Дым и зеркала

Король и королева. Правили они в любви и мудрости долгие годы, и была у них дочка, чьи волосы отливали златом, а глаза соперничали цветом с небесной синью. Съезжались со всех концов королевства рыцари, чтобы сразиться за руку прекрасной принцессы, но холодна была красавица – сердце ее тайно любило другого. Этот юноша не был принцем, но даже наследники королевских родов не могли сравниться с ним в отваге, благородстве и честности... Только лгут сказки. Король оказался старым и глупым, королеву выдали замуж насильно, а принцессины локоны никто в здравом уме не сравнил бы со златом – настолько черны те были. Голубизна взгляда ее прабабушек с поколениями и вовсе выродилась в плебейский зеленый – цвет молодой травы, которую бедняки варили на обед. В одном неизвестный рассказчик не ошибся: принцесса и правда отдала сердце простому селянину, сбежав с ним под покровом ночи и оставив корону мачехе. И ведь неплохо все вышло, размышляла королева, прогуливаясь по принадлежащим ей отныне владениям. Наследница выбрала любовь вместо власти, супруг умер от тоски по дочери, а его дряхлые родственники – от несвоевременно напомнившей о себе старости. По официальной версии. В действительности Реджина под страхом смерти наказала Белоснежке не появляться в пределах королевства, отравила мужа и, оплакав как положено его кончину, точно так же поступила с деверями и слепой золовкой. Яды Реджина варить умела с юности, разослать утешительные дары, пропитанные едкими составами, труда не составило. А подданные, если о чём и догадывались, держали соображения при себе: с ведьмой спорить – беду накличешь. Королеву не обижал титул колдуньи – напротив, льстил, подчеркивал могущество и силу. Единственный минус заключался в том, что, столкнувшись с проблемой магического характера, слуги бросали работу и ждали ее прихода, хоть бы на это уходил целый день. Никак не удавалось их вразумить. Вот и сейчас, завидев спешащих навстречу гвардейцев, Реджина вздохнула: прогулке состояться не суждено. Снова. – Ваше Величество, мы нашли лиса! – Это такая редкость – увидеть в саду лесного зверя? – вкрадчиво поинтересовалась женщина. – Вы ради этого меня беспокоите? – Лис не похож на обычного. Нам кажется, он заколдован... – солдат осекся, когда брюнетка подошла ближе: в карих глазах читалось раздражение. Несколько секунд, что она молча изучала его мысли, мужчина с трепетом ждал приговора. – Ты не врешь, – наконец протянула Реджина. – Ладно, показывайте. Животное и правда отличалось от виденных ею раньше: крупное, мускулистое, с удивительно голубыми глазами – насколько королева помнила, у лис они были желтые. – Откуда он взялся? – Не знаю. Мы нашли его здесь. Похоже, спасался от охотников, – на рыжей шерсти бурели пятна крови, из лапы торчала стрела, но зверь продолжал смотреть на Реджину из-под куста, куда его загнали стражники. От этого взгляда ей стало не по себе. – Не бойся, – она присела. – Иди сюда, я посмотрю раны. Ну же, – словно поняв королеву, зверь медленно пополз к протянутой руке. Кожаный нос ткнулся в ладонь, и Реджина не сдержала улыбки. – Все хорошо, – зачем-то пробормотала она, распутывая свалявшийся мех и только тут замечая в нем цепочку. – Что это?.. Но не успела она коснуться кулона, как лис огрызнулся – зажав прокушенное запястье, женщина отпрянула. – Ваше Величество, вы в порядке? – стоявший неподалеку гвардеец выхватил меч, собираясь добить раненое животное. Королева остановила его. – Нет. Отнесите его ко мне в лабораторию. Лис прижал уши и заскулил, когда Реджина встала, но уже через мгновение взмах руки накрыл его сном – глубоким и волшебным. Мужчины осторожно потащили зверя к замку, королева же, покачав головой и вытерев кровоточащую руку о плащ, направилась за ними. Закрыв последнюю склянку, брюнетка устало опустилась в кресло. Вытащить стрелу и залечить раны оказалось несложно, а