Аутопсия +135

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Основные персонажи:
Альбус Дамблдор, Дафна Гринграсс, Драко Малфой, Невилл Лонгботтом (Долгопупс), Северус Снейп (Снегг, Принц-Полукровка)
Пэйринг:
Северус Снейп/фем!Гарри Поттер
Рейтинг:
R
Жанры:
Ангст, Драма, AU
Предупреждения:
Нецензурная лексика, ОЖП, Смерть второстепенного персонажа
Размер:
планируется Макси, написано 118 страниц, 8 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
«Отличная работа!» от Fike
Описание:
Эта история о надежде и отчаянии. О предательстве, всепоглощающей ненависти и любви, которая рушит все преграды. Что порой нет верного решения, есть то, которое позволит обойтись малой кровью. И о том, что иногда только вскрыв человека, можно убедиться — даже в глубине окаменелого нутра бьётся живое человеческое сердце.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
UPD. Восьмая глава дописана и отправлена бете. Спасибо за ваше терпение!

Дженогет. Ранее публиковался под названием: «Головная боль Северуса Снейпа».
Милая зарисовка по мотивам "Аутопсии" от Эйхе: https://ficbook.net/readfic/4952192
И совершенно невероятная обложка от elizabeth_igby: https://img-fotki.yandex.ru/get/59186/21290341.a/0_17816c_4bbf162a_orig (это аллегория)

Работа написана по заявке:

Глава 2. Тени прошлого

23 марта 2016, 22:15
Лютный переулок жил собственной жизнью. Узкая, кривая улочка, мощенная брусчаткой, вечный сумрак из-за многочисленных надстроек на черепичных крышах. Оборванцы со странно горящими глазами, стайки диковатых детишек, готовых в любой момент увести кошелёк у зазевавшегося прохожего...

И, конечно же, мрачные лавки, сулящие продажу всего: от ядов до проклятий.

Полулегальный чёрный рынок в центре Лондона. Кому-то приходилось отстёгивать немало звонких монет Министерству, чтобы это место продолжало существовать.

Здесь никто не обращал на него внимания — Северус не выделялся. И, продвигаясь вдоль покосившихся вывесок, он привычно прислушивался к обрывкам разговоров.

— ...на блескучее тряпьё цены-то позадирали. Наживаются на мажорах, вроде этого, как его... Локхарта, во!

— Да его грех не нагреть. Лыбится так, аж зубы повыбивать охота!

Гогот.

Из чердачного окна лилась сентиментальная мелодия романса «Котёл, полный любви». В узком пространстве между домами молодая ведьма визгливо костерила какого-то юнца, мальчишка не знал, куда деться со стыда — пальцы с хищным маникюром крепко держали его за предплечье.

— ...я тебе говорила, ещё раз увижу тут... Говорила или нет?!

— Ну, говорила...

Причудливо ложились тени на мостовую.

— ...слыхал, хотят ввести какой-то сраный анти-ликантропный закон? Хрен найдёшь теперь работу...

Северус обходил говорившего — заросшего курчавой шерстью детину — по широкой дуге, когда дорогу ему преградило нетрезвое тело, которому именно в этот момент приспичило отлепиться от стены «Белой виверны».

— Привет, — в нос ударил запах огневиски.

Не глядя выпивохе в лицо, не желая даже знать, кто это, Северус с брезгливой торопливостью прошмыгнул мимо.

— Ты куда? — раздалось вслед.

Прохожие начали оборачиваться.

— Погоди... эй!

Не реагируя на окрики, Северус поднялся по ступеням «Колючего змея», когда его бесцеремонно схватили за плечо.

— Да постой ты...

Молниеносный разворот, и палочка упёрлась в чужое горло.

На них уже откровенно пялились.

— Ты совсем ебанулся, что ли? — плохо выбритый кадык судорожно дёрнулся.

Наваждение развеялось. Перед ним стоял не запойный алкоголик, а всего лишь бывший школьный приятель. Загорелый, подстриженный, с выбеленным солнцем волосами — вполне узнаваемый...

