Сдерживая касание

      Марк, взяв чайник, сморщился, руки заметно болели и саднили, омега аккуратно их забинтовал и теперь брюнет выглядел словно боксёр. Надо признать, бинтовал парень хорошо, хотя это и понятно — опыт.       В ванной был слышен шум воды, Оливер сидел там уже практически пять минут, отмывая щёку от кровавого следа, оставленного Марком.       Альфа сам не понимал своего поведения. Но то, что мальчишка хотел его поцеловать, сбило с толку и, не осознавая что делает, альфа уже дотронулся до его щеки. Желание оказалось столь сильным, что он даже не успел опомниться.       Был так же непонятен такой порыв со стороны омеги. Раньше альфа был уверен, парень его недолюбливал, и сам старался держаться дальше от него. А что теперь?...       За спиной послышались шаги, прерывая его мысли, обернувшись, он посмотрел на слегка розовое лицо парня и влажные волосы.       — Я думал, ты там уже ванну принимаешь, — улыбнулся Марк.       — Нет, просто... — замялся Оливер.       — Садись, — кивнув на стул, сказал альфа. — Чай, кофе?       — Чай, если можно, то зелёный.       — Можно, — улыбнулся брюнет, поставив перед ним кружку.       — Спасибо.       — Может поговорим? — сев напротив, спросил Марк.       — О чём?       — О том, почему ты приходишь ко мне.       — Ты против?       — Нет, конечно, но я - не лучшая кандидатура для тебя.       — Кандидатура в чём?       — В качестве друга.       Оливер, покраснев, уставился в кружку, альфа едва заметно улыбнулся, он понял, о чём подумал парень.       — Я в этом не разбираюсь. Говорил же: нет у меня друзей, — пробормотал Оливер.       — Я тебе говорю, что для омеги, у которого проблемы с феромонами, альфа - не лучший вариант друга.       Оливер задумчиво закусил губу, водя по краю кружки тонким пальцем.       Марк смотрел на него и понимал, что безнадёжно влюбился. Он больше не видел в нём ни одного недостатка, как скажем было раньше. Его обиды, резкие перепады настроения, непонятное поведение, только заставляло альфу сильнее влюбиться. Он был очарован, как школьник впервые полюбивший. Он любил в нём всё. От постоянного смущения, до этих тонких пальчиков и невероятных серых глаз.       Сидя сейчас напротив, брюнет просто хотел наклониться к нему и поцеловать наконец эти полные, чувственные губы. Ощутить, как они открываются ему навстречу, вдыхать его возбуждающий аромат, обнять его, просто ощущая, что он рядом. Но Марк никогда этого не сделает, как бы сильно ему этого не хотелось. Он никогда его не тронет.       Посмотрев на него, Оливер встретился с альфой взглядом, зрительный контакт длился совсем недолго, но этого оказалось достаточно, чтобы сердце парня начало бешено колотиться, а щёки залил румянец. Они смотрели друг на друга, даже не пытаясь отвернуться, дыхание стало тяжёлым, сердце сжималось. Наконец, омега опустил глаза на свои руки.       — Почему ты сбегаешь? — тихо спросил Марк.       Парень молча посмотрел на него своими большими глазами, словно захотев убедиться в чём-то:       — Неважно, — тихо сказал он, опустив голову.

