Сила мысли

Блондинку оглушало собственное сердце, каждый вдох отдавался резью в горле, ноги трясло, рука нервно сжимала катану, а по виску стекала капля крови. Против Мицукине выступали пять облаков, где каждое представляло свою стихию, и лишь одно, серебряное, продолжало оставаться в стороне, без конца озвучивая комментарии касаемо Мизуки. Жилет Конохи давно был сброшен, взрывные печати скинуты в траву, а оставшаяся одежда покрывалась новыми «разрезами». Мичиру, вытерев тыльной стороной ладони кровь с лица, невольно поморщилась от острых покалываний, но после отбросила это чувство, которое в данный момент не стоило её внимания. Ей нужно было придумать способ победить то, природу образования чего она не знала. Всё, что поняла Мичиру, так это то, что эти переливающиеся блестки — будто осколочная пыль, полученная от оружия Клинка. Но как выстоять против такого? Как победить «собственный клан»? — Кто вы такие? — тяжело дыша, спросила блондинка, на секунду сильно зажмурившись. — Ты ей не сказал, Мизуки? — усмехнулся первый голос. Но клинок Мицукине молчал. — Кто вы?! — выкрикнула та, отскочив от ледяных игл, что стаей направились на неё. Мичиру знала, что с ней будто играют, знала, что её тело могли бы уже вспороть за раз, но зачем тянуть? — Мизуки, я же оставил тебе подсказку… — послышался недовольный третий голос прежде, чем в наследницу полетели огромные валуны из молний, огня и земли. Каждый из них был разрушен: или ударом клинка или ударом кулака. Наследница, разбив последний земляной вал, зашипела, почувствовав, как что-то царапнуло её левое плечо. — Ц… — сквозь зубы процедила та. Бьякуго не поможет, Мицукине лишь чакру израсходует, но… может, если она узнает секрет, узнает, кто перед ней, может тогда, собрав все силы, ей удастся одолеть врага? «Кайзен…» — голос катаны внезапно стал ровным. — Кто? — нахмурилась блондинка, спешно складывая печати, — дотон!!! — Ну наконец-то узнал… — усмехнулся первый голос. Мичиру рыкнула, как только очередная преграда была сломлена облаками. Девушке оставалось лишь прыгать, словно на горячих углях, или, как говорил один легендарный шиноби, танцевать… «Мадара!» — в сердце будто попала стрела из осколков мечей. Она не вернется. Ру четко это осознала. Наследница больше не увидит того, кто душой и сердцем был так желан. Оттолкнувшись от земли, Мичиру воспарила в воздухе и, снова взмахнув катаной, разрушила технику тайфуна. «Прости меня, Мадара». Блондинка рыкнула, ощутив что-то наподобие укуса в правой щиколотке. Приземлившись в стороне, Ру зажмурилась, ухватившись свободной ладонью за рану. Все её порезы были неглубокими, но доставляли жуткий дискомфорт. Мицукине, опираясь на катану, медленно поднялась. «Кто такой Кайзен?!» — злостно прокричала та в своей голове. — Катана клана Клинка, — строго ответил первый голос, — Мизуки, — обратился тот к мечу, — ты совсем ей ничего не рассказал? «Открывай свой рот, Мизуки…» — процедила та, сильно нахмурившись. Ей очень не нравилось то, что собственная катана и слова вымолвить не могла, не говоря уже о вариантах продумывания плана по спасению. «Какого черта ты молчишь?! Мизуки, какого черта ты молчишь?!» — Ру готова была сорвать свой голос, лишь бы узнать то, что знал меч. — Информация тебе уже не поможет, — отрешенно проговорил третий голос. — И правда, — хмыкнул первый голос, — ты — такая же убийца, как и все в Клинке. — Что? — Мицукине, замерев, принялась бегло осматривать облака, стараясь вычислить, какая стихия вступит в бой. — Убийца… — несколько голосов превратились в змеиный шепот, а потом наследница увидела, как все цветные облака превратились одно. — Я не убийца! — со злостью прокричала та, принявшись складывать печати. — Не поможет… — первый голос, раздавшийся над ухом, заставил Мичиру окаменеть, не позволив завершить печати. Ру сдавленно взвыла, когда в её плечи будто вонзились когти. Мгновенно развернувшись, Мицукине взмахнула клинком, но тот прошел сквозь облако. Блондинка лишь услышала звуки, похожие на хрустальное позвякивание от того, как соприкасались «осколки» с поверхностью меча. — Какого воина ты одолела? — серебряное