— Эйвери? — произнёс Северус, опуская палочку.

— Ну надо же, Снейп, — проворчал тот, потирая горло. — Окончательно мозги заплесневели в этом твоём Хогвартсе?

— Потрясающая осведомлённость для человека, который ими почти не пользуется.

Эйвери ухмыльнулся.

— Узнаю старину Снейпа.

Они не виделись... сколько? Пять? Шесть лет?

— Ты вернулся? — спрятав палочку в рукав, поинтересовался Северус.

— Да, ещё вчера. Случайно встретил тут Маккнейра, посидели немного в пабе. Вы разминулись.

— Какая жалость, — со скучным отвращением откликнулся он, потянув на себя скрипучую дверь магазина. — Надеюсь, Маккнейр сумеет оправиться от потери.

Над головой тихо звякнул колокольчик. Изнутри «Колючий змей» напоминал мрачную оранжерею, и пахло здесь соответственно: сырой землёй, компостом и влажной зеленью. Эйвери жадно втянул воздух носом.

— И что ты собрался покупать?

— Нужны ингредиенты. И удобрения.

Чабер, будь он неладен.

— А-а, точно, слышал, ты для наших заказы выполняешь и ещё публикуешься в этом... журнале по зельям. Я даже полистал.

— Искал знакомые буквы? — сардонически отозвался Северус, направляясь к прилавку, который натирал худой и длинный, как жердь, подросток в мешковатой мантии.

— Вроде того, — оскалился Эйвери. — Ты куда потом?

Мальчишка за прилавком невозмутимо попрыскал на столешницу из пульверизатора; шибануло запахом полироли.

— Позови хозяина, — велел Северус и, когда за юным подмастерье закрылась дверь подсобки, ответил: — Потом я возвращаюсь в Хогвартс.

— Так выходной же.

— У меня много работы.

Облокотившись о прилавок, Эйвери слегка обиженно произнёс:

— Да ладно тебе, Снейп. Не виделись ведь столько, неужели так сразу уйдёшь?

~~* *~~



Эйвери тоже ничего не знал про ограбление Гринготтса — исподволь расспросив бывшего приятеля и не получив никаких ответов, Северус, как это обычно бывало, моментально потерял к нему интерес.

В «Белой виверне» была душная, усыпляющая атмосфера. В затемнённом, дымном зале смутно угадывались очертания немногочисленных посетителей. Над головой Эйвери покачивался заколдованный плафон, пятно света перемещалось по столу: туда-сюда, туда-сюда. Северус старался не моргать.

Болтовня неспешно текла мимо, иногда слух выхватывал что-то о сицилийских красотках, адской жаре или итальянской кухне.

Паста?

Картинка поплыла, и вот перед ним треснутое зеркало в ванной, и паста... нет — крупицы зубного порошка на потемневшей от влаги деревянной полке, будто сахарная пудра…

Он моргнул, изо всех сил борясь с желанием потереть лицо руками.

Стараясь не задерживаться взглядом в одной точке, Северус провёл пальцами по столешнице; заусенцы на щербатой, изъеденной временем древесине. Казалось, что позади пропасть и достаточно одного неверного шага, чтобы провалиться.

Веки опустились всего на миг, погружая всё в бархатную, уютную черноту. Звуки стихли, схлопнулся окружающий мир, закручиваясь внутрь наподобие спирали...

— Снейп?

Он вздрогнул и распахнул глаза.

— Может, кофе? — участливо предложил Эйвери. — Пока совсем не отрубился.

Отказываться было бы глупо.

Не прошло и пятнадцати минут, как флегматичная официантка со стуком опустила перед ним кружку с коричневатым напитком, больше похожим на помои. Северус пригубил его и поморщился — на вкус было ничуть не лучше.