***

      Марк остановил машину у дома парня. Посмотрел на его огромный двухэтажный особняк.       Чем он только занимается? Нянчится с ним, точно с ребёнком, снова и снова привозя того домой.       — Обещай, больше не сбегать, — тихо сказал альфа, не смотря на парня.       Омега молчал.       — Оливер? — посмотрев на него, позвал Марк. Парень лишь приподнял брови. — Обещай мне, что больше не сбежишь. Раз ты не хочешь говорить почему сбегаешь, прежде, чем снова удрать, лучше позвони мне и мы поговорим. Хорошо?       Омега удивлённо на него посмотрел.       — Что? — не понимая этого взгляда, спрашивает Марк.       Парень отрицательно мотает головой и отворачивается, смотря в окно.       — Дай мне свой телефон, — протягивая руку, говорит альфа.       Опять этот взгляд.       — Давай-давай, — кивает брюнет.       Помедлив, Оливер, всё-таки, достаёт из кармана парки тонкий дорогой смартфон, он отключён. Марк укоризненно смотрит на парня:       — Предусмотрительно, — вздыхает брюнет, включая андроид.       Практически тут же приходит оповещение о пятнадцати пропущенных и шесть смс. Молча, альфа набирает номер. Его собственный телефон отзывается звонком. Сбросив вызов, Марк записал свой номер в телефоне парня и вернул его хозяину. Взяв его, омега, не глядя, сунул смартфон в карман.       — Оливер? — позвал брюнет, ответом ему было молчание, парень даже оборачиваться не стал. — Эй! Посмотри на меня! — опять игнорирование. — Да что с тобой такое? — уже не церемонясь, альфа разворачивает его лицо к себе, глаза парня немного покраснели, но слез не было. — Что случилось? Рассказывай. Отец тебя обижает? Он что, по-прежнему тебя трогает?       — Что? Не-ет! — омега с омерзением морщится.       — Тогда в чём же дело?       — Ничего, я пойду. Прости, что отнял время, — сказал парень, выбираясь из машины и не смотря на альфу.       Из дома ему на встречу уже шёл злой Коул, подтолкнув сына к дому, он решительно направился к машине. Тяжело вздохнув, Марк остался его ждать, опустив окно, по враждебно настроенному виду альфы, брюнет понял, что разговор предстоит не из приятных, особенно если вспомнить их прошлую встречу.       — Что Вы здесь делаете? Почему Вы привезли моего сына? — ещё не успев подойти к машине, воскликнул отец парня.       — Лучше бы было его домой пешком отправить? — резонно спросил Марк, пытаясь сдержанно отвечать.       — Лучше бы Вам его не встречать! — подойдя к машине, огрызнулся альфа.       — Лучше бы Вам его не терять, потому что в другой раз встретить его могу уже совсем не я. Прощайте, — не став дожидаться ответа, брюнет унёсся прочь.

