Жалеешь?
1 апреля 2016 г., 16:21
— Я, правда, сбежал вчера со своей свадьбы? — тихо спросил Алек проснувшись. В целом, вопрос звучит достаточно глупо, если учесть то, что проснулся он среди красных простыней и подушек.
Магнус полусидит, прислонившись плечами к спинке кровати, и читает какой-то древний фолиант, одной рукой он рассеяно перебирает волосы Охотника.
— М… н-да. А ещё ты родителям признался в том, что со мной. И Конклаву. Даже Джейсу. — Маг перевернул страницу магией.
Алек резко сел.
— Вот же…
— Ты жалеешь? Я всё ещё могу стереть им всем память, теперь это сложнее, но я могу.
— Нет, я не… просто… Для тебя это всё легко. Отец мне голову оторвёт.
— Отец? Мне показалось, что на это больше настроена Мариз.
— Не успокоил, это всего лишь значит, что голову мне оторвут дважды.
Маг отложил в сторону книгу и потянул к себе юного Лайтвуда обвив его и руками, и ногами.
— Успокойся, никто ничего тебе не оторвёт. Теперь ты мой.
Алек невольно вздрагивает от звука волнующего шёпота мага.
Искуситель, вот умеет же говорить так, что забываешь абсолютно всё, что когда-либо беспокоило.
Охотник постепенно расслабляется в его руках, откидывается назад и глубоко вдыхает.
— Всё, спасибо, я успокоился. Можешь отпускать.
— Не хочу.
— Из этого положения мне неудобно тебя целовать.
Маг весело смеётся и чуть отстраняется. Алек почти сразу нависает над ним и целует, словно в последний раз. Отчего-то все поцелуи Алека такие, прощально-горькие, но в этом явно что-то есть.
Магнус не понаслышке знаком с горечью утраты. И, пожалуй, он её ненавидит. Но без неё — никак. Без контрастов жизнь, тем более бессмертная жизнь, становится до тошноты пресной.
— О чём ты думаешь? — Алек пристроил голову на плече мага и задумчиво вырисовывал на обнажённой груди полудемона узоры.
— О смерти и быстротечности времени.
— Нашёл место и время. — Алек приподнялся и чуть прикусил мага за мочку уха. — Всё ещё думаешь о смерти?
— М-м-м… да-а… — Магнус легко включился в предложенную игру.
— А так? — Руки Лайтвуда пробежали вдоль боков, оставляя почти материальный след из мурашек. — Или вот так… — Алек нарисовал целую дорожку из поцелуев от шеи вниз, ровно до того места, где должен быть пупок.
Улыбнулся и отстранился.
— Ты быстро схватываешь, — прохрипел Магнус. Голос его предал, как и жалкие остатки самообладания. Он потянул Охотника на себя и поцеловал, едва в силах дышать.
— У меня хороший учитель, и мне пора в Институт. — Алек легко встал с кровати, выпутавшись из объятий мага и одеяла. Потянулся, как кот, под его изумлённым взглядом и подобрал с пола брюки.
— Ты издеваешься? — спросил Магнус отстранённо, чуть приподняв брови.
— Нет, Джейс прислал сообщение. Ему нужна моя помощь.
— Джейс значит…
— Хочешь поговорить об этом? — Алек совсем не скрывает перед Магнусом, что влюблён в своего брата по оружию. Он, также, не скрывает, что просто взять и вырезать из души и сердца чувства он не может.
Нет такой руны.
— Нет, просто меня раздражает, когда ты одеваешься. Обратный процесс куда веселее.
— Я люблю тебя. Нет, серьёзно. Я очень тебя люблю и скоро вернусь.
Алек, не дав магу осмыслить прозвучавшие слова, быстро поцеловал его и сбежал через стационарный портал в шкафу настроенный на его спальню в Институте.
— Проиграл! — довольно разулыбалась Иззи. — Значит за едой бежишь ты, Джейс.
Блондин скривился и встал с кровати Алека, которой последний пользовался возмутительно редко. Фактически — никогда.
— И что тебе стоило вывалиться из портала взъерошенным и голым? — спросил он невольно улыбаясь.
— А… эм. У Магнуса есть моя одежда, но если это так принципиально… могу исправить, но это займёт какое-то время, — Алек, с серьёзным выражением лица, направился обратно к порталу.
Джейс и Изабель залились счастливым хохотом.
— Этот маг определённо хорошо на тебя влияет, брат. У тебя есть примерно пятнадцать минут, что тебе взять?
— Бери то же, что и себе, — отмахнулся Охотник и скрылся в портале.
