Должен

       Мало кому доводилось видеть Магнуса в бою. Не то чтобы он редко сражался, нет. Он редко встречал противника способного действительно заставить его сражаться, а не играть подобно большому сытому коту с неудачливой мышкой.        Даже с демонами Магнус больше выпендривался, чем сражался.        Даже с Валентином.        Маг прожил так много жизней, он так часто стоял на краю гибели, что, как он думал, ничто уже не сможет заставить его биться, словно берсерку, способному бросить свою жизнь на грязный кровавый песок в угоду победе.        Он ошибался.        Когда на весах, словно в насмешку, оказалась жизнь Охотника. Одного единственного, важного Охотника с голубыми глазами, темнеющими в моменты страсти, Магнус понял, что способен разорвать руками, что и кого угодно.        Если бы Рагнор увидел его сейчас, то, пожалуй, сбежал бы. От греха подальше.        И Магнус бы никогда его не обвинил в трусости.        С пальцев колдуна срываются синие и лиловые искры. Земля вспучивается, словно от движения тектонических плит, здания осыпаются серой пылью.        Магнус знает, что Александр — его Александр — где-то там, за этими стенами. Его спрятали от него.        Его пытали там.        А может быть пытают прямо сейчас.        Он проходит толпу каких-то магов и охотников насквозь, словно раскалённый клинок разрезает масло.        За его спиной только обгоревшие трупы.        Магнус сейчас очень похож на своего отца. Во всяком случае пахнет от него точно так же: серой и кровью. И сила от него исходит колоссальная. Тёмная. Злая.        От него в разные стороны разбегаются даже насекомые.        Магнус слушал. Он одновременно желал и жутко боялся услышать голос Лайтвуда. Услышать его крик.        Но он так ничего и не услышал. Обошёл все дома. Все, до единого.        — Эй, маг, а ты не думал, что мы держали пленников в тех зданиях, что ты разрушил?        Магнус сразу определил, что с ним говорит проекция. Он проигнорировал вопрос и коротко, зло выплюнул:        — Отдайте Александра и вы, возможно, доживёте до рассвета.        — Ты не получишь его.        — Это от вас не зависит. В ваших силах изменить лишь собственную судьбу, но я уже вижу, что вы предпочитаете долгую и мучительную смерть. Что же… желание клиента — закон.        Бейн резко взмахнул рукой, принудительно развеивая чужую иллюзию.        Обернувшись, маг наткнулся на испуганную Изабель. Она настороженно осматривалась и не верила в то, что видит.        — Ты не врал, — произнесла она тихо.        Магнус усмехнулся. Когда он говорил, что лично убьёт каждого, кто даже мельком подумал о том, чтобы причинить Александру вред, он, действительно, не врал.        Юный нефилим занял слишком много места в жизни мага. Поселился в его душе и сердце. И маг уж точно не планировал так легко его отпустить.        — Мне нужно идти, — коротко бросил колдун и исчез в сверкании лиловых искр.        На этот раз Магнус материализовался в центре огромной залы. Чуть в стороне, в пентаграмме, без сознания лежал человек.        Он сразу его узнал.        — Итак, — голос донёсся откуда-то сверху. — Ты знаешь, что достать его из пентаграммы не выйдет. Ты всё же демон, пусть и лишь наполовину. Так что давай заключим сделку.        Маг рассмеялся. И смех его волнами прокатился по огромному помещению, ударился о стены и вернулся, троекратно усиленный. Алек, словно услышав сквозь глубокий обморок знакомый смех, конвульсивно дёрнулся. Свежие раны на запястьях снова начали кровоточить.        Пентаграмма была начертана кровью Охотника и поддерживалась его жизненными силами.        — Я найду и убью каждого из вас, — произнёс маг, резко оборвав хохот. — Каждого.        — Убьёшь, я верю, но ангелочка своего не получишь.        Пентаграмма вспыхнула глубоким багрянцем и нефелим исчез.        — Я дам тебе подсказку, — ехидно сообщил голос. — Ищи его в Аду.        Магнус Бейн по достоинству оценил этот ход противника.        Они ошиблись. Взяли не того заложника. Столкнулись с превосходящими силами, буквально подписали себе смертный приговор. И вот так вот ловко решили убрать мага с поля боя.        Из Ада Магнуса уже никто не выпустит.        Все это знают.        Одно они не учли.        Бейн — мстителен.        Сначала он убьёт всех, кого собирался. И так, как собирался. Медленно. Смакуя каждый крик.        И лишь потом отправится за синеглазым ангелом, которому совсем не место в Аду.        Магнус знает, что предложить отцу, за свободу Охотника. Знает то, от чего он не откажется.