— Дрянь, да? А вот выпивка у них ничего, — сказал Эйвери, непринуждённо подливая в коктейльную рюмку что-то, невыносимо разящее сивухой. — Слушай, Снейп, я, конечно, помню, что ты никогда не был болтуном, но я тут вообще-то уже полчаса распинаюсь...

Сделав последний глоток, Северус брезгливо облизнул губы и отставил от себя полупустую кружку. На языке осталось приторное послевкусие.

— У меня ничего не поменялось.

Скроив скептическую мину, Эйвери одним махом проглотил своё пойло и сказал:

— Слышал, что некоторым из наших в Азкабане разрешили свидания?

Внутри даже ничего не всколыхнулось. Ровная, неподвижная гладь безо всякой окклюменции.

Так получилось, что он узнал об этом ещё до того, как новость попала в газеты — Дамблдор в очередной раз забросил удочку, спросив, не хочет ли Северус посетить кого-то из бывших товарищей. Порой казалось, что директор без конца вертит его в руках, как безделушку, глядя на которую всё никак не понять — опасна она или нет.

— Дементорам не хватает еды? — поинтересовался Северус, катая между ладоней снифтер, на дне которого плескалось нечто в меру алкогольное с резким запахом перебродившего хлеба.

Эйвери передёрнуло.

— Снейп, не шути так, это отвратительно. Так ты кого-нибудь навещал? Мальсибера, например?

Он медленно поднял глаза.

— Что? — не понял Эйвери. — Ты просто боготворил его в школе.

— Это было давно.

Над столом повисло тяжёлое молчание. Северус кожей чувствовал, как Эйвери натужно обдумывает, что ещё сказать, но помогать ему не собирался. Как и пытаться сделать хоть один глоток этой дряни из снифтера.

Туман в голове рассеялся ещё не полностью, черепная коробка казалась набитой ватой. До возвращения хорошо бы выпить бодрящего зелья, чтобы не потерять что-нибудь существенное при аппарации.

— Мнэ-э... И как тебе в Хогвартсе? — наконец разродился Эйвери.

— Сносно.

Помолчали. В глубине зала кто-то громко откашлялся.

— Честно говоря, я думал, что ты уйдёшь оттуда, когда... ну, Тёмный Лорд пал, — сказал Эйвери уже с заметным раздражением. — Это же он велел тебе занять эту должность?

— У меня не было причин отказывать Дамблдору, когда он предложил мне остаться, — Северус откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. — Нас тогда обложили со всех сторон. Куда бы я, по-твоему, подался с клеймом Пожирателя?

— Ты всегда нравился Люциусу, он мог тебя пристроить. К кому-нибудь, кто не стал бы задавать вопросов и молоть языком.

В затылке медленно нарастала тупая ноющая боль.

— Не понимаю, почему тебя вообще это заботит, — Северус тоже не сумел скрыть раздражения.

Залпом опрокинув в себя рюмку, Эйвери снова наполнил её из пыльной бутылки и нехотя сказал:

— Разве не знаешь? Некоторые ведь презирают тебя. Считают, что ты прогнулся под Дамблдора и теперь помогаешь ему нянчить магглорождённых.

Некоторые? Уж не Маккнейр ли?

— Ты хотел сказать «грязнокровок»? — осклабился Северус.

Эйвери поморщился.

— Прекрати. Я знаю, что тебя всегда тошнило от этого дерьма. Ты просто повторял за Мальсибером, потому что не хотел выделяться в нашей компании.

Северус моргнул.

— О чём ты?

— Это слово, оно тебе никогда не нравилось. Я же не идиот. Ты столько лет общался с Эванс...

— Это ещё ничего не значит, — тут же сказал Северус.

— ...и потом... — язык у Эйвери уже слегка заплетался, — я знаю, что ты помог Макдональд, когда мы с Мальсибером... ну, повели себя, как... да как свиньи, чего юлить.

По спине пробежал непрошеный холодок. До сих пор Северус был уверен, что об этом никто не узнал.

— Кто ещё был в курсе?