облако вдруг приобрело форму кляксы, будто показав недовольство, — чью кровь впитал твой клинок?! «Она не одолела ни одного воина», — вдруг подал голос Мизуки. Её катана говорила строго, с еле уловимой жесткостью. «Кайзен, она ничего не сделала!» — вступился за свою хозяйку меч. Мицукине, поджимая губы, сдерживала собственные болезненные стоны от покалываний, что вызывали осколки внутри ран. Блондинка стояла, выставив клинок вперед, готовая продолжить бой. — Лжец! — змеиный яд послышался в первом голосе, а после серебряное облако превратилось в стрелы, направленные на наследницу. **** Мадара стоял, сложив руки на груди и хмуро глядя вперед. Он находился на птице, что была нарисована Саем, рядом с ним стоял Саске, а сзади было ещё десять крылатых, на которых по одному находились представители клана Хъюга, среди них была и Хината. Наследница бьякугана была вместе с Саем, который следил за всеми нарисованными помощниками. Саске всем телом ощущал бурлящую злость Мадары, но слова не смел сказать. Он был за то, чтобы найти Мичиру, но понять не мог, почему воскрешенный так сильно этого желал? Почему желал подобного больше, чем все остальные? Она ведь всего лишь его ирьенин… — Почему ты её не остановил? — властно спросил Мадара, глядя на кровавый закат, последний раз воин видел подобный в тот раз, когда его только воскресила мысль Мицукине. — У нас с ней уговор, — глядя в другую сторону, без лишних эмоций ответил Саске. Учиха тихо зашипел, а затем юноша услышал, как зубы его заскрежетали. — Почему не сказал мне? — сдерживая удушение в горле, спросил Мадара, чудом не зарычав. — Ты бы её остановил? — хмыкнув, юноша перевел взгляд на воина. Мадара медленно повернул голову на Саске. В этих чёрных глазах плескалось столько эмоций, что на секунду юноша удивился, как воскрешенный вообще мог подобное испытывать. — Я бы отправился с ней, — слова, что прозвучали из самого сердца. **** Взрыв! Толчок. Взрыв! Огонь. Молнии. Земля. Ветер. Вода. Взрыв! Мицукине ощущала себя яркой мишенью на огромном белом поле, по которому стреляли, специально попадая где-то рядом. — Это даже интересно… — хмыкнул первый голос, — помню, что те, кого мы убивали, так отчаянно не сопротивлялись. У тебя есть причины, чтобы жить? Девушка, вытирая кровь с подбородка, дышала так часто, что попросту не успевала сделать полноценный вдох. Её грудная клетка слишком быстро поднималась и опускалась, а взгляд горел… горел слепой надеждой на выживание. — Почему ты меня не убьешь? — сбивчиво спросила та, боковым зрением отмечая, что сумерки вот-вот накроют это место своим плащом. — Хочу посмотреть, чему тебя научил Мизуки, — с будничной апатией ответил голос, — впрочем… так как ты ещё не воспользовалась техникой «Серебряного Самурая», то… кажется, ничему полезному он тебя не научил, — усмехнулся тот. «Она не убивала! — не унимался Мизуки, — она не делала этого! Она не сделала ничего!» — Не лги! — остервенело зарычал третий голос, Кайзен, — она из Клинка! Они все причастны! Все! Почему ты ещё не на нашей стороне?! Разве тебе это нравилось?! Нравилось?! Мичиру, зажмурившись, замотала головой. Девушка совсем не понимала о чем они говорили. — Кайзен, не трать на это силы… — с насмешкой сказал первый голос, — у тебя будет целая вечность, чтобы вдоволь наговориться с Мизуки, а пока… просто подождем, когда перед нами появится «Серебряный Самурай»… «О чем… о чем вы все говорите?!» — оскалилась блондинка и иероглифы на её клинке засветились. — О том, чем славился наш клан… Мицукине резко распахнула глаза, а сердце рухнуло в пятки. — Наш? Наш клан… — дрожащим голосом произнесла блондинка, — ты… ты из Клинка? — не веря собственному предположению, сказала девушка. Ру сглотнула, ощутив, насколько сухо в горле. Её будто внутри царапали когти из этой стальной пыли. — Всё верно, — недовольно ответил первый голос, — я — представитель клана Клинка, представитель самого эгоистичного, хладнокровного, безжалостного клана. Представитель этого проклятого Клинка!!! — со злостью выкрикнул тот последние слова, а затем, превратившись в огромную когтистую лапу, направился на Мичиру.