танабата? — вдруг спросила наследница, когда соседи встали друг напротив друга. Ру, склонив голову на бок, посмотрела Учихе прямо в глаза. «У него определенно теплые руки…» — Мичиру слабо улыбнулась, выжидая ответ, который Мадара не спешил произносить. Воин стоял почти в шаге от наследницы, будто попав под гензюцу её глаз, что, приковав к себе, не желали отпускать его. Сердце гулко отдалось в груди, заставив Учиху невольно встрепенуться и чуть крепче сжать её ладонь. — Пять дней… — на выдохе сказал он. — Это чудесно! — воскликнула девушка и, непроизвольно освободив свою руку, хлопнула в ладоши, — у меня по плану две тренировки, потом два дня миссии, а потом… ух! — Ру чуть не взвизгнула от радости, — я успеваю на фестиваль! — блондинка ещё раз хлопнула в ладоши. «Да, успеваешь…» — не особо радостно произнес Учиха, сжав ладонь в кулак и заведя её за спину. Пожелав воину спокойных снов, Мицукине отправилась к себе, чтобы поскорее лечь спать, вот только Мадара ещё на некоторое время остался на балконе, составляя компанию звездам. «Спокойные сны…» — мысленно повторил он. За то время, что они проводили вместе, изменения произошли не только для неё, но и для него. В основном для него. Мичиру была сосредоточена лишь на результате тренировок, в то время как для Мадары обстоятельства играли особую роль. Внутри воина будто стали сдвигаться монолиты, что были выставлены ещё со времен его юношества. Кошмары стали являться реже. А когда последний раз был приступ? Мадара даже вспомнить не мог. У Мицукине не было времени на общения с её друзьями, в то время как те дни, что Мичиру была на миссии, мужчина проводил в обществе шиноби, против которых он воевал. Большую часть времени он проводил с Ино, Хинатой и Хироми. Мадара не заметил, в какой момент появилось общение между ним и Саске. Учиха также часто видел Узумаки, что вроде бы и собирался подойти к нему, но так и не сделал этого. Воин даже справился у Хинаты о здравии героя войны, так как подобное поведение мужчине казалось странным, но химе Хъюга лишь рассмеялась, сказав, что со временем всё встанет на свои места. **** — Мадара! Мадара! — Ру стучала в дверь соседа уже несколько минут, потирая сонные глаза, — Ма-да… Дверь резко открылась, отчего блондинка лишь дернулась. — Что? — вяло спросил Учиха, потирая заспанное лицо. — Мадара, я совсем забыла, что мне не в чем пойти на фестиваль! — Чего? — воин сконфузился, услышав такое. Он по-настоящему был удивлен тем, что, при всем происходящем, девушку волновало лишь это. — Ты мог бы поговорить с Ино? А? — с надеждой в голосе спросила она, — пожалуйста, — Ру сложила руки в молельной позе. — Хорошо… — вздохнул тот, опустив голову. — Спасибо! — Мицукине хлопнула в ладоши, отчего Учиха невольно вздрогнул. Ру уже хотела убежать, как голос мужчины её остановил. — Мичиру, подожди… — воин скрылся в глубине дома, а затем вышел и, бесцеремонно взяв ладонь блондинки, вложил туда ключ, — пока, — сказал он и принялся закрывать дверь. — Мадара, это что? — Мицукине даже проснулась от такого «сюрприза». — Ключ от этого дома, — пожал плечами воин. — А… для чего он мне? — Чтобы ты больше не стучала, — как само собой разумеющееся произнес воин, — а то ты и мертвого так поднимешь, — сказав это, мужчина закрыл дверь. Блондинка стояла на крыльце дома соседа и, без конца удивленно хлопая глазами, смотрела на ключ в своей ладони. **** Мадара вошел в цветочный магазин и чуть приподнял брови. Там была полнейшая суматоха. Носилась не только Ино, вместе с ней ещё Хироми и Тобирама. Учиха немного скривился, увидев Сенджу в таком амплуа. — Ино… — приветствия, как обычно, лишь подразумевались. — Мадара, привет! — не оторвавшись от сбора букета, громко сказала девушка, — доставка уже готова. Сейчас, две минуты… — Хорошо, — сухо сказал Учиха, — я буду на улице. Мужчина, встретившись взглядом с Хироми, что всё ещё пугалась его, вышел из магазина цветов. Учиха спокойно стоял и ждал, пока девушка выйдет с букетами, а вокруг проходили люди… просто проходили, казалось, они и вовсе не обращали на него внимания. Мадара будто только сейчас заметил, что не слышал проклятий, не видел плевков. Да, некоторые продолжали неодобрительно смотреть, но, кажется, желание закопать его заживо постепенно ушло. А может быть ему лишь так виделось… «Цунаде», — внутри что-то щелкнуло, когда он увидел женщину, идущую вместе со своей помощницей Шизуне. Пятая Хокагэ всё ещё сохраняла холодность по отношению к Мадаре и особо не желала с ним контактировать, а ко всему прочему без конца переживала за свою ученицу, что так много времени проводила с ним. Учиха не знал всего, что творилось в голове у Сенджу, но одно знал точно, Цунаде сможет пролить свет на некоторые ответы к вопросам, которых у воина не убавилось. — Цунаде! — окликнул он женщину и поспешил подойти к ней.