— Я никому не сказал, — он задумчиво поболтал свою рюмку, мутноватая жидкость омывала тонкие стенки.

Ему всегда казалось, что Эйвери не питал к нему особой любви. Конечно, не так, как Розье — тот с радостью сплясал бы на костях «мерзкого Сопливуса», представься такая возможность, — но и причин замалчивать инцидент у него не было. Может, Эйвери не хотел прослыть «стукачом»? Или... просто надеялся потребовать ответную услугу, когда будет в ней нуждаться?

— Чего ты хочешь?

Эйвери ответил ему странным долгим взглядом.

— Какой же ты всё-таки придурок, Снейп, — сказал он. — Что в школе был, что сейчас... Задолбал. Давай уже выпей со мной за встречу.

~~* *~~



Он аппарировал к воротам Хогвартса только глубоким вечером. С одного края небо уже выцвело, посерело, с другого — на горизонте — ещё теплилась сизая полоса, издыхали всполохи закатного солнца. Каменная громада замка с островерхими башнями и шпилями казалась антрацитовой на их фоне, только в многочисленных окнах пульсировал живой огонь.

Глаза слипались, зелье проясняло сознание, но не прогоняло сонливость.

Отбросив от лица волосы, — неприятное жирное ощущение осталось на пальцах, — Северус коснулся палочкой висячего замка. С лязганьем разошлись звенья цепи, и створки ворот распахнулись.

Общение с Эйвери вымотало его, но, по крайней мере, дало пищу для размышлений. Северус давно догадывался, что у Дамблдора есть шпионская сеть и о том, что в список обязанностей его доносчиков входит не только слежка за бывшими Пожирателями. И, если об ограблении Гринготтса Дамблдору напели, но при этом никто из бывших товарищей ничего не знал, значит, была вероятность, что они действительно не замешаны в этом деле. Стало быть, охотиться за философским камнем мог кто угодно, начиная от недругов Фламеля, до...

Его мысли были прерваны появлением Хагрида, с которым Северус едва не столкнулся впотьмах.

— Вот же ж! Профессор Снейп, — прогудел тот. — Простите, чуть не зашиб.

В руках лесничий держал лохань с объедками, залитыми то ли бульоном, то ли кипятком, превратившим и без того неаппетитное месиво в жиденькую бурду, в которой плавали картофельные очистки.

— Эт я Пушка собираюсь кормить, — поделился Хагрид. — А то туда всё домовые эльфы еду носят, не хочу, чтоб он думал, что его бросили. Он очень ранимый.

Северус поднял взгляд от лохани, пытаясь понять, шутит лесничий или нет, но в сумерках было не разобрать выражения лица.

— Насколько я помню, — заговорил он, — эта рафинированная трёхголовая псина чуть не отгрызла тебе руку, когда ты привязывал её возле люка.

— Ну... так эт он играл просто, щенок ещё. К тому же главное подход найти, даже самого свирепого зверя приручить можно, — возразил Хагрид и выразительно похлопал себя по карману. Оставалось только гадать, что там лежит. — Ну, я эт... пойду что ли. Посторонитесь.

И, ненавязчиво оттерев Северуса плечом, он свернул в сторону чёрного хода. Его косматый силуэт почти сразу растворился в темноте; тяжёлая поступь лесничего постепенно удалялась, пока совсем не стихла.

Северус надавил пальцами на глаза — под воспалёнными веками вспыхнули цветные пятна.

Кофе, много кофе... а потом спуститься в лабораторию.

Его ждали недоваренные зелья, непроверенные образцы малолетних недоумков, невычитанная статья... Чёртов Стеббинс и шага не мог ступить, чтобы ничего не перепутать! С тоской размышляя о своей уютной постели, Северус поднялся по каменным ступеням.

Холод лизнул щиколотки, когда он миновал просторный вестибюль и спустился глубже, в подземелья. Потянуло промозглой сыростью.

