Научи меня жить!

Вечерело. Черт возьми, уже вечер! Эти мелкие спиногрызы вытягивают практически все силы. Пока учился, казалось, что преподавание это занятие весьма легкое, местами забавное, а сейчас я не особо с этим согласен. Хорошо, что меня не заставили вести геометрию у малышни. Вести у старшеклассников намного лучше. С ними я могу найти общий язык: парни понимают и поддерживают, а девушки души во мне ничают. У каждой телочки текут слюнки при виде меня нетразимого. Уверен, что многие уже влюблены в меня. Сама Москалева Юлечка так и норовит залезть мне в штаны, при любом удобном случае, маленькая сучка. А эта Морозова, черт ее побери, бесит до скрипа в зубах, своей правельностью и синдромом "выскочки". Раздражает. Прошло всего несколько дней, а она меня уже выводит из равновесия. Не всегда правда. Иногда и ведет себя забавно, особенно, когда лазает под столом в поисках пенала, оголяя свою весьма аппетитную попку. Нет, она не в моем вкусе и мала. Я бы даже никогда и не посмотрел в её сторону, если бы она сама меня не доставала. После последнего урока захотелось ее приручить или, как это говориться иначе, влюбить, очаровать, но это не увенчалось успехом. Крепкий орешек. Ну, ничего! У всех и каждого есть предел крепости. И я думаю, что Морозову надо долбить иначе. Надо бы только придумать как. Блять! И чего я вообще взялся о ней думать. Все вон! Из моих мыслей, вон! Нужно сделать еще кучу дел. А потом не упустить шанса затусить в клубе. Мне надо сегодня выместить эту энергию, которой одаривают меня эти детки. Негоже самому Андрею Викторовичу просиживать задницу дома, когда обладательницы прекрасных попок так и мечтают, чтобы их пошлепали. Да, я пошляк. Как-то нагуляться не получается вдоволь. После института сразу в смокинг, вручили указку и журнал со словами: " Андрей Викторович, мы надеемся на вас, как на молодого специалиста. Заодно наберетесь опыта. Удачи! ". Почему никто не спросил моего мнения? Правильно, потому что директор этой школы мой дед — Долгих Александр Николаевич. Повезло мне с дедом. Уроки со мной учил, воспитывал можно сказать. Отец постоянно мотался по командировкам, а мама умерла давно. Я и не помню ее совсем. Дед с отцом твердят одно, матери нет, значит вырос оболтусом. Нифига! Я не оболтус! Просто сам пока еще не могу понять, что мне нужно. Для начала попробую себя в преподавании, а там дальше, как карты лягут. Естественно всех учителей смущают мои татуировки, на что дед лишь махает рукой и говорит о том, что это ерунда по сравнению с моими знаниями. Не буду спорить. Я медалист, да еще и с красным дипломом, но при этом не зачухан какой-то. Типичным ботаном мне не позволил стать сам дед. Говорит мол, ты мужик, а мужик должен быть сильным, подтянуть слюни и сопли, поднять голову и достойно отстоять удары жизни. *** В клубе была атмосфера эйфории. Девушки не стесняясь танцевали откровенные танцы, двигаясь в ритме музыки. А парни подыскивали спутниц для бурной ночи. И одну такую тигрицу я уже заприметил. Танцует возле какого-то щуплика, извиваться, показывая все свои шикарные изгибы тела. Он лишь слюни пускает. Надо брать! Такие силу и власть любят. Опрокинув во внутрь стопку обжигающей жидкости, направился в сторону этой недопарочки. Подойдя, отшвырнул этого лошка. Он даже возникать не стал, видать уже разрядился себе в штаны. Я же, провел рукой по волосам красотки, притянул ее к себе и прошептал: — Едем ко мне. Она покорной оказалась, была готова выполнять все мои требования и желания, только пальцем щелкни. Идеальная игрушка для ночи, к счастью одной. Не хватало еще встретиться с ней в следующий раз. На утро не хотела уходить, но я ее выпер! Вот еще, меня ждут детки! Сегодня захотелось одеться как-то по особенному, поэтому я выгладил черные брюки, белую рубашку с коротким рукавом, и натянул подтяжки. Мне понравилось. Смотрелось прикольно, в некоторой степени сексуально. И чего это на меня нашло? Сам не знаю. Разнообразие. Не вечно же в потертых джинсах и футболке в облипочку ходить. Уложил свои русые волосы, вылил пол флакона французских духов и даже побрился. Чудеса, да и только. Неуспел зайти в учительскую, как предпенсионные дамы начали отвешивать комплименты, уже совершенно не обращая внимания на татуированные руки. Даже дед увидев меня, бедняжка, чуть не подавился, поперхнувшись. Меня еще не видели мои ученики. Хм, интересно, отреагирует ли на это как-то Морозова? Гррррр... Опять... Фу! Вон! Фу, малолетка! Вон из мыслей! Так так, что там по расписанию? Ммм. Видимо не получится из мыслей выкинуть. Чтож, Морозова, так Морозова! Держи крепче очки, чтобы не потрескались, детка. Звонок прозвенел уже как пять минут назад, но плюнув на это, свернул в мужской туалет. Невыносимо хотелось курить. Щелкнув зажигалкой, блаженно затянулся и закатил глаза. Лепотааа. В последнее время выкуриваю по две пачки. Это все нервы, спиногрызы и нервы. Затушив сигарету направился в класс, все-таки прошло уже пятнадцать минут и детки могут сбежать. Не факт, но вероятность есть. Как и предполагалось, в кабинете геометрии не было почти никого, кроме (угадайте кого?) Морозовой. Какая умница-разумница, твою мать. Теперь придется вести недоурок для нее одной. Уверен, что прицепился. Да еще и припрется жаловаться моему старикану. Как только я вошел в кабинет, ученица вскочила с места, приветствуя меня и тут же началась мозговая атака. — Вы что себе позволяете?! Урок уже идет пятнадцать минут! Почему вы опаздываете?! Мое время бесценно и распланированно, я не могу его тратить в пустую! Объяснитесь, — пулеметом протрещала Морозова и уселась на место. — Встань, я тебя не сажал. Если задержался, значит так нужно. И, где все? Сбежали? — будто удивляясь, осмотрел класс и остановил взгляд на растерянной девушке. Не дождавшись ответа, повернулся к пустой доске. — Хм, чем займемся? — Что за глупые вопросы? Учиться! — вылупив свои красивые глазки, Морозова начала краснеть. Видимо мыслишки у нее точно не об учебе. Орешек начинает трескаться? — Вдвоем? — немного оскалившись, плюхнулся на свое кресло и крутанулся в сторону окна. — Андрей Викторович, вы должны провести урок, даже если в классе один ученик! — ммм, нервничаешь? Девушка начала переминаться с ноги на ногу. Ничего, постой еще. — Согласен. Учится, так учится! — резко поднявшись с места, прошел к ученице, почти вплотную. Она замерла т опустила взгляд вниз. Боишься? — Все еще геометрию хочешь учить? — У вас есть выбор получше? — Аня подняла на меня свое лицо: розовые щечки, настороженный взгляд, бровки домиком, губы суховаты. Почему-то тяжело было оторвать взгляд и вообще говорить. Внизу живота потянуло сладостной истомой, но я перевел взгляд на её ледяные глаза. — Поступим неправильно вместе?