***

      Марк долго сомневался, но все-таки вечером решил позвонить. Хотелось знать, всё ли в порядке с парнем, и как отнёсся его отец, что сына привёз его бывший психиатр.       Набрав номер, он долго ждал, ответа не было. Начав волноваться, альфа повторил попытки ещё пару раз, прежде чем наконец гудки прекратились, и повисла тишина.       — Алло? Оливер, это ты?       — Да.       — Ты как? Отец сильно тебя ругал за то что я тебя привёз?       — Нет.       — Оливер? Ты в порядке?       — ...       — Оливер? — позвал Марк, в трубке послышалось прерывистое дыхание, после чего с трудом омега смог из себя выдавить:       — Всё хорошо. Прости, я занят... сейчас. Потом позвоню, — и тут же отключился.       Марк долго держал телефон у уха, прежде, чем наконец смог двигаться. Сердце подсказывало, что что-то не так. Альфа вновь набрал номер, но ему никто так и не ответил. Он звонил один, два, три раза, набирая снова и снова. Ответа не было. Чувство тревоги окутало его своими липкими щупальцами, наседая всё сильнее и уже переживая не на шутку, Марк схватив ключи, выскочил из квартиры. Ещё никогда, дорога до дома Оливера ему не казалась такой длинной. Он вжимал педаль газа в пол, буквально, загоняя машину и едва успевая поворачивать. Горло практически ощутимо сжимало подступившей паникой и страхом за парня.       С визгом шин остановившись напротив огромного дома, альфа выскочил, даже не удосужившись захлопнуть дверь, ему было плевать на машину. Подлетев к входной двери, он с силой рванул её на себя, та даже и не думала поддаваться. Зло пнув её, Марк обошёл дом, бесполезно, чёрный вход был ещё более неприступен чем парадный.       Выругавшись, альфа схватив камень с альпийской горки, разбил им окно. Убрав осколки, он, накинув куртку поверх, забрался в дом. Дорогой интерьер в стиле девятнадцатого века, много золота и мрамора. Даже не обращая на это внимания, он носился по пустому дому среди многочисленных комнат и никак не мог найти ту единственную. Их слишком много и все похожи, все двери одинаковые. Альфа несколько раз заходил в одни и те же.       — Оливер! — не выдержав крикнул Марк, как и ожидалось, ему никто не ответил.       Он вновь забегал по второму этажу и вот наконец нужная комната, здесь ощущался запах парня, но комната была пуста.       — Чёрт! — буркнул альфа, направляясь к ванную комнату.       Он рывком открыл дверь. На полу, привалившись к ванной и чуть сгорбившись сидел Оливер, он смотрел на альфу, чуть улыбаясь. Бледное, практически белое лицо с прилипшими ко лбу светлыми прядками. Руки бессильно лежали на залитом водой и кровью полу. Предплечья были изрезаны от локтя до запястья на обеих руках, а правая ладонь до сих пор слабо сжимала бритву кровоточащими пальцами.       Шок и ужас сковали альфу, он словно видел ужасный сон, в котором наблюдал за собой со стороны. Ступор длился всего пару секунд, прежде чем опомнившись, Марк схватил полотенца и начал обматывать руки парня, пытаясь остановить кровотечение.       — Не надо, — слабо улыбаясь и пытаясь убрать свободной рукой полотенца, тихо сказал омега. — Не надо. Оставь меня. Прошу, — бормотал он, смотря Марку в глаза.       Замерев, альфа посмотрел на него.       — Оставь меня, — тихо прошептал Оливер, не отводя взгляд, он пытался убедить того в своих словах. — Оставь.       — Что ты несёшь?! — не выдержал альфа, повышая голос. И не обращая на парня внимания, стал заматывать вторую руку.       — Я устал. Больше не хочу всего этого. Просто оставь меня. ОСТАВЬ! — не выдержал наконец Оливер, срываясь в слёзы и неумело скидывая полотенца.       Перехватив его, Марк грубо держа за запястья одной рукой, второй прижал его к ванне, пытаясь утихомирить.       Тяжело дыша, парень, зло уставившись, вдруг подался вперед мазнув губами по щеке альфы. Поняв, что он собирается сделать, брюнет резко отвернулся.       — Что ты делаешь? — встряхивая парня, воскликнул Марк.       — А неужели не ясно? Ты ведь этого хочешь? Я прав? Так возьми же уже! Хватит сдерживаться и пускать на меня слюни. Просто ВОЗЬМИ! Будь как все, не надо геройствовать передо мной, я этого всё равно не оценю. Мне абсолютно плевать. Возьми уже, удовлетвори свои гормоны и просто уходи! Оставь меня наконец!       От этих слов, стало неприятно и даже больно. «Как все», выходит отец не единственный, кто его трогал. Из-за своих неконтролируемых феромонов, парень не раз попадался и видимо альфы не упуская возможности, пользовались им. Поэтому парень и сторонился их, он привык видеть от них только насилие и жестокость. Вот почему никому не доверял — он просто не знал другого обращения, хотя и рос в хороших условиях с деньгами и связями, но только это ему никак не помогало, ведь он не ощущал защиты даже от собственного отца. А не раз преданный, он уже просто боялся доверять, боялся снова быть преданным.       Сжав зубы, альфа почувствовал дикое напряжение и злость. Словно сторожевой пёс, он рвал и метал, желая разодрать любого, кто посмел обидеть парня. Оберегать и защищать омегу, чтобы тот больше не видел зла от других, чтобы наконец был счастлив и чувствовал себя защищённым.       Полностью игнорируя слова, альфа, подхватив его на руки, быстро вынес из дома и пошёл к машине. Нахмурившись, парень молчал, поглядывал по сторонам. Усадив его в машину, Марк поправил побагровевшие полотенца.       — Я отвезу тебя в больницу.       — Нет!       — Да! И это не обсуждается, — рыкнул Марк в ответ.       — Нет нужды, со мной всё будет в порядке. Кровь уже почти не идёт.       — Нужно зашить раны, иначе останется шрам.       Оливер захохотал в голос.       — Что? — нахмурился брюнет.       — Это глупо, вот что, — насмешливо посмотрев на него, сказал парень. — Мои руки вдоль и поперёк в шрамах, поздно заботиться о их красоте.       — Тебя отец в больницу не возил?       — Возил, - кивнул Оливер. — Когда знал, но он не был дома всегда, чаще, со мной сидели беты, а они не отличаются острым обонянием. При отце я руки резал редко, он же альфа, мигом чуял запах, даже если я скрывал, что резался. Поэтому я отрывался при бетах по полной, — улыбаясь, словно проверяя реакцию Марка, сказал омега.       Впервые он захотел ударить Оливера, дать ему хорошую пощёчину, чтобы тот прекратил так говорить, словно издеваясь над ним. Проверяя на сколько хватит терпения альфы, когда тот наконец махнёт на него рукой и оставит, поняв, что ему уже не помочь. Только вот Марк был настроен бороться за него до конца, за то, чтобы прекратил истязать себя и попробовал просто жить!