Северус так спешил к себе, что не сразу сообразил, что в нише кто-то прячется. Краем глаза он уловил движение и, по инерции сделав несколько шагов, резко обернулся.

— Кто здесь?

Тень шевельнулась, и на свет вышел...

— Драко?

— Сэр, у вас есть время?

Скула мальчишки цвела всеми оттенками фиолетового. Бледный до прозелени, как будто его мутило, он прижимал обмякшую правую руку к животу.

— Почему ты ещё не в лазарете?

— Не хотел, чтобы меня кто-то увидел, — через силу выдавил Драко.

Он ещё раз оглядел мальчишку: пыль на одежде, кое-как приглаженные волосы, под носом остатки плохо стёртой крови. Схлестнулся с кем-то на палочках? Не похоже на него — в отличие от своего отца, Драко всегда побаивался открытых поединков. Тогда... напали? Но кто бы рискнул?

— Проходи.

Дверной замок ответил на прикосновение палочки тихим щелчком, и, подтолкнув Драко вперёд, Северус зашёл следом.

Его комната напоминала старую захламлённую картотеку, где стоял тяжёлый, устоявшийся запах старой бумаги и книжной пыли. На всех свободных поверхностях, даже на полу, громоздились стопки пергаментов, книг, сушёные травы, банки с маринованными ингредиентами... Разобрать этот чёртов бардак никак не доходили руки. Конечно, можно было поручить уборку домовым эльфам, но сама мысль о том, что кто-то будет рыться в его вещах, казалась противоестественной.

Брезгливо переступив порог, Северус машинально огляделся, ища признаки присутствия домовиков — на первый взгляд всё лежало на своих местах, лишь с каминной полки исчезла грязная кружка.

— Хонки! — позвал он, выпутываясь из рукава дорожного плаща. Драко маячил на периферии.

Эльф мгновенно возник перед ними и согнулся в подобострастном поклоне.

— Чего желает профессор Снейп, сэр? — сказал он и, опасливо прижимая уши, взглянул на него круглыми глазами.

— Сладкий чай с молоком и чего-нибудь съестного. И побыстрее, — перебросив плащ через спинку кресла, распорядился он.

— Сию минуту, сэр! — и с громким хлопком эльф исчез.

Взмах палочкой — в очаге заплясал огонь, второй взмах — к столику возле камина подплыл пуф и со стуком встал на четыре ножки. Переложив стопку книг с сиденья на пол, Северус сделал приглашающий жест:

— Садись. И покажи мне руку.

Дождавшись, пока мальчишка, морщась, закатает рукав мантии, он, дотронувшись до его локтя, сначала внимательно оглядел, а затем осторожно ощупал распухшее синеватое предплечье. Отёк распространялся от запястья и почти до самого локтя, будто под кожей вздулась упругая водяная подушка.

— Растяжение сильное, — резюмировал Северус, закончив осмотр. — Возможно, повреждён сустав. Тебе в любом случае придётся пойти в лазарет.

Уныло шмыгнув носом, Драко спросил:

— А вы не сможете вылечить меня, сэр?

— Я что, похож на лекаря? — поинтересовался Северус, направляясь к рукомойнику возле арки, которая отделяла «гостевую» комнату от спальни. — Мадам Помфри — отличный специалист, она училась на целителя, ей известны практики, которыми я никогда не интересовался. Твоя проблема будет устранена в кратчайшие сроки и без последствий.

— А синяк? — ещё более уныло спросил мальчишка.

Зажурчала вода.

— Синяк свести несложно.

Драко открыл было рот, но тут на столе возник поднос с двумя дымящимися чашками и горкой бутербродов.

Стряхнув в раковину капли воды, Северус вытер руки о висящую на гвозде тряпку и нырнул за портьеру в арке.

— Поешь, — бросил он на ходу.

Однако пока Северус снимал с полки флаконы и искал бинт, Драко даже не шевельнулся.

— К твоему сведению, зелье, которое я собираюсь тебе дать, нельзя пить натощак...

— Я не голоден.