вот с амулетом пришлось повозиться: при соприкосновении с кожей тот ударял магическим зарядом – не смертельным, но ощутимым. Теперь Реджина поняла: лис по-своему предупредил об этом, но она редко слушалась чужих советов. Да и чары несложные – нейтрализующую эссенцию и то дольше готовить. В конце концов цепь распалась на звенья, явив Королеве плоский камень с прожилками – вместилище магии куда более темной, чем предлагают шарлатаны на рыночных площадях. И это было странно. Откуда у лесного зверя столь непростая вещица? Нашел оброненной в чаще или украл у бродячего мага? «Лисы не крадут украшения», – напомнила себе женщина, откидываясь на спинку. Она не убивала животных, но и до их врачевания не опускалась – почему же на этот раз потратила часы, убеждаясь, что жизни лиса ничего не угрожает? «Всему виной кулон», – артефакт, несомненно, заинтересовал колдунью, но имелось еще кое-что: глаза. Давно на нее не смотрели с таким доверием и надеждой. "Зверь не случайно попал в сад, – осенило Реджину. – Он искал меня. Но так бывает лишь в сказках! О принцах, принцессах, говорящих животных. Истинной любви...» – погрузившись в размышления, Королева задремала и не услышала, как выскользнувший из руки камень покатился по полу и, ударившись о чей-то сапог, остановился. Реджине снились сны – путанные, бессвязные. Отбиваясь от них, она не сразу поняла, где находится, но в одном была уверена: солнце еще стояло высоко – его наглый луч и разбудил брюнетку. Потянувшись, королева обнаружила по бокам собственную постель. Голова лежала на собственной подушке, а тело было накрыто собственным одеялом – по всем признакам кто-то принес ее в спальню. Но кто?.. – Доброе утро, Ваше Величество, – мужской голос застал Реджину врасплох. Моментально соорудив в ладони шар огня, она села на кровати и вгляделась в полумрак. – Сейчас вечер, – определять по солнцу время в Зачарованном Лесу умел каждый. – "Доброе утро" лучше подходит для пробуждения, не находите? – Кто вы? И что вы делаете в моей спальне? – незнакомец не торопился нападать, и фаербол Реджина потушила. – Покажитесь. – Если такова воля королевы... – ей почудилось или в тоне прозвучала насмешка? Но гость не дал на этом сконцентрироваться – шагнул в полосу света, вызвав удивленный возглас у женщины. И было, отчего: глаза его в точности повторяли глаза зверя, даже разрез имели тот же. – Робин Локсли к вашим услугам, миледи, – он поклонился, и блик заиграл на волосах цвета темной меди. – Благодарю, что спасли меня, – только тут Реджина заметила повязку, наложенную ею в лаборатории поверх толстого шва, – так уж повелось, что иголкой она владела посредственно, а магия исцелила не все раны. – Вы – лис?! – Был им, пока Ваше Величество не сняли амулет. Видите ли, – Робин подошел к кровати, – я вор. Обокрал Слепую ведьму, а она возьми и наложи проклятье. Если бы не вы, бегать бы мне по оврагам до конца жизни. Возмущенная наглостью мужчины, Реджина не сразу поняла, как ее рука оказалась меж его ладоней. Коснувшись губами следа от укуса, о котором королева напрочь забыла, разбойник поднял взгляд - вины в нем было немного, зато озорства – предостаточно. С минуту они смотрели друг на друга, пока брюнетка не опомнилась. – Стража! - едва в коридоре послышался топот, Робин, подмигнув королеве, бросился к окну. Прыжок, короткий полет – и мужчина скрылся за балюстрадой лестницы, опоясывающей башню тугой спиралью. Вслед ему вылетел огненный снаряд – пригнувшись и отсалютовав Реджине, вор сбежал по ступенькам, после чего исчез среди любимых яблонь Ее Величества. Когда солдаты вломились в комнату, то нашли там одну взбешенную королеву. Отослав их обратно, женщина сжала в кулаке найденный на подушке камешек и усмехнулась: каким бы ловким не был этот Локсли, ему не удастся уйти во второй раз. В том, что предстоит еще одна встреча, Реджина почему-то не сомневалась.