— ...но если ты хочешь, чтобы в твоём желудке появилась дыра размером со снитч... — как ни в чём не бывало, продолжил Северус.

Это возымело эффект, Драко скроил брезгливую мину, но взялся за бутерброд. Пока он жевал, Северус сначала наложил обезболивающие чары на пострадавшую руку, — мальчишка не смог подавить облегчённый вздох, — затем зафиксировал запястье с помощью эластичного бинта.

Орудуя одной рукой, Драко прикончил остатки бутерброда, запил сладким чаем и напряжённо повторил:

— А синяк?

— Пей, — сказал Северус и подвинул к нему склянку.

Пахучее зелье было тошнотворно-кислым с прогорклым привкусом, но Драко даже не поморщился.

— Теперь нужно подождать пятнадцать минут, — сказал Северус, усаживаясь в кресло напротив. — Итак?

— Я просто упал, — пробормотал Драко, с преувеличенным вниманием расправляя рукав своей мантии.

— Неужели?

Молчание.

— Если это кто-то из слизеринцев... — начал Северус.

— Нет! Я сам разберусь! — выпалил Драко и тут же досадливо поджал губы. — Извините, сэр.

Усилием воли загнав раздражение глубже, он как можно спокойнее спросил:

— То есть, напишешь отцу?

К удивлению Северуса, Драко покраснел так быстро и жарко, будто его ошпарили кипятком.

— Да не буду я никому писать! Чего вы привязались?! — и зажал себе рот ладонью, будто надеясь затолкать эти слова обратно. Глаза у мальчишки сделались круглые, как блюдца.

Повисла давящая тишина. Стало слышно, как потрескивают дрова в камине.

— Ты пришёл ко мне за помощью, Драко, — угрожающе тихо произнёс Северус. — И я рассчитываю получить объяснения. Я обещал твоей матери приглядывать за тобой, как думаешь, что она скажет, если узнает, что на её сына напали?

— О нет... сэр, не говорите ей, только не маме, пожалуйста!

— Так что произошло?

Мальчишка потупился и засопел.

— Это Поттер, — нехотя признался он.

Когда-то Северус предположил бы, что Драко стыдно показаться перед сокурсниками, будучи побитым девчонкой, но за столько лет он уяснил, что чистокровные волшебники мыслят совсем другими категориями. В магическом мире физическая сила не играла никакой роли, «девчонка» вполне могла оказаться могущественной ведьмой, не было разницы, от кого получить по шее. Маглорождённый ещё мог задуматься об этом, но уж точно не сын Люциуса Малфоя. Дело тут было совершенно в другом.

— Она вообще двинутая. С башкой не дружит... — продолжил Драко, дергая торчащую на колене нитку, — если бы она меня прокляла, это одно... а она же мне просто врезала, как какому-то поганому магглу!

— Почему вы опять сцепились?

Драко молчал долго, почти целую минуту.

— Вы знаете, что Поттер получила метлу? — наконец спросил он.

— Да.

— Почему ей разрешили? Первокурсникам нельзя иметь мётлы! — неожиданно зло сказал он. — Или это потому, что она знаменитость? Поэтому с самого первого дня все готовы ей пятки целовать?

— Не все, — откликнулся Северус. — Но, к сожалению, моё мнение не имеет большого веса при таком... бурном всеобщем восхищении.

— Не может быть, чтобы вы, сэр, не смогли... — Драко запнулся, вновь заливаясь краской. Глаза у него подозрительно блестели. — Почему её взяли в команду, а меня нет?!

— Возможно, ты не заметил, но у Слизерина полный комплект игроков. В этом году мистер Хиггс закончит Хогвартс, и только тогда место ловца освободится. Могу гарантировать, что я поспособствую тому, чтобы ты оказался в команде.

Драко глубоко вдохнул и уставился в потолок, часто моргая, потом проглотил ком в горле и выдавил срывающимся голосом:

— Пятнадцать минут